"Заткнись!" Мать Тин внезапно закричала, взрываясь от ярости.
Лицо Тин Лу исказилось от её крика, она была удивлена настолько, что даже забыла продолжить плакать.
"Что не так? Это правильно для меня отдавать ей всё, но это не правильно, когда я говорю об этом громко? Чин И тоже семья, да? Ты пытаешься это сказать?"
Тин Чиен говорили со строгим выражением лица, но в её глазах мелькнула задорность.
"Она даже не дебютировала в индустрии развлечений, но уже известна, как молодая, талантливая музыкальная исполнительница. Её фанбаза намного больше моей и её фанаты даже посмели нацелиться на меня, говоря, что я бесполезный кусок вазы. Сказали ли я тогда что-нибудь? Поскольку здесь нет чужаков, почему я не могу говорить об этом?"
"Старшая сестра, это правда, что именно ты сочинила музыку, но я и участвовала в этом. Мне пришлось улучшить её, после того, как ты передала композицию мне."
Когда Тин Лу увидела, что Чин И был шокирован сказанным и его глаза расширились, она сразу поняла, что Тин Чиен оскорбила её, поэтому и попыталась защитить себя.
"Верно! Твои композиции - грубые, тупые мелодии, которые никому не нравятся. Если бы не Тин Лу, что так отлично изменила их, как бы они могли стать приятными по итогу?"
Тин Чиен кивнула головой. "Ох, так мои композиции грубые и тупые? Хорошо, я поняла."
Услышав ответ Тин Чиен, Тин Лу вдруг ощутила неприятное чувство внутри живота. Она пыталась сдержаться, но увидев озадаченное лицо Чин И, она решила, что ей стоит обсудить это с Тин Чиен после того, как он уйдёт из дома.
"Достаточно. Перестань говорить о вещах, которые не связаны с этим. Малышке Лу нужна эта роль. Немедленно вернись домой и скажи дедушке или Третьему Юному Господину, что ты отдаёшь свою роль. Мне плевать, как ты собираешься делать это, просто достань Малышке Лу роль второй главной героини."
Тин Чиен посмотрела на лицо Матери Тин, на котором было написано 'Сделай так, как я говорю'. Нацепив мягкую улыбку на лицо, девушка встала со своего места, взяла сумочку в руку и собралась уходить.
"Остановись сейчас же! Куда ты направляешься?" Когда Мать Тин увидела, что Тин Чиен собралась выходить, она вскрикнула, шокированная тем, что у Тин Чиен были яйца на то, чтобы игнорировать её.
Это был ребёнок, который всегда подчинялся её командам. Тин Чиен всегда поступала так, как ей велят и никогда не шла против неё.
Поэтому, когда Тин Лу сказала ей, что Тин Чиен совершенно изменилась, она не поверила ей.
Однако, именно в этот момент, после стольких слов, Тин Чиен просто взяла свою сумочку и собиралась уходить из дома; даже Отец Тин был шокирован этим.
"Я собираюсь ехать домой. Я сказала, что приеду на ужин, а поскольку он закончился, я ухожу."
"Не посмеешь! Попробуй только! Если ты выйдешь из этого дома, то больше никогда не посмеешь назвать меня своей матерью!"
"Отлично. Вы оба приносите меня в жертву с тех пор, как я родилась. Поскольку я такая неудачница и не могу больше удовлетворять ваши потребности, давайте с сегодняшнего дня идти разными путями. Если ты не хочешь, чтобы я была твоей дочерью, то и у меня не будет матери."
Мать Тин стала ещё злее, крича, "Невозможно! Я вынашивала тебя десять месяцев! Твоя жизнь принадлежит мне! Пока семьи Тин нуждается в тебе, ты должна быть здесь! Ты не можешь убежать от своих обязанностей!"
Видя, что Мать Тин кричит во всё горло в приступе ярости, Тин Чиен усмехнулась и спокойно ответила, "Вы оба забыли, что примерно месяц назад, вы продали меня семье Жан, чтобы спасти свой бизнес?"
"Пока я не предаю семью Жан, я являюсь членом их семьи, а не принадлежу семье Тин. Что-то не так? Вы забыли об этом, получив деньги и наслаждаясь сопутствующей роскошью? И у семьи Жан, и у семьи Тин есть копии контрактов!"
Мать Тин указала на Тин Чиен, "Ты... Как ты смеешь..."
Тин Чиен уже была у двери, поэтому она просто открыла её и уже собиралась выйти за порог.
Все в доме запаниковали.
"Чиенчиен, не уходи!"