Гарри Поттер и принц-полукровка

... - Но я ещё не встречал другого такого прирождённого таланта по части зельеварения! - сказал Слизнорт, взирая на Гарри благожелательными, хотя и несколько воспалёнными глазами. - Просто какой-то инстинкт, совсем как у его матушки! На моей памяти таких учеников с такими способностями раз-два и обчёлся. Я вам говорю, Сивилла, даже Северус...

И тут, к ужасу Гарри, Слизнорт протянул руку и невесть откуда подтащил к себе Снегга.

- Джинни, ты куда? - крикнул Гарри, на которого набросилась с объятиями вся команда, не дав ему спуститься на землю.

Но Джинни пролетела мимо и с жутким треском врезалась в площадку комментатора. Под визг и хохот толпы команда гриффиндорцев приземлилась возле кучи досок, под которыми слабо барахтался Захария. Гарри слышал, как Джинни преспокойно объясняет разгневанной Макгонагалл:

- Извините, профессор, забыла затормозить.

... На пороге, сурово глядя на Гарри сверху вниз, стоял Хагрид, и выглядел он довольно устрашающе, несмотря на фартук в цветочек.

- Я преподаватель! - загремел он. - Преподаватель, Поттер! Как ты смеешь грозиться, что выломаешь мне дверь?

- Простите, сэр, - сказал Гарри с нажимом на последнее слово и убрал волшебную палочку за пазуху.

Хагрид остолбенел.

- С каких это пор ты меня "сэром" называешь?

- С тех пор, как вы называете меня "Поттер".

— Ты говорил нам когда-то, — тихо промолвила Гермиона, — что у нас есть время отступиться, если мы того захотим. Мы этим временем не воспользовались, верно?

— Мы с тобой, что бы ни случилось, — сказал Рон

— Гермиона у нас умница, — попытавшись выдавить улыбку, сказал Гарри. — Как жаль, что я не подошёл к тебе гораздо раньше. У нас было бы столько времени… месяцы… может быть, годы…

— Так ты же был занят, ты всё спасал и спасал волшебный мир, — чуть усмехнувшись, отозвалась Джинни.

Я смотрю в лицо смерти с надеждой, что когда ты встретишь того, кто сравним с тобою по силе, ты уже снова обратишься в простого смертного.

Единственный раз, когда я видел папу рассерженным еще почище мамы. Фред уверяет, что его левая ягодица так с того дня и не вернула себе прежней формы.

— Он обвинил меня в том, что я «целиком и полностью человек Дамблдора».

— Как грубо.

— А я ответил ему, что так оно и есть.

— Мы будем с тобой, Гарри. В доме твоих дяди с тетей, — сказал Рон. — И потом, куда бы ты ни отправился.

Пора бы Вашей бабушке, Долгопупс, гордиться таким внуком, какой у неё есть, а не таким, каким он по её мнению должен быть.

Видишь ли, мам, — грациозно поведя рукой по воздуху, сказал Джордж, — теперь, когда нам приходится собственноручно стирать носки, мы начинаем ценить тебя все больше и больше.

— Прошу, прошу! — гордо произнес Фред. — Только у нас — лучший выбор любовных напитков!

Джинни скептически изогнула бровь:

— A они действуют?

— Само собой! Продолжительность до двадцати четырех часов, срок действия зависит от веса мальчика...

— И степени привлекательности девочки, — закончил Джордж.