Онлайн чтение книги Я соблазню Северного герцога I Will Seduce The Northern Duke
Глава 155

– Ядовитый ублюдок, – вот каким было впечатление Селены.

Рана от кинжала ещё не зажила.

Собрать армию за такой короткий промежуток времени, уехать, проходя такое большое расстояние, и начинать битву, как только ты прибываешь. Это пример силы воли, превосходящей обычную выносливость.

Было бы круто, если бы он был главным героем, но Кронпринц – злодей, – Селена усмехнулась.

Плохие люди всегда настойчивы.

Она не могла понять действий Кронпринца.

Я знаю, что в нём бушует старый комплекс неполноценности, но он собирается зайти так далеко?

– Из-за его паранойи он не сможет уснуть, пока не избавится от проблемы, если думает, что кто-то хоть немного сильнее, чем он сам, – очень просто объяснил это Кальцион.

– Он не ядовитый, он сумасшедший.

– Ядовитый или сумасшедший, отношение к нему будет одинаково, так зачем думать об этом?

– ……хм? – секундой позже Селена поняла слова Кальциона.

Это была ревность.

Не думай о других мужчинах передо мной.

Я и забыла, что Кальцион тоже сумасшедший, пусть и в другом смысле.

Она быстро сменила тему, прежде чем Кальцион разозлился и начал вытворять что-нибудь средь бела дня:

– Другие лорды ещё не собрались?

– Ещё нет.

– Я думала, что семья Розалин поднимется первой, но, кажется, они молчат.

Изучая записи Сонтолэн, Селена, естественно, запомнила карту. Поместье маркиза Тойлан располагалось на полпути между Ренберд и столицей.

Если бы Маркиз решил отправить войска, он бы прибыл в Ренберд ещё раньше Кронпринца. Особенно сейчас, когда Селену обвиняли в убийстве Розалин.

Враг, убивший его дочь, прячется в Ренберд, а он не бродит вокруг. Непонятные действия.

– Должно быть, это слишком сложная ситуация для его головы. Несмотря на то, что Розалин – дочь, которой он дорожил, Маркиз не захочет идти по опасному пути, который может погубить его из-за дочери, которая уже мертва.

Идти на войну с Ренберд значило рискнуть погубить себя.

– Разве Кронпринц не способен на подобные расчёты?

– Думаю, он убеждён, что имеет преимущество с точки зрения оправдания или мастерства, поэтому и нападает так.

– В любом случае, Кронпринц тот ещё сук…… – пробормотала Селена, но поняв, что говорит, смущённо замолчала.

Тот факт, что аристократы вокруг Кронпринца, за исключением него самого, холодно цеплялись за реальность, делал ситуацию интереснее.

– Знать, должно быть, думает о предательстве Кронпринца, верно?

– Поскольку Кронпринц не является стабильным союзником, эта возможность всегда оставалась открыта.

Поговорка о том, что нет вечных союзников и врагов, нашла применение в реальности.

– Если он разместит войска на границе и будет выжидать время, то есть возможность разобраться с ситуацией с той стороны, но они не могут потворствовать перетаскиванию их через границу. Мы выдвинемся, как только закончится подготовка.

Вскоре начнётся настоящая война.

Селена также была наполнена решимостью.

– Если я буду тренироваться эти несколько дней, это не возымеет большого результат, но, по крайней мере, я должна тренироваться по утрам.

– Хм? – Кальцион наклонил голову, словно услышал что-то совершенно неожиданное, и посмотрел на Селену.

– Что? – Селена наклонила голову, словно следуя его примеру.

– Почему ты?

– Почему я? Даже если я не буду сражаться на передовой, всё равно буду на поле боя. Даже если это будет тренировка бега, чтобы сбежать……

– Тогда почему ты думаешь о том, чтобы отправляться на опасное поле битвы?

– Что……

Пустые взгляды этих двоих встретились.

Впервые их мнения полностью противоречили друг другу.

Селена скрестила руки на груди и упрямо заняла свою позицию:

– Нет, подумайте лучше. Меня назовут Королевой, так есть ли смысл вступать в войну, но не участвовать в ней самостоятельно?

– Нет. Где потребность в том, чтобы монарх выходил и сражался? Слуги в его власти сражаются за него. Я буду сражаться за тебя, поэтому всё, что тебе нужно сделать, это получить известие о победе здесь. Нет причин идти на опасное поле боя.

Селена думала, что ей придётся оседлать демонического зверя и самой отправиться на поле боя, но услышав слова Кальциона, поняла, что его мысли были другими.

Это не было похоже на действия монарха, основавшего страну Селению мечом и превосходными движениями. Это были действия символической Королевы, получившей этот титул от Богини, которая лишь принимала победу, приносимую вассалами.

Только Селена покачала головой:

– Не думаешь, что оставаться в замке без тебя, Кальцион, опаснее? Рядом с тобой, Кальцион, безопаснее, чем где-либо ещё в мире.

– Я не могу держать тебя рядом с собой, пока идёт сражение.

– Всё в порядке, потому что в течение этого короткого промежутка времени я буду с демоническим зверем. Оттуда я могу чётко видеть всё.

– Это так, но поле битвы – это место, наполненное переменными, где неизвестно, что произойдёт в следующий момент, – Кальцион также колебался внутри. Последняя причина была озвучена прерывисто.

Здравый смысл подсказывал ему оставить Селену позади, но Кальциону не хотелось уходить. Кроме того, Селена сама настаивала на том, чтобы пойти с ним.

– И зачем я вернулась, если ты собираешься держать меня подальше, оставляя здесь?

– Это верно, – быстро согласился Кальцион, кивая.

Селена думала, что столкнётся с более яростным сопротивлением и продолжила убеждать Кальциона, смущённая его согласием:

– Если мы будем жить в своих собственных замках, заниматься своими делами и не видеть лиц друг друга, то какая будет разница между жизнью в двух разных мирах? Тогда каждый может жить в своём мире, раз в месяц кладя письмо в стеклянную бутылку и бросая её в дверь, жить, словно друзья по переписки.

– Верно.

– Почему ты вдруг начинаешь соглашаться во время ссоры! – ошеломлённая следующим согласием, закричала Селена.

– Потому что твои слова верны.

Что тогда произошло с Селеной? Она поняла, что отношение Кальциона изменилось.

– Тогда, ты говоришь, что я могу пойти с тобой? Я говорю, что никогда не расстанусь с тобой, Кальцион, пока я в этом мире.

– Всё, что ты говоришь, абсолютно верно. Мои мысли были короткими. Я никогда не думал, что не разлучаться с тобой ни на секунду – это взять на себя ответственность за тебя, – счастливый Кальцион был побеждён. Даже после поражения он был невероятно счастлив.

– Ты никогда не пожалеешь об этом, – с молчаливого разрешения Кальциона Селена с широкой улыбкой забралась к нему на колени.

Кальцион снова задумался о своих коротких мыслях, поддерживая тело Селены, когда та естественным движением накрыла его губы, обнимая за шею.

Как я мог решить оставить эту сладость позади?

*****

Как и сказал Кальцион, подготовка была завершена в очень короткие сроки. Осталось только выдвинуться.

Однако в день отъезда вновь возникли разногласия.

– Э? Минутку. Вот так просто двинемся прямо от ворот замка? А церемония? – почесав гриву демоническому зверю, Селена снова посмотрела на Кальциона.

– Что? – Кальцион, точно так же гладивший лошадь рядом с собой по гриве, озадаченно посмотрел на Селену.

– Разве вы не делаете нечто подобное, когда идёте на войну? Почему бы вам не вытащить перед всеми меч и не произнести хотя бы речь? Чтобы поднять моральный дух союзников и облегчить беспокойство людей.

Кальцион смущённо отвёл взгляд от вопроса Селены.

– Что? Нет? Здесь странно делать подобное?

– Это было опущено, – вышел вперёд Дион, который не мог смотреть на это.

– ……что?

– Вы спросили, почему он не делает этого……

– ……

– Его предки были такими же.

В последние дни социальное окружение Кальциона было ограничено Селеной, поэтому она забыла об этом.

Эта северная семья вся такая.

Семья, которая ненавидит даже встречи с людьми.

Кальцион возвращался на Север сразу после мероприятий, обязательных для посещения, и неохотно втягивался в круг столичного общества, не желая никуда выходить.

Он никак не может выйти и встать перед толпой. Он сделал бы это, если бы подобное было необходимо, но это не так.

До сих пор Кальцион остаётся непобедимой легендой, и он легко выигрывает любые сражения и возвращается.

– На самом деле, никогда не было случая, чтобы первой распространилась новость о войне, как сейчас. Обычно это опускалось, поскольку никогда не было достаточно большого количества людей, которым требовалось поднимать боевой дух.

– В этот раз можно так же опустить это?

– Это…… – нерешительно отступил Дион. – Не думаю, что мне следует судить об этом.

Кронпринц лично ведёт армию в атаку. Мы двое стали преступниками и скрылись. Кроме того, мы отсутствовали во время объявления войны.

Люди точно пребывают в состоянии тревоги.

Однако трудно утверждать, что следует сделать это, потому что это необходимо. В любом случае, если Кальцион выйдет вперёд и взмахнёт мечом один раз, война закончится.

Нет смысла заставлять человека делать то, что он не желает, говоря ему, что нужно утешить людей и поднять боевой дух.

– Хорошо, если нет необходимости делать это…… так и оставим, – поскольку даже у Диона было к этому прохладное отношение, у Селены не было выбор, кроме как кивнуть.

Поскольку я хорошо осведомлена об актёрских способностях человека, который должен выступать перед всеми, я не могу безответственно скидывать это на него, говоря взбодриться.

– Я поняла.

– Хорошо. Потому что этот раз не будет сильно отличаться от тех, что были ранее. Нужно просто отправиться и поймать Кронпринца.

– А, просто поймаем?

Они оба согласились, что Х будет удалён, но дальнейшее не обсуждалось.

Победа в битве с Кронпринцем была само собой разумеющимся, поэтому им просто нужно было побеспокоиться о другом.

– Если просто убьём его, возникнет проблема с оправданием, поэтому мы должны поймать его и провести переговоры с королевской семьёй.

Убить его здорово, но он Принц страны. Слишком многое поставлено на карту его ничтожной жизни, – Селена кивнула в ответ на холодное и рациональное суждение Кальциона.

– Однако, – в этот момент Кальцион посмотрел вдаль и забормотал себе под нос. – Всё может случиться на поле боя.

– ?! – Селена оглянулась на него с сердитым выражением лица.

Несмотря на то, что это не было раскрыто, эти слова открывали, что и у Кальциона была давняя обида на Кронпринца.

Почему кажется, что его хладнокровие и рациональность давно сломаны……

Слова, сказанные однажды, не повторились.