С тех пор как Шэнь Уфэй сказал, что системные эльфы являются сильным искусственным интеллектом, Цяо Цзинтин всегда чувствовал себя немного странно, когда смотрел на двух детей-близнецов Сяо Шэнь и Сяо Юаня.
— Почему ты так на нас смотришь? — Юань схватил его за подбородок и уставился на него. — Ты ведь не из тех извращенцев, у которых есть особые увлечения детьми, не так ли?
— Фу. Люди, создавшие вас, ─ извращенцы. Зачем они наделили вас такими характерами, — сердито процедил Цяо Цзинтин, вырываясь из чужой хватки.
— “Папа” создал только базовые установки, а характер мы сформировали сами.
— Искусственный интеллект может формировать собственную личность?
— Конечно, самое большое различие между искусственным интеллектом и машинами заключается в том, что они могут мыслить самостоятельно.
Цяо Цзинтин подозрительно посмотрел на двоих детей.
— Вы точно машины? Не настоящие люди, правда ведь?
Сяо Шэнь холодно улыбнулась, шевельнула шеей, и вдруг вся ее голова повернулась на 180 градусов.
— Что теперь скажешь?
После этого она повернулась еще на 180 градусов, и шея вернулся в исходное положение.
Цяо Цзинтин поморщился. Дело не в том, что сцена была очень жуткой, он видел и более кровавые, просто вид четырех- или пятилетней девочки в роскошном платье, поворачивающей шею и с усмешкой смотрящей на него, был странным до невозможности.
Юань нахально улыбнулся.
— Хочешь посмотреть на мой главный компьютерный центр?
— Обойдусь, — Цяо Цзинтин почувствовал настоящую тошноту и почти забыл, зачем пришел. Он пришел за новой булавой, а заодно продать ненужные вещи, которые принес из виртуальной системы.
Нынешняя стальная шестиугольная булава Цяо Цзинтина весила всего двенадцать килограмм. Оружие ранга P уже потрескалось, а его вес не удовлетворял. Сначала она казалась ему довольно тяжелой, но теперь стала слишком легкой и мешала наносить удары.
Цяо Цзинтин поискал булаву, и система выдала сотни булав различного материала и формы. Он попробовал несколько и обнаружил, что вес в 25-30 кг ощущается лучше всего. Когда он размахивал рукой, то чувствовал дрожь в мышцах. Хотя сейчас использовать ее будет немного тяжеловато, но, судя по темпам развития, скоро он должен привыкнуть к ней, и тогда оружие будет в самый раз.
Существовало также более двадцати видов булав похожего веса: четырехгранные, шестигранные и восьмигранные. Цяо Цзинтину не была важна форма, главное ─ материал. Для этого вида оружия, поскольку булава должна наносить сильный урон, требования к материалу особенно высоки. Она должна быть достаточно твердой и обладать умеренной прочностью.
Лучших Цяо Цзинтин выбрал три: литую сталь с высоким содержанием хрома, вольфрамовую сталь и гафниевый сплав. Литая сталь с высоким содержанием хрома ─ это модернизированная версия семигранной стали с лучшими характеристиками. Вольфрамовая сталь обладает хорошей коррозионной стойкостью, а гафниевый сплав устойчив к высокой температуре. Все эти три вида оружия относятся к классу М, а цены составляют триста, пятьсот и семьсот очков соответственно. Сплав гафния должен быть лучшей партией оружия класса М.
Цяо Цзинтин долго колебался, но все же выбрал вольфрамовую сталь стоимостью в пятьсот очков. Учитывая, что пройдет совсем немного времени, прежде чем ему, возможно, придется сменить оружие на более совершенное, гафниевый сплав не очень экономичен.
После покупки оружия он продал старое оружие и вещи, которые получил в виртуальной системе, и заработал более четырехсот очков. Кроме того, за последние несколько дней его очки достигли пяти тысяч ста тридцати четырёх.
Выйдя с платформы, Цяо Цзинтин радостно схватил булаву и выбежал за дверь.
Бай Эр как раз тренировался на снегу. На нем был тонкий, чисто белый тренировочный костюм. В сочетании белыми волосами, белыми бровями, белой кожей и белой одеждой все его тело казалось сливающимся с фоном.
Цяо Цзинтин увидел, что Бай Эр одет довольно легко, из-за чего ему стало неловко, что он закутан в теплую одежду. Он снял пальто и потер руки.
— Бай Эр, тебе не холодно?
— Нисколько, — альбинос даже не повернулся в его сторону. Он наносил удары в позе журавля, демонстрируя выдающуюся осанку и шикарную ауру. В белой одежде он был даже похож на фею.
— Я купил новую булаву весом 28 кг.
Цяо Цзинтин пошевелил телом и обнаружил, что на улице не так уж холодно, как ему показалось. В конце концов, его тело хорошо укреплено. А Бай Эр, который промыл себе мозги, должно быть, еще более устойчив к холоду.
Подросток сжал кулак, обернулся и застыл с поднятыми руками.
— Дай мне посмотреть.
Цяо Цзинтин взглянул на него в глубоком раздумье и улыбнулся.
— Ты похож на старого даоса* из какого-нибудь фильма, который преподает боевые искусства и при этом скрывает лицо. Хотя, лучше я буду называть тебя маленьким Мастером.
П.п.: Даос — адепт, посвятивший себя даосизму, это может быть отшельник, учитель, настоятель храма, даосский монах (в монастырских школах), член семьи даосов.
Бай Эр нахмурился.
— Не называй меня маленьким Мастером, я просто учу тебя боевым искусствам.
— Я называю тебя так из-за того…
Цяо Цзинтин внезапно вытащил булаву из вольфрамовой стали и взмахнул ею перед лицом Бай Эра.
Тот не отшатнулся, даже не моргнул глазами, хотя головка булавы неподвижно замерла перед его носом, еще дюйм ─ и носовая кость будет раздроблена.
— Из-за того, что ты несовершеннолетний, — Цяо Цзинтин торжествующе рассмеялся. — Это первый раз, когда я использую булаву весом в двадцать восемь килограмм, так что, думаю, я хорошо с ней справляюсь.
Когда Цяо Цзинтин замахнулся, на самом деле он был не очень уверен в своих действиях. Дело было не в том, что он боялся ударить Бай Эра. После столь длительных интенсивных тренировок Цяо Цзинтин научился измерять расстояние с точностью до миллиметра. С такой дистанции он не сможет дотронуться до Бай Эра. Цяо Цзинтин боялся, что булава окажется слишком тяжелой, из-за чего он не успеет вовремя ее остановить. Однако его контроль оказался даже лучше, чем он мог себе представить, а бесчисленные упражнения наконец-то позволили ему в совершенстве овладеть своим оружием!
— Все отлично, но это оружие более чем в два раза тяжелее предыдущего. Тебе придется заново тренировать силу своих рук.
— Конечно. Я поработаю над силой рук позже, — Цяо Цзинтин несколько раз взмахнул булавой, пребывая в очень хорошем настроении. — Бай Эр, я должен поблагодарить тебя. Мы с Шу Ай, наверное, до сих пор пользовались бы этими длинными мечами.
После того, как Цяо Цзинтин нашел подходящее оружие и овладел правильным методом тренировки, не только он значительно увеличил свою силу. Даже если Шу Ай стала Го Ши, ее наступательную мощь нельзя было недооценивать.
— Не за что.
— Хотя ты несовершеннолетний, ты определенно самый надежный взрослый человек, которого я когда-либо видел, — Цяо Цзинтин несколько раз взмахнул булавой. — Брат обязательно возьмет тебя с собой на битву с Повелителем Бури, и мы найдем лучшие рунные камни.
— Конечно, я хочу лучшего, — Бай Эр взял паузу, — но я не несовершеннолетний.
— А? — Цяо Цзинтин от неожиданности осекся, слишком сосредоточившись на комбинации тренировок по работе ног и замаху рук.
— Я больше не несовершеннолетний, — спокойно поправил себя Бай Эр.
Цяо Цзинтин остановился.
— С каких это пор?
— С сегодняшнего дня.
— У тебя сегодня день рождения?! — Цяо Цзинтин резко похлопал Бай Эра по плечу. — Почему ты не сказал мне, что у тебя сегодня день рождения, малыш?
— А зачем мне говорить?
— Это твой первый взрослый день рождения. Разве не самый важный день в жизни человека ─ это его совершеннолетие? — Цяо Цзинтин ненадолго задумался. — Но, опять же, у меня нет привычки праздновать дни рождения... Забудь об этом, мы должны отпраздновать.
— Ты просто хочешь найти повод выпить.
— Этого хочет брат Дао. Пойдем-пойдем, нам нужно все подготовить.
Цяо Цзинтин потащил его в дом.
— Я не отмечаю дни рождения.
Бай Эр стряхнул его руку, и бледно-красные зрачки спокойно уставились на Цяо Цзинтина. Взгляд альбиноса был рассеянным, а губы слегка поджаты, словно он что-то скрывал.
— Но почему? Это очень важный день.
Бай Эр стоял в снегу, одинокий, как статуя, и тихо прошептал:
— Таковы правила династии Байев. Ты должен отказываться от своих любимых вещей.
Цяо Цзинтин пораженно замер.
— Зачем?
— Если ты любишь свою мать, ты не сможешь разговаривать с ней всю оставшуюся жизнь. Если ты любишь домашних животных, ты должен убить их. Если ты любишь рисовать, ты не сможешь брать кисти в руку всю оставшуюся жизнь.
Голос Бай Эра был призрачным, как эхо в пустой долине, легко рассеивающимся на ветру, но он оставил след в сердце Цяо Цзинтина.
— Что это за дерьмовые правила, — сказал он низким голосом.
— Бай должен оставить позади земные печали и радости, не только плоть должна быть бесцветной, но и сердце, чтобы сохранять абсолютное спокойствие при выполнении миссии и продолжать традицию семьи, — Бай Эр опустил голову. — У меня просто день рождения.
Цяо Цзинтин пнул снег у своих ног.
— Чертовски не повезло родиться в такой психопатической семье, так что, наверное, хорошо, что ты попал в игру.
Бай Эр мягко кивнул.
— Это очень хорошо.
— Тогда... что ты любишь больше всего?
Бай Эр сжал кулаки и тихо сказал:
— У меня есть младший брат, единственный сводный брат.
У Цяо Цзинтина встал комок в горле, он не мог больше задавать вопросы. Он не знал, как тяжело было Бай Эру бросить своего младшего брата, и не мог представить, какую боль носит в своем сердце мальчик, только что достигший совершеннолетия.
В этом заснеженном виртуальном мире, в самую особенную и жестокую ночь своей жизни, он, должно быть, был больше не в силах нести этот груз на своих плечах, поэтому решил поделиться им.
Цяо Цзинтин очень хотел утешить Бай Эра, но не знал, что сказать. Такая судьба не просто проклятие, она подобна тому, как если бы на него поочередно обрушились десять лучших мучителей. Он уже немного пожалел, что вообще заикнулся о дне рождения.
— Возвращайся в дом, я скоро приду.
— С твоей нынешней силой ты можешь победить всех членов своей семьи, когда вернешься в реальный мир. А потом отменишь эти ублюдочные правила.
В глазах Бай Эра мелькнуло удивление. Он молчал несколько минут, прежде чем заговорить снова:
— ...Да.
— Хорошо, значит, мы возвращаемся, и ты сможешь отпраздновать свой день рождения позже, если захочешь, — Цяо Цзинтин нежно улыбнулся. — Бай Эр, поздравляю тебя с совершеннолетием.
Альбинос в ответ мягко кивнул.
——
Шэнь Уфэй, проанализировав видеозапись их сражения, разработал новый план боя. Они убивали ледяных волка постоянно, получая как шестьсот или семьсот, так и почти тысячу очков, что приводило всех в восторг.
Однако заработанные очки быстро тратились. Если не считать Цяо Цзинтина, которому пришлось копить очки, чтобы промыть себе мозги, все остальные вкладывали их в оборону города.
Шэнь Уфэю также пришлось укрепить городские стены, чтобы предотвратить проникновение врагов извне. Помимо утолщения стен города, он также провел по нему ток с высоким напряжением, используя в качестве проводников провода из алюминиево-магниевой шпинели. Этот вид провода полностью прозрачен, и его сложно разглядеть, даже если положить перед глазами, не говоря уже с расстояния. Если враг решит прилететь с воздуха, он коснется высоковольтной линии, как и при перелазывание через городскую стену.
Шэнь Уфэй сказал, что проволока из алюминиево-магниевой шпинели также находится за пределами досягаемости современной науки и техники. Невозможно сделать этот материал таким тонким и эластичным, но в игре он стоит довольно дешево.
Когда небо восстанавливает свою защиту, землю, естественно, не щадят. Городская стена была утолщена до трех метров, чтобы ее не могли пробить артиллерийские снаряды, а за пределами города был вырыт ров, вокруг которого зарыли небольшие стальные мины. Стены и мины стоили тысячи очков, но и эта защита была необходима. Еще самыми дорогими являлись наземные пожарные линии.
В городе осталось не более десяти постоянных жителей. Многие люди ожидали, что группа Цяо Цзинтина будет убита. Они боялись, что их поглотит хаос. Все, кто мог бежать, сбежали, а большинство из тех, кто этого не сделал, имели дурные намерения. Поэтому, когда группа друзей занимались установкой обороны и прокладыванием пожарной линии, им приходилось работать ночью, когда жители спят, и в то же время все должно управляться дистанционно, чтобы чужие люди не могли запустить механизм по своему желанию.
Эти засады были в основном сосредоточены вокруг двух городских ворот и Древа Жизни. Шэнь Уфэй проложил полуметровые замысловатые рисунки, чтобы пожарные линии точно сработали. Некоторые работы можно было выполнить с помощью системы, например, улучшить стены, вырыть рвы или установить высоковольтное электричество, но слишком сложные работы приходилось выполнять самостоятельно. Проще говоря, если вы хотите изменить структуру дома, планировку города, мгновенно улучшить городскую стену, вырыть подвал для Шэнь Уфея или что-то еще, система может помочь вам в этом, но любые изменения, которые не относятся к городской системе, должны быть сделаны вашими собственными руками.
За все это время они зарабатывали очки и преображали город днем и ночью. Никто не ныл, что устал, потому что все понимали: столкнувшись с двумя основными гильдиями в игре и множеством глупых охотников за головами, их надежда на выживание будет очень мала, и если они ничего не предпримут, им придется ждать смерти.
Вот только они не собирались умирать, а наоборот ─ проложить кровавый путь, уничтожив эту проклятую игру и всех ее обитателей.