К счастью, никто не знал, что это я уничтожила ту атаку. Оскар, не раздумывая, сжал меч и встал передо мной, когда мы вышли из кареты.
— Мейбл, всегда будь рядом со мной. Я обязательно тебя защищу.
— Холосё.
Я ответила честно и постаралась не терять бдительность.
Я должна защитить Оскара.
Я понимала, что он хочет защитить меня, но Оскар был ещё маленьким мальчиком. Поскольку у няни и Ларимы не было сил, мне предстояло защитить всех троих.
— Хах…
Истратив столько энергии на призыв дождя, я уже задыхалась после того, как уничтожила всего одну стрелу. Поскольку я всё ещё не могла оценить остаток своей божественной силы, мне нужно было использовать способности экономно. Кем бы ни были эти нападающие, они хорошо подготовились. Наши рыцари могли справиться с обычными противниками, но гигантские огненные шары были не тем, с чем они были готовы иметь дело.
— Нам нужно сначала добраться до Его Величества. Мы прикроем вас.
К первому рыцарю присоединились другие, и они выстроились в боевой порядок вокруг нас.
— Вы в порядке, Ваше Величество?
Цицеро появился, разрубив летящую в нас стрелу надвое. Он присоединился к строю, и я воздержалась от ответа, просто кивнув.
Оскар сказал мне не приближаться к нему, поэтому…
Цицеро выдавил улыбку и поправил хватку на мече. Оглянувшись, я увидела бесконечные волны нападающих, идущих на нас.
Откуда они вообще берутся?
Когда я сделала первый шаг, в нас полетел кинжал.
— И‑и‑и!
Оскар успел заблокировать лезвие, прежде чем оно поразило Лариму.
— Ты в порядке? — спросил он.
— Д‑да…
Между нами и императором‑регентом была мешанина из повозок и людей. Из‑за значительных размеров процессии добраться до него быстро было невозможно.
Где он, чёрт возьми?
Меня беспокоило, что он не прилетел к нам в мгновение ока, учитывая сложившуюся ситуацию.
Любой человек беспокоился бы о другом человеке, верно? Я не то чтобы особенно переживаю за этого парня.
Когда мы медленно продвигались вперёд и я держала Оскара за руку, Цицеро резко обернулся с широко раскрытыми глазами.
— Ваше Величество! Берегитесь!
Я тоже обернулась и увидела человека в чёрном балахоне, бормочущего заклинание. Его глаза были устремлены на меня. Изо всех сил я толкнула Оскара в сторону. Он отшатнулся от неожиданного толчка, и сразу после этого…
— Мейбл!
Раздался мощный взрыв. Облако пыли поднялось вокруг меня, но боли я не почувствовала. Что‑то окутало меня прямо перед ударом. Открыв зажмуренные глаза, я увидела перед собой лицо Цицеро.
— Ваше Величество! Вы в порядке?
Кровь свободно стекала по его спине, а одежда была обожжена.
— Я в полядке.
— Какое облегчение.
Я посмотрела поверх Цицеро туда, где был маг, но никого не было — значит, он сбежал. Нас могли атаковать снова в любую секунду. Подумав, что нам нужно двигаться дальше, я заметила кое‑что краем глаза: меч Цицеро.
Я… я уже видела его где‑то.
Вспыхнуло воспоминание. Меч, пронзивший карету, имел на себе символ — тот же символ, что был и на мече Цицеро.
Не может быть.
Я стряхнула с себя пыль и встала, стараясь сохранить спокойное выражение лица.
— Спасиба.
Я попыталась уйти от Цицеро, пока он не заподозрил неладное, но…
— Неужели вы надеялись меня провести, Ваше Величество?
— Уф!
Цицеро схватил меня за шею, прежде чем я успела сопротивляться. Оскар, только что ставший свидетелем этой невероятной череды событий, издал изумлённый крик.
— Мейбл! Ты… ты…!
— Вам не стоит приближаться, принц, — предупредил Цицеро.
— Ты…
Цицеро приставил острый кинжал к моей шее; его угрожающий голос, обращённый к Оскару, полностью отличался от его обычного тона.
Он как будто другой человек.
Возможно, точнее будет сказать, что это и был настоящий Цицеро. Будучи шпионом, он умудрился вступить в Орден год назад, ни разу не вызвав подозрений. Это был поступок, достойный похвалы. Даже блестящий — я попалась на удочку и поверила, что я ему нравлюсь. И только что он превзошёл себя, приняв удар вместо меня.
Оскар, наверное, чутьём чувствовал его? Что ж, я не собираюсь оставаться в таком положении.
— П-помогите…
Притворяясь испуганной, я взглянула вниз и увидела, что большая часть травы под ногами сгорела от огненной магии.
Это немного проблематично.
Тем не менее лучше попробовать что‑то, чем ничего не делать. Я затаила дыхание и сосредоточилась.
Расти. Расти.
Тем временем Оскар и Цицеро стояли друг против друга. Даже окружённый другими рыцарями, Цицеро оставался спокоен. Оскар заговорил сквозь стиснутые зубы:
— Отпусти Мейбл.
— Нет, спасибо. У меня свои планы на императрицу.
— Ты… ты связпн с Девлином? — спросил Оскар.
— Девлин? Что такое Девлин? Я никогда о таком не слышал.
Цицеро усмехнулся, как будто дразнил его. Оскар стиснул зубы, но сумел сдержать гнев. Няня и Ларима стояли позади него, тревожно наблюдая. Не видя возможности для атаки, Оскар продолжал допрашивать Цицеро:
— О каких ещё планах ты говоришь?
— Я не обязан отвечать на твой вопрос.
— Ты уже окружён. Ты не сможешь сбежать, если придёт отец.
— Ха.
Изо рта Цицеро вырвался короткий смешок, эхом разнёсшийся по округе.
— Ах, прошу прощения, Ваше Высочество. Я не мог не рассмеяться над вашей жалкой угрозой. Слушайте внимательно, принц. Ваш отец не придёт. Более того, он не сможет ступить и шагу благодаря новому парализующему заклинанию, которое разработал мой хозяин.
Император‑регент парализован?
Я не могла в это поверить. В моём сознании император‑регент был практически неуязвимой силой. Он был мастером меча, как и Лисандро, так что его не должны были так легко вывести из строя.
Это ложь. Должно быть.
С другой стороны, что, если Цицеро говорит правду? Если бы он был в порядке, император‑регент непременно примчался бы сюда.
С каких пор… С каких пор я так поверила и доверилась императору‑регенту?
Я стиснула зубы, понимая, что сомневаться в себе во время кризиса не поможет.
Враг проник в наши ряды так глубоко.
Было бы ложью сказать, что я не была потрясена. Сначала нападение в самом дворце, а теперь шпион, внедрённый в наши самые доверенные войска. Кто бы ни стоял за всем этим, у них точно хватало смелости. В обоих случаях был один общий знаменатель: я. Почему я всегда должна быть мишенью?
— Цицеро.
— Да, Ваше Величество.
Хотя Цицеро был груб с Оскаром, со мной он говорил уважительно. Такое загадочное поведение раздражало меня, но я отбросила эмоции в сторону.
— Цицело… ты ужасен…
Сейчас был идеальный шанс выиграть время, притворившись невинным младенцем.
— Ужасен… Ну, я считаю себя хорошим человеком, но да. С точки зрения Вашего Величества, я могу показаться злодеем.
Ладно, он не помнит, сколько мне лет.
Настоящий младенец не понял бы ни слова из того, что он только что сказал. Если я хотела, чтобы Цицеро не замечал, что происходит у него под ногами, мне нужно было отвлекать его ещё немного.
— Что такое злодей?
— Это значит плохой человек.
— Значит, Цицело — плохой человек?
— Возможно. А возможно и нет.
— Тогда ты не мозесь стать холосим теловеком?
— Может быть.
Цицеро добросовестно отвечал на все вопросы, которыми я его засыпала. В конце концов Оскар открыл рот, нервно наблюдая за нашей перепалкой:
— Цицело, чего ти хотесь?
— Пока что я хочу похитить императрицу.
Неудивительно, что он пытался приблизиться ко мне. Всё это было притворством, чтобы усыпить мою бдительность. Спокойного, счастливого ребёнка легче похитить.
Кулаки Оскара побелели от напряжения.
— Значет, у тебя есть и длюгие пляни? (Значит у тебя есть и другие планы?)
— Хм. Они могут быть слишком жестокими для твоих юных ушей, Ваше Высочество. Вы уверены, что хотите услышать?
— Говоли.
— Изначальный план состоял в том, чтобы убить императрицу‑младенца здесь, а затем разобраться с твоим отцом. Я не ожидал, что меня так быстро раскроют. Должен сказать, вы довольно проницательны.
Спокойный тон Цицеро заставил мою кожу покрыться мурашками.
Убить меня?
Я подозревала, что у организатора всего этого были личные счёты с императором‑регентом. То, что сказал Цицеро, подтверждало это, поскольку меня должны были убить раньше отца, чтобы он знал о судьбе своей дочери. Шанс, что Абелардо хотел моей смерти, был равен нулю, что оставляло только одного подозреваемого.
Девлин.
В этот момент мои догадки превратились в уверенность. Я не могла больше тратить время на этого парня, который болтал о моём убийстве.
Гад. Ты покойник.
— Хах…
Как только я нервно выдохнула, в лесу вокруг нас началось нечто необычное.
Листья громко зашелестели, и из деревьев появилось ужасающее зрелище. Всевозможные насекомые: ползающие, летящие, прыгающие — все они двигались в одном направлении.
— А‑а‑а!
— Н‑насекомые!
От муравьёв, сороконожек и пауков до мух, комаров и жуков — все насекомые в округе откликнулись на мой зов. Я пыталась призвать и крупных зверей, но никто не пришёл; вероятно, животные поблизости разбежались от взрывов. Значит, у меня были только насекомые.
Насекомые! Прячьтесь!
Полчища жуков по моей команде набросились на Цицеро.
— Какого чёрта! Уф!
Даже если кто‑то не боится насекомых, любой испугается, увидев сотни жуков, бегущих на него. К сожалению, хотя я призвала только насекомых, энергия всё равно уходила. Это означало, что я израсходовала почти всю божественную силу, оставшуюся в моём теле.
Ещё один удар.
Я сжала кулаки и крепко зажмурилась. В тот же миг из земли вырвались корни и обвили ноги Цицеро.
— Какого чёрта! Что это такое!
Несмотря на лицо, покрытое маской из насекомых, Цицеро не отпустил меня.
Но он ослаб.
Я изо всех сил тряхнула руку Цицеро, и кинжал разрезал подол моей одежды.
— Куда, чёрт возьми, ты собралась!
Когда он уронил меня, его рука потянулась, чтобы схватить меня снова. Он промахнулся, и насекомые под нами расступились, открывая путь для моего бегства. Тяжело дыша, я побежала так быстро, как могла, но его рука всё же схватила меня за запястье в последний момент.
— Поймал!
Я обернулась и увидела улыбающееся лицо Цицеро. Насекомые не могли скрыть безумный блеск в его глазах. Хотя он и был скован насекомыми и корнями, этого было недостаточно, чтобы компенсировать разницу в силе между взрослым мужчиной и ребёнком.
— Мейбл!!
Я повернулась на крик и увидела Оскара, бегущего ко мне в замедленной съёмке.
Я умру?
Солнечный свет, отразившийся от его меча, ударил мне в глаза, заставив зажмуриться.
Я не могу умереть вот так… Какая глупая смерть!
Я собрала каждую каплю силы в своём теле и попыталась заставить корни обвить всё его тело, но они лишь немного подросли.
— Ха… Я планировал дать тебе быструю смерть, раз уж ты такая милая. Похоже, тебе всё же повезёт получить её !
Безумно смеясь, Цицеро обрушил свой меч вниз.
Я услышала звук лезвия, пронзающего плоть, но вспышки боли, которая должна была последовать, не было.
А?
Совсем не больно. Наоборот, я чувствовала, как что‑то тёплое окутывает всё моё тело. Даже после того, как я открыла глаза, мне потребовалась секунда, чтобы понять, что происходит. По какой‑то причине удар принял не я.
— …Мейбл.
Дрожащий голос произнёс моё имя. Он звучал так, будто кто‑то притворялся, что всё в порядке.
— Всё хорошо, Мейбл, — император‑регент улыбнулся. — Твой папа здесь.
Он улыбнулся, и его лицо быстро теряло цвет.
— Почему? Почему…? — закричал Цицеро.
Я видела это отчётливо: меч Цицеро вонзился в спину императора‑регента. Цицеро был более растерян, чем я, от этого поворота событий.
— …Возможно, это даже лучший результат?
Хмыкнув, Цицеро вытащил меч из тела императора‑регента. Тот закашлялся кровью, окрашивая мою одежду в красный, и рухнул. Мне казалось, что всё вокруг меня стало красным.
— Папа… Папа! — закричала я.
— Ваше Величество!
Оскар и рыцари побежали к нам. Цицеро, переглянувшись между мной и своим мечом, вздохнул и повернулся, чтобы бежать.
— Шпион уходит! Поймайте его!
Половина рыцарей бросилась в погоню за Цицеро. Тем временем дыхание императора‑регента становилось всё слабее.
— М‑Мейбл.
Его короткое хриплое дыхание звучало болезненно. Глядя на меня сверху вниз, его голубые глаза, которые с каждой секундой теряли свет, изогнулись в нежные полумесяцы. Я протянула руку и коснулась его, но мои руки почувствовали что‑то влажное. Дрожа, я опустила взгляд и увидела, что они пропитались кровью.
Я не могла понять этого человека. Ситуация была критической, но он принял удар на себя…
— Затем ты это сделял!
— Ха‑ха… ты… правда… спрашиваешь…
Он с трудом поднял руку к моему лицу, но она бессильно упала, едва оторвавшись от земли. На мгновение он поморщился, но затем снова улыбнулся.
— Ты… ты моя дочь.
— …Что?
— Ты моя дочь… которую я очень очень люблю.
Его дочь… которую он очень очень любит…
Я никогда не была так тронута такими словами. До сих пор моё предубеждение против нового отца проистекало из незабываемого воспоминания — когда любовь, которую я когда‑то считала непоколебимой, со временем угасла. В конце этого эмоционального распада последовали пренебрежение и жестокость.
Этот мужчина не должен был быть лучше, верно?
Но его преданность и любовь остались безусловными.
— Не плачь… Мейбл.
— Хм…?
Горячая слеза — которую я даже не заметила, как набежала, — упала из моего глаза на его щёку.
— Я… в порядке…
С последней дрожью его рука безжизненно упала набок.
Что только что произошло?
Я сидела неподвижно, онемев, а Оскар кричал на отца:
— Нет, отец. Пожалуйста!
— Ваше Величество…!
Даже няня и Ларима разрыдались.
— Папа?
Император‑регент не отвечал; его глаза оставались закрытыми. Я видела, как его грудь едва заметно поднималась и опускалась, но было ясно, что пламя его жизни опасно мерцает.
Я испытывала такое чувство однажды. Когда я была Юн Гёль. Это случилось зимой. В четыре года я отчаянно держалась за чью‑то руку той снежной ночью.
Не уходи…
Я буду хорошей девочкой…
Я буду есть совсем чуть‑чуть. Я буду мыть посуду и стирать.
Не бросай меня, мама.
Разве можно забыть спину, которая так безжалостно отвернулась от меня? Эта сцена навсегда останется в моих глазах: сцена того, как меня бросили. С тех пор я была одна и возвела стены между собой и другими людьми, чтобы никогда больше не чувствовать ничего подобного.
Он разрушил эти стены и впустил себя… И теперь он собирается оставить меня одну?
— Затем ты это сделял… — Я схватила его одежду своими маленькими руками. — Не уходи. Не оставляй меня адну.
— …Мейбл?
Я проигнорировала удивлённый голос Оскара и уткнулась лицом в руки императора‑регента, нет, моего отца, пока слёзы катились по моим щекам.
— Не оставляй меня адну… — рыдала я.
В тот самый момент из меня вырвалось что‑то, что, казалось, всё это время было заперто в моём теле. Подняв голову с отсутствующим взглядом, я увидела, как с неба падает странный светящийся порошок. По мере того как он опускался, моё тело начинало светиться.
Пока все в шоке смотрели на это световое представление, отец очнулся.
— …Мейбл.
Его тело было наполнено жизненной силой и чистотой, ни единой раны не было видно.
Все присутствующие стали свидетелями чуда в тот день. Дождь света окутал всю процессию, и таинственное тепло наполнило тела раненых. Свет исцелил все раны, даже на телах мёртвых. Этот свет лился с неба долгое время, пока внезапно не прекратился. Для всех это был момент, похожий на сон.