Пал перун. Ударом бога-грома
Прервалась событий череда.
И исчез на Козьем поле Ромул,
Словно бы и не жил никогда.
Испарился призрак славы громкой,
Но, ища потерянную нить,
Потерявшим Ромула потомкам
Оставалось сказку сочинить.
И никто не смел в ней усомниться,
Разнеслась она во все концы -
О младенцах и благой волчице,
Что дала подкидышам сосцы,
О разбойнике-братоубийце,
Небом предназначенном в отцы.
Заключив мир, Ромул устроил смотр своему легиону и целерам близ Козьего болота . Во время их построения внезапно подул сильный ветер. Облака поднятой им пыли затмили солнце. Когда вновь стало светло, римляне, к своему ужасу, не увидели Ромула. Царское кресло было пустым.
Тотчас же начальник целеров поспешил в Рим, чтобы известить о пропаже царя. Сенаторы встретили это известие по-разному. Одни были глубоко потрясены и поспешили надеть темные тоги, другие же, считавшие основателя Рима тираном, ликовали. И это дало повод подхваченному народом слуху, будто Ромул не исчез, а растерзан сенаторами. Возмущенные люди заполнили Форум. Раздавались призывы к расправе над похитителями царя. И в это время перед воинами появился незнакомец, то ли римлянин, то ли сабинянин.
– Меня зовут Юлий Прокул , – начал он. – Иду я из города Альба Лонга. Небо очистилось от туч. Ярко засветила луна, и я загасил свой факел. Вдруг вижу: дрожит ограда, отделяющая дорогу от зарослей. От ужаса у меня волосы встали дыбом. И тут мне явился Ромул, облаченный в царскую трабею , роста же выше человеческого. Вот что он мне сказал: «Передай моему народу, чтобы он возрадовался. Насытившись долгой жизнью, я взят богами на небо и буду отныне называться Квирином…»
– Почему Квирином, а не Марсом?! – воскликнул один седобородый старец.
В толпе всегда найдутся люди, готовые усомниться даже в чуде и подозревать его свидетелей в надувательстве. Но толпа угрожающе загудела. Ведь она наполовину состояла из тех, у кого матери были сабинянками. Их не огорчало, что Ромул принял имя сабинского, а не латинского божества.
Видя поддержку, назвавшийся Юлием Прокулом молитвенно возвел руки к небу:
– Клянусь, что все мною сказанное – истина! Закончил же Ромул-Квирин так: «В своей земной жизни я основал Рим, а на небесах буду ему покровителем во всех войнах. Пусть мне воскурят благовония!» С этими словами он скрылся из моих глаз, как бы растворившись в воздухе.
С этого дня, 17 февраля, Ромул стал именоваться Квирином, а римляне – квиритами Тогда же был учрежден праздник квириналии, совпавший по времени с другим, более древним «праздником глупцов».