Контент удален!

На выходных Юй Чэн отвез Ци Ин в городскую больницу на плановый осмотр и лечение. Юй Чжо не хотел слушать дома нытье У Инхуа, поэтому поехал с ними. 

Больница, как всегда, была переполнена. Когда они добрались до места, перед ними уже стояли два пациента. Лечащий врач попросил их немного подождать снаружи. 

Утром Юй Чэн хотел дать детям поспать еще немного, так что они встали поздно и не успели позавтракать. Первоначально он планировал дождаться осмотра, прежде чем идти на обед, но теперь уже не знал, как долго им придется ждать. Поэтому он оставил Юй Чжо с Ци Ин, а сам спустился вниз, чтобы купить еды на завтрак. 

Среди стульев в коридоре оставалось одно свободное место, и Юй Чжо попросил Ци Ин сесть, пока он стоял рядом с ней, прислонившись к стене и играя в игры. 

Вдруг они увидели, как группа людей с шумом забежала в коридор. Врачи и медсестры толкали каталку. На каталке лежал мужчина средних лет с окровавленной головой, за ними следовали несколько старых и слабых женщин, детей и молодых людей, которые всю дорогу плакали. 

Происходящее было настолько масштабным, что даже Юй Чжо отвлекся от игры и с любопытством поднял голову. 

Затем он увидел знакомую фигуру, идущую в конце толпы. 

Одетая в черно-белый костюм, с короткой стрижкой и красными губами, на шпильках, холодная и великолепная, она выглядела несовместимой с больницей. 

Рядом с ней была женщина, похожая на ассистентку, которая что-то докладывала ей на ходу. Цзи Цянь выглядела серьезной и время от времени кивала. Ее высокие каблуки ступали по земле со звуком «да, да, да», холодно и быстро. 

Группа людей быстро прошла мимо них и скрылась за углом. 

Ци Ин, послушно сев на стул, наклонила голову, чтобы посмотреть. Юй Чжо удивленно сказал: 

— Эй, разве это не то, что... 

Он вдруг вспомнил ее. Это ведь она дала ему письмо, чтобы он передал его Цзи Жану. 

Он промолчал?.. 

Через некоторое время Юй Чэн вернулся с соевым молоком и пакетом паровых булочек. Он подумал, что в коридоре слишком людно, поэтому повел Юй Чжо и Ци Ин на крышу, чтобы поесть. 

Была уже осень, и ветер по утрам был холодным. Все трое сели на скамейку. Юй Чэн поторапливал, говоря есть быстро, чтобы не простудиться. 

Юй Чжо откусил от паровой булочки и сделал глоток соевого молока. Он со скукой огляделся и увидел высокую фигуру, стоящую на краю крыши и разговаривающую по телефону. 

Вначале он не слышал, что она говорила. Позже она, видимо, поссорилась с человеком на другом конце провода, и ее голос стал громче, так что он периодически долетал до его ушей вместе с утренним ветром. 

— Бизнес компании… Сейчас не твоя очередь диктовать... 

— Я не трогала его! Даже если я ударила его, то что с того? Сколько он получил с проекта Чэнбэй... 

— Не говори о моей матери! Сколько лет прошло с тех пор, как она умерла?! 

Последнее предложение прозвучало почти как рев. 

После этого она бросила трубку и яростно развернулась. 

На полпути она увидела трех человек, завтракающих, сидя на скамейке. Юй Чэн не гордился тем, что он подслушал чей-то разговор. Он не хотел этого делать! Немного огорченный, он склонил голову и сказал Юй Чжо: 

— Ешь быстро! 

Ледяной гнев на лице Цзи Цянь был подобен туману, который испарился после восхода солнца и исчез в одно мгновение. 

Она подняла глаза и улыбнулась, с длинными и тонкими бровями, красивая и грациозная, подошла на высоких каблуках и поздоровалась: 

— Это же ты, парень. 

Юй Чжо чуть не задохнулся, поперхнувшись паровой булочкой. 

Он выпил два глотка соевого молока и неловко кивнул. 

Юй Чэн с любопытством взглянул на него: 

— Вы знаете друг друга? 

Цзи Цянь кивнула: 

— Они учатся в одной школе с моим братом. 

Юй Чэн вдруг понял: 

— О, привет, привет. 

Цзи Цянь ответила улыбкой и снова посмотрела на Юй Чжо: 

— Спасибо тебе за помощь в прошлый раз. 

Юй Чжо внезапно разволновался: 

— Не за что, в этом не было... ничего особенного. 

Цзи Цянь рассмеялась. Она так много лет провела в обществе, и у нее есть свой собственный способ для общения с людьми и решения дел. Даже если она одета в костюм и обладает холодным темпераментом, она все равно может проявить добрую и нежную сторону к Юй Чжо. 

Она посмотрела на Ци Ин, которая спокойно пила соевое молоко, улыбнулась и спросила Юй Чжо: 

— Это твоя сестра? 

Юй Чжо подтвердил: 

— Моя сестра. 

Он боялся, что Цзи Цянь неправильно поймет Ци Ин, решив, будто та игнорировала ее, и объяснил: 

— Моя сестра не может говорить и слышать. 

Вспышка удивления промелькнула в глазах Цзи Цянь, но она, как обычно, быстро пришла в себя. Она посмотрела на Юй Чэна: 

— Вы привезли ее сюда на лечение? 

Юй Чэн кивнул. 

Цзи Цянь искренне улыбнулась: 

— Я желаю твоей младшей сестре скорейшего выздоровления. У меня есть еще кое-какие дела, так что я должна уйти. 

Она махнула рукой, и Ци Ин застенчиво улыбнулась ей. 

Цзи Цянь увидела, что маленькая девочка так красиво и тихо улыбается, и ей захотелось потрепать ее по щекам. 

Когда Цзи Цянь спустилась вниз, Юй Чэн сказал Юй Чжо: 

— Родители этой ученицы, должно быть, очень хорошие. Хотя на первый взгляд она выглядела богатой, она все же была вежливой и тактичной, в отличие от некоторых богатых людей, что задирают нос до небес. Ее брат тоже должен быть очень хорош. 

Юй Чжо: 

«...» 

Он подумал, что лучше не говорить своему отцу, кто ее брат. 

Все трое вернулись в коридор после завтрака как раз в тот момент, когда пациент вышел из нужного им кабинета. Лечащего врача звали Фен. Он улыбнулся и помахал Ци Ин: 

— Инин, твоя очередь, заходи. 

С последней их встречи с врачом-экспертом, доктор Фэн еще дважды беседовал с экспертом и улучшил схему лечения Ци Ин. Во время рутинной диагностики и лечения он обнаружил, что она уже может слышать звуки на высоких частотах. 

Доктор Фэн выписал Юй Чэну новый рецепт и с улыбкой сказал: 

— Ситуация лучше, чем мы ожидали. Я думал, что это займет по крайней мере четыре или пять месяцев. Но звуки в нормальном диапазоне она уже начинает слышать. 

Юй Чэн был так счастлив, что пожал доктору руку, снова и снова благодаря его. Юй Чжо передал слова доктора Ци Ин через WeChat и спросил ее: 

[Сестра, скоро ты сможешь слышать. Ты счастлива?] 

Ци Ин кивнула и ответила, напечатав: 

[Так будет гораздо удобнее учиться.] 

В конце каждого урока ей приходилось полагаться на помощь одноклассников, чтобы разобраться в пометках в учебнике, ответить на вопросы и решить задачи. Ци Ин всегда чувствовала, что это должно быть хлопотно для них. 

Если бы она могла слышать, было бы гораздо удобнее.  

Ей бы ей не пришлось полагаться на письмо, чтобы общаться с одноклассниками, и она смогла бы... 

Услышать голос генерала. 

Будет ли он таким же, как раньше, хриплым и низким голосом, которым он все время рычал на солдат? 

Когда он звал ее по имени, слово «Инин», казалось, было завернуто в гравий, как будто он вообще не знал, что такое нежность. 

Но это все равно звучало мило. 

Она была счастлива глубоко в душе. 

Юй Чэн взял медицинскую карту, чтобы заплатить за лекарство, так что Юй Чжо медленно повел Ци Ин вниз. Эти двое не хотели пользоваться лифтом, поэтому спустились по лестнице. Ци Ин использовала свой мобильный телефон, чтобы отправить сообщение WeChat Юэ Ли, поделившись хорошей новостью о том, что она скоро сможет услышать ее голос, когда позади нее группа людей бросилась по коридору. 

Юй Чжо поспешно оттащил Ци Ин в сторону, в то время, как кто-то в толпе закричал: 

— Поторопитесь! Она остановится в лифте посередине, когда будет спускаться, так что давайте подойдем ко входу на парковку, чтобы остановить ее! 

Юй Чжо нахмурился. 

Он узнал в этих людях плачущих членов семьи пациента, которые только что шли перед Цзи Цянь по коридору. 

Значит, человек, которого они хотят остановить, — это Цзи Цянь? 

Дойдя до первого этажа, они встретили Юй Чэна в приемном отделении западной медицины, но Юй Чжо все еще хмурился.

Получив лекарство, Юй Чэн отвел их на стоянку и собрался ехать домой. Их машина была припаркована у выхода. Когда они садились в машину, Юй Чжо оглянулся. 

Он увидел нескольких столпившихся человек, и что между ними периодически вспыхивали споры. 

Юй Чэн уже сидел за рулем и позвал его: 

— Садись в машину. 

Юй Чжо сунул телефон в карман брюк: 

— Папа, я вдруг вспомнил, что у меня назначена встреча с моими одноклассниками неподалеку. Я просто пойду поищу их, так что я не вернусь с вами. 

Сказав это, он развернулся и побежал, не дожидаясь ответа Юй Чэна. 

Юй Чэн дважды крикнул, но он привык к тому, что сын по выходным гуляет на улице. Он выругался на маленького придурка и погнал машину прочь от больницы. 

В это время Юй Чжо уже добрался до источника ссоры. 

Он также не понимал, почему хочет ей помочь. Он и Цзи Цянь встречались всего три раза. Может быть, она даже не нуждалась в его помощи. 

Но он всегда чувствовал, что, если он знает, что что-то может случиться, ему сложно игнорировать это. 

В конце концов, Цзи Жан тоже помогал его сестре. 

Тогда, если бы он однажды помог сестре Цзи Жана, это можно было бы расценить как ответную услугу. 

Подбежав ближе, он увидел, что это действительно была Цзи Цянь, которую осаждала группа. 

Сегодня она была на красном «Феррари». Ключи от машины были у нее в руке, но она не могла открыть дверь из-за мужчины средних лет, что загораживал ее. Он и остальные не давали ей сесть в машину. 

Несколько мужчин и женщин собрались вокруг нее, крича.  

В этой ситуации Цзи Цянь казалась совершенно спокойной, скривив губы, накрашенные красной помадой, в улыбке. Она сказала с усмешкой: 

— Вы хотите, чтобы я позвонила в полицию? 

Молодой человек указал на ее нос и выругался: 

— Ты еще смеешь звонить в полицию, после того, как кого-то ударила? Звони! Посмотрим, кого полиция придет арестовывать! 

Цзи Цянь ударила его по руке: 

— Ты не проявляешь ко мне уважение! Я не знаю, какой жук, выплывший из сточной канавы, осмелился бы указать на меня? 

Мужчина был в ярости и чувствовал, что ему неловко перед этой девушкой, которая была моложе его, и перед его дядями и тетями. Но он дал клятву перед несколькими старшими и обязательно поможет им потребовать компенсацию. 

Кроме того, с точки зрения старшинства, эта девушка должна уважительно называть его кузеном! 

Он поднял руку, чтобы оттолкнуть Цзи Цянь, и начал ругать ее. 

Сегодня на Цзи Цянь была пара черных туфель на шпильках длиной семь сантиметров. Когда он толкнул ее, она не смогла устоять и упала на бок. 

Она взмахнула руками, пытаясь ухватиться за что-нибудь, чтобы стабилизировать свое тело, но все было напрасно, и она готовилась сильно упасть. 

Однако она попала в ни с чем не сравнимые крепкие объятия. 

Юй Чжо подбежал, чтобы поймать ее. 

К счастью, хотя он и не был сильным, он был высоким. Когда он поймал Цзи Цянь, он не позволил им обоим упасть по инерции. 

Цзи Цянь, увидев, что это он, была ошеломлена. 

Юй Чжо помог ей твердо встать, повернулся и пнул мужчину: 

— Иди и толкни свою мать! 

Он чуть не сбил мужчину с ног, поставив его на колени. Хотя несколько человек вокруг, казалось, производили много шума, на самом деле они не думали о том, чтобы помочь этому человеку. Увидев этого маленького мальчика, который не знал, с чего начать, они тут же сердито окружили его.  

Один из них сердито спросил: 

— Кто ты такой? 

Юй Чжо: 

— Я твой отец! 

Какое-то время на месте происшествия царил хаос. Но группа старших мужчин и женщин, плюс молодой человек, которого Юй Чжо напрямую выгнал из боя, точно не были противниками Юй Чжо, выросшего на групповых боях.

По двое или по трое, все люди были повалены на землю. 

На самом деле он так ничего толком не сделал. Эти люди не были хороши в драке. В то время как он был абсолютно первоклассным бойцом. Прежде чем он успевал коснуться их, они падали прямо на землю и начинали плакать, ударяя себя в грудь. 

Вскоре на ногах остались только Юй Чжо и Цзи Цянь.  

Послышался громкий звук бега.  

Охрана больницы спешила к ним. Видя такую ситуацию, он не хотел дожидаться вызова полиции. 

Вскоре подъехала полицейская машина, а врач бросился туда и обнаружил, что группа людей, лежащих на земле, яростно выла, но они не пострадали. Всех их посадили в полицейскую машину и доставили обратно в полицейский участок. 

В машине Юй Чжо и Цзи Цянь сидели лицом к лицу. 

Цзи Цянь не могла понять, как ей реагировать на происходящее. Ей хотелось рассмеяться, она была тронута и в то же время удивлена. 

Выражение ее глаз, казалось, говорило: 

«Я не могу поверить в то, что видела, малыш, ты довольно жестокий боец». 

Юй Чжо: 

«...» 

В полицейском участке группу людей отвели в комнату для допросов. Их заставили встать одного за другим, чтобы рассказать все по порядку. 

Группа из мужчин и женщин снова начала выть. 

У полицейского разболелась голова из-за воя, и, постучав по столу, он сказал: 

— Заткнитесь! Один громче другого, не так ли? 

Он повернул голову, огляделся и почувствовал, что красивый мальчик в углу выглядит более надежным. Он слегка потянулся к нему: 

— Иди сюда. 

Юй Чжо честно подошел к полицейскому. 

Полицейский спросил: 

— Как тебя зовут? Объясни, почему ты дрался. 

Юй Чжо поднял голову, поджал губы, его глаза были очень искренними и серьезными: 

— Дядя полицейский, меня зовут Юй Чжо. Тот, кто погружен в грязь, но не запятнан. Тот, кто демоничен, но не демон. Из-за этого мои друзья называют меня Юй Байлянь*. Они говорят, что мой характер благороден, как лотос. Я хороший парень и никогда не дерусь. 

Другие люди: 

«???» 

П.п.: Байлянь - белый лотос.