Контент удален!

Банальная истина.

Моя жизнь пошла наперекосяк с самого рождения. Бедность — ещё куда ни шло, но родиться в семье, нищей даже душой, означало, что всё было обречено с самого начала.

— Мама, мама!..

Мама давным-давно повесилась. Она из кожи вон лезла, чтобы прокормить нас, но, должно быть, терпеть отца дальше было выше её сил.

Примерно в то время, когда я родилась, отец работал на стройке и потерял глаз, после чего, говорят, совсем переменился. Он и раньше-то не был хорошим мужем и отцом, а лишившись глаза, выплеснул всю ярость и бессилие на семью.

— Куда подевалась эта сука?!

Поэтому после смерти мамы отец принялся избивать старшую сестру. Сестра, которая была намного старше меня, в отличие от мамы, выбрала другой путь.

В один день она просто сбежала из дома и исчезла. Быстро сообразила, что в этом гадюшнике оставаться больше нельзя.

Но по иронии судьбы, когда вслед за мамой исчезла и сестра, отец перестал избивать меня. Точнее, если бы сбежала и я, денег ему взять было бы уже неоткуда, так что он просто перестал распускать руки.

— Эй, младшая. Когда долг за то, что ращу тебя, отдавать будешь?

— …….

— А… блядь, и когда только эта вырастет, чтобы деньги в дом таскать.

Отец вовсе меня не растил. Он просто сидел дома, глушил выпивку и ждал, пока пройдёт время. Ведь стоило подождать пару лет — и он сможет присосаться ко мне, выкачивая деньги.

— Кён Хва, держи.

— Спасибо, тётя.

— Ты ведь знаешь, никому нельзя об этом говорить?

— Да, не переживайте.

Единственным утешением было то, что от государства поступали деньги и продукты, так что с голоду я не умерла. Но есть всё равно хотелось, поэтому время от времени я ходила по крошечным районным забегаловкам, мыла посуду, бегала по мелким поручениям и сшибала хоть какие-то гроши. Соседи, зная моё положение, по-своему помогали. Ведь в этом квартале одноглазого знали все до единого.

— Любимая моя младшая доченька. Если есть деньги, гони сюда.

— Откуда у меня деньги?

— Я всё знаю: ты вытряхивала пепельницы мужикам, что режутся в хватху вон там, и они тебе давали чаевые с выигрышей.

Вот такое он ничтожество — мой отец: отбирал даже те несчастные тридцать тысяч вон, которые я получала за побегушки в соседской прачечной, где ради забавы играли в хватху. И угораздило же меня родиться в таком гадюшнике.

Должно быть, в прошлой жизни я совершила страшный грех. Иначе объяснить эту череду несчастий и неудач было просто невозможно.

Пожалуйста, пусть отец разобьётся насмерть в аварии.

Когда я была маленькой, я каждую ночь молилась Богу именно так: когда уже Ты прикончишь этого урода?

Но Бог, похоже, решил ответить на мои молитвы иначе. Примерно через год после того, как мы остались вдвоём с отцом, от сестры пришла весточка.

[Онни, когда ты меня заберёшь?]

[Прости, Кён Хва. Потерпи ещё немного. Я сейчас работаю и коплю деньги, так что подожди, пока я не сниму нам жильё.]

Я училась в младших классах начальной школы и была слишком мала, чтобы очертя голову сбежать из дома. Поэтому волей-неволей приходилось терпеть отца, но теперь появилась надежда — сестра.

[Кён Хва, у меня сейчас трудности. Пожалуйста, подожди ещё чуть-чуть.]

Я не знала, где сбежавшая сестра и чем занимается, но соображалка у меня работала. Вряд ли её работа была достойной и приличной. Чутьё подсказывало, что это какой-то бар или что-то в этом духе.

Но мне было плевать, чем она занимается. Я лишь считала дни до того момента, когда мы с сестрой снова будем вместе, и надеялась, что она жива и здорова.

[Онни, увидишь сообщение — позвони, пожалуйста. Часов в семь вечера. Отца в это время дома не будет.]

Но какая там, к чёрту, надежда. Едва я перешла в среднюю школу, связь с сестрой оборвалась. Весточки от неё приходили всё реже, и в итоге всё закончилось вот так.

— Онни, ты ведь дружила с моей сестрой? Случайно не знаешь, где она?

— Нет, мы уже сто лет как не общаемся. Да и номер она меняла несколько раз.

Я тайком пыталась разузнать о сестре, но в этом районе больше не осталось никого, кто бы её знал. Дыра она и есть дыра: все, кто мог сбежать от своих конченых родителей, давно сбежали, либо уже пустили свою жизнь под откос. И только такие дуры, как я, всё ещё оставались здесь.

[Онни, с тобой ведь ничего не случилось?]

Из-за всего этого я долго не могла нормально спать, всё думая, не случилось ли с ней чего. Дошло до того, что я тайком проверяла телефон вечно пьяного отца — вдруг сестры уже нет в живых и опекуну пришло хоть какое-то известие.

К тому же я не могла сбежать из дома: а вдруг сестра неожиданно придёт за мной? Я уже училась в средней школе и была уверена, что не пропаду, пусть даже придётся побираться, но уйти не решалась — вдруг от неё придёт весточка.

— Слышь, какая к чёрту школа. Не умеешь деньги зарабатывать — хоть телом торгуй.

Я терпела отца, который молол такую мерзость, только ради сестры, но сколько ещё это могло продолжаться? Со временем тревога всё больше уступала место злости.

Как назло, связь оборвалась именно в разгар переходного возраста, когда в голове каждый день бушевал ураган. Реальность была сущим адом, на душе творился такой же кошмар, так что я просто напридумывала себе всякого и сделала выводы.

Сестра совершенно точно меня бросила.

[С сегодняшнего дня у меня больше нет сестры. Нет у меня такой сестры, как ты.]

Сколько же слёз я пролила, отправляя бессмысленные сообщения на номер, с которого никто не отвечал. Ведь сестра могла погибнуть, могла попасть в аварию, или у неё правда возникли непреодолимые обстоятельства — но я решила, что меня бросили, и копила в душе ненависть.

Но человеческое сердце так непостоянно. Я и сама не знаю, что именно послужило толчком. Столько лет я её ненавидела, а в какой-то момент вдруг начала понимать.

В старшей школе вариантов подработки стало больше. Благодаря этому я смогла увидеть мир пошире, повстречать самых разных людей. Столкнувшись с суровыми житейскими невзгодами, я и сама хоть немного, но повзрослела.

[Онни, где бы ты ни была, живи счастливо. Я тоже буду.]

Ей и самой-то жить было тяжело, а взвалить на себя ещё и младшую сестру оказалось непосильной ношей. Она старалась как могла, но и ей наверняка пришлось несладко. Да что там говорить — окажись я на её месте, наверняка поступила бы точно так же.

В конце концов, человек всегда одинок.

Каждый должен сам искать способ выжить.

О самом худшем исходе я решила даже не думать. Где бы ни была сестра и чем бы ни занималась, я просто желала ей здоровья и благополучия. Твёрдо верила: она жива и где-то у неё всё хорошо.

— Я по поводу объявления о подработке.

С учёбой у меня давным-давно не заладилось, но старшую школу я всё же хотела окончить. Если не брать совсем уж мутные места, везде предпочитали людей хотя бы со средним образованием. Поэтому я рассудила, что получить хотя бы аттестат будет полезно в будущем.

— Пока, до завтра.

В рюкзаке я всегда носила удобную сменную одежду. Ведь сразу после школы нужно было бежать на подработку.

Я всё ещё жила с отцом только потому, что поняла: сбеги я сейчас — хуже будет только мне. Пока что нужно было изо всех сил оставаться под этой крышей и копить деньги на самостоятельную жизнь. Побег, уход из дома или самостоятельная жизнь — без денег ведь всё равно ничего не выйдет.

Чем заканчивается импульсивный побег без подготовки, было предельно ясно. И вот на исходе одного морозного зимнего дня, когда я поклялась себе ни за что не повторять судьбу матери и сестры…

— Кён Хва, хорошо поработала. До завтра.

— До свидания, менеджер.

Помнится, это было где-то в декабре: экзамен сунын уже закончился, и приближалось Рождество. Кажется, я подхватила простуду, и мне нездоровилось. В тот день дорога с подработки домой казалась особенно долгой.

Бедные районы везде выглядят примерно одинаково. В самом тупике переулка, застроенного ветхими одноэтажными домишками, находилось наше жильё. До самого конца переулка обычно доходили только мы: я, отец да сестра, которая давным-давно сбежала и пропала без вести.

Я как раз подошла к дому, сжавшись от холода, пробиравшего сквозь дешёвый пуховик, как вдруг незнакомый мужчина толкнул ржавую калитку и вышел наружу. Я собиралась войти, он — выйти, и мы застыли лицом к лицу в невольном противостоянии.

…Кто это?

Пришёл к отцу по какому-то делу?

Бывало, к нам заявлялись типы бандитского вида, требуя вернуть долги за выпивку. Я подумала, что и сегодня заявился кто-то из них, но этот человек явно отличался.

— …….

Для того, кто пришёл к вечно торчащему дома пропойце, незнакомец выглядел слишком уж прилично. Даже в тусклом жёлтом свете фонаря было видно, что на мужчине добротное чёрное пальто. Иными словами, с первого взгляда становилось ясно: он не из здешних. Вот только…