Контент удален!

Его улыбка, казалось, смахнула пыль с давних лет. Осколки прошлого, которые она так старательно прятала глубоко внутри, вдруг разлетелись и больно ударили в виски. Полуденные солнечные лучи в окнах спортзала, лёгкий стук его кроссовок на лестнице и ощущение в руке скомканного в кармане письма, которое она так и не отдала.

Столкнувшись с «тем самым парнем» лицом к лицу, Дан Би, как тогда, в семнадцать лет, почувствовала, как перехватило дыхание, а перед глазами всё поплыло. Нервы натянулись до предела, она ясно ощутила даже боль от врезавшейся в поясницу спинки стула. Неизвестное чувство потянуло сердце вниз свинцовым грузом.

Дан Би оказалась на распутье. Он дал понять, что узнал меня. Стоит ли мне подыграть? Как отреагировать, чтобы это выглядело естественно? Сказать: О, давно не виделись. Как поживаешь? Нет, стоп. Обратиться к тимлиду на «ты» — я в своём уме?

В голове пронеслись десятки вариантов приветствия. Не выбрав ни один из них, Дан Би взяла себя в руки. Они больше не подростки в школьной форме. Он — тимлид, она — подчинённая. Если притащить личное прошлое на работу, всё гарантированно пойдёт под откос. Стоит ей неосторожно бросить пару слов как старой подруге, и если это вдруг его заденет, завтра она может остаться без работы.

Нельзя. Ни в коем случае. Здесь они должны быть просто подчинённой Ли Дан Би и тимлидом Хан Хэ Илем. Это единственный способ разрулить ситуацию максимально чисто и без последствий.

Сердце всё ещё своенравно бухало в груди, но Дан Би нацепила на лицо маску невозмутимости. Коротко выдохнув, она постаралась стереть из взгляда все следы прошлого. А затем широко распахнула глаза.

— Простите?

Услышав этот недоуменный ответ, Хэ Иль едва заметно повёл бровью. Дан Би слегка расфокусировала взгляд, стараясь как можно сильнее размыть очертания его лица.

— О чём вы?

Слегка склонив голову набок и пару раз моргнув, она изобразила идеальное вежливое недоумение. Показалось, что в его взгляде промелькнуло мгновенное замешательство, но это быстро прошло. Он тут же вернулся к расслабленному состоянию, а на губах вновь заиграла лёгкая улыбка.

— А-а... Видимо, перепутал вас с кем-то.

Мягко ответив, он пристально окинул взглядом каждую черту её лица. От этого пугающего чувства Дан Би непроизвольно сжала кулаки.

— Вообще-то у меня неплохая память на лица. Вы очень похожи на мою знакомую.

В нём не было ни капли растерянности. Наоборот, он смотрел Дан Би прямо в глаза, призывая хорошенько вспомнить, не пересекались ли они где-нибудь раньше. Он явно ей не поверил. И, похоже, разгадав её намёк на дистанцию, он намеренно решил подыграть.

Совесть больно кольнула. Но раз Дан Би уже решила притвориться незнакомкой, ей оставалось лишь прочертить эту границу ещё жирнее.

— Ой, мне часто это говорят! У меня до того заурядная внешность... Да что там, мне даже говорили, что я похожа на булыжник на дороге! Так что вы вполне могли перепутать, ха-ха!

Неловкий смех прокатился по переговорной и тяжело рухнул на пол. Под тусклым светом люминесцентных ламп повисла напряжённая тишина. Их взгляды на мгновение встретились, но Дан Би поспешно опустила голову. Улыбка Хэ Иля, сидевшего напротив, казалось, стала чуть шире.

— Да? Разве такое лицо можно назвать заурядным?

— Ой, конечно! Самая обычная! Черты лица смазанные, поэтому я похожа и на того, и на этого, и на стену, и на стол...

Она сама не понимала, что несёт. Не в силах вынести удушающую тишину, она молола что попало, махая руками перед лицом. Это была безнадёжная попытка хоть как-то отгородиться от его взгляда.

Хэ Иль, подперев подбородок рукой, пристально смотрел на Дан Би. Когда он опёрся локтем о стол, из-под рукава показались дорогие часы, холодно блеснувшие в свете ламп.

— Ну ладно. Теперь-то мы друг для друга «знакомые лица».

Услышав слова «знакомые лица», произнесённые с особым нажимом, Дан Би посмотрела на него с окаменевшим лицом. Его взгляд, казалось, безостановочно обращался к ней. К семнадцатилетней Дан Би, а не к сотруднице Ли Дан Би здесь и сейчас. Она старательно проигнорировала этот сигнал, выдавив из себя неловкую улыбку, чтобы скрыть истинные чувства.

Не отрывая от неё взгляда, Хэ Иль неспешно улыбнулся, прищурив глаза, а затем сразу перешёл к делу. К счастью, все последующие вопросы касались исключительно работы. Дан Би украдкой выдохнула с облегчением.

Она подбирала для ответа самые обычные, скучные слова. И хотя сердце всё ещё тревожно колотилось где-то в пятках, голос не дрогнул ни разу. Голос рядовой сотрудницы Ли Дан Би звучал сухо и безжизненно.

Всё это время взгляд Хэ Иля ни на секунду не отрывался от её лица. На его губах неизменно играла то ли улыбка, то ли усмешка. Дан Би отчаянно избегала его глаз. Смотрела на остывающий кофе на столе, на сверкающие часы на его запястье, на аккуратный узел галстука. Куда угодно. Только бы не встретиться с ним взглядом. Но как бы она ни отворачивалась, одно то, что он сидел прямо напротив, перекрывало дыхание.

— Понял вас, Дан Би-сси. Поскольку я пока не привык к системе компании, надеюсь, вы мне поможете, если возникнут вопросы. На сегодня можете быть свободны.

Эти слова пролились как спасительный дождь в засуху.

— Да, тимлид. Надеюсь на хорошую совместную работу!

Дан Би, словно только этого и ждала, резко вскочила, низко поклонилась и выбежала из переговорной, едва ли не спасаясь бегством. Как только дверь закрылась, она с шумом выдохнула. Казалось, за эти несколько минут она постарела на пару лет.

Еле волоча ватные ноги к своему месту, она чувствовала, что какая-то её часть всё ещё оставалась в переговорной. В заложниках у того мужчины, что сидел напротив с усмешкой на губах.

[Привет. Давно не виделись?]

Его мягкий голос всё ещё стоял в ушах. И этот взгляд, говоривший о том, что он прекрасно знает, кто она такая, и видит её насквозь. Насколько же жалко, должно быть, звучали её отчаянные попытки притвориться незнакомой. Сердце билось так бешено, что в груди болезненно защемило; она сглотнула.

Стоило вымотанной Дан Би вернуться на своё место, как на неё обрушилось внимание коллег.

— Сонбэ, что тимлид сказал?

— Вы довольно долго болтали. Он что, решил устроить тест на профпригодность и задал задачку?

— Да нет, ничего такого, просто по работе... Ну, знаете, стандартное: надеюсь на хорошую совместную работу...

Дан Би через силу растянула губы в улыбке, но тёмные круги под её глазами залегли ещё глубже. Заметив её плачевное состояние, Дон Джун протянул ей стик с экстрактом красного женьшеня, который берёг для себя. Коллеги по команде были словно товарищи по оружию: случись проблема, им вместе предстояло разделять тяготы ночных переработок. Если сляжет кто-то один, по цепочке тяжело станет всем, поэтому забота о здоровье друг друга была своего рода инстинктом выживания. И хотя в основе лежал исключительно эгоистичный расчёт из серии если ты свалишься, мне же будет хуже, такое внимание всё равно согревало.

Дан Би медлительно протянула руку, но нетерпеливый Дон Джун сам разорвал упаковку и сунул стик ей в рот. Пока она бездушно высасывала женьшень, разговор коллег плавно перетёк к оценке нового тимлида.

— Блин, да даже я как мужик признаю, что он красавчик. И этот костюм, а? С такой внешностью он просто обязан уметь только языком чесать и ни черта не смыслить в коде, иначе это как-то нечестно.

Парфюм, дорогие часы, зачёсанные назад волосы, строгий костюм. Даже идеально прямая осанка. Совершенно не стиль разработчика.

— Наверное, принарядился, потому что сегодня первый день и знакомство с командой. Тимлид с таким лицом... Я даже когда дорамы смотрел, плевался: ну откуда, скажите на милость, в реальной компании возьмётся молодой красавчик на должности тимлида?

— Так он реально чей-то сынок?

— С таким резюме — и по блату? Не странно ли? Да и на сына гендиректора он не особо похож.

Дан Би вспомнила семейную фотографию, которую когда-то видела у него дома. Хэ Иль пошёл в мать. Чуть разные глаза, светлая кожа, приподнимающиеся уголки губ при улыбке...

— Но он же высокий! А гендиректор тоже славится высоким ростом.

Телосложение он явно унаследовал от отца. Единственный наследник LD, вобравший в себя только лучшие гены с обеих сторон. Тот самый парень, перед которым трепетали все пацаны «в том районе». Мальчик, живший в совершенно ином мире, нежели она.

— Слушайте, если он реально сын гендиректора, то даже начальник отдела будет перед ним ходить по струнке. И он сможет легко отбивать жёсткие дедлайны сверху. А если подумать, это же здорово!

— Какая разница! Проблема в том, что если он сын гендиректора, стоит только попасть ему в немилость — и можно прощаться с работой.

— Господи, пожалуйста-пожалуйста, пусть у него окажется хороший характер! Я буду молиться Будде, а ты проси Бога.

— Иисус Иерусалимский, аллилуйя... Слава, слава... Аллилуйя... Спаси и сохрани агнцев твоих...

— Наму-амитабха... Бодхисаттва Авалокитешвара... Молю, молю...

Коллеги сложили ладони и принялись возносить нелепые молитвы, смешав все религии в кучу. Будь это молитва перед релизом программы, Дан Би бы охотно присоединилась, но, зная характер нового тимлида, она лишь молча высасывала женьшень. Это были абсолютно безнадёжные мольбы.

[С такими убогими даже связываться тошно.]

[Удивительно, да? И ведь такие ничтожества для кого-то — драгоценные дети. Приходят домой, а им: «Наш сыночек самый лучший», ну или что-то в этом духе. Проблема в родителях. Сами не знают своего места и растят зазнаек.]

Давний ядовитый комментарий зазвенел в ушах Дан Би. Пробирающий до костей ледяной взгляд, пропитанная высокомерием манера держаться... И этот парень — её тимлид? Теперь ей придётся каждый день видеть его лицо, получать от него указания. Возможно, даже проходить у него код-ревью. От одной только мысли перехватывало дыхание.

Не справившись с порывом, Дан Би стукнулась лбом о рабочий стол. Раздался глухой звук, но боли она почти не почувствовала. Её с головой накрыло отчаяние и желание стереть всю эту ситуацию из реальности. Услышав удар, команда сменила адресата своих молитв.

— Боженька, молим, не дай нашей любимой сонбэним написать заявление об увольнении! Сделай так, чтобы она могла переписывать код и через пять лет!

— Не дай ей подло сбежать из разработки в одиночку! Молим, молим! Мы кроме этого ничего не умеем, так пусть же нас всех уволят в один день и в один час!

Конечно, утешения в этом было мало.

***

И на следующий день, и через день Хэ Иль появлялся в безупречном костюме, словно сошедший со страниц модных журналов. Это резко контрастировало с миром разработчиков, где негласным дресс-кодом считались мятые худи да выцветшие клетчатые рубашки, а летом — чёрные футболки.

И пока женская половина коллектива радовалась красивому зрелищу, Дан Би мучили дурные предчувствия. На этот образ накладывалась его школьная форма из прошлого: застёгнутая до самого горла рубашка, идеально повязанный галстук... Казалось, это означает, что его маниакальный перфекционизм ничуть не изменился. И она инстинктивно чувствовала, к каким проблемам в итоге приведёт эта удушающая черта.

В разработке, состоящей из бесконечной череды «Почему это работает?» и «Почему это не работает?», слово «идеально» обычно было неприменимо. Код сплошь и рядом не работал, даже когда ты был уверен в его идеальности, и чаще всего ты даже не понимал почему. Поэтому в этой сфере царило негласное правило: работает — и слава богу; не трогай, пока тебе не напишет админ баз данных с воплями, что запрос сжирает ресурсы.

Место тимлида находилось в самом конце опенспейса, на просторном участке. И по иронии судьбы, ближе всего к столу Дан Би. Стоило ей лишь выпрямиться, как она видела его поверх перегородки. А с другой стороны, это означало, что стоило ему немного вытянуть шею — и он как на ладони видел монитор Дан Би и каждое движение её рук. Возникало чувство, словно её насильно втянули на его территорию.

Близкое соседство повлекло за собой ещё несколько неизбежных побочных эффектов. Например, то, что Дан Би теперь во всех подробностях слышала разговоры тимлида с подчинёнными, когда он вызывал их к своему столу.

— Меня давно мучил один вопрос. Если объединить модули А и В, функциональность станет в разы лучше, так почему они разделены?

То ли перед вступлением в должность он досконально изучил внутренние системы и документацию компании, то ли кто-то провёл для него подробный спецбрифинг, но не прошло и недели с его прихода, как он безошибочно ткнул в самую главную проблему компании. Ту самую, от которой все старательно отворачивались.

Из груди вызванного «на ковёр» старшего разработчика Юн Сока вырвался тяжёлый, обречённый вздох. В ту же секунду стук клавиатур в офисе усилился до штормовых масштабов, словно все разом сговорились.

[Ха-а, только не это...]

[А-а, пожалуйста, только не это Т_Т]

[Дурное предчувствие...]

[Не зря мне сон плохой снился.]

[Что делать-то? Т_Т]

В компании существовал проклятый проект по «интеграции», прозванный в народе «Канализационным люком». Настолько запутанный в гигантском массиве сложного легаси-кода, что никто не смел к нему даже притронуться. Говоря красиво, это был давний, долгосрочный проект компании. А говоря прямо — головная боль, бесконечно тянувшаяся без намёка на решение и только пожиравшая время. Нет, если уж быть до конца честными: это были своеобразные цифровые руины, заброшенные ровно в том же состоянии, что и три года назад.

Сотрудники, участвовавшие в этом проекте в прошлом — будь то планировщики или разработчики, — выгорали дотла и массово задумывались об увольнении. У них начинался нервный тик от одной только буквы «и» в слове «интеграция».

Дан Би закинули в этот проект ещё в бытность новичком, и, честно говоря, это был самый мрачный и мучительный период её работы. За что бы она ни бралась, всё с треском проваливалось. Ей казалось, что во всех возникающих проблемах виновата только она. Дошло до того, что однажды после работы она уткнулась маме в плечо и разрыдалась: «Кажется, разработчик из меня никакой». Это был настолько тошнотворный проект, что ей хотелось добровольно сбежать из компании мечты.

Все в едином порыве изо всех сил наступали на этот канализационный люк, удерживая его закрытым, но тут появился он и с абсолютно невозмутимым видом пнул эту тяжеленную крышку ногой. И зловоние, гнившее внутри до состояния взрыва, казалось, в мгновение ока заполнило весь офис.

— Э-э-э... Проект по «интеграции» А и В запущен ещё три года назад. Но... код В в таком... м-м-м, ужасном состоянии, что на обработку уходит время...

Юн Сок с трудом выдавливал из себя слова. У него, когда-то тоже задействованного в этом проекте, в анамнезе был мрачный рекорд: тогда он выкуривал по три пачки сигарет в день.

— Хм. И всё же мне непонятно. В чём причина задержки на целых три года? Технические трудности? Отсутствие содействия со стороны других команд? Или... чья-то некомпетентность?

В последнее слово Хэ Иль вложил леденящую сталь. По офису мгновенно расползся холод. Бешеный стук клавиш, наполнявший помещение, полностью стих. Все, затаив дыхание, превратились в сплошное ухо. Дан Би могла даже не поворачивать голову, чтобы отчётливо представить побледневшее лицо Юн Сока.

В компании с горизонтальной иерархией тимлид не воспринимался как кто-то недосягаемый. Скорее как начальник, который вкалывает наравне со всеми. Предыдущий тимлид мог разве что сказать: «Ребят, начальник отдела пиздец как ругается, так что давайте постараемся». Он не был из тех, кто распекал подчинённых.

Поэтому сейчас Юн Сока отчитывал не тимлид, а «младший гендиректор», и именно от этого всех бросало в холодный пот. Этот человек не был таким же офисным планктоном — он был работодателем. Тем, в чьих руках находилась их работа.

— Э-э... Архитектура этого проекта изначально была спроектирована с ошибками. А из-за частых изменений функционала и добавления новых требований код серьёзно перепутался. Слишком много проблем всплывало одновременно в совершенно непредсказуемых местах, и...

Не успел Юн Сок закончить оправдания, как его вновь пронзил острый вопрос Хэ Иля.

— То есть вы хотите сказать, что проблема была нерешаемой?

— Ну, не то чтобы совсем нерешаемая, но...

— Но что? Не хватало рабочих рук? У разработчиков не было желания? Или же это банальная нехватка квалификации?

Он продолжал требовать от Юн Сока ответов. Внешне его вопросы казались рациональным подходом ради повышения эффективности разработки и решения проблемы, но команде это виделось не иначе как жестоким распеканием. Единственный луч надежды на то, что его характер будет столь же идеален, как и внешность, разлетался вдребезги.

— Э-э... Наряду с техническими трудностями, постоянно появлялись новые проекты, из-за чего возникали объективные ограничения на то, чтобы выделить для него людей и время.

Услышав ответ Юн Сока, несколько человек в команде невольно кивнули. Это было самое образцовое и одновременно самое реалистичное оправдание. В разработке всегда был завал. Перед релизом — и говорить нечего, а после релиза все с головой уходили в правки. Приходилось причёсывать код, который при повторном взгляде оказывался полным мусором. В перерывах — оперативно реагировать на сюрпризы вроде падения серверов. А в корпоративном мессенджере в любое время дня и ночи копились рабочие уведомления. Так что слова «нет времени» были явной отговоркой, но в то же время и неопровержимой истиной.

И тут из-за перегородки послышался тихий смешок.

— Ограничения, значит.

Тихо повторил он. В его голосе сквозила холодная усмешка.

— Время всегда можно найти. А «объективные ограничения» — разве это не доказательство того, что у вас просто не хватило воли их преодолеть? Вы не не смогли, вы просто не стали этого делать, я прав?

— …

— Кажется, прошло уже месяца два с окончания масштабного обновления. Сейчас ведь относительно свободное время, не так ли?

— А... с момента релиза прошёл где-то месяц, мы сейчас активно вносим правки, обеспечиваем постоянную поддержку...

— Это вы должны делать всегда. Если не разобраться с этим сейчас, то когда вообще? Когда крышку гроба закроете? Или вы думали: «Слишком муторно, так что буду делать вид, что ничего не знаю, пока не уволюсь»?

Под настойчивым напором Хэ Иля Юн Сок, обливаясь холодным потом, пытался хоть как-то выкрутиться, но его логика уже рассыпалась в прах под острыми как бритва вопросами.

— Ха-а... Давайте подходить к работе чуть более ответственно. Компания платит вам зарплату за результат. Не так ли?

Он вёл себя как армейский инструктор, вбивающий дисциплину в расслабившихся новобранцев. Каждое слово Хэ Иля становилось острым копьём и вонзалось прямо в грудь подчинённым. Ни единого слова неправды в его речах не было, но почему-то к горлу подступал ком. С тех пор как они устроились в компанию, никто из них не помнил, чтобы они бездельничали настолько, чтобы их можно было назвать «зарплатными ворами».

Работа по выходным, с ноутбуком во время еды, подъёмы посреди ночи из-за упавшего сервера, а в периоды кранчей — ночёвки прямо в офисе. Такова была жизнь разработчика. Зарплаты здесь считались высокими, но, учитывая убийственную нагрузку, их едва ли можно было назвать адекватными затраченным усилиям.

— Да, всё так.

Хотя отчитывали одного Юн Сока, по сути это было равносильно публичной порке всей команды. В какой-то момент стук клавиатур в офисе стих, и воцарилась гробовая тишина.

В школьные годы он был таким же. Загонял собеседника в угол железной логикой, не давая и пикнуть, и просто размазывал словами — похоже, эта жуткая привычка никуда не делась. Было немного обидно, но в его словах не было ни единой логической бреши, а учитывая смутные догадки о том, что он сын генерального директора, любые возражения приравнивались к глупому самоубийству. В этой суровой корпоративной жизни единственным разумным способом выжить было правило «приказали — делай».

Дан Би уже представляла, как после этого собрания Юн Сок прямиком пойдёт на крышу курить. Она терпеть не могла сигаретный дым, но сегодня ей казалось правильным пойти за ним, хотя бы похлопать по плечу и утешить. Даже не испытав подобного на себе, можно было понять, насколько унизительно для гордости получить такую публичную выволочку от начальника, который к тому же выглядит моложе тебя.

Как раз когда Дан Би погрузилась в эти мысли...

— А, насколько я знаю, в нашей команде Дан Би была в первоначальном составе проекта А, а позже участвовала и в проекте B.

Юн Сок внезапно вытащил Дан Би на эту жестокую сцену. Услышав своё имя без всякого предупреждения, она вмиг похолодела. Юн Сок указал на Дан Би как на ключевую фигуру этого старого и проблемного проекта — словно поспешно спихнул ей раскалённую картофелину.

Вслед за этим взгляд Хэ Иля переместился с Юн Сока на Дан Би. Он коротким кивком велел Юн Соку вернуться на место и подозвал Дан Би. И хотя нужно было всего лишь обойти офисную перегородку, для Дан Би это короткое расстояние показалось последним шагом на пути к эшафоту.

— Дан Би, вы участвовали в этом проекте?

В итоге это снова всплыло. Поистине проклятая сточная канава, которая так и норовит утянуть на дно.

— Да, тимлид. Я участвовала совсем недолго, когда была новичком. Я тогда выполняла лишь роль помощника при старшем коллеге, который был моим наставником.

В словах Дан Би скрывался отчаянный вопль: «Я была неопытным новичком, ничего толком не знала, так что, пожалуйста, найдите кого-нибудь другого». На самом деле она прекрасно помнила, как вляпалась в этот ужасный проект B ещё в самом начале работы, и как из-за лавины неконтролируемых проблем работу стало невозможно продолжать, поэтому проект в итоге просто замяли.

Так что о запутанности и серьёзных проблемах проекта B она знала лучше кого-либо. И в этой гигантской куче мусора наверняка таилось немало дерьмового кода, который она, будучи новичком, накатала бессонными ночами. Будь её воля, она бы никогда больше не открывала этот ящик Пандоры.

— Похоже, это первая проблема, с которой мне предстоит разобраться после прихода сюда.

— А?

— Тот интеграционный проект, застопорившийся три года назад... Я завершу его под своим руководством. Для начала улучшим легаси-код B, а если всё пойдёт нормально, дойдём и до интеграции БД.

— Э-э...

Хэ Иль улыбался, словно выдернув чеку из бомбы замедленного действия. Значит, вот так всё обернулось. Не дав ей и слова вставить, он протянул Дан Би руку.

— Я тоже буду стараться изо всех сил, так что вы, Ли Дан Би, должны довериться мне и хорошенько поработать.

Просьбу разгребать дерьмо он озвучил донельзя бодро и свежо. И Дан Би, как офисному работнику, живущему по принципу «приказали — делай», ничего не оставалось, кроме как пожать его руку.

— А... да...

Соединённые в рукопожатии руки бодро качнулись.

***

С того дня повседневная жизнь Дан Би начала погружаться в причудливое напряжение. Хэ Иль то и дело вызывал её по вопросам интеграционного проекта. Короткий путь до его стола каждый раз превращался в мучительную прогулку по тернистой тропе, а от внезапного взгляда из-за перегородки по её спине пробегал холодок.

Тимлид и подчинённая. В этой чёткой иерархии Дан Би, словно марионетка на невидимых нитях, была вынуждена безропотно идти на каждый его зов.

Стиснув зубы, она дожила до четырёх часов дня пятницы. Дан Би, которая пришла на работу к семи утра, чтобы поменьше пересекаться с Хэ Илем, не упустила момент, когда он ненадолго отлучился, и поспешно собрала сумку.

— На сегодня я, пожалуй, пойду домой~

— Ага, давай~

В компании со свободным графиком было относительно вольно, если ты вовремя выполнял свою работу. Конечно, даже после ухода домой приходилось снова работать, если падал сервер, а ночные релизы были обычным делом, так что граница между работой и личной жизнью сильно размывалась. Но сейчас для Дан Би было важно лишь одно — не находиться с Хэ Илем в одном помещении.

Она выскочила из офиса со скоростью света. Ожидая лифт, Дан Би размышляла над меню на ужин. Судя по темпам Хэ Иля, самое позднее со следующей недели этот адский проект B начнётся в полную силу. Если она хочет отдохнуть, нужно выжать максимум из этого вечера и выходных — коротко, но ярко. Наслаждайся, пока можешь. В этой непредсказуемой жизни, где неизвестно, когда и какая проблема всплывёт, нужно лишний раз посмеяться, пока есть повод — таково было её давнее жизненное кредо.

Закажу курочку, выпью пива и продолжу смотреть сериал~

Она напевала себе под нос, собираясь вкусить радость от окончания рабочего дня... И именно в этот момент:

— Дан Би, уже уходите?

От внезапно раздавшегося голоса сердце Дан Би ухнуло в пятки. Внутренне она закричала, но обернулась, изо всех сил делая вид, будто ничего не случилось.

Хэ Иль неспешно приближался к ней. В отличие от Дан Би, которая неловко улыбалась и почтительно кланялась, на его губах всё так же блуждала ленивая улыбка, за которой скрывались его истинные намерения.

Хотя он относился к ней как тимлид, словно уважая её мнение, ей по-прежнему хотелось любыми способами избежать ситуации, когда они оставались наедине. Тонкая неловкость или удушающее напряжение — если описать все эти чувства одним словом, это был жуткий дискомфорт.

— Минуточку...

Он открыл рот, как будто у него было к ней дело. О нет. Мой вечер. Мои выходные. Испугавшись, что её идеально спланированный отдых окажется под угрозой, Дан Би рефлекторно схватилась за живот и скрючилась. Сморщив лоб, она издала болезненный стон:

— А-а...

— А? Что с вами?

— Живот внезапно... с-с-с, ха-а... Простите, тимлид. Мне так приспичило...

Чтобы отделаться от него, Дан Би разыграла свой коронный приступ расстройства желудка. План был таков: даже если у него есть дело по работе, он не настолько бессердечен, чтобы задерживать человека, который вот-вот наложит в штаны. Хэ Иль выглядел слегка опешившим, но вскоре кивнул. Дан Би только этого и ждала — она прошмыгнула мимо него в сторону туалета. Скрюченная креветкой спина мгновенно выпрямилась, как только она оказалась внутри. Однако нахмуренные брови так и не разгладились.

Как он вообще посмел задерживать человека, который уже уходит домой! Дерьмовые манеры, хуже некуда.

Ни за что. Я встала в полшестого и отметилась на работе в семь, лишь бы с ним поменьше пересекаться. Я не позволю поймать себя здесь.

Дан Би села на закрытый унитаз и привычным движением открыла мобильную игру. Играть в туалете было смешно, но она не могла тратить драгоценное время впустую. Самозабвенно пройдя несколько уровней, она не заметила, как пролетело больше двадцати минут. На всякий случай она переждала ещё десять минут и, лишь отсидев полные полчаса, с чувством облегчения вымыла руки и вышла в коридор.

Она снова начала напевать себе под нос, предвкушая долгожданную свободу, но именно в этот момент увидела Хэ Иля, прислонившегося к стене возле лифта.

Какого... почему он до сих пор там стоит? Он прождал полчаса?!

Дан Би попыталась попятиться обратно в туалет, но он заметил её и выпрямился.

— Ну как, полегчало?

— А... да...

Он слегка приподнял рукав и посмотрел на часы. Сколько же у него вообще часов? На его запястье блестел циферблат совсем не такого дизайна, как вчера. Видимо, он считал офис чем-то вроде подиума.

— Хм... долго сидеть на унитазе вредно.

Он с весьма серьёзным и обеспокоенным видом тревожился о здоровье заднего прохода Дан Би. Этого бы не случилось, если бы вы меня не остановили, — мысленно огрызнулась она, но на лицо натянула вымученную улыбку.

— Ха-ха... И правда...

Мысленно вздохнув, она встала к нему лицом. Было очевидно, что у него к ней дело, и просто пройти мимо не вышло бы.

Давай, говори уже. Что это за такое невероятное дело, ради которого вы прождали меня полчаса?

— Я тоже собираюсь домой. Выпьем кофе?

От такого неожиданного предложения сердце Дан Би рухнуло вниз.

— Что?

— Кофе... А, если со временем напряг, тогда поесть?

— Чего?

— Кофе, еда, алкоголь. Что именно? Выбирайте.

Можно было бы сказать, что у неё планы, что она занята, что появились срочные дела... Но она настолько растерялась, что в итоге просто сделала выбор.

— Кофе.

Выбрала то, что казалось наименее тяжким из всего этого.

***

Не успев опомниться, Дан Би обнаружила, что сидит напротив Хэ Иля за столиком у окна в самом дальнем углу офисного кафе. Обычно это было привычное место, где они собирались с коллегами, пили кофе, смеялись, болтали, а иногда жаловались на тяжкую корпоративную жизнь. Но сейчас оно казалось чужим полем боя, где со всех сторон окружают враги.

Пока он ходил за двумя порциями американо, Дан Би сидела как на иголках и тревожно следила за каждым его движением, словно щенок, пытающийся угадать настроение хозяина.

Вскоре он вернулся с чашками в обеих руках. Увидев Дан Би, которая застыла в неловкой позе — не то сидит, не то стоит, — Хэ Иль тихо рассмеялся.

— Я же сказал, сидите спокойно.

— А, ну всё же...

Разве нормально сидеть и безучастно ждать, пока начальник сам принесёт кофе? Дан Би поспешно протянула руки, чтобы перехватить хотя бы свою чашку, но он намеренно избежал её ладоней и сам поставил кофе перед ней. Её руки, потеряв цель, неловко повторяли движения его рук и чашки. Она словно вернулась во времена, когда была новичком — суетилась много, а толку никакого.

— Пейте. Не знаю уж, какой он на вкус. Никогда не брал кофе в нашем кафетерии.

Он всегда упрямо пил кофе только одного определённого бренда. А Дан Би считала, что тратить на кофе больше трёх тысяч вон — непозволительная роскошь, поэтому по дороге на работу брала дешёвый кофе навынос, а в обед пила недорогой кофе в офисном кафетерии. Вода, заваренная на порошке из жжёных бобов. Какая вообще разница?

— А... спасибо.

Она взялась за тёплую чашку, но руки всё равно оставались ледяными. Он выцепил уходящего домой человека, усадил перед собой и молчал. Просто подпёр подбородок рукой и пристально смотрел на Дан Би. Столкнувшись с его совершенно непонятными намерениями, она не находила себе места от неловкости.

Она лишь бесцельно крутила в руках чашку, ожидая, когда он заговорит. Приглушённый гул разговоров в кафе и тихая фоновая музыка делали их молчание ещё более отчётливым. Время ползло как улитка, каждое мгновение казалось пыткой.

Прошло несколько минут, и, наконец, не выдержав удушающей тишины, Дан Би осторожно заговорила первой.

— Эм... тимлид. У вас ко мне какое-то дело?

Её тихий, вежливый голос нарушил тишину. Только тогда в уголках его глаз промелькнуло едва заметное движение, а губы мягко изогнулись в улыбке.

— А у вас, Дан Би?

— Что?

— Разве у вас ко мне нет никакого дела?

Он ответил вопросом на вопрос. От такой неожиданности в голове Дан Би произошла системная ошибка. Что такое? Чего он хочет? Я что-то сделала не так? Перебрав десятки тысяч вариантов, но так и не найдя ответа, Дан Би в итоге выдала самый честный ответ.

— Э-э... кажется, нет.

— А мне кажется, есть.

Он с загадочной улыбкой скрестил руки на груди. Весь его вид говорил «ну давай, рассказывай», но в голове Дан Би было совершенно пусто.

— … Нет.

— Хм…

— Если у вас тоже ко мне нет дела, то я, пожалуй...

Пяти минут напротив начальника после работы — это более чем достаточно, даже чересчур. Дан Би залпом проглотила успевший остыть кофе. Осушив чашку до дна одним махом, словно стопку соджу, она утёрла рот тыльной стороной ладони. И тут он заговорил — уже с совершенно другим выражением лица.

— Тот проект B.

— А...

Значит, вот оно что. Как и ожидалось, у этого повёрнутого на работе маньяка делом могла быть только работа.

— Код там — полный бардак. Настолько низкосортный, допотопный и бредовый, что задаёшься вопросом, действительно ли это писал старший разработчик из крупной компании...

В этом бардаке наверняка была и доля того дерьмового кода, который накатала Дан Би, будучи новичком. Сама того не замечая, она почтительно сложила руки перед собой и опустила голову. В одно мгновение она превратилась в преступницу.

— Простите...

— Да нет, за что вам-то извиняться, Дан Би? Это проблема тех сеньоров, которые тогда взялись за проект. Нет таланта — так бросали бы поскорее. Или хоть учились бы.

— ...Простите.

— Да ладно. Что ты всё извиняешься, я же просто на жизнь жалуюсь. Разве люди не сближаются, когда вместе перемывают кому-то косточки?

Он спросил так, будто ему и правда было искренне интересно. Со школьных лет люди вились вокруг него, даже если он просто стоял и ничего не делал. У него наверняка не было ни малейшего опыта попыток специально с кем-то «сблизиться». Так что сейчас он, видимо, просто подготавливал почву для того, чтобы Дан Би могла без стеснения поливать грязью ту неловкую версию самой себя трёхлетней давности, а заодно и старших коллег, с которыми они вместе мучились. Заставляя её при этом чувствовать себя максимально неловко.

Вместе с тем в голове возник необъяснимый вопрос. С чего это он так старается с ней сблизиться? Любому было очевидно, что из всех членов команды он чаще всего вызывал именно Дан Би и больше всего пытался с ней заговорить. Закрадывалась мысль, что причина кроется не только в проекте B.

[Правда? Тогда, может, взять тебя с собой? А то, я смотрю, ты тут околачиваешься, потому что не хочешь есть в одиночестве.]

Вдруг в голове промелькнули слова, которые он как-то ей бросил. С тех пор как поползли слухи о том, что он сын генерального директора, а его скверный характер проявился во всей красе, члены команды откровенно его сторонились, чувствуя себя рядом с ним некомфортно. Как бы он там ни жил в своей Америке, любой нормальный человек почувствовал бы себя одиноко, став изгоем в коллективе. Тем более что в первой команде разработчиков царила атмосфера очень дружного студенческого клуба.

Когда она подумала о том, что даже человек без навыков социализации будет страдать от изоляции, ей вдруг стало его жаль.

— Вам, случайно, не одиноко?

От этого внезапного вопроса Дан Би глаза Хэ Иля непривычно дрогнули. Он какое-то время молча смотрел на неё, а затем, прикрыв рот неплотно сжатым кулаком, переспросил:

— Мм... О каком именно одиночестве речь?

В голове Дан Би снова возник вопросительный знак. А у одиночества бывают разные виды?

Но не успела она разрешить этот философский вопрос, как с громким сигналом на экране телефона высветилось уведомление о критической ошибке. Дан Би тут же открыла ноутбук и бросилась её устранять. Из-за внезапно навалившейся работы в тот день их разговор так и повис в воздухе.

***

Нынешняя компания Дан Би вполне устраивала. Это была известная в стране крупная корпорация с неплохим соцпакетом и вкусной едой в столовой. А главное — здесь работали хорошие люди. Говорят, что на работе обретаешь врагов, но по крайней мере в её команде не было никого, с кем бы она сильно конфликтовала. Дан Би прекрасно понимала, какое это счастье — не трепать себе нервы из-за людей, а потому планировала остаться здесь до пенсии, если, конечно, её не уволят.

Но в последнее время эта решимость пошатнулась. Причина была одна.

Появился человек, рядом с которым было некомфортно.

Хан Хэ Иль. В школьные годы они неплохо ладили. Может, конечно, это только ей так казалось, но они были довольно близкими друзьями. Он был тем, кому она была благодарна, к кому питала теплые чувства. Тем, с кем ей хотелось бы радостно поздороваться, если бы они когда-нибудь встретились снова. Спросить, как у него дела. Сказать, что она всегда знала, что он добьётся успеха. И что у неё самой всё хорошо.

Правда, всё это имело бы смысл, только если бы они встретились вновь как друзья.

Старый друг, объявившийся в качестве босса, вызывал невероятный дискомфорт. Главная проблема заключалась в том, что неловкость в общении с начальником перемешалась с былой симпатией, превратившись в какое-то совершенно невнятное чувство. Уж лучше бы он с самого начала был придирчивым и язвительным начальником — тогда она могла бы со спокойной душой его ненавидеть. Но даже этого ей было не дано, так что оставалось лишь изо всех сил его избегать.

Однако они работали в одной компании, в одной команде. Избегать его вечно было невозможно. В последнее время больше всего Дан Би напрягала его улыбка каждый раз, когда их взгляды пересекались. Он чуть приподнимал уголки губ, словно они обменивались какими-то тайными знаками.

Вот это и ставило в тупик. Этот как-то уж слишком личный сигнал, который незаметно вклинивался в их сугубо рабочие отношения. Поспешно отвести взгляд, пока никто не заметил, и смахнуть холодный пот — это уже стало для неё рутиной.

Поначалу она списывала всё на свою излишнюю чувствительность. Пыталась убедить себя, что просто накручивает. Но чем упорнее повторялось одно и то же, чем чаще его взгляд задерживался именно на ней, тем больше смутная тревога перерастала в неловкую уверенность.

В конце концов из-за этих ежедневных странностей в поведении Хэ Иля члены команды тоже начали замечать что-то неладное. Хэ Иль то и дело окликал Дан Би из-за перегородки, а на людях одаривал её двусмысленными взглядами и короткими улыбками.

Убедившись, что Хэ Иль ненадолго вышел из офиса, сидевший по соседству Дон Джун тихонько отодвинул стул и вкрадчиво спросил:

— У тебя что-то есть с тимлидом?

Подобные недоразумения напрягали больше всего. Дыма без огня не бывает, но тут прямо-таки валил дым.

— Нет.

— Да? А атмосферка между вами пиздец какая странная.

— Что именно?

— Ну, прямо интимная какая-то, аж мурашки.

Дан Би, отвечавшая, не отрывая взгляда от монитора, медленно повернула голову и посмотрела на Дон Джуна.

— Мурашки?

Взглянув прямо в лицо коллеги, у которой от стресса за последние дни запали глаза, Дон Джун тихо выругался про себя. Как ни крути, это был совсем не вид человека, у которого наклёвывается роман или какие-то мутки.

— Извини, ошибся.

— Вот и отлично. Если кто-то ещё будет нести подобную чушь, скажи им, что это не так.

— Оки.

Сказав это, Дон Джун тут же написал в командный чат, где не было Хэ Иля.

[Говорит, они не встречаются.]

Похоже, эту тему в команде обсуждали уже все, кроме неё.

[И даже не мутят?]

На этот вопрос ответила сама Дан Би.

[Нет, говорю же.]

[Ха-а.]

[Народ]

[Хватит уже дорамы смотреть]

После этого чат заполнился смехом.

[Жалко-то как.]

[Такая дофаминовая вечеринка накрылась.]

Видимо, они просто хотели развлечься, смакуя чужие страдания. Пока Дан Би с чувством предательства отправляла злые смайлики, на экране всплыло уведомление из другого чата.

Это были одноклассницы из старшей школы, в которую Дан Би перевелась и которую в итоге окончила. Школа, которую она «окончила», была интернет-школой, получавшей тогда поддержку от правительства. Большинство выпускников, решивших поступать в университет, шли на компьютерную инженерию, и независимо от того, получили они высшее образование или нет, почти все стали разработчиками. Ещё одной особенностью школы было то, что соотношение парней и девушек там было как печенья и редких звёздочек леденцов в армейском пайке — и поэтому все немногочисленные «звёздочки» дружили между собой, никого не обделяя вниманием.

Поскольку у всех была примерно одна и та же профессия, у них было много общего, и они активно делились друг с другом информацией.

[Ли Дан Би, говорят, ты новую работу ищешь?]

Когда Дан Би написала, что на работе появился человек, который её напрягает, и она подумывает об увольнении, групповой чат буквально взорвался.

[Эй]

[Где ты видела работу без напряжных людей]

[Мы вот с начальником Кимом пиздец как срёмся и воюем]

[Каждый говорит другому увольняться, лол]

[Но при этом оба ни в какую не уходим]

[Ты увольняйся!! Блядь!!]

[Если этот человек не пытается тебя убить]

[Просто терпи]

[Ага, просто терпи]

[И думай о счетах за кредитку]

Втайне она надеялась на поддержку, думала, что ей придадут смелости, но её все как один начали отговаривать. Когда она спросила, неужели сейчас всё действительно так плохо, чат снова взорвался матом.

[Ты ведь даже не искала ничего, да]

[Я вот на сайтах с вакансиями буквально живу]

[Вакансий вообще нихуя нет]

[Людей не нанимают, пиздец^^]

[Сейчас найти новую работу пиздец как сложно]

[Посмотри на меня — уволилась сгоряча и стала безработной…^^]

[До сих пор не могу никуда устроиться]

[Она-то хоть сама уволилась]

[А я вообще под сокращение попала…^^]

[Идти ваще некуда]

[Ты там сидишь на тёпленьком месте в своей корпорации и ничего не знаешь]

[Точно, твоя компания реально хорошо держится]

[У нас вон зарплаты заморозили…^^]

[Так что я просто рада, что меня ещё держат, и хожу на работу]

[За бугром, кажется, сейчас такая же ситуация]

[Реально, лучше места не найдёшь^^]

[Просто терпи, блядь, пока не уволят^^]

[Терпи, блядь^^]

[Держись крепче, блядь^^]

[Что-то я вдруг разозлилась…]

[Даже не мечтай об увольнении и пиздуй баги фиксить, блядь!!]

[Блядь, фикси их с радостью на душе.]

Выслушав эти болезненные, но правдивые советы подруг, Дан Би закрыла вкладку с сайтом вакансий, которую прятала в углу экрана.

Если положить на чаши весов дискомфорт от присутствия Хэ Иля и её заработок, то деньги, естественно, перевешивали.

***

Вскоре состоялось совещание по «тому самому проекту», работа над которым была приостановлена. Всю команду снова созвали в самое пекло.

В переговорной собрались все ключевые сотрудники компании: отдел планирования, фронтендеры, дизайнеры, а также тимлиды и руководители отделов. Атмосфера была поистине гробовой. Старые участники, знавшие, в каком состоянии был заморожен этот проект, как один выглядели так, словно готовы выброситься из окна. А новенькие, недавно присоединившиеся к команде, сидели с перепуганными лицами, подавленные этой мрачной атмосферой.

Дан Би обменялась коротким взглядом с Су Хёном из отдела планирования, сидевшим напротив. Благодаря специфической системе компании с частыми коллаборациями они уже работали вместе над несколькими проектами. Су Хён был довольно чутким для парня, и хотя из-за вечного противостояния планировщиков и разработчиков они иногда спорили, между ними было что-то вроде крепкого боевого братства.

Су Хён с напряжённым лицом тоже чуть заметно кивнул Дан Би, словно говоря: «Давай постараемся выжить и в этот раз».

— Говорят, это тимлид первой команды.

— Офигеть просто.

Отовсюду ожидаемо послышался шепоток — люди украдкой бросали на Хэ Иля взгляды. Благоухающий красавчик, каких редко встретишь в отделе разработки. Да ещё и талантливый специалист, блиставший за границей. Его появление уже стало горячей темой среди сотрудниц компании. Они щебетали о том, что он похож на знаменитость или 2D-персонажа.

Правда, до них, видимо, ещё не дошли слухи о его характере, потому что в их взглядах читалась откровенная симпатия.

Дан Би лишь надеялась, что они успеют вдоволь натрепетаться сейчас. Ведь скоро их симпатия не просто разобьётся вдребезги — этот красавчик станет главным героем их сегодняшних ночных кошмаров.

Когда все расселись, двери переговорной закрылись, и началось полноценное совещание. Как и ожидалось, Хэ Иль вёл его в одиночку. Тимлиды других команд и руководители отделов, видимо, уже знали о его статусе сына гендиректора, потому что сидели с плотно сжатыми ртами, словно заранее сговорившись.

— Вы думаете, пользователям захочется этим пользоваться? Ни UI, ни функционал — мне вообще ничего не нравится.

При слове «UI» дизайнеры втянули головы в плечи, а при упоминании «функционала» разработчики нервно сглотнули.

— Задумку планировщиков я понимаю, но с чего вдруг пользователь должен сидеть и всё это изучать? Интуитивность просто на нуле.

Чтобы отдел планирования, не дай бог, не почувствовал себя обделённым, он заботливо приложил и их.

Его критика не щадила ни конкретные отделы, ни отдельных людей. Начиная от вектора планирования и заканчивая эстетикой и удобством дизайна, эффективностью разработки и качеством кода — он безжалостно разбирал проект по косточкам, словно разглядывая его под микроскопом. От одного лишь холодного жеста, которым он перелистывал распечатки, от его тихого, спокойного, но оттого ещё более давящего голоса воздух в переговорной стал тяжёлым, как свинец.

Когда эта бесконечная тирада подошла к концу, Дан Би осознала его истинные намерения. Речь шла вовсе не о «косметическом ремонте», где нужно было лишь подправить пару мест.

Сейчас он призывал снести этот проект к чёртовой матери. Вместо того чтобы латать старое и хлипкое здание, он предлагал сравнять его с землёй и возвести новый каркас с нуля.

Как и ожидалось, из его уст прозвучал окончательный приговор:

— Вывод один. Мы полностью сносим этот проект и делаем всё заново, с самого начала.

Переговорную накрыла ледяная тишина. Сеньоры тяжело вздохнули, словно говоря: «Этого следовало ожидать». Взявший на себя инициативу Хэ Иль продолжил выёбываться... то есть руководить процессом, перейдя ко второму, третьему и четвёртому акту. Наконец было принято решение, что на второй раунд совещания останутся только тимлиды и руководители отделов, а всех остальных с миром отпустили.

Все выходили из переговорной с поникшими плечами, чувствуя себя так, словно их прожевали и выплюнули.

— А-а, пиздец как бесит. Видели, какой у него злобный взгляд?

Два дизайнера, которые еще до начала собрания проявляли к Хэ Илю скрытую симпатию, всего за час полностью поменяли свое отношение и начали поливать его грязью. Конечно, ругали Хэ Иля не только они. Хэ Иль прошелся с критикой по всем присутствующим на собрании, так что в каком-то смысле это был закономерный итог.

Члены команды, уже привыкшие к Хэ Илю, с матом жаловались на свою хуевую участь.

— Масштабы оказались пиздец какими огромными. Я-то думал, хули так много народу собрали.

— Видели, как начальник отдела молчал в тряпочку? Одно название, что тимлид, а ведет себя как вылитый генеральный.

— Ну так он же сынок генерального, значит, и есть генеральный. Наш будущий хозяин, хуле. А-а, блин, что теперь делать-то...

Рядом с коллегами, которые перекидывались жалобами словно воланчиком, Дан Би тихо вздохнула. Она даже представить не могла, сколько бессонных ночей ей теперь предстоит провести в офисе. Мысли о смене работы, которые она старательно задвигала в дальний уголок сознания, снова замаячили перед глазами. И тут...

— Дан Би~

Обернувшись на мягкий и ласковый голос, она увидела Су Хёна из отдела планирования. Он бежал к ней с сияющим лицом, держа в руке пакет. Как только Дан Би остановилась, идущие за ней члены команды тоже невольно замерли и с недоумением посмотрели на Су Хёна. Сотрудники первой команды разработчиков уже не раз работали с ним, так что были хорошо знакомы.

Он легко кивнул всем в знак приветствия, а затем протянул пакет Дан Би со словами:

— Вы сегодня выглядели такими уставшими. Да и ребята тоже... Ничего особенного, просто угощайтесь. Ладно, я пойду. Удачи нам с этим проектом!

Су Хён слегка поклонился и сделал ободряющий жест. Когда он поспешно удалился, Дан Би заглянула в пакет: внутри лежала целая коробка дорогих энергетиков. Дан Би на автомате пробормотала первую же пришедшую в голову мысль:

— Он что… ангел?

***

В тот вечер состоялся корпоратив по случаю официального старта проекта. Разумеется, Хэ Иль тоже там был. К счастью, он должен был сидеть не с ними, а за столиком с тимлидами.

Хоть они и ели дорогую говядину за счет компании, лица у всех сидящих за столом были одинаково мрачными. Сказывались последствия дневного собрания и тревога за туманное будущее.

Тем не менее явка была довольно высокой. Сработал принцип: «Раз дают — надо жрать».

Корпоратив был масштабным, поэтому люди естественным образом разбились на кучки: по командам или просто с теми, с кем хорошо общались. Когда стол отдела планирования оказался забит под завязку, разработчики позвали оставшегося не у дел Су Хёна. Он без капли неловкости влился в их компанию. На таких посиделках его общительность и добродушие проявлялись во всей красе.

— Су Хён, спасибо за те энергетики.

После слов Дан Би остальные члены команды тоже наперебой принялись благодарить его за тонизирующие напитки.

— Вот это чутье!

— Выпили с огромным удовольствием!

Под шквалом похвал Су Хён смущенно почесал затылок.

— Да бросьте, подумаешь, мелочь какая...

— И все-таки золотой вы человек!

— Повезло же вашей девушке, Су Хён~

— Видимо, чтобы состоять в долгих отношениях, нужно быть вот таким заботливым.

Его слава безнадежного романтика дошла даже до других отделов. Во время совместной работы в рабочих чатах можно было заметить, что у разработчиков на аватарках часто стоят аниме-персонажи, у плановиков — личные фото из повседневной жизни, а у Су Хёна на аватарке неизменно красовалась фотография с девушкой.

— А... мы вообще-то расстались в прошлом году. Ха-ха...

Ответил он с неловким смешком. Поскольку пересекались они лишь изредка по работе, новости до разработчиков доходили с опозданием. Разговор, начавшийся с похвалы, нечаянно задел его за живое. Почувствовав, как повисла неловкая пауза, Су Хён умело сгладил углы:

— Да всё в порядке. Это было уже давно, и расстались мы нормально. Просто... Ну, расстояние сыграло роль, да и амбиции в работе у обоих были слишком большие.

Судя по всему, расстались они по-взрослому, в силу обстоятельств. Юн Сок, у которого был подобный опыт, в шутку посоветовал:

— Заводи служебный роман. Служебный роман! Девушка рядом, прекрасно понимает, что ты занят на работе, — красота же!

Сам он женился именно благодаря служебному роману. В крупной компании, где постоянно приходилось работать бок о бок, отношения, завязавшиеся во время проекта, не были редкостью. В этот момент взгляды Су Хёна и Дан Би на миг пересеклись в воздухе. Дан Би не отвела глаз, и Су Хён, неловко откашлявшись, первым отвернулся.

Пока они болтали о том о сем, на раскаленной решетке зашипели ярко-красные куски говядины. Как только самый младший сотрудник взял в руки щипцы, Су Хён непринужденно перехватил их и принялся жарить мясо.

— Я мастерски жарю мясо. Никто не против, если оно будет слегка с кровью?

Он специально продемонстрировал преувеличенную самоуверенность, чтобы младший не чувствовал себя неловко. Даже в таких мелочах сквозила его врожденная забота об окружающих. Он был из тех людей, с которыми приятно находиться рядом.

Съев по паре кусочков мяса, все потянулись за алкоголем.

— Дан Би, давайте выпьем. Вам сегодня досталось.

Су Хён предложил Дан Би выпить. Она со смехом достала из сумки велосипедный шлем и легонько похлопала по нему:

— Простите. Мне еще домой на велосипеде ехать. А пьяной за руль садиться ни в коем случае нельзя.

— А, вы на прокатном велосипеде ездите. Взяли бы такси, зачем так мучиться.

— Я тут недалеко живу, так что для такси расстояние ни то ни сё. Заодно и физнагрузка.

— Вы же говорили, что снимаете жилье рядом с компанией?

— Да.

Су Хён больше не настаивал на выпивке, а вместо этого положил хорошо прожаренный кусочек мяса на тарелку Дан Би. Когда его рука оказалась рядом, нос Дан Би уловил легкий запах мыла. Знакомый и в то же время чужой аромат. Кажется, когда-то от того мальчишки в школьной форме пахло так же.

— Правда? Я тоже живу неподалеку. А где именно?

Едва Су Хён успел договорить, как Дан Би почувствовала, что в ее щеку впился жгучий, пристальный взгляд. Повернув голову, она увидела Хэ Иля за соседним столиком чуть поодаль — он смотрел на нее в упор. Она попыталась убедить себя, что ей показалось, но его взгляд был безошибочно направлен прямо на нее.

Да что с ним такое?..

Дан Би про себя глубоко вздохнула.

— Дан Би?

— Ой, я немного отвлеклась. На чем мы остановились?

— Вы, наверное, и правда очень устали. А то вы мясо подбородком едите.

Сказал Су Хён, ткнув пальцем в свой подбородок. Дан Би так зациклилась на Хэ Иле, что даже не замечала, куда несет еду. Стоило им встретиться взглядами, как в ее голове словно происходил какой-то сбой.

Когда зависшая Дан Би в замешательстве начала вытирать совсем не там, Су Хён тихо рассмеялся. Она попыталась попросить помощи у сидевшего рядом Дон Джуна, но рот уже изрядно окосевшего коллеги тоже был весь в соусе. Разработчики частенько вот так выражали свое состояние прямо на лицах. Очень наглядно и эффективно.

— М-м, чё такое-то...

— А, забей. Ешь давай.

Понаблюдав за этими «сломанными» людьми, Су Хён осторожно спросил:

— Можно я вытру?

— А, ничего, я потом в туалете...

— Вы просто забавно выглядите.

Су Хён с трудом проглотил рвущийся наружу смешок. От его слов Дан Би вздрогнула. В обычной ситуации ей было бы наплевать, как она выглядит, но сейчас ее волновал направленный на нее взгляд Хэ Иля. В конце концов Дан Би слегка подалась вперед. Су Хён без колебаний вытянул салфетку и мягко стер соус с ее подбородка. И в этот момент...

Дзынь!

Взоры всех присутствующих в ресторане разом устремились к источнику звука. Возле столика, где сидели тимлиды и начальник отдела, на полу в луже разлитого алкоголя валялись осколки стекла. Все сидящие за столом с ужасом смотрели на это, но сам виновник, Хэ Иль, даже не шелохнулся и продолжал сверлить взглядом одну лишь Дан Би.

Дан Би больше не могла выдерживать этот взгляд.

— Я... в туалет...

Дан Би вскочила и выбежала из-за стола, словно спасаясь бегством.

Только выскочив из ресторана и свернув в безлюдный переулок, она наконец-то смогла свободно вздохнуть. Хоть она и не выпила ни капли алкоголя, ее лицо горело, а мысли путались. Когда холодный ночной воздух коснулся щек, она немного пришла в себя.

В этот момент ветер донес до нее знакомый запах парфюма. Слишком уж знакомый, свежий, но почему-то прохладный аромат. Это был густой, глубокий аромат взрослого мужчины, который с легкостью затмевал легкий запах мыла, исходивший от Су Хёна. Дан Би невольно повернула голову в ту сторону, откуда доносился запах.

И конечно же, это был Хан Хэ Иль. Как он вообще ее тут нашел? Сделав пару широких шагов, он подошел и встал рядом с Дан Би, прислонившейся к стене. Ее выстраданное убежище снова было захвачено. В повисшей тяжелой тишине Дан Би первой подала голос:

— Зачем вы вышли?

— Просто так. Душно стало, вот и вышел.

Его голос звучал на тон ниже обычного. Душно? Неужели ему было некомфортно сидеть со старшими по возрасту тимлидами и начальником отдела? А может, у него тоже накопился рабочий стресс. Как бы ни был крут Хан Хэ Иль, бремя ответственности за такую ораву людей наверняка давило и на него.

— Вам сегодня пришлось нелегко.

— В каком смысле нелегко?

— Ну... сидеть за одним столом с вечно ворчащим начальником? Хотя, думаю, вам-то он ничего такого не говорил.

— Значит, ты всё-таки заметила, с кем я сижу.

От его проницательности у Дан Би ёкнуло сердце. То, что они часто встречались взглядами, было неопровержимым доказательством того, что она тоже за ним наблюдала.

— И тем не менее посадили не меня, а другого человека. Что ваша команда, что ты, Дан Би.

Он явно упрекал ее за то, что на единственное свободное место за их столиком посадили Су Хёна.

— А я думала, вы, как тимлид, само собой сядете с другими тимлидами...

— Значит, меня ты даже не рассматривала.

Подумать только, он обиделся на такую мелочь. Может, ему и правда одиноко в компании? Пока Дан Би пребывала в растерянности от его неожиданной реакции, он тихо цокнул языком и продолжил:

— Разве не меня вы должны были посадить с собой?

Его низкий голос тяжелым грузом осел в ушах. В тот момент, когда Дан Би почувствовала, что атмосфера изменилась, Хэ Иль шагнул к ней и встал прямо напротив. Никого не спрашивая, он полностью заполнил собой ее поле зрения. Его лицо, обращенное спиной к луне, выделялось удивительно четко даже в тени. Глаза, в которых таилась бездонная глубина, пронзительно блестели в темноте. Дан Би не могла ни избежать этого взгляда, ни отвернуться.

— Как бы я ни пытался, этого я понять не могу.

— … Что?

— Нет, ну сама посуди, разве это нормально? Я тут, совсем рядом, а ты вся отвлеклась на другого парня...

Она не совсем понимала, о чем он говорит. Ему явно что-то не нравилось. Но это был не привычный выговор, а какое-то более глубокое, мрачное чувство. Неужели она опять в чем-то напортачила? Хоть она и не выпила ни капли алкоголя, к горлу подступила тошнота, а внутри всё словно перевернулось.

— Ли Дан Би, которую я знаю…

В тот момент, когда стоящий перед ней мужчина перестал быть «тимлидом Ханом» и стал просто мужчиной по имени Хан Хэ Иль, ее сердце бешено заколотилось.

— Влюблена в меня.

Тук-тук, тук-тук. Звук собственного сердцебиения, казалось, оглушил весь мир. И сквозь этот шум пробился его голос из далеких воспоминаний:

[Я же тебе нравлюсь.]

Прямо как в тот день, когда он с невыносимо самоуверенным лицом как ни в чем не бывало обнажил ее сокровенные чувства. Он по-прежнему с легкостью выбивал у Дан Би почву из-под ног.

Всё верно. Хан Хэ Иль был первой любовью Ли Дан Би.