| Фредрик Бакман. Тревожные люди | ||
| 1 - 1 | 13.11.20 | |
| 1 - 2 | 13.11.20 | |
| Глава 1 | 13.11.20 | |
| Глава 2 | 13.11.20 | |
| Глава 3 | 13.11.20 | |
| Глава 4 | 13.11.20 | |
| Глава 5 | 13.11.20 | |
| Глава 6 | 13.11.20 | |
| Глава 7 | 13.11.20 | |
| Глава 8 | 13.11.20 | |
| Глава 9 | 13.11.20 | |
| Глава 10 | 13.11.20 | |
| Глава 11 | 13.11.20 | |
| Глава 12 | 13.11.20 | |
| Глава 13 | 13.11.20 | |
| Глава 14 | 13.11.20 | |
| Глава 15 | 13.11.20 | |
| Глава 16 | 13.11.20 | |
| Глава 17 | 13.11.20 | |
| Глава 18 | 13.11.20 | |
| Глава 19 | 13.11.20 | |
| Глава 20 | 13.11.20 | |
| Глава 21 | 13.11.20 | |
| Глава 22 | 13.11.20 | |
| Глава 23 | 13.11.20 | |
| Глава 24 | 13.11.20 | |
| Глава 25 | 13.11.20 | |
Нет последних комментариев
Здесь пока нет комментариев
Ещё не написано отзывов в данном тайтле
Данный тайтл ещё не добавлен ни в одну коллекцию
Когда ты взрослый, о тебе некому позаботиться, надо справляться самому, самому разбираться с этим миром. Работать и оплачивать счета, пользоваться зубной нитью и вовремя приходить на встречи, стоять в очередях и заполнять бланки, вставлять вилки в розетки и собирать мебель, менять летнюю резину и вовремя заряжать телефон, выключать кофеварку и записывать детей на занятия в бассейн. Утром, едва мы открываем глаза, жизнь уже стоит наготове, чтобы обрушить на нас очередную лавину «надо сделать!» и «не забудь!». Мы не успеваем подумать, вздохнуть, как просыпаемся и сразу пытаемся прорваться сквозь эту кучу дел, потому что завтра на нас свалится новая. Иногда мы останавливаемся и оглядываемся вокруг – на рабочем месте, во время родительского собрания или просто на улице – и с ужасом понимаем, что все остальные точно знают, чем они занимаются. И только нам все время приходится притворяться. У остальных на все хватает денег, у них все под контролем и на все остаются силы. Дети у остальных давно научились плавать.
А мы не готовы быть взрослыми. Нас следовало остановить на ближних подступах.
Такие вещи нам неподвластны – как любовь. Наверное, это правда: до определенного возраста ребенок любит отца и мать безрассудно и безусловно, только за то, что они – его родители. Родители, братья и сестры будут любить тебя всю оставшуюся жизнь – по той же причине. Так в чем же правда? Нет никакой правды. Мы знаем о Вселенной только то, что она безгранична; мы знаем о Боге только то, что ничего не знаем. Единственное, что мама-пастор требовала от своей семьи: делать все, что от них зависит. Посадить яблоню, даже если знаешь, что завтра настанет конец света. Спасать тех, кого можно спасти.
Пришел Новый год – на него всегда возлагают неоправданно большие надежды, которые окупаются разве что у продавцов календарей. В действительности один день сменяет другой, только и всего.
Наши дети – это не наши дети, они сыновья и дочери жизни со всей ее тоской.
«Знаете, Зара, самое странное в страхе то, что мы пытаемся избавиться от хаоса с помощью хаоса. Оказавшись в отчаянном положении, мы не
отступаем, а продолжаем двигаться вперед с еще большей скоростью. Мы строим свою жизнь на том месте, где другие разбились о стенку. Чем ближе к этой стенке мы сами, тем больше надеемся пройти сквозь нее. Чем она ближе, тем упрямее мы верим, что придут самые невероятные решения и чудесным образом спасут ситуацию, тогда как те, кто наблюдает за нами со стороны, ждут… удара».
Паническая атака – это душевная боль, которая становится настолько сильной, что получает телесное выражение. Страх настолько обостряется, что мозгу… как бы так объяснить, каналу не хватает пропускной способности… для обработки всей информации. И файервол, так сказать, падает.
Мы не хотим, чтобы у наших детей были свои мечты, и не хотим, чтобы дети пошли по нашим стопам. Мы сами хотим идти по их стопам, когда они воплощают наши мечты в жизнь.
Знаешь, что самое паршивое, когда ты родитель? О тебе всегда судят по худшим твоим проявлениям. Ты можешь все делать правильно, но достаточно одной-единственной осечки, и ты навсегда останешься тем отцом в парке, который смотрел в телефон, когда ребенку прилетело по лбу качелями. Мы сутки напролет не спускаем с них глаз, но стоит отвлечься на сообщение в телефоне, и все лучшее мгновенно обесценивается. Люди ходят к психотерапевту не для того, чтобы обсуждать, как в детстве им не прилетело качелями по лбу. О родителях судят по их ошибкам.
Хотите знать правду? Правду обо всем, что случилось? Правда в том, что это история обо всем на свете, но главным образом об идиотах. Мы делаем все, что можем. Пытаемся научиться быть взрослыми, любить друг друга и вставлять флешку в разъем правильной стороной. Ищем, за что зацепиться, за что бороться, на что надеяться. Изо всех сил стараемся научить детей плавать. Это нас объединяет, и все равно мы остаемся чужими, мы никогда не знаем, как отзовутся в других наши поступки, как твоя жизнь отзовется в моей.
Юмор – это последняя линия сопротивления: пока мы смеемся, мы живы; анекдоты и туалетные шутки – это бунт против безнадежности.
Подумала о своей маме: самое прекрасное в ней было то, что она смотрела жизни в глаза и, несмотря на то, чем швырялась в нее эта жизнь, никогда переставала быть романтиком. Для этого нужно большое сердце.
– С чего вы взяли, что мне нужна помощь, чтобы не ввязываться в конфликты? Только слабаки верят в гармонию. И как следствие – ходят вокруг да около, бормочут что-то себе под нос и чувствуют свое моральное превосходство, пока мы, нормальные люди, заняты другим.
– Чем же?
– Мы побеждаем.
– Это важно?
– Милочка моя, если вы не победите, то ничего не добьетесь. В правительстве и совете директоров случайных людей не бывает.
Психолог попыталась вернуться к своему вопросу:
– И… победители зарабатывают много денег, это тоже важно, правильно я вас поняла? На что вы их тратите?
– Я покупаю дистанцию, которая отделяет меня от других людей.
Психолог никогда не слышала такого ответа.
– Что вы имеете в виду?
– В дорогих ресторанах больше расстояние между столиками. В бизнес-классе самолета нет сидений в среднем ряду. В эксклюзивных гостиницах отдельный вход для ВИП-персон. В плотно населенных городах расстояние стоит дороже всего.
