Онлайн чтение книги Три брата тирана There are three tyrant brothers
1 - 5

Воскресение посмотрел на моё лицо.

– Да, я в порядке, – с тревогой сказала я.

– Хорошо! Откуда появилось так много чудаков, а? Среда, твои глаза ...

Это замечание не принесло девочке облегчения, поэтому она снова опустил челку, чтобы скрыть зрачки.

– Что? Теперь она зеленые! Ах! Пусти!

На этот раз Колину удалось догнать Воскресенье, и тот снова начал толкаться.

Девочка боялась, что рыцарь может ударить Воскресение за неповиновение. Но Колин просто ткнул Воскресение в щеку с широкой улыбкой.

– Неплохо. Пинаешь имперских рыцарей?

– Пусти!

– Колин! Не отпускай его! Если не справишься, он и тебя побъет.

– Держи его подальше, Хит. Позор тебе. Ты Имперский рыцарь, а от тебя удирает ребенок. Дурак!

– Эй! Ты же видел, какой он ловкий. К тому же, его уже поймали.

В комнату вошел тот самый "дурак" – Хит, которого Воскресение ударил ногой по голени. Девочка взглянула на него и вздрогнула: его тело было в гораздо лучшей форме, чем у остальных рыцарей.

Но он не собирался вредить Воскресенью.

– Ты. Ты поступишь так со взрослым.

Хит ущипнул Воскресение за щеку:

– Он вроде неплохой паренек.

Девочка почувствовала облегчение.

– Ты первый схватил меня со спины!

– О чем ты? Я боялся, что тебя могут пнуть, поэтому попытался убрать тебя с дороги.

Хит грубо потрепал Воскресение по волосам и оглядел комнату.

– Так, где, черт возьми, та, которую мы так долго искали? Не говори мне, что ее здесь тоже нет.

И тут взгляд Хита остановился на ребенке.

– Э-э... Нет, я... Э-э, я как мешок, а! Нет, нет, я имею в виду, ну, маленькая леди с очень уникальной прической ... ты принцесса или что-то в этом роде...

Глядя на лицо Честера, Хит начал заикаться еще больше.

– Сэр Хит Рэтболд! – рявкнул Честер.

Рыцарь вздрогнул и заткнулся.

Воскресение, недовольный Хитом, быстро взглянул на Честера.

– Ты здесь босс.

Парень был невежественным, но высокомерным. "Среда" уже знала, что Честер – наследный принц, и хотела остановить Воскресенье.

Но он заговорил:

– Так кто вы такие, черт возьми? Похоже, вы довольно высокопоставленный аристократ, но что случилось со Средой?

Я никогда не прощу тебе, если попытаешься навредить ей!

На глаза Воскресенья теперь наворачивались слезы.

В этот момент в глазах Честера, смотрящего на Воскресение, вспыхнул странный свет.

– Ты.

Честер сделал равнодушный жест в сторону Воскресенья. Сейчас в нем не осталось и следа той нежности, с которой он обращался к девочке.

– Что ты несешь? Почему ты называешь девочку "Среда"?

Мальчик, стиснувший зубы, чтобы не показывать страха, ответил со значительным усилием:

– В этот день, в среду, она прислуживала господину. Она - "дневной раб".

– Дневной раб?

Честер нахмурился, как будто услышал об этом впервые.

Вместо того, чтобы замолчать, Воскресенье снова открыл рот.

– Рабов «обучают» делать только то, что установлено в "их" день недели. Так они привыкают подчиняться нашему господину. Обученный раб называется дневным рабом.

Легкое объяснение ребенка лишило всех дара речи.

– ... раб дня?

Спустя долгое время широко распахнутые глаза Честера снова стали черными. Девочка, казалось, почувсвовала это.

«Когда он очень зол, его глаза чернеют».

Честер, глаза которого все еще были темными, шаркнул ногой по полу и пробормотал:

– Он "тренировал" тебя и ее? Этот тупой, грязный, свиноподобный преступник?

Ответ Воскресенья прозвучал по-взрослому цинично:

– Я ничего не мог поделать. Тот, кто откажется прислуживать в этот день недели, умрет. Раб не может отказать своему господину. Никогда.

Лица Честера и других рыцарей исказились. Некоторые из них выплевывали резкие проклятия, а другие смотрели в окно. Все выглядели так, словно пытались сдержать гнев.

– Ты, блядь, сукин сын...– Как можно было поработить такого маленького ребенка? Ты – дерьмо!

– Я думал, что слухи о продаже рабов на границе – ложь. 

– Что, черт возьми, она пережила за это время?

Девочка боялась смотреть в лица рыцарей: Хит ругался, Колин скрипел зубами. Все они не скрывали злости и раздражения. "Среда" была рада, что они открованны и не сдерживают чувств, но жалела их: она не была той, кого искали эти люди. – Значит, я не принцесса.

Она продолжала попытки двигать языком, который почему-то онемел:– Я родилась рабом. Моя мать – рабыня, поэтому я тоже раб...

Честер, который молча слушал девочку, покачал головой.– Женщина, которая тебя родила, не была рабыней. Она была одной из лучших женщин столицы.

– Моя мать?

Ресницы "Среды" задрожали от слов Честера. Раньше она никогда не думала о своих родителях и слепо верила словам работорговца, который всегда утверждал, что она - дочь рабыни и безотцовщина. 

Нет, у меня не было выбора, кроме как поверить в это. Кроме него никто не мог рассказать ей о ее происхождении. – Да, она была добрая и чуткая женщина. Даже Император не мог не любить ее. 

В словах Честера чувствовалась любовь и тепло, но девочка этого не заметила.  – ···мать.

У меня была такая мать.

Маленькая рабыня выглядела так, будто слушала чужую историю.

Я не могу в это поверить...– Среда ... ты благородная?

Воскресение, который все еще слушал разговор, перестал заикаться.– Не просто благородная, малыш. Она – сестра наследного принца и Асканийская принцесса.

Слова Гардина касались Честера и девочки, Воскресение широко раскрыл глаза.– Среда – принцесса ...?

Разум Воскресенья был полон вопросов.– Неужели это правда, что Среда - принцесса? – спросил он снова. –Может, ты всё-таки ошибаешься...– Какого цвета были ее глаза несколько минут назад?

Вопрос честера вызвал у парня недоумение:

 – Зеленого...

Воскресение еще раз взглянул на девочику, а Честер продолжал говорить:– Только кровь королевской семьи позволяет менять цвет глаз в зависимости от эмоций. Это факт, который нельзя оспорить или скрыть.

Девочке стало неловко, и она коснулась пальцами полуприкрытых век, будто это могло помочь ей определить цвет собственных зрачков. Она не видела, меняется ли цвет радужки, но выражения лиц людей, наблюдавших за ней, показали, что Честер не лжет. Даже Воскресение смотрел на нее как-то странно.– Если красный зрачок выглядит немного розовым, можно сказать, что это иллюзия глаза. Случается, что оттенок становится более светлым или темным.

"Среда" вспомнила, что голубые глаза наследного принца изменились на черно-золотые.– Глаза ребенка стали зелеными, я уверен, – это было неопровержимым доказательством.

– Каждый год один или два человека, которым наплевать на свою жизнь, появляются, утверждая, что они асканского происхождения. Но никто из них не осмеливается доказать это.

– Потому что цвет их глаз не менялся?

Девочка, до этого молчаливая, теперь заговорила, и Честер кивнул.– Ни у кого, кроме тебя.

Маленькая рабыня – или теперь уже принцесса – тяжело дышала.

Уникальный цвет глаз, которым обладает только императорский род. Мать, которая была высокопоставленной женщиной.... Я просто не могла поверить в то, что всё это было на самом деле. Если да, то почему все так сложилось?

– Погодите, но если Среда и правда принцесса, то почему вы пришли забрать ее только сейчас?

Воскресенье очень точно озвучил сомнения девочки. – Тебе стоило побыстрее забрать Среду! Ты знаешь, как тяжело ей пришлось?!

Отношение Воскресенья было достаточно неуважительным, но рыцари не стали его наказывать. Вопрос мальчика прозвучал разумно. Все рыцари чувствовали себя виноватыми каждый раз, когда их взгляды падали на личико, наполовину скрытое челкой.  

В отличие от рыцарей, которые не могли поднять голов, Честер смотрел прямо на Воскресение.