Онлайн чтение книги Ви На Wi Na
1 - 2

Много лет назад разразилась масштабная война. Конфликт между двумя государствами, враждующими из-за различий в религиозных убеждениях, втянул в себя все больше стран-союзников. В условиях все более ожесточенных боев, в конце концов, на фронт были отправлены и собственные солдаты этих государств.

После долгой бойни война подошла к концу, и военные смогли вернуться на родину.

Полковник Чин Чхэ Джун, совершивший на поле боя выдающиеся подвиги, тоже вернулся домой. В то время он прятал под униформой красный драгоценный камень. Этот камень, найденный им во время войны за пазухой у трупа, с первого взгляда покорил его. Даже когда свистели пули и отлетали головы, он мгновенно оказался очарован тем ярко-красным светом, который излучал камень.

«Он прекрасен.

Я хочу его.

Я должен забрать его себе.

Он должен стать моим».

Эта жажда, до отказа заполнившая его разум, была совершенно чужда его натуре, славившейся благородством и неподкупностью.

Вернувшись героем войны, он получил повышение под шквал восхищения и похвал. Однако он не испытывал ни малейшего трепета или чувства долга.

Он страдал. Ему было невыносимо из-за того, что повседневная жизнь казалась пресной и скучной. Жена и дочь, по которым он так безумно тосковал на фронте, теперь лишь раздражали.

Он предавался пьянству и кутежам, скитался по борделям, а на лице плачущей и умоляющей его остановиться жены оставлял синяки. Но даже так, из-за какой-то неутолимой жажды и голода, он был готов взорваться.

В такие моменты он бесконечно долго смотрел на камень. Постепенно его желания становились все более низменными, пошлыми, животными. Иногда он даже облизывал камень или поливал его спермой. Лишь этот красный до боли в глазах свет успокаивал его. И в то же время невероятно соблазнял.

Но однажды он заметил, что свет камня начал тускнеть.

Это был страх, более жуткий, чем смерть. Он отчаянно искал способ вернуть свет к жизни. Но как мог простой человек управлять камнем, наделенным нереальной, мистической силой?

Камень умирал, а он сходил с ума. Тем временем его жена покончила с собой, а дочь ушла из дома. Но все это не имело никакого значения. Он был поглощен лишь одной мыслью: как оживить камень.

Информации о камне в мире не было вообще, к тому же он был в единственном экземпляре, поэтому обращаться с ним неосторожно было нельзя. Если бы их было несколько; если бы, на худой конец, он был из такого материала, что небольшая поломка или скол не имели бы значения. Если бы он был способен к регенерации, как человеческая плоть и кровь...

Если бы он был живым.

Да, если бы он был живым...

Только тогда его мозг дошел до этой бесчеловечной идеи. В тот момент он посмотрел на камень в своей руке. Свет поблек, но все еще мерцал, перекликаясь с его собственным взглядом. Это не он сам додумался до этого. Камень приказывал ему так поступить.

Он не стал медлить. Его преданные подчиненные уже были очарованы камнем так же, как и он. Имея камень, было легко склонить их на свою сторону для любого жестокого плана. В строжайшей тайне он нашел исследователей и лабораторию. Объект для эксперимента был выбран сразу же, как только возникла сама идея.

— Сумасшедший ублюдок...! Чин Чхэ Джун! Я убью тебя. Прекрати, прекрати...!

До того, как он подпал под власть камня, в его жизни был лишь один момент грехопадения. Он испытал невыразимые словами чувства к своей прекрасной двоюродной сестре, которая была намного младше его. Придя в неописуемый ужас от самого себя, он закопал это грязное чувство глубоко в душе и больше никогда не вытаскивал его наружу.

Но камень раскопал и обнажил его желания, обнажил самое дно. Когда он узнал, что кузина беременна, он поверил: это божественная удача, которую преподнес ему камень.

— Оппа, прошу тебя, умоляю. Не делай этого. Не делай...! Пожалуйста, пожалуйста...!

Двоюродная сестра на сносях была уложена на операционный стол.

Когда ей насильно закрыли умоляющие глаза и лезвие разрезало грудь, у него появилось смутное предчувствие успеха. Ведь перед пульсирующим сердцем камень засверкал ярче, чем когда-либо прежде.

Он был согласен с сестрой, которая в истерике кричала, что он не человек.

С того самого момента, как он убил ее мужа, замаскировав это под несчастный случай, нет, даже раньше — с того момента, как ему пришла в голову мысль пересадить камень в человеческие органы.

Он с радостью отказался от своей человечности.

В качестве награды вскоре родилась девочка с глазами, красными, как этот камень.

***

Ви На моргнула алыми глазами. Лампа накаливания над головой излучала свет.

Мужчина напротив пристально разглядывал лицо Ви На, залитое бледным освещением. Его лицо было убийственно холодным, не выражающим никаких эмоций.

В то мгновение, когда их глаза впервые встретились, ей показалось, что в его черных зрачках промелькнул пугающий блеск, но, видимо, она ошиблась.

Внезапно взгляд мужчины упал на ее губы. На губах, которые были широко раскрыты, когда он запихивал пальцы ей в самую глотку, выступили капли крови. К этому месту прикоснулись кончики его пальцев. Ощущение гладкой кожи перчатки напомнило о том моменте безжалостности. Как и ожидалось, его пальцы, прижимающие рану, начали надавливать с силой.

Поскольку Ви На никак не отреагировала, он спокойно посмотрел ей в глаза, как ни в чем не бывало. Как человек, не имеющий никакого отношения к пальцам, которые с силой давили, словно пытаясь выдавить капли крови.

Все было так, как она и слышала.

Бессердечный, хладнокровный ублюдок. Человек, для которого пытки — призвание.

Даже его длинные глаза и точеный нос казались инструментами, созданными для того, чтобы сводить с ума.

Син Хэ Гон.

Этот мужчина — Син Хэ Гон.

Ви На была уверена в этом, но решила спросить, чтобы убедиться.

— Ты — Син Хэ Гон?

По Рён, стоявшая с закрытыми глазами, гневно сморщилась.

— Что за наглость, как ты смеешь так фамильярно называть господина майора?

При звуке ее голоса Чу Хён придавил ее ногу своим армейским ботинком и пробормотал сквозь зубы:

— Заткнись, а.

От возмущения По Рён зыркнула на Чу Хёна, но затем непреодолимая сила заставила ее отвести взгляд. И тогда она увидела этих двоих, стоящих лицом к лицу на расстоянии меньше пяди. Хуже того, Син Хэ Гон трогал губы Ви На. По Рён непроизвольно сжала кулаки. Ногти больно впились в ладони.

Быть так близко к лицу, которое, как говорят, в ста случаях из ста похищает даже душу...

Все тревожные мысли По Рён ясно читались на ее лице. Она даже не замечала, как Чу Хён со вздохом сокрушался о ее глупости. В этот момент Син Хэ Гон выпрямился. По Рён закусила губу. Не сводя глаз с Ви На, он сказал:

— Вон. Все.

Услышав приказ, они безропотно ответили «Есть!» и покинули допросную. От взгляда, который По Рён бросила напоследок, Ви На показалось, будто ей обожгло щеку.

Наконец, дверь закрылась. Как только трое вышли, в допросной стало не просто тихо, а гробово безмолвно. Син Хэ Гон присел на край стола. Он кивнул головой.

— Иди сюда.

Расстояние между столом и Ви На было в несколько шагов. Видимо, ее отбросило туда, когда По Рён устроила переполох с избиением.

Ви На, чьи руки и ноги были крепко связаны, с растерянностью посмотрела на него. Встав на носочки и извиваясь всем телом, она попыталась с силой придвинуть стул вперед, но безуспешно: не проделав и шага, она потеряла равновесие и нелепо рухнула на пол.

— Угх...

Ви На извивалась, как мокрица, не в силах перевернуться и встать самостоятельно. Ее волосы, рассыпавшиеся при падении, были слишком блестящими для какого-то жалкого насекомого.

Глаза Син Хэ Гона жестоко блеснули.

— Почему ты дала себя поймать?

Ви На замерла. Затем, с трудом мотнув головой, убрала волосы с лица и приподняла подбородок. Она медленно скользнула взглядом вверх, начиная от армейских ботинок высокого мужчины, сидящего в непринужденной позе. Когда ее взгляд встретился с глазами Син Хэ Гона, у нее похолодело внутри.

Ощущение было таким, будто она тонет в черной воде.

Ви На намеренно медленно закрыла и открыла глаза. Но даже с закрытыми глазами она не видела испускаемого им света. Он был совершенной тьмой.

— Даже находясь под водой, ты сумела одурачить весь поисковый отряд и ускользнуть. То, что ты сорвалась и упала в горах — ложь. Ты намеренно вывела нас на ровную дорогу.

Ви На молчала. Син Хэ Гон поднялся со стола. Топ, топ. Когда он приблизился и, сложив свое подавляющее тело, сел на корточки, сердце Ви На бешено заколотилось.

— Какова причина твоей добровольной поимки?

Его рука погрузилась в ее волосы и сжала их. Потянув вверх, он поднял за ними и ее тело. А затем, словно пытаясь сломать, он так дернул ее голову назад, что шея изогнулась. Угх! Хватка была такой силы, что казалось, он сорвет ей скальп.

Его глаза, словно вся его прежняя безэмоциональность была лишь маскировкой, теперь излучали убийственную ауру. Она была настолько леденящей кровь, что перехватывало дыхание.

— Я... сбежала, — с трудом прошептала Ви На.

Син Хэ Гон, словно играючи, потянул ее за кожу головы и встряхнул. В голове зазвенело.

— Сбежала?

В его голосе явно слышалось недоверие. Ви На посмотрела на него затуманенным взглядом. Его глаза требовали ответа: «Почему ты сбежала?».

— Потому что я больше не хотела совершать грехи.