Контент удален!

В городке Уинднайтс я восстанавливался, набирался сил и создавал зомби из заключенных тюрьмы и трупов, похороненных там, чтобы собрать сильных союзников. Я был сосредоточен на создании войска, но сделал многое помимо этого.

Сделал то, что должен был. Сделал все так, как должен был. Другими словами, занимался я экспериментами на людях.

Я изучал способности каменной маски.

И возможности бессмертия, что она дает.

Но я ни разу не использовал маску на живых людях, чтобы увидеть, что произойдет. Я не экспериментировал с самой маской. Я решил, что ее ношение будет привилегией, что доступна только мне.

И это не столько предосторожность, сколько естественный вывод, к которому я пришел.

Я – бессмертный вампир, и если будет много таких же, как я, то эта сила потеряет ценность. Шпиль башни прекрасен лишь когда возвышается в одиночестве, заключил я.

В качестве примеров экспериментов я приведу такие: прирастить голову человека к телу собаки, или наоборот. Я пытался совместить часть зомби с телом живого человека, или наоборот. Я помещал змей внутрь трупов и так далее.

На первый взгляд кажется, что это все простое баловство, но я вовсе не дурачился с этим. И эксперименты все же принесли какую-никакую пользу.

Моя голова, голова вампира, и тело Джонатана, человека.

То, что наше слияние произошло успешно, ничто иное, как результат моих экспериментов.

Они воплотились в жизнь.

Из-за того, что Джонатан смог нанести удар хамоном по моему телу, я смог без всяких сомнений оторвать себе голову. Я хорошо знал, что позже смогу соединить ее с чужим телом.

Я смог с легкостью отказаться от тела, разрушаемого хамоном.

И, честно говоря, мне бы подошло любое тело. Не было нужды в том, чтобы забирать тело Джонатана.

Если бы я взял тело любого обычного человека, тело какого-нибудь слабака, скорее всего, я бы не пробыл последующие сотню лет на дне океана. Но я этого не сделал.

Даже хорошо это понимая, я все еще хотел его.

Тело Джонатана Джостара.

Я очень сильно хотел его. Вот насколько я уважал Джонатана, своего заклятого врага.

И особенно его тело.

Я представлял, что это тело – мое.

Поэтому я попытался забрать его.

Как берущий, я решил, что сделаю это.

И я не ошибся, забрав его. Если я приспособлюсь к телу чуть лучше, оно станет частью меня. Я весь стану собой. И никем другим