Дождь был подобен жемчужинам, упавшим с порвавшейся нити. Он падал с небес, заливая эти тихие улицы, поднимая туман.
Шу Джинг опустил голову и нырнул под карниз. Он смотрел на этот ливень и проклинал свое невезение. Он пришел в это Центральное Поднебесье не более чем на од-ни сутки, чтобы увидеть это самое известное место Королевства Будды. Он не предпола-гал, что в следующее мгновение начнется такой сильный ливень. Кроме того, этот стран-ный дождь как-то странно прилипал к его телу, словно капли росы, и даже Звездная Энергия с трудом справлялась с этим. насколько известно, это был Дождь Будды, и каж-дая его капля могла повлиять на карму.
«Ву, ву» Гонсан Хуанг недовольно фыркнула.
Шу Джинг улыбнулся. Он достал полотенце и помог ей вытереть лицо. «Малень-кая Хуанг, нам лучше спрятаться о дождя или вернуться обратно?»
Гонсан Хуанг склонила голову и показала страдальческое выражение лица.
«Давай пока спрячемся от дождя, а после, посмотрим чего интересного в этом До-жде Будды» Шу Джинг кивнул головой.
«эм?»
Только в этот момент Шу Джинг заметил, что под этим карнизом стоит еще одна девушка, скрывающаяся от дождя.
Эта девушка могла бы ослепить кого угодно. Ее нежное и прекрасное лицо обла-дало неописуемой чистотой и святость. Выражение ее лица было спокойным, словно вы-сохший колодец. Ее мягкие волосы ниспадали словно волны. Из-за того, что она только что тоже попала по этот дождь, ее простое одеяние было мокрое из-за капель дождя, а вся ее кожа была влажной, делая ее настолько нежной, что он нее просто невозможно отвести взгляд. Ее стройные изгибы были совершенно обнажены, и даже несмотря на это, Шу Джинг чувствовал, что девушка перед ним была неприкосновенно святой, смотря на ко-торую, люди просто теряли способность к даже слегка непристойной идее.
На лице этой девушки было выражение глубокого созерцание. Она смотрела на этот ливень своим лазурным взглядом, глубоким словно море, глядя на который у людей появлялось чувство беспомощного падения.
Она напоминала идеально вырезанный кусок прекрасного нефрита.
Такая красивая.
Даже несмотря на то, что Шу Джинг уже привык к виду прекрасных девушек, его все равно тронула эта чистая и святая красота девушки, стоявшей перед ним.
Девушка была полностью сконцентрирована на ливне, и не обращала внимания на Шу Джинга и Гонсан Хуанг, словно они были воздухом.
Гонсан Хуанг сидела на плече Шу Джинга, как обычно. Маленькая лоли тоже за-метила эту девушку.
Взгляд Шу Джинга снова вернулся к этому дождю. Он вытянул свою руку, чтобы поймать несколько капель дождя, который продолжали падать с крыши. Он с сожалением сказал: «Этот дождь действительно может сделать так, чтобы Буддизм стал источником многих зол»
«Почему Благодетель так говорит?» Внимание девушки переключилось на него, ее острые брови нахмурились.
«Будда говорит, что мир есть даже в цветке. Если это так, то капля дождя, это тоже мир. Сейчас, тут идет такой ливень, и тут миллионы миров, падающих на землю и немед-ленно умирающих. Разве это не является описанием Буддизма?» Шу Джинг посмотрел на этот туман.
Услышав его софизм, девушка продолжила спокойно ожидать: «Цветы расцветают и цветы опадают, жизнь и смерть чередуются и все живое входит в самсару. Это и есть карма. Говоря о том, что Буддизм создал это зло, Благодетель просто был обманут Марой»
Шу Джинг немного удивился. Девушка понимала Чан больше, чем он представлял себе.
«На самом деле, эта карма тоже софистика» — продолжал спорить Шу Джинг.
«Как ты можешь говорить это?» Девушка не злилась.
Шу Джинг сказал: «Будда говорит, что у всего есть причина и у всего есть эффект, но прослеживание пути до того как Небеса и Земля разделились, какой смысл в этом?»
«Это и есть самсара» — спокойно ответила девушка.
Шу Джинг потерял дар речи.
Эта девушка слишком резкая, настолько, чтобы даже не вспотеть.
«Ты веришь в Буддизм?» — сказала Гонсан Хуанг.
«И верю и не верю»
«..Не нужно наполнять каждое предложение смыслом Чан….» Шу Джинг улыб-нулся.
Девушка улыбнулась, ее внимание снова вернулось к дождю, не в состоянию пронзить, не в состоянии ясно видеть.
«Ваше Величество?» Гонсан Хуанг с любопытством задала Шу Джингу вопрос.
«Маленькая Хуанг, что ты скажешь обо мне, если я снова плюну на статую Буд-ды?» Шу Джинг не знал. Что сказать.
Гонсан Хуанг покачала головой.
Она как будто сказала этим, Ваше Высочество, ты не можешь быть еще более от-вратительным??
Гонсан Хуанг вернула Шу Джингу полотенце, она внимательно посмотрела на де-вушку, подав знак ему.
«Медитативный разум нельзя рассматривать как пищу для еды, да, тебе лучше вы-тереться» Шу Джинг передал девушке полотенце.
Девушка хотела сказать кое-что, но Шу Джинг успел быстро перебить ее, сказав, что ей лучше не давать дхарму в отказе.
«Я буду в долгу за вашу доброту» Девушка слегка опешила. Затем, она взяла поло-тенце.
«Ваш Слуга Шу Джинг. это…» Когда Шу Джинг собрался представить Гонсан Ху-анг, он засомневался. Было бы разумным сказал, что она была его женой, но на вид ей было всего семь или восемь лет.
«Маленькая Хуанг»
Девушка слегка кивнула головой. Она была мокрая из-за дождя. Девушка сложила вместе ладони, в молитве: «Бедная Монахиня Чан Син»
«Чан Син?»
Шу Джинг нахмурился.
«Ваше Высочество» Гонсан Хуанг тихо позвала его.
Шу Джинг покачал головой. Он задумчиво посмотрел на Чан Син.
Шу Джинг пристально уставился на дождь, и вдруг он почувствовал, что этот дождь был медитативным, тихим, словно вода. В Море Сознания что-то пошевелилось. Семя Лотоса Медитации Разума медленно раскрылось и показало небольшие признаки прорастания. Шу Джинг почувствовал это и сразу же закрыл глаза, культивируя Технику Абсолютной Искренности Души.
Однако, в результате, никакой реакции не было видно, казалось, что это было про-сто иллюзией.
Дождь так и не утихал. Когда Шу Джинг подумал, что этому дождю нет конца, он решил, что в любом случае ему нужно вернуться. В этот момент он услышал скрипящий звук и увидел как открываются главные ворота.
Двое повернули свои головы.
Вышел маленький монах.
«Мастер Цзя Е приглашает Благодетелей войти в храм, чтобы укрыться от дождя»
«Эм?»
Только теперь Шу Джинг заметил, что место, где они прячутся от дождя, в дей-ствительности является задними воротами чьего-то храма. Сейчас, Шу Джинг все еще со-мневался, соглашаться ли ему на это. Чан Син с почтением поприветствовала маленького монаха и последовала за ним в храм. Увидев это, Шу Джинг отбросил сомнения.
Внутри, храм оказался больше, чем он предполагал. Позолоченная дорожка, прохо-дившая через задний сад была еще торжественней, чем та, что была в императорском дворе. В окрестностях росли золотые деревья и Буддийская флора.
Пройдя по проходу, они увидели восьми-секционный павильон Небесного Дра-кона. Под крышей этого павильона стоял добрый старик, воспевающий что-то.
«Мастер Цзя Е»
Почтительно обратился монах.
«Эм, Благодетели, пожалуйста проходите, присаживайтесь» — тихо сказал Мастер Чан Цзя Е.
Шу Джинг и остальные сели, оценивая взглядом этого старика. Он выглядел очень внушительно, и даже Шу Джинг со своим Ясным Видением не смог разглядеть его куль-тивацию. Это было просто непостижимо.
«Мастер Чан, со всем уважением» Чан Син сложила руки вместе.
«Бедный Монах слушал, как вы двое обсуждали Чан только что, во время дождя. Бедному Монаху стало любопытно и он просто не мог не пригласить Благодетелей войти. Прошу прощения» Мастей Чан Цзя Е улыбнулся, он говорил это очень искренне.
«Бедная Монахиня на осмелилась бы»
Чан Син спокойно ответила ему.
«Услышав то, что этот Благодетель только что сказал, его взгляды на карму сильно впечатлили Бедного Монаха. Все могут войти в самсару, но самсара входит не в каждого» — скахала Джи Е.
Шу Джинг и Чан Син сильно поразились.
«Но, в таком случае, тогда…» Чан Син была озадачена.
«Какое просветление может быть в выслушивании Мастера Чан?» Шу Джинг не стал спокойно сидеть и слушать. Он услышал значение, кроющееся за словами Мастера Чан перед ним.
Мастер Чан Цзя Е встал. Трое последовали его примеру и последовали за ним к двум деревьям, на которые он указал. Одно из них было увядшим, а другое пышным де-ревом. Он задал им вопрос: «Как вы думаете, право то дерево, которое увяло, или то, что процветает?»
«Процветающее» — сказал Шу Джинг, нахмурившись.
Мастер Чан Цзя Е улыбнулся и сказал: «Освещающее все, сверкающее и сияющее»
Затем, он снова задал вопрос: « Увядание верное или цветения?»
«Увядание» Гонсан Хуанг заметила, что ответ Шу Джинга был неверным, поэтому она ответила противоположным утверждением.
Мастер Чан Цзя Е все еще слабо улыбался, «Освещающий все, учи и медленно увя-дай»
На этот раз, Мастер Чан Цзя Е посмотрел на Чан Син и снова задал вопрос: «Увя-дание верно или цветение?»
Чан Син что-то пробормотала, но затем сказала: «Увядание это увядание, а цвете-ние это цветение»
Что и ожидалось от Чан Син, ее ответ оказался безупречным и неоднозначным. Шу Джинг подумал, Какой же ответ будет правильным на этот раз? Они увидели, что Цзя Е снова улыбнулся, покачал головой и сказал: «Нет, нет»
Если бы Шу Джинг не видел, что старик перед ним владеет культиваций как ми-нимум Звезды Супервойд, он подумал бы, что он просто решил одурачить их.
«Что имеет в виду Мастер Чан?» — спросил Шу Джинг.
«Если бы процветающее дерево было правильным, то мир был бы сияющим и сверкающим. Если бы иссохшее дерево было правильным, то мир был бы подобен одно-образной земле, мрачным и одиноким. И эта Госпожа Благодетель Чан Син чувствует, что увядание заставляет других увядать, а цветение — процветать. Это также неверно, так как это заставляет жизнь утратить ее смысл, и сделать вас неспособными нести ответствен-ность за себя» Цзя Е медленно сказал: «Для любого дерева, увядание это конец цветение, а цветение это самое начало увядания. Увядание и цветение нельзя разделять, ибо они едины. В них нет совершенно никакой разницы. В глазах Бедного Монаха, это дерево. Увядание и цветение — его природа»
Шу Джинг вспотел. Этот монах говорил очень красноречиво.
«В таком случае, причина и следствие это словно процветание и увядание дерева, единое. Этот Благодетель говорил о том, что эффект раскола Земли и Небес такое такой» — сказал Цзя Е.
Шу Джинг частично понимал это. Возможно, смысл был в том, что карма и мир были едиными. Если ты думаешь, что в этом все дело, то так оно и есть. Если ты думаешь, что это и есть эффект, то так оно и есть. Он восхищался этим Мастером Чан, поскольку тот говорил о Чан с таким мастерством.
«Чан Син поняла ваше наставление» Девушка кивнула головой и сказала: «Одна-ко, Чан Син кое-что так и не поняла, и она хочет получить наставление от Мастера Чан»
«Ха, ха. Нет ничего плохого в том, чтобы высказывать свои мысли»
Чан Сил сказала: «Нас обучали мудрые Буддисты, «Бамбук это само тело, а плот-ные желтые цветки, это только праджна», Неверующие чувствуют, что это злобное уче-ние, а верующие считают это непостижимым, но Бедная Монахиня задается вопросом, что верно?»
Мастер Чан Цзя Е ответил: «Дело в том, что те, кто принадлежат к Манджушри и Самантабхабре настаивают на точ, что простые люди и Хинаяна должны принимать. сле-довательно, Цветочное Украшение Сутра учит нас: тело дхармы наполнено царством дхармы, и обычно оно появляется перед всеми, бесконечно следуя карме и часто пребывая в теле бодхи. Поскольку зеленый бамбук не является стержнем царства дхармы, разве он может быть телом дхармы? А мудрость Сутры учит нас: Внешний вид не имеет границ, следовательно, мудрость тоже не имеет границ? Таким образом, сутра по своей сути не является определением дхармы, и дхарма по своей природе не бесконечно»
После того, как девушка все это выслушала, она снова задала вопрос, так как ниче-го не поняла:
«Из этой информации, кто же такие верующие? Не верующие?»
Мастер Чан Цзя Е указал на еще более высокую концепцию, ответив:
«Верующие это условная истина, а неверующие — абсолютная истина»
Чан Син нахмурилась: «Но неверующие высмеивают не Буддистов. Почему Ма-стер Чан называет это абсолютной правдой?»
«Неверующие это, естественно, неверующие, а абсолютная истина, это абсолютная истина. Поскольку это абсолютная истина, простой человек будет обвинен как не Буд-дист. Что же касается не Буддистов, то разве они могут говорить об абсолютной истине?» Мастер Чан Цзя Е слегка улыбнулся, подводя итог сказанному.
Чан Син задумалась.
Шу Джинг понял только половину из сказанного. Как и ожидалось, эта секта Буд-дизма Чан была слишком загадочной, как и ожидалось. Заставить Семя Лотоса Чан Син зацвести было не просто. Кажется, до достижения царства улыбающегося Будды еще очень далеко.
Хотя, эта девушка Чан Син заставила Шу Джинга очень удивиться. Она очень хо-рошо разбиралась в Буддизме, спокойно обсуждая тему Чан с Мастером Чан Цзя Е, и каж-дое ее движение заставляло его задуматься. Из-за этого Шу Джинг вспомнил кое-что. Он и Гонсан Хуанг не могли не вслушаться в их обсуждение Техники Чан. Казалось, он начал постепенно улавливать какую-то суть.
Туман дождя распространился повсюду. Звуки Чан были прекрасными.
Шу Джинг совершенно забыл о времени, тихо наблюдая за сосредоточенным ли-цом девушки.
Снаружи
Дождь закончился.