| Евгений Водолазкин. Авиатор | ||
| 1 - 1 | 06.10.16 | |
| 2 Часть первая | 06.10.16 | |
Фрагмент для ознакомления предоставлен магазином Litres.ru
Нет последних комментариев
Здесь пока нет комментариев
Есть ведь особый запах весны, который появляется тогда, когда повсюду еще лежит снег. Не запах, скорее — какая-то мягкость воздуха.
Вот сейчас все вроде бы свободны, но какой же они имеют кислый вид! Я-то был уверен, что со свободой придет радость.
– Получается, – предположила Настя, – что лучше пребывать в утопии и быть счастливым, чем быть свободным, но печальным.
Спорили с ним вчера полночи о преимуществах демократии. Я эти преимущества и без него вижу. Где-то они, может быть, естественны и уместны, а у нас вот никак не могут проявиться. На исторической родине Гейгера, например, могут, а у нас – нет.
- Партия, - говорит, - это сила. Нас знаешь сколько! Все не могут ошибаться.
Во-первых, могут. Во-вторых, достаточно ошибиться машинисту. В-третьих, речь может идти о намеренном действии. Злонамеренном.
Жизнь, сказал Тюрин, должна быть непринужденной: захотелось фейерверка именно сегодня и именно на Елагином - значит, будет фейерверк. Его бы слова да в уши того бомжа, что роется в нашей помойке. Тот просто не знает, какой должна быть жизнь, иначе устроил бы фейерверк на Елагином.
По определению светлой памяти Маркса, лучше недо-, чем пере-. Отнес бы это определение к искусству вообще.
Он посмеялся и сказал, что главная разница между уголовным сыском и политическим в том, что первые от дела ищут человека, а вторые ищут человеку дело.
В России всё возможно, м-да. Есть в этом осуждение, что ли, даже приговор. Чувствуется, что это какая-то нехорошая безграничность, что всё направится известно в какую сторону.
Трудно жить в постоянной ненависти, даже если она оправданна.
Чем больница хорошо для романов - в ней много коек.
Телевидение жестоко. Бесстрастно вроде бы фиксирует происходящее, но в этом бесстрастии и состоит жестокость.
Опасность обостряет восприятие красоты.
