Заметив, что Нора не отвечает сразу и колеблется, Анна поспешила добавить:
— Если тебе неудобно возвращаться сюда перед сном, можешь просто оставить его здесь. Думаю, я смогу сама принять лекарство, когда понадобится.
— Я должна спросить у господина.
— Неужели… это так необходимо?
— Боюсь, это не тот вопрос, который я могу решать самостоятельно по своему усмотрению…
После недолгих раздумий Анна разрешила ей уйти.
Ей не хотелось обременять его лишними хлопотами, но с другой стороны, нельзя же до бесконечности жить как новорождённый младенец. Она оправдывала себя тем, что с этой трудностью рано или поздно всё равно пришлось бы столкнуться лицом к лицу.
Закончив ужин с помощью Норы, Анна в сильном напряжении принялась ждать разрешения мужа.
В этот момент раздался тихий скрип открываемой двери.
— Госпожа, я доложила хозяину. Если вам позже понадобятся лекарства, пожалуйста, потяните за шнур колокольчика. Хозяин навестит вас снова ночью.
«Ах, какое облегчение».
Муж не пришёл лично, чтобы переубеждать её, да и желаемое разрешение она в итоге получила. Анна, не скрывая радости, искренне поблагодарила Нору:
— Спасибо тебе.
— Что вы, госпожа. Я лишь сделала то, что должна была. Доброй вам ночи.
Служанка вышла, и Анна снова осталась в комнате одна.
Окрыленная тем, что ей удалось отвоевать эту маленькую свободу , она с глухим стуком повалилась спиной на постель.
Когда она до этого спрашивала у Норы время, было около шести часов вечера, так что сейчас, должно быть, примерно половина седьмого.
Поскольку будильник на настольных часах был заведён на десять часов вечера, до этого времени ей нужно было хоть немного изучить планировку комнаты, в которой она находилась.
В её жизни вряд ли предвиделись частые прогулки за пределами этих стен, поэтому даже такие скромные знания могли сильно облегчить ей существование.
«Хорошо, сначала пусть немного уляжется тяжесть в желудке от съеденного через силу ужина, а потом я начну двигаться».
…Но едва она успела принять это решение, как её мгновенно сморил глубокий сон.
Боже, который сейчас час?
Едва эта мысль промелькнула в голове, как раздался громкий, заливистый звон будильника.
Анна, не успев даже осознать странность происходящего, протянула руку к столу и выключила часы.
Тик-так, тик-так… Стрелка указывала ровно на десять часов.
Все её титанические усилия, приложенные ради того, чтобы выпросить у хозяина замка разрешение отложить приём лекарств, оказались совершенно напрасными.
Очевидно, привычка засыпать сразу после ужина уже намертво въелась в её тело.
Анна прижала ладонь ко лбу, сокрушаясь о бесполезно упущенном времени, и лишь секунду спустя осознала один ошеломляющий факт.
Она видит.
Она своими собственными глазами только что посмотрела на часы.
Только тогда Анна оторвала взгляд от деловито тикающих часов и огляделась по сторонам.
Погружённая во мрак комната, слабый лунный свет, пробивающийся сквозь окно, и старинные вещи, ценность которых можно было угадать даже по одним лишь размытым силуэтам.
Анна наконец-то смогла воочию увидеть убранство спальни, в которой жила всё это время.
Мебель была настолько прочной и качественной, что определять её возраст не имело никакого смысла. Всюду красовались изящные элементы декора, искусно подчёркивающие великолепную текстуру дуба.
На письменном столе были аккуратно разложены перьевые ручки, чернила и бумага для писем красивого оттенка, а шкатулка на туалетном столике ломилась от ювелирных украшений.
На арочном потолке красовался сложный геометрический рельеф, а в самом центре висела небольшая люстра. Всё это позволяло догадаться, насколько сильно любили хозяйку этих покоев.
Одно лишь оставалось непонятным — пустяковые любовные романы, которыми были забиты все книжные полки.
Даже в те времена, когда Анна жила в монастыре, она никогда не проявляла интереса к любовным историям, которые её подруги тайком передавали друг другу.
Поддавшись на их уговоры, она как-то пролистала пару книг, но, кроме лёгкого слога, не нашла в них никаких достоинств. От них лишь становилось неловко, а в голову лезли глупые мысли, поэтому она считала, что от таких книг нужно держаться как можно дальше.
Неужели за те три года, что она провела в мирском окружении, её вкусы настолько разительно изменились?
На всякий случай она достала из шкафа несколько книг и внимательно их изучила, но, за исключением пары энциклопедий, все они оказались третьесортными бульварными романами, которые можно за бесценок купить на любом рынке.
«Зачем я забила свои полки подобными вещами?»
Может быть, выйдя замуж за того мужчину и поддавшись его нежности и заботе, она безответно влюбилась в него?..
От одной этой мысли Анне стало настолько неловко, что она решила больше не думать об этом. Если её прошлые три года действительно прошли именно так, то она была согласна вообще никогда не возвращать себе память.
Однако помимо книг в этой спальне было ещё кое-что странное.
Куда бы она ни бросила взгляд, в комнате не было ни одного портрета.
Обычно в замках благородных семей принято украшать стены портретами предков и изображениями их великих подвигов, выказывая тем самым уважение к роду и гордость за свою фамилию.
И пусть сейчас Шинуа были всего лишь провинциальными аристократами, насколько знала Анна, их род был весьма древним и почтенным. Однако все висевшие на стенах рамки обрамляли исключительно пейзажи, пейзажи и ещё раз непонятные пейзажи.
«…К тому же, в комнате, где живет женщина, нет ни одного зеркала».
Когда Анна осознала это, всё, что её окружало, показалось ей до ужаса странным и зловещим.
Она проверила время — было уже пять минут одиннадцатого.
Анна дважды сложила самое маленькое из нескольких одеял и накинула его на плечи, словно шаль. После чего, сама толком не понимая причин своего поступка, тихонько выскользнула за дверь комнаты.
Анна, которая до этого момента считала здешнее место обычным, пусть и немного запущенным старым замком, едва оказавшись в коридоре, судорожно втянула в себя воздух.
В коридоре царил леденящий холод.
И это не был обычный ночной холод, когда температура немного падает, или гнетущее ощущение пустоты из-за отсутствия людей.
Здесь вообще не чувствовалось ни единого признака жизни.
В такой глубокий час в замке должны были хоть изредка раздаваться чьи-то голоса или скрип старых половиц под чьими-то шагами… Но этот замок оставался мертвенно-холодным, и вдоль бесконечных коридоров не горело ни одного тусклого факела.
После недолгих колебаний Анна подошла к комоду. Желая осмотреть один из настенных светильников, она сбросила туфли, забралась коленями на комод и протянула руку.
Как она и думала, закреплённый на стене бронзовый светильник был абсолютно сухим — на нём не было ни капли растопленного воска или масла.
Состояние коридора совершенно не вязалось с мыслью, что ещё недавно здесь находились люди.
Куда логичнее было предположить, что это заброшенный дом, в котором никто не жил уже много лет… «Неужели я сошла с ума и мне всё это мерещится?»
Анна снова приоткрыла дверь в свою комнату.
Ухоженная мебель, идеально чистое постельное белье и ковер, на котором не было ни единой пылинки, всё так же находились там. В отличие от коридора, комната дышала приятным, обволакивающим теплом, отчего Анне стало невыразимо жутко.
Чтобы найти хоть какие-то следы людей в замке, она решила спуститься на кухню. Анна никогда не бывала в графских замках, но до этого жила в монастыре схожих размеров, а потому знала: кухня — самое загруженное и оживленное место, где даже в столь поздний час должен оставаться хотя бы один-два человека.
Или, по крайней мере, по количеству запасов на складе можно будет примерно прикинуть, сколько людей сейчас проживает в этом замке.
Найти дорогу к кухне оказалось несложно. Прямо в конце коридора, где не горело ни единого огонька, показалась винтовая лестница. Судя по её скромным размерам и полному отсутствию каких-либо украшений, этой лестницей пользовались в основном слуги.
Спустившись по ней на первый этаж, она сразу оказалась в помещении, которое явно было кухней.
Её глаза, уже полностью привыкшие к темноте, медленно осмотрели пространство, и Анну охватил тихий шок.
Мало того, что здесь не было ни капли человеческого тепла, так ещё и запасов еды оказалось катастрофически мало.
Все кувшины и кастрюли были абсолютно пусты и аккуратно расставлены по полкам, а продовольственный склад, за исключением одной-двух полок, тоже зиял пустотой. При этом здесь не было ни намека на паутину или пыль, которые обычно встречаются в заброшенных домах.
Анна долго оглядывала кухню, пока до неё наконец не дошёл леденящий душу факт: все эти продукты предназначались исключительно для неё одной. Как будто в этом огромном замке Анна была единственным человеком, который нуждался в еде.
Но это ведь было полнейшим абсурдом.
С тех пор как она пришла в себя после комы, все последние три дня Анна безвыездно находилась в этом замке. И сколько людей она встретила за это время?
Из-за слепоты она не могла сосчитать их точно, но одних только служанок, ухаживавших за ней, было не меньше четырёх-пяти человек. А ещё семейный врач и пара его ассистентов.
И, наконец, её муж? Разве сегодня днем она не разговаривала с ним во внутреннем дворике замка?
И как быть с «шеф-поваром», которого он лично упоминал, когда кормил её сэндвичами, чизкейком и поил яблочным сидром?
Её начал сковывать глухой, подступающий ужас.
Где она находится?
Действительно ли это замок Шинуа?
И если это не замок Шинуа, то кто тогда этот мужчина?
Погружённое во мрак и мертвую тишину пространство замка казалось то абсолютно пустым, то, напротив, тайно пронизанным бесчисленным множеством чьих-то невидимых взглядов. Сейчас она уже не была уверена даже в том, существовали ли на самом деле этот мужчина и его многочисленные слуги.
Анна почувствовала, что если останется здесь ещё хоть на мгновение, то просто сойдет с ума. Она принялась в панике искать черных ход, ведущий во двор. На кухне таких размеров по всем правилам планировки обязана была быть задняя дверь — так гораздо удобнее заносить продукты с улицы и выносить отходы, образующиеся во время готовки.
— Ах…
Вскоре Анна действительно наткнулась на массивную деревянную дверь, которая явно вела наружу.
Но когда она подергала ручку, та лишь глухо защелкала — дверь была заперта наглухо.
Накатившее отчаяние и бессилие в одно мгновение прояснили её мысли.
Ну хорошо, даже если бы она вырвалась наружу, что бы она смогла сделать? Разве она знает, где находится этот замок и что простирается за его пределами?
Как бы сильно ей ни было страшно, бежать сломя голову в неизвестность сейчас было далеко не самым разумным решением.
* * *