Контент удален!

Он стряхнул руку и тихо усмехнулся.

— Так понравилось? Много воды натекло.

Но, похоже, Сихён и сам был на пределе. Он навалился на неё сверху и потёрся сильно набухшим членом о её лоно.

— Ха-а, блядь. Скользко, пиздец.

— Ух... а-ах...

Сихён пристально смотрел на Наён, слабо стонавшую, а затем лизнул языком её мягкие губы. И сразу же, схватив ствол, попытался ввести головку в её влагалище.

Но Сихён остановился на полпути.

Она, смотревшая в потолок, нахмурилась и посмотрела на него. Словно он ждал — их глаза встретились.

Он, пристально глядевший на неё, открыл рот:

— Скажи, чтобы я вставил.

— Что?..

— Скажи, чтобы я вставил свой член в тебя.

Похоже, Сихён хотел убедиться, что возбуждён не только он один.

Ей на мгновение стало любопытно. Неужели он и с другими гидами требует того же?

— Вставь.

Наён сказала тихим голосом.

Зрачки Сихёна, смотревшего на неё, всколыхнулись тёмным желанием.

— Проси сильнее.

— Вставь, Мун Сихён. Я хочу тебя.

— Блядь.

Он поспешно вогнал член в её влагалище.

Когда твёрдая, набухшая головка раздвинула узкую плоть, нахлынуло сильное давление. Хотя влагалище было достаточно влажным, из-за огромного размера члена ощущалась боль.

Но она, крепко закусив губу, терпела.

Она хотела, чтобы Сихён не останавливался. Хотела как можно быстрее восполнить его недостающий гайдинг.

Сихён, настойчиво разглядывавший Наён, опустил голову и поспешно поцеловал её в губы. В таком положении он резко подал бёдра вверх, и член, вошедший наполовину, вонзился до самого основания.

— Х-хык!..

От ощущения плотной заполненности Наён затаила дыхание.

Сихён не стал ждать, пока она привыкнет.

Толстый член вышел назад и одним движением с силой вонзился внутрь. Снова, царапая нежную плоть, отступил и яростно вбился во влагалище.

Часы на его запястье продолжали мигать. Плотный гайдинг тёк внутрь.

— Ух... х-ха! Ы-ык! Ы-ы-ы!

Наён беспорядочно стонала.

Ощущение, наполненное болью, с каждым толчком Сихёна превращалось в острое наслаждение. С того самого момента, как он ввёл член в неё, он целенаправленно долбил именно те места, которые она чувствовала.

От его варварских движений бёдрами её тело всё время отъезжало назад. Он крепко схватил её за бёдра, чтобы она не могла убежать, и беспорядочно вбивал член во влагалище.

Кровать в палате грохотала и яростно тряслась. Она вскрикивала, а затем с трудом подтянула его руку и проверила часы.

<Уровень гайдинга: 51%>

Увидев его уровень гайдинга, Наён нахмурилась.

Обычно уровень гайдинга должен был достичь оптимального состояния. Но сейчас у Сихёна было всего 51%.

Гайдинг был в удовлетворительном состоянии, но это едва дотягивало до «предупреждения о гайдинге».

Причина, по которой гайдинг не заполнялся удовлетворительно даже на третьей стадии контактного гайдинга, вероятно, была в классе Наён. Гид C-класса никогда не сможет стабильно заполнить уровень гайдинга эспера S-класса.

На самом деле, раз гайдинг Сихёна не был оптимизирован, у него не было причины быть настолько возбуждённым. Она решила, что это просто потому, что он впервые за долгое время получал нормальный гайдинг.

Она обняла его за поясницу и с трудом заговорила:

— Ещё... ещё сильнее, Мун Сихён. Сильнее, чем сейчас... Х-хых! Ык!

Сихён, похоже, ещё больше возбудился от её слов — он выругался сквозь зубы и ускорил движения бёдрами.

От безжалостных движений Наён издала пронзительный крик.

Каждый раз, когда он грубо входил и выходил, на месте соединения раздавался хлюпающий звук.

Член глубоко вонзался и беспорядочно бил по внутренним стенкам. Перед глазами всё плыло. Она уже не понимала, как дышит.

— Ух! Ахык... х-хы-ык!

Всё тело наполнилось наслаждением, в голове помутилось.

Она впервые узнала, что может издавать такие пошлые стоны.

Раньше Сихён сразу останавливался, если Наён показывала хоть малейшее неудовольствие, поэтому такого грубого секса не было. Но сейчас он, похоже, полностью погрузился в инстинктивный секс с ней.

Между губами Сихёна раздался скрежещущий звук.

Наён, проверяя уровень гайдинга по его часам, заговорила:

— Х-хн... вставь ещё... Х-хых! Не останавливайся, сильнее!.. Ах!

От её слов движения Сихёна, и без того быстрые, стали ещё более неистовыми.

Наён едва выдерживала, издавая стоны.

Уровень гайдинга Сихёна уже достиг 60%. Но это всё ещё был лишь удовлетворительный уровень.

Она обняла его и тихо пробормотала:

— Мун Сихён. Я хочу, чтобы ты снова вспомнил меня...

Это была искренность, которую Наён сама до сих пор не осознавала.

Она была ошеломлена словами, которые сама произнесла.

Внезапно в голову врезался голос:

«Возможно... лечение будет непростым».

Это были слова Ючана перед началом лечения Сихёна.

Наён отрицала его слова. Сейчас уровень гайдинга Сихёна, хоть и не оптимальный, но определённо показывал результат.

«Дело в Сихёне. Последствия предвестников буйства всё ещё остались».

Вспомнились слова Дохёка. Лицо Наён становилось всё бледнее.

«Похоже, воспоминания того дня стали травмой. Поэтому, если во время гайдинга у Сихёна возникнет сильная реакция отторжения, немедленно прекращай лечение».

Она покачала головой, пытаясь отогнать голос Дохёка.

Но вскоре наступила ситуация, от которой нельзя было уйти.

Движения Сихёна, беспорядочно двигавшего бёдрами, внезапно остановились. Его верхняя часть тела, навалившаяся на Наён, едва заметно дрожала.

— Мун Сихён...

Она тихо позвала его. Но он не реагировал.

Наён осторожно попыталась схватить его за плечо. Но прежде чем её пальцы коснулись его, его тело рухнуло на бок.

Наён в испуге поспешно приподнялась.

— Мун Сихён, что с тобой?.. Тебе больно? Почему вдруг...

Сихён, схватившись за голову обеими руками, скорчился. Между его губ раздался низкий стон.

Словно охваченный болью, всё его тело дрожало.

Вжик!

Наблюдавшая за его состоянием Наён вздрогнула.

В палате сверкнула белая молния. Это было явление, созданное способностью Сихёна.

— Х-хык...

С отсутствующим лицом смотревшая на вспышки молний, она снова опустила взгляд на Сихёна. Со стоном он ещё сильнее скорчился. Руки, сжимавшие голову, всё ещё дрожали.

Она осторожно схватила его за плечо и сказала:

— Голова болит? Я сейчас вызову врача. Подожди немного.

На самом деле дрожал не только он. У Наён тоже сильно тряслись руки и ноги.

Едва приведя в порядок бельё, она поспешно попыталась встать.

— Чон Наён.

В этот момент низкий голос Сихёна разнёсся по палате. Наён в испуге посмотрела на него.

Но Сихён не смотрел на Наён.

Он всё ещё лежал на кровати, свернувшись, как ребёнок, сжимая голову обеими руками.

— Прошу... Прошу, уходи.

Наён, смотревшая на него, широко раскрыла глаза.

— Чон Наён, умоляю... Ты так и правда можешь умереть...

Зрачки Наён едва заметно задрожали.

Сейчас он говорил не Наён, стоявшей перед ним. Сихён вспоминал день, когда у него начались предвестники буйства.

Вжик!

Она вздрогнула. Прямо рядом с кроватью ударила огромная молния.

Сердце бешено колотилось.

— Ы-ык!..

Наён, смотревшая на него в оцепенении, растерялась.

От Сихёна, сжимавшего голову, исходила мощная энергия способности.

«Похоже, воспоминания того дня стали травмой».

Голос Дохёка снова врезался в голову.

Только теперь она поняла. То, что Сихён стёр воспоминания о Наён, было исключительно его собственной волей.

Он сейчас стирал все всплывшие воспоминания о прошлом своей ментальной способностью.

Возможно, как и сказал Дохёк, тот день стал для Сихёна травмой.

Теперь она поняла, почему Ючан до сих пор не рассказал Сихёну подробно об их отношениях.

Сихён сам отвергал воспоминания о Наён. Потому что воспоминания о ней в конечном итоге вели к кошмару того дня, когда у него начались предвестники буйства.