Наён была в полной растерянности.
Сейчас Сихён почти полностью потерял рассудок.
— Хны... Ах, больно...
Её грудь сжималась вместе с бельём в его руках. Грубые, лишённые всякого контроля прикосновения.
Затем он поспешно стянул бюстгальтер. И в тот же миг её упругая обнажённая грудь выскользнула наружу.
Он смотрел на неё в упоении, словно заворожённый.
Этот взгляд был так похож на обычного Сихёна, что она на мгновение подумала, не вернулся ли он в сознание.
Но в следующее мгновение он сжал её грудь так больно, будто месил тесто, и она поняла — он всё ещё не в себе.
— Хн... ы-ых...
Он бездумно мял её мягкую грудь. Каждый раз, когда его пальцы защипывали и щёлкали по соскам, из её губ вырывались стоны.
Сихён при этом не переставал с силой прижиматься бёдрами к её лону.
Казалось, он места себе не находил от желания соединиться с ней.
— Ах! Мгх!
Наён судорожно вздохнула.
Сихён, бесстыдно мявший её обнажённую грудь, словно тесто, вдруг опустил голову. Втянув в рот напрягшийся от возбуждения сосок, он начал сосать, как младенец.
Она застонала, запуская пальцы в его волосы.
Она чувствовала, как огромное количество гайдинга стремительно вытягивается.
Дыхание сбивалось. Он развратно выгибал бёдра, словно занимался проникающим сексом. К тому же её форменная юбка задралась, и она отчётливо чувствовала через бельё его возбуждённый член.
Она с трудом открыла глаза.
Сихён уткнулся лицом в её грудь и продолжал сосать и водить языком по соску.
Она с трудом смотрела на него, а затем поднесла его руку, которая грубо сжимала другую грудь, к себе перед глазами.
На его запястье были такие же часы, как у Наён.
<Уровень гайдинга: 12%>
Увидев показатель, она закусила губу.
С того самого момента, как они соединились, гайдинг лился в него, словно из сломанного крана, но показатель странно не заполнялся. Более того, они уже завершили запечатление. А это значит, что эффект должен быть сильнее, чем при обычном гайдинге.
Но состояние Сихёна было похоже на попытку наполнить бездонную бочку.
Сколько бы гайдинга ни вливалось, он никак не наполнялся.
«Что же мне делать...»
Наён подсознательно поняла.
Если так продолжится, она тоже не выдержит и умрёт.
Даже сейчас гайдинг вытекал из неё непрерывно. Это было похоже на испарение влаги из тела. Она чувствовала, что скоро высохнет и умрёт.
На её глазах выступили прозрачные слёзы.
Она говорила Ючану, что готова умереть как гид, но на самом деле страх был.
Сихён, не зная и не видя её состояния, всё ещё бессознательно, безрассудно пожирал её тело.
— Ы-ых, Мун Сихён... Пожалуйста, очнись...
Со второго уровня буйства вернуть сознание крайне сложно.
Зная это, Наён всё равно невольно звала его снова и снова.
Может быть, из-за страха, что она вот-вот умрёт.
А может, из-за печали от потери товарища.
Грудь сдавило.
Из-за того, что способность Сихёна неистовствовала, палата уже была в полном хаосе.
Если бы он напал на неё, она бы умерла на месте, даже не успев передать гайдинг.
Но её страх был не об этом.
Наён слишком хорошо знала, что Сихён не нападёт на неё.
Даже если он был не в своём уме, у неё была странно твёрдая уверенность.
Возможно, другие назвали бы это глупостью.
— ...!
Внезапно она удивлённо распахнула глаза.
Сихён, который только что бессознательно пожирал её тело, в какой-то момент замер.
Но гайдинг всё ещё стремительно вытягивался в него.
Наён подсознательно поняла, что на мгновение Сихён пришёл в себя.
— Почему...
Он уткнулся лицом в её грудь и открыл рот дрожащим голосом:
— Почему ты... вошла сюда...
Она опустила голову и посмотрела на Сихёна.
Его плечи едва заметно дрожали.
На её коже чувствовалась лёгкая влага.
Наён поняла, что он плачет у неё на груди.
— Прошу... Прошу, уходи, Чон Наён. Умоляю... Х-хнык, прошу...!
Вжик!
Рядом с ними сверкнула вспышка. С грохотом пол палаты обуглился и почернел.
Она осторожно протянула руку и погладила его по волосам.
Его чёрные густые волосы мягко рассыпались между её пальцами.
— Мун Сихён, ты дурак?
Она слабо усмехнулась.
— В такой момент надо просить у меня гайдинг, а не просить уйти.
Обычно, даже когда уровень гайдинга был стабилен, он бесстыдно требовал, так почему же сейчас, когда это действительно нужно, он не просит?
Сихён переложил руки и крепко обнял её за талию.
Он знал, что должен отпустить её, но тело всё равно тянулось к Наён.
— Ты можешь умереть...
Он заговорил дрожащим голосом.
Наён с трудом улыбнулась.
— Всё равно мы всегда принимали смерть как должное.
— ...
— Так что всё в порядке.
Сихён поспешно покачал головой.
— Я нет... Чёрт, я нет...!
— Мун Сихён...
— Я не могу смотреть, как ты умираешь!.. Тем более из-за меня...
Внезапно он замолчал и застонал от боли.
По всему его телу метались белые электрические разряды.
Электричество, естественно, передавалось и Наён, которая соприкасалась с ним.
Кожа горела. Страх накатил, она не могла даже нормально дышать.
Но она, наоборот, обняла его голову обеими руками, а затем опрокинула его на бок и села сверху.
Теперь она видела лицо Сихёна, которое всё это время было уткнуто в её грудь.
Его глаза были красными и воспалёнными.
Он смотрел на неё снизу вверх, и вид у него был жалкий.
Вскоре Сихён, тяжело дыша, попытался оттолкнуть её.
Возможно, он снова терял рассудок.
— Не отталкивай меня, Мун Сихён.
Наён, удерживаясь на нём силой, твёрдо сказала:
— Если не хочешь, чтобы я умерла, попытайся выжить любой ценой. Если ты не умрёшь, я тоже не умру.
Она наклонилась к его шее и прижалась губами.
Вокруг них яростно сверкали молнии.
«Когда вернёмся в общежитие, ты сделаешь мне то же, что и ему».
«Обними меня за шею и сильно пососи шею губами, чтобы след остался. Поняла?»
Наивный голос Сихёна эхом разносился в её ушах, словно сон.
Наён, как он и хотел, сильно сосала его шею и как можно более развратно водила языком.
«Я не буду просить тебя о прикосновениях. Просто сходи на консультацию. Сначала пройди её, и если скажешь, что всё в порядке, тогда и не надо».
Наён сейчас горько сожалела.
Если бы тогда она ответила чуть добрее.
Что мешало ей просто согласиться на психологическую консультацию, ответить послушно? Почему она не могла сказать по-доброму?
Она на мгновение подняла голову.
На коже Сихёна виднелись красные следы, оставленные Наён.
На глазах у неё снова выступили слёзы.
Но у неё не было времени предаваться эмоциям.
Щёлк!
Сихён внезапно схватил её за плечи и грубо опрокинул на пол, забравшись сверху.
В его глазах не было фокуса.
Он полностью потерял рассудок.
Сихён лихорадочно спустил свои форменные брюки и бельё.
Его внушительный член с хлюпаньем выскочил наружу, встав почти до пупка. Головка была уже влажной от смазки.
Он нетерпеливой рукой задрал её юбку и стянул трусики до бёдер.
В следующий миг она почувствовала, как низ опустел, и ею овладел первобытный страх.
— Ух!..
Сихён навалился на неё, схватил ствол и безрассудно втолкнул головку в её отверстие.
Она чувствовала, как напряжённое, сухое лоно раскрывается, принимая его форму.
От ноющей боли она застонала, крепко зажмурившись.
Гайдинг хлынул в Сихёна, словно мощный водопад.
— Мг... х-хых...!
Он без колебаний вогнал член до самого основания.
От ощущения пронзающей глубины Наён широко раскрыла глаза. Дыхание перехватило.
Но Сихён, потерявший рассудок, не дал ей ни минуты передышки и начал бешено двигаться.
Спасибо, что читаете с нами!
