Контент удален!

В тот день, сидя на старых железных качелях и слушая их скрип, Джи Ым по привычке открыла мессенджер и проверила чат с подругами. Новых сообщений не было уже несколько дней. Возможно, они создали отдельный чат и общались там вдвоём.

Раньше ей было бы от этого больно, но благодаря Сын Джо она не чувствовала себя такой подавленной.

Может, предложить Сын Джо пойти на выходных в библиотеку…

Пока она, скрипя цепями, качалась на качелях, вдалеке показалась знакомая компания мальчишек. Среди них был Сын Джо. Встретившись с Джи Ым взглядом, он отправил друзей дальше и подошёл к площадке.

— Джи Ым, ты что тут одна делаешь в такое время?

— Да так. Просто мама с папой ругаются…

Услышав её простой и честный ответ, Сын Джо, кажется, немного удивился. Слегка округлив глаза, он сел на соседние качели.

— Ты в порядке?

— Они часто ссорятся, так что всё нормально.

— Можно спросить, из-за чего?

Так, раскачиваясь на качелях бок о бок, Джи Ым рассказала ему свою мрачную историю. Ей не было стыдно говорить о семье. Просто от всей этой ситуации было грустно и больно. Слушать о чужих семейных проблемах обычно тяжело, но Сын Джо с серьёзным лицом выслушал её скучный рассказ до самого конца.

— Спасибо, что выслушал. Мне пора домой. Если приду слишком поздно, они могут начать ругаться ещё и из-за этого.

— Давай перед тем, как ты уйдёшь, вместе послушаем одну песню? Это электронная музыка, так что на любителя, но всё же.

— А что за песня? Давай послушаем.

Сын Джо взял наушник и осторожно вставил ей в ухо.

Почувствовав тепло его пальцев на своём холодном ухе, Джи Ым вздрогнула и повернулась к парню. Когда она увидела его лёгкую улыбку, её сердце, словно спокойное озеро, в которое бросили камень, пошло мягкой рябью. Музыка была не в её вкусе, а английских слов Джи Ым не понимала, но её сердце постепенно начало биться в такт быстрому ритму.

Когда песня закончилась и она вынула наушник, уши пылали.

Сын Джо встал с качелей первым и мягко улыбнулся.

— Если тебе снова не захочется быть одной, как сегодня, зови меня. Честно говоря, мне часто бывает скучно.

В этот день и началась её безответная любовь, о которой Джи Ым никому не могла рассказать.

— Аааааааааа…!

А-а-ак!

Джи Ым, с головой погружённая в воспоминания, вздрогнула от внезапных завываний призрака и резко повернула голову. На неё смотрел Бом Джу. Бессовестно коверкая мелодию, он пытался подпевать.

— …Т-ты что делаешь?

— Подпеваю.

Квон Бом Джу с предельно серьёзным лицом старательно выводил звуки, так что на его толстой шее вздулись вены.

— Энд ай вииил… биии юююр…!

Барабанные перепонки Джи Ым подверглись жестокой атаке.

Он что, реально сумасшедший?

— Эни тааайм… эни мооооор…!

Слушать это было невыносимо. С искажённым от боли лицом девушка поспешно переключила трек. К счастью, заиграла спокойная классика без слов.

— Зачем выключила? Нормально же пел.

— Хватит с меня. Лучше вообще ничего не слушать.

Впервые в жизни она выключила на середине песню, которая напоминала ей о школьных днях и Сын Джо. Вспомнив завывания призрака в исполнении Бом Джу, Джи Ым аж передёрнуло. Теперь каждый раз, когда она будет слышать этот трек, на ум будет приходить этот кошмар.

— Ха…

Накатил приступ сожаления о том, что она вообще включила свою любимую музыку. Что за бред…

Но даже успокаивающие мелодии Баха не могли привести её нервы в порядок. Квон Бом Джу с лицом, выражающим полнейшее равнодушие к классике, невозмутимо крутил руль.

— Эй.

— Что.

— Твоя лекция по традиционной музыке. Она же в двести первой аудитории корпуса Чолли, да?

— Да. Но откуда?..

Как он запомнил? Она только вчера один раз скинула расписание, и было удивительно, что он всё выучил наизусть. Даже номер аудитории назвал правильно.

У него что, память такая хорошая? Хотя… Раз уж он поступил в Университет Хангук, значит, либо усердно зубрил, либо у него отличные мозги. Внешне он на зубрилу точно не тянет, так что остаётся второй вариант.

— У меня спецкурс по социальной философии в сто пятой аудитории корпуса Гуманитарных наук. С учётом времени на дорогу давай встретимся в двенадцать. В двенадцать перед новой столовой.

С сегодняшнего дня Джи Ым должна была помогать Квон Бом Джу на обеде. Время, которое он предложил, её вполне устраивало.

— Поняла. Но, как я вчера говорила…

— А-а, подруга, с которой ты ешь? Приводи. Мне без разницы.

Фу-ух, — с губ Джи Ым сорвался вздох облегчения.

Помогать ему с едой было несложно, но она очень переживала из-за На Хи. То ли сказывались воспоминания о старшей школе, но Джи Ым ненавидела есть в одиночестве. И она совершенно не хотела, чтобы На Хи ела одна из-за неё. Она вчера созванивалась с подругой, и та, наоборот, казалась ужасно взбудораженной идеей совместного обеда. Раз Бом Джу не против, значит, проблема решена.

Машина въехала в ворота университета и аккуратно припарковалась на стоянке за Центральной библиотекой. Хотя Бом Джу выглядел так, будто должен гонять как сумасшедший, он строго соблюдал скоростной режим и сигналы светофора. С парковкой было то же самое. Они вышли из машины, идеально ровно стоящей по разметке. Джи Ым заметила, как люди вокруг бросают на них взгляды, но так и не поняла: из-за крутой машины или из-за пугающей ауры Квон Бом Джу.

— Иди давай. И смотри не опоздай.

Квон Бом Джу левой рукой протянул ей сумку.

— А, подожди. Не уходи.

Джи Ым покопалась в своей сумке-барахольщице и протянула ему маленький диктофон в виде ручки, который прихватила утром. Одна бровь Бом Джу поползла вверх.

— Это ещё что?

— Если будешь записывать лекции на это, оно само переведёт звук в текст. Так что можешь не переживать из-за конспектов.

— И что?

— Дарю. Учись прилежно.

Она подготовила этот диктофон, боясь, что он начнёт ныть, мол, завалил экзамены из-за того, что не мог писать. Квон Бом Джу взял диктофон и медленно повертел в руках. Его глаза блеснули с таким удивлением, словно первобытному человеку дали современный гаджет.

— Чего только не придумают… Спасибо, что ли?

…Что это с ним? Он так спокойно поблагодарил, что стало даже как-то странно.

Смутившись, Джи Ым быстро отвернулась и бодро помахала рукой:

— Я пошла! До встречи! Кто опоздает — тот платит за обед!

***

Квон Бом Джу, крутя диктофон между пальцами левой руки, не смог сразу сесть на своё место, войдя в аудиторию.

— Охренеть, реальный гипс.

— Оппа, говорят, тебя самокат сбил?

Студенты, болтавшие до начала пары, тут же обступили его плотным кольцом. Окружённый людьми, которые с любопытством ощупывали его твёрдый гипс и засыпали вопросами, Бом Джу отвечал с привычным равнодушием. Жизнь знаменитости порой утомляет.

— Слухи уже поползли?

— Ещё бы. На форуме универа куча постов от очевидцев.

— Вот же ж мелкие ублюдки… Только на телефоны снимать и умеют, а помочь — хрен там.

— Хён, на сколько гипс наложили?

— Десять недель.

Кое-как отмахнувшись от расспросов, Бом Джу заметил знакомый затылок и направился к нему. Выдвинув стул рядом, он со всей силы отвесил спящему на парте Со Мён Тхэ подзатыльник.

Хрясь.

Звонкий шлепок разнёсся по всей огромной аудитории, привлекая внимание, но Квон Бом Джу даже глазом не моргнул. Впрочем, как и получивший по голове студент.

— Эй, вставать думаешь?

Ублюдок, вообще денег за учёбу не жалко. Ворча на него совсем как его собственный семидесятилетний дед, Бом Джу потянул однокурсника за капюшон. Со Мён Тхэ с измятым, сонным лицом кое-как оторвался от парты.

— Бля, опять Квон Бом Джу… Я же говорил, если будешь меня бить, у меня клетки мозга отомрут!

— Ты сам просил будить тебя хоть пинками. Скажи спасибо, что разбудил.

Бом Джу достал из шкафчика новенький учебник. Собираясь подписать его, он посмотрел на гипс на правой руке и скривился. Это было реально неудобно.

— Это из-за гипса? Давай сюда, я подпишу. «Собственность Бом Джу-оппы».

— Иди нахер.

Нахмурившись так сильно, как только мог, Бом Джу открыл учебник. От вида мелкого шрифта, усеявшего страницы, у него на секунду закружилась голова. Ему и до академа этот предмет тяжело давался, а от мысли, что снова придётся ломать над ним голову, становилось тошно.

Вообще-то он поступил в Хангук только ради обещания, данного бабке.

Его целью было просто поступить, больше никаких амбиций он не питал. Но и плестись в хвосте он ненавидел. Ему не нужны были ни звание лучшего на курсе, ни стипендии, но просиживать штаны на лекциях, ничего не понимая, — это было не в его характере.

Ему было тяжело только в начале семестра, но, к счастью, он довольно быстро втягивался. Он как раз собирался купить себе диктофон, и то, как вовремя Джи Ым сунула ему этот гаджет, показалось ему забавным.

Мы с ней что, мысли друг друга читаем?

— О, а это что? Новая ручка?

— Нет. Диктофон.

— Тебе кто-то подарил?

— Ну. Одна девчонка.

— Девушка?

— Ну, если её можно назвать девушкой… — Бом Джу задумался на секунду и усмехнулся.

— Мужеподобная, что ли? Значит, вы не мутите?

— Сдалось мне это «мутить». Бред какой-то.

Если встречаться — то встречаться. А эти игры в «кто кому больше нравится» — пустая трата времени.

Бом Джу цокнул языком.