Оцените Сахарин

Мужчина появился с опозданием на двадцать минут. Подстроенная партия, предрешенный исход. Ю Джу надеялась, что эти смотрины, больше похожие на театральную постановку, так и не начнутся, но ей пришлось подавить истинные чувства и нацепить фальшивую улыбку. — Я — До Сын Хан, и я на вас женюсь. — А иначе зачем мы здесь? Чтобы в любовь играть? Дерзить ему не было смысла. Нужно лишь умеренно подыгрывать ему и продержаться всего полгода. Однако он на каждом шагу испытывал терпение Ю Джу. — Издеваться над людьми — это ваше хобби? — Думаю сделать это своим хобби, начиная с этого момента. Мерзавец. Грубиян. Какой же наглец. Трогая, когда вздумается, проверяя границы дозволенного, надменно касаясь — До…

Муджин — город, окутанный туманом, созданный по образу и подобию корейского Лас-Вегаса. Перед Са Хи, которая бесцельно скиталась и в итоге укрылась в этом чуждом ей городе, появляется Ын До — мужчина, напоминающий сам этот холодный туман. — Убить их? — Что? — Тех ублюдков, что были здесь только что. Если хочешь, я убью их. Мужчина, источающий опасный аромат, заставляющий вспомнить прошлое, от которого она сбежала. Ей следовало оттолкнуть его. Ведь он лишь носил маску спасителя, а на деле был тем самым бандитским отродьем, которых она так ненавидела. — Если хотите что-нибудь, выбирайте, я заплачу. — Всего лишь напиток? Но Са Хи даже не догадывалась. — Расплатись иначе. Что, подобно Персефоне,…

Долго ли хороший человек сможет оставаться хорошим? Мамина надежда, тетина мечта. Женщины, чьи жизненные опоры подломились, и они использовали чужую жизнь как костыль. Не хочется звучать холодно, но, оглядываясь назад, я была всего лишь чьим-то костылем. Потому что любила, потому что была доброй, потому что мы — семья. Дни, когда эти прекрасные слова совсем не казались прекрасными. А потом, зимой, перед переходом в третий класс старшей школы, мой единственный друг со двора, Кан Ы Джу, тоже покинул меня. В день его похорон... — Пришла выразить соболезнования? Я встретила его старшего брата. Словно скрежещущий, низкий и мрачный голос донесся из темноты, где не горел свет. — Ты ведь Ян Джи Он. Меня…

Рариен, жившая в храме как монахиня, однажды поняла, что её время сочтено. Она, всю жизнь посвятившая себя жертвам ради других, поклялась прожить оставшееся время ради себя. В тот день, когда она услышала трогательную проповедь Николаса Рейнхарта, первосвященника, в которого она давно тайно была влюблена, Рариен приняла решение. Прежде чем умереть, она обязательно переспит с этим идеальныи божьим сыном.

Как только их глаза встретились, пристальный взгляд Тэгёма, казалось, полностью поглотил Лисо. Это был яростный поцелуй, сметающий все на своем пути, словно сильный тайфун, бьющий в окно. Лисо сжала в кулак протянутую к нему руку. Ей не нужно было еще сильнее влюбляться в этого опасного, но пленительного мужчину. То ли это были обломки эмоций, которые этот мужчина небрежно выпускал наружу, то ли дурная привычка, пробуждавшая мстительность у женщин, которых он заманивал в свою постель. Странное ощущение пробежало по его позвоночнику при виде ее невинного лица. Жуткий инстинкт шепнул ему. «Почему бы и нет? Терять нечего. Просто возьми ее. Никаких последствий не будет». Лисо была как ядовитое яблоко…

Разработчица Ян Мо Ын имеет весьма необычное хобби — она собирает данные об альфа-самце, генеральном директоре своей компании. Децибелы голоса, предпочитаемые бренды костюмов, названия парфюма и даже самые крошечные, незначительные привычки. Записи о Кан Ро Ване с каждым днём становились всё более детальными и точными, пока однажды он случайно не раскрыл её сталкерские замашки и не предложил весьма высокомерную сделку. — Раз уж это твоё заветное желание, так и быть, я его исполню. Сколько свиданий со мной тебя устроит? Однако в ответ прозвучало: — Прошу прощения за дерзость, но... как мужчина вы меня не особо привлекаете. Гордость Кан Ро Вана разлетелась вдребезги. С того самого дня он начал…

Хон Ча Ын, единственная дочь владельцев закусочной «Свинка-камджатан». Квон Хэ Ган, пловец национальной сборной и сын председателя школьного фонда «Сеун». Единственное, что их связывало — учеба в одном классе одной и той же школы. Но после того как Хэ Ган случайно узнал её секрет, началась их долгая и ужасная вражда. «Бесит». Спустя 8 лет Ча Ын и Хэ Ган встречаются снова в родной школе: она — штатный учитель математики, он — временный учитель физкультуры. — Всё в порядке. Я приму только ваши добрые намерения. — Я намерений не дарил. А ты их принимаешь. Квон Хэ Ган ничуть не изменился. «А. Он всё так же бесит». Ча Ын клянется, что больше никогда с ним не свяжется. Но однажды... — Я тебе пять часов…

Ха Джин, которая по определенным причинам жила под фамилией Ю, а не под своей настоящей фамилией Син, встречает мужчину в казино — месте, куда она пришла, чтобы сбежать от реальности. — Имя? — Я назову его, если вы обыграете меня три раза или больше. Мужчина наблюдает за игрой Ха Джин, охваченный неведомым ранее сильным восторгом и вожделением. Оставив после себя лишь странное послевкусие жара и напряжения, эти двое расходятся. И вот, наконец, Ха Джин проникает в стан врага, став секретным оружием для мести, которую она готовила долгое время. Ее единственная цель — сокрушить «Короля», председателя Пэка. — Не хочешь попробовать стать не пешкой, а королевой? — Хочу. Чего бы это ни стоило. В центре…

Миран, выпускница театрального факультета, зарабатывает на жизнь эпизодическими ролями в кино. И вот удача – её утвердили на важную роль в новом фильме известного режиссёра! Радость, правда, длится недолго: в переписанном сценарии внезапно появилась откровенная постельная сцена. Она была готова отказаться от этой роли, но, увидев старшую сестру, которая пожертвовала всем ради её образования, решила не сдаваться. “Нет опыта? Значит, найди способ его получить.” – с таким советом старший коллега отправляет её на поиски “практики”. Так Миран оказывается в Итаэвоне и встречает военного, оставшегося без кошелька и паспорта из-за карманников. Он казался идеальным партнёром для “беспроблемной” тренировки.…

Любовь Юн Ирины никогда не была красивой. Она полюбила Квон Идо — телохранителя, которого отец, депутат парламента, приставил к ней не столько для защиты, сколько для надзора. Ради того, чтобы оставаться с ним рядом, она была готова терпеть и отцовские побои, и родной дом, похожий на ад. Но у Ирины появляется жених, и времени рядом с Идо остаётся всё меньше — тянуть больше нельзя. Ей нужно выяснить только одно: способен ли самый верный отцовский человек переступить черту ради неё.