Столичное управление Великой Фэн, тюрьма.
Сюй Циань медленно пришёл в себя. В нос ударил влажный запах гнили, от которого стало слегка не по себе и к горлу подступила тошнота.
Что это за вонь такая? Неужели домашний хаски опять нагадил на кровать… Судя по силе вони, похоже, прямо у меня над головой…
Дома у Сюй Цианя действительно жил пёс породы хаски, которого в просторечии называли Эрха.
Десять лет Сюй Циань прожил вдали от родных мест в одиночестве. А когда человек слишком долго один, ему неизбежно хочется завести собаку — для утешения и развлечения… Не в телесном смысле.
Открыв глаза, Сюй Циань огляделся и на мгновение остолбенел.
Каменные стены, три квадратных окна размером с чашу. Он лежал на холодной, потрёпанной циновке, а солнечный свет, проникавший через окна, падал ему на грудь, и в луче плавала пыль.
Где я?
Несколько мгновений Сюй Циань пребывал в растерянности, словно пытался осознать собственное существование, а потом действительно начал в нём сомневаться.
Я переместился в другой мир…
В памяти разом поднялась буря. Она даже не дала ему времени среагировать — властно ворвалась в мозг и стремительно понеслась потоком.
Сюй Циань, второе имя Нинъянь, служил ловчим в уезде Чанлэ столичного управления Цзинчжао Великой Фэн. Жалованье — два ляна серебра и один дань риса в месяц.
Отец был бывалым солдатом и погиб девятнадцать лет назад в «войне Шаньхай». Вскоре мать тоже умерла от болезни… При этой мысли Сюй Циань даже немного обрадовался, ведь как всем известно, люди, оставшиеся без обоих родителей, никогда не бывают простыми.
— Чёрт, даже в новой жизни я не могу свалить от полицейской доли?! — Сюй Циань почувствовал, как заныли зубы.
В прошлой жизни он окончил полицейскую академию и успешно поступил на государственную службу, получив надёжную «железную миску». Но хотя Сюй Циань и пошёл по пути, который выбрали для него родители, душа его вовсе не лежала к работе государственного служащего. Он любил свободу, не любил, когда им командуют, обожал роскошь и кайфовал от красивой жизни. Ему нравилась одна фраза из дневника Цзи Сяньлиня: «Самое ненавистное для меня в жизни — это работа».
И именно потому он решительно уволился и ушёл в бизнес. За год жизнь его немало помотала, и, переосмыслив всё, он начал с самых низов и стал рядовым работягой.
— Но почему я оказался в тюрьме?
Он старательно переваривал обрушившиеся на него чужие воспоминания и вскоре понял своё нынешнее положение.
С раннего детства Сюй Цианя воспитывал младший брат отца, второй дядя. А поскольку он постоянно занимался боевыми искусствами, на его содержание ежегодно уходило больше ста лянов серебра, поэтому тётушка его недолюбливала. В восемнадцать лет Сюй Циань достиг вершины ступени закалки сущности, после чего его развитие остановилось, и под давлением тётушки он съехал из дома Сюй и стал жить отдельно.
Благодаря связям дяди он получил место ловчего в управе. Поначалу жизнь складывалась неплохо, но кто бы мог подумать…
Три дня назад второй дядя, служивший в Императорской гвардии, с мечами в зелёной мантии седьмого ранга, сопровождал партию налогового серебра в Министерство финансов. По дороге произошёл несчастный случай, и налоговое серебро исчезло.
Целых сто пятьдесят тысяч лянов серебра.
При дворе и в народе поднялся переполох. Государь пришёл в ярость и лично приказал казнить Сюй Пинчжи через пять дней. Три поколения родственников должны были понести наказание вместе с ним: мужчин отправить на границу, женщин отдать в Управление музыки. Его, как родного племянника Сюй Пинчжи, лишили должности ловчего и бросили в тюрьму Цзинчжао.
Два дня!
Ещё через два дня его отправят в суровую и бесплодную приграничную землю, где ему придётся провести остаток жизни впахивая на тяжёлой работе.
— С самого начала мне достался адский режим… — Сюй Цианю продроло мурашками, и даже сердце заледенело.
Этот мир находился под властью феодальной династии, где не существовало никаких прав человека. А что такое граница?
Пустошь и суровый климат. Большинство преступников, отправленных на пограничные земли, не проживали там и десяти лет, а многие даже не добирались до места ссылки, погибая по дороге из-за несчастных случаев и болезней.
От этой мысли у Сюй Цианя мгновенно онемела кожа головы, а по спине пробежал озноб.
— Система? — после короткого молчания в тихой тюремной камере раздался осторожный голос Сюй Цианя.
Система не ответила.
— Система… мамочка-система, выходи же.
В ответ — тишина.
Системы не было. Системы действительно не было!
А значит, изменить положение он практически не мог. Через два дня на него наденут кандалы и колодку и отправят на границу. С его физической подготовкой он, скорее всего, не погибнет по дороге, но разве это преимущество? Его будут выжимать до последней капли, используя как дешёвую рабочую силу, а в конце он всё равно умрёт…
Ужасно. Ужасно!
Прекрасные мечты Сюй Цианя о переносе в древний мир лопнули, как мыльный пузырь, оставив после себя лишь тревогу и страх.
— Я должен что-нибудь придумать. Я не могу вот так сдохнуть.
Сюй Циань ходил туда-сюда по тесной камере, словно муравей на раскалённой сковороде, словно зверь, угодивший в ловушку, и лихорадочно искал выход.
Я достиг вершины закалки сущности, моё тело невероятно крепкое… Но в этом мире я всего лишь «непокорённое серебро». О побеге из тюрьмы можно забыть…
Положиться на родню и друзей?
Семья Сюй не была большим родом, родственники жили в разных местах. А после исчезновения целых ста пятидесяти тысяч лянов налогового серебра кто осмелится просить за них в такой момент?
Согласно законам Великой Фэн, только совершивший заслугу в искупление вины может избежать смертной казни!
Значит, надо вернуть серебро…
Глаза Сюй Цианя внезапно загорелись — он был похож на тонущего человека, который ухватился за спасительную соломинку.
Он был настоящим выпускником полицейской академии: обладал обширными теоретическими знаниями, ясным логическим мышлением, превосходными способностями к дедукции и прочитал бесчисленное количество уголовных дел.
Возможно, стоит попробовать пойти по пути расследования — раскрыть дело, вернуть серебро и искупить вину заслугой.
Но вскоре блеск в его глазах померк.
Чтобы раскрыть дело, прежде всего нужно изучить материалы и понять подробности произошедшего. И только после этого проводить расследование и раскрывать преступление. А он сидит глубоко в тюрьме, где хоть на небо кричи — ответа не дождёшься. Через два дня его отправят на границу!
Безысходность!
Сюй Циань тяжело плюхнулся на пол, бессмысленно глядя перед собой.
Вчера он напился в баре до беспамятства. Видимо, умер от алкогольного отравления и после этого перенёсся в этот мир. Неужели Небеса даровали ему шанс на новую жизнь не для того, чтобы он действительно начал жить заново, а потому, что решили, что умер он слишком легко?
В древности ссылка была самым суровым наказанием после смертной казни. В прошлой жизни его, конечно, жестоко избивала сама жизнь, но он хотя бы жил в мирную эпоху. А если бы ему дали шанс начать всё заново? Он бы без лишних слов украл накопления родителей и купил недвижимость. А потом вместе с матерью сломал бы руки отцу, который любил играть на бирже, чтобы тот больше не превращался в «лука» для стрижки.
В этот момент из конца тёмного коридора донёсся звук скользящих цепей. Должно быть, открылась дверь, затем послышались шаги. Тюремщик привёл к камере Сюй Цианя молодого учёного с измученным лицом, остановился и кивнул в сторону:
— Полчаса.
Учёный сложил руки в благодарности и поклонился тюремщику. Проводив его взглядом, он повернулся к Сюй Цианю лицом. На учёном была светло-лунная мантия, чёрные волосы собраны нефритовой шпилькой. Он был необычайно красив: брови-мечи, глаза-звёзды, тонкие губы.
В памяти Сюй Цианя всплыло всё, что он знал об этом человеке.
Второй господин семьи Сюй — Сюй Синьянь.
Родной сын второго дяди, двоюродный младший брат Сюй Цианя. Этой осенью он успешно сдал экзамен и получил степень цзюйжэня.
Сюй Синьянь спокойно посмотрел ему прямо в глаза:
— Солдаты, которые повезут тебя на границу, получили от меня триста лянов. Это последние деньги, оставшиеся у нашей семьи. Успокойся и отправляйся. По дороге с тобой ничего не случится.
— А ты? — Сюй Циань сам не понял, почему произнёс эти слова. Он помнил, что у прежнего хозяина тела отношения с двоюродным братом были плохими.
Из-за неприязни тётушки к нему все, кроме второго дяди, остальные члены семьи Сюй не особенно хорошо относились к Сюй Цианю. По крайней мере, двоюродные брат и сестра никогда не показывали, что хотят с ним сближаться. Кроме того, в воспоминаниях прежнего Сюй Цианя двоюродный брат славился острым языком и умением посылать людей далеко и надолго.
Сюй Синьянь нетерпеливо ответил:
— Меня лишили учёной степени, но за мной присматривают наставники академии, поэтому в ссылку не отправят. Позаботься лучше о тебе. Когда окажешься на границе, умерь свой нрав. Если сможешь прожить год — проживи год.
Сюй Синьянь учился в знаменитой столичной Академии Юньлу и пользовался большим уважением. После того как случилась беда со вторым дядей, его не посадили в тюрьму, однако покидать столицу запретили. Все эти дни он безуспешно пытался найти выход.
Сюй Циань молчал. Он не думал, что Сюй Синяню будет легче, чем ему. Скорее всего, дело не ограничится лишением учёной степени: его могли перевести в низший сословный статус, лишив потомков права сдавать государственные экзамены и возможности когда-либо подняться.
А через два дня женщин семьи Сюй отправят в Управление музыки, где их будут унижать.
Сюй Синьянь был учёным. Как он сможет после этого оставаться в столице? Возможно, ссылка на границу стала бы для него лучшим выходом.
Сюй Циань что-то почувствовал. Он бросился вперёд и схватился обеими руками за железную решётку:
— Ты хочешь покончить с собой?!
Против воли в сердце нахлынула печаль… Но я ведь даже не знаю его.
Сюй Синьянь безразлично отмахнулся:
— Тебя это не касается.
Помолчав, он чуть опустил взгляд, избегая смотреть двоюродному брату в глаза. Выражение его лица смягчилось:
— Живи.
С этими словами он решительно зашагал прочь.
— Подожди! — Сюй Циань просунул руку между прутьями и схватил его за рукав.
Сюй Синьянь остановился и молча посмотрел на него.
— Ты можешь достать материалы дела? Материалы расследования исчезновения налогового серебра.
ПРИМЕЧЕНИЯ К ГЛАВЕ
- «Катится Янцзы на восток…» — знаменитые первые строки романа «Троецарствие» Ло Гуаньчжуна (приблизительно 1330–1400 гг.)
- Эрха (二哈) — это сленговое, ласково-пренебрежительное название хаски в китайском интернете.
- Второе имя (字, цзы) — традиционное взрослое имя, использовавшееся наряду с личным именем. Второе имя Сюй Цианя — Нинъянь.
- Ловчий (捕快 — bǔkuài) — это низший полицейский чин в имперском Китае.
- Шаньхай (山海) означает «горы и море», но в данном случае это название конкретной битвы в мире романа (аналог нашей исторической битвы при Шанхайгуане).
- Железная миска (铁饭碗) - это метафора стабильной, гарантированной работы, которую не отнимают и откуда не увольняют. Образ идёт из времен плановой экономики, когда государственные служащие, рабочие заводов и учителя были фактически «неувольняемыми».
- Цитата из дневника Цзи Сяньлиня - Цзи Сяньлинь (季羡林, 1911–2009) — реальный китайский учёный, лингвист, историк, писатель. Он был очень уважаем в Китае, а его дневники известны прямотой и остроумием. Фраза «Самое ненавистное для меня в жизни — это работа» — это не шутка, а действительно его настоящая мысль из дневника. Она стала в Китае чем-то вроде мема: великий учёный, а тоже не любил работать.
- Второй дядя – дословно «второй брат по отцу» «二叔» (èr shū) — младший брат отца, второй по старшинству.
- Ступень закалки сущности – это как «уровень ученика» или «базовый этап» в культивационных романах. Герой только начал путь, у него нет суперспособностей. 炼精境 (Liàn jīng jìng) — это начальный уровень. Буквально: «ступень очистки / закалки сущности». На этом уровне боец укрепляет тело, тренирует мышцы, кости, сухожилия. Это фундамент.
- Лян — традиционная китайская денежная единица, одновременно использовавшаяся как мера веса серебра. В зависимости от эпохи его вес и покупательная способность могли различаться.
- Дань — традиционная китайская мера объёма зерна.
- Управление музыки (教坊司) — государственное учреждение, связанное с музыкой и придворными развлечениями. В качестве наказания туда могли отправлять женщин из семей осуждённых чиновников, лишая их прежнего положения и свободы.
- «Непокорённое серебро» (不屈白银) - в мире романа существует цветовая система рангов для бойцов, основанная на драгоценных металлах. «Непокорённое серебро» — это серебряный ранг, но с оттенком несгибаемости, упрямства. Это говорит о том, что герой уже не новичок, но и не мастер.
- «Лук для стрижки» (韭菜 — jiǔcài) – это игра слов с китайским интернет-мемом. В Китае лук-порей — это метафора для неопытных инвесторов, которые «стригутся» на бирже (то есть теряют деньги из-за манипуляций крупных игроков).
- Степень «цзюйжэнь» (举人) - в имперском Китае были три основные степени: Сюцай (秀才) — первая, низшая. Цзюйжэнь (举人) — вторая, уже дающая право на должность. Цзиньши (进士) — высшая, дающая право на высокие чины. «Цзюйжэнь» — это уже большой успех: только 1–2% сдающих проходят на этот уровень. Это даёт статус, уважение, и возможность получить государственную должность.