Сюй Юй всё продолжал выкручиваться на цепях, пытаясь их снять или разорвать. Но они настолько сковывали его, что малейшие движения раздирали его кожу. А столько раз сколько он пытался вырваться, то цепи разодрали его не только кожу, но и плоть, оголяя в местах кости. Раны заживали и снова раздирались. Бесконечный процесс. Звон цепей, словно звон колоколов, раздавался эхом по всей темнице, от чего начинало звенеть в голове. Но он не унимался, а всё продолжал с пеной во рту браниться и звенеть цепями. Пока в какой-то момент силы его не иссякли, и он безнадёжно повис головой вниз, смотря в одну точку на полу.

-Ох-ох. Какое прекрасное зрелище! -тихий, сладкий голос, что излучал доброту и дружелюбие, раздался за его спиной.

Сюй Юй не мог повернуть голову, чтобы увидеть кто это. Да и не хотел. Он посчитал, что сходит с ума, а голоса ему уже чудятся.

-Не думал я, что мой драгоценный брат будет столь прекрасен. -чьи-то до жути горячие руки начали обнимать его шею, спускаясь ниже по телу.

-Этот голос… -выговорил Сюй Юй дрожащим голосом.

Это был тот самый голос, который он услышал за спиной в зале Жизни и Смерти.

-Неужели ты вспомнил? Да-да, мы встретились с тобой в той старой и пропавшей старостью библиотеке, что называют залом Жизни и Смерти. -голос звучал прямо над его ухом, Сюй Юй даже ощущал тепло его дыхания. Голос хоть и звучал максимально ласково и мягко, но в то же время, по спине Сюй Юя снова пробежал рой мурашек.

-Кто ты? -спросил Сюй Юй.

Но голос ничего не сказал, лишь к его спине будто подставили печь, а чьи-то руки так и продолжали гладить его тело. Одна рука застряла на его горле, поглаживая его кадык и тут же резко начавшая его душить.

-Ты слишком прекрасен в этом состоянии…все прошлые твои воплощения мне не настолько нравились. Теперь же ты такой жалкий, что хочется придушить тебя прямо сейчас. -голос так и звучал ласково, переливаясь в тонах доброты и тепла.

-Да кто ты… - ели высказал Сюй Юй, которому вот-вот и сломают шею.

-Нет-нет, нужно себя контролировать! -высказал голос и убрал руку с его шеи. В этот же момент пропал жар со спины.

-Я уже совсем с ума схожу…привидеться же такое… -выдохнул Сюй Юй, списав всё это на свою травмированную психику.

Силы закончились и Сюй Юй погрузился в сон. С цепей было действительно не выбраться, да уже и сил не было. Выругавшись и изодрав себе тело, Сюй Юй выплеснул весь накопленный пар, поэтому теперь он лишь хотел, чтобы его оставили в покое.

***

Яркое солнце, что слепит глаза. Хрустящий снег, в котором отражаются лучи солнца, блестел и переливался белоснежным цветом. Приятный холодный ветер, что не обветривал лицо, а словно поглаживал его.

Некий ребёнок с чёрными волосами и золотой заколкой в них, в бело-золотых многослойных одеждах, что создавалось впечатление сказочного цветка, так и играл со снегом, подкидывая его в верх и прыгая по нему. Его лицо пылало радостью, словно он впервые увидел снег.

-Братец! -он кинул в кого-то шарик из снега и залился радостным смехом.

Его руки от холодного снега стали красными, поэтому он приложил их ко рту и начал греть их своим дыханием.

-Тут так здорово! Снег такой холодный, но такой мягкий! Я словно в облаках парю! -закричал ребёнок и начал кататься по снегу, радостно смеясь при этом.

***

Сюй Юй очнулся всё в той же нефритовой темнице. По его щеке сползла слезинка. От чего же? Из-за какого-то сна? Это же всего лишь сон, ничего больше. Однако в последнее время его слишком часто посещаются странные видения и сны. Неужели его душа была повреждена, когда Дун Фан слил её с душой Бай Си Ченя?

Не успел он поразмышлять об этом, как снова чьи-то горячие руки обвили его тело.

-Хочется вечность провести здесь с тобой… -снова раздался тот голос, который звучал прямо в ухо Сюй Юя.

Сюй Юй лишь тяжело вздохнул. Снова его воображение разыгралось. Нужно лишь игнорировать это, и оно развеется.

-Снова воображение разыгралось. Нужно лишь игнорировать его, и оно развеется. Ты ведь сейчас так подумал? Да ведь? Дражайший брат? -голос словно читал его мысли, теперь он звучал не только ласково и мягко, но с тонкими обиды.

Сердце Сюй Юя повисло в воздухе.

-Я не твоё воображение. Хотя, если ты хочешь так думать, то я буду только рад! -жар со спины снова начал греть спину Сюй Юя, а горячие руки сильно сдавили его грудь, прижав его к себе.

-Уйди! Я не какой-то сумасшедший, чтобы мне всякое чудилось! -выкрикнул Сюй Юй, снова начав выдираться из цепей, гремя ими.

-Тихо-тихо. -одна из рук начала поглаживать его лицо, своими горячими ладонями, словно расплавленным куском металла.

-Такой нежное и мягкое лицо. Без изъяна, -другая рука начала поглаживать его волосы, -такие мягкие волосы, они всегда были у тебя такими, правда сейчас такого страшного цвета, но они ведь твои же! -голос словно своим лицом прижался к его голове, крепко обняв руками его голову с лицом. Сильный жар, будто Сюй Юй засунул свою голову в печь, и она вот-вот поджариться до хрустящей корочкой. Руки всё сильнее и сильнее сжимали его голову, что вот миг и она треснет.

-Ой! Что с твоими воспоминаниями? Кто это сделал? Непорядок! Они не должны смешиваться. -резко руки, что обнимали его голову исчезли.

Сюй Юй снова остался один.

Начав снова браниться и цепями расцарапывать себе тело.

-Да что, чёрт возьми, происходит?! Гуань Дзюнь что-то сделал со мной?! Да почему я словно сумасшедший вижу и чувствую то, чего нет! Что со мной не так?! Гадство! Какое же гадство! Не хочу быть каким-то сумасшедшим… -он тихо зарыдал.

Человек, которого он столько времени желал убить, стоял перед ним, а он ничего не мог сделать, лишь как жалкий червяк мог только браниться и плеваться. Это должен был Гуань Дзюнь быть закованным в цепи молить о прощении, а не он. Почему судьба такая жестокая? За что ему такое? Чем он провинился перед небесами, что они столь жестки к нему?

Цепи больше не звенели, теперь по всей темнице слышался тихий плач, что если бы его кто-то услышал, то у него был разорвалось сердце, настолько он был печальным.