Онлайн чтение книги Добро пожаловать в класс превосходства Classroom of the Elite
33 - 5 Альянс

Вступление

Событие часа дня не расширило запретную зону, ограничилось все появлением припасов. Проиграв в прямом противостоянии классу B, мы тут же отправились на восток. Нашей целью стало выйти к классу D, собравшемуся в

Коенджи, совершивший тот неожиданный налет, с полудня в одиночестве бродил возле зон

Для класса C все сложилось весьма благоприятно: в

Затем в три часа случилось третье за день событие, и на планшете аналитика клетки по кругу окрасились в серый. Как многие и предполагали, доступная зона образовывала кольцо, которое постепенно сужалось внутрь.

Через час после этого класс A пришел в движение. Если раньше они были рассредоточены по северной части, то теперь стали сходиться к центру

Мы остановились для последней проверки.

Хашимото обратился к ученикам, которые все еще сомневались или были недовольны:

— Нам повезло, что Аянокоджи поднял тему союза. Если бы к этому моменту о нем ни слова бы не прозвучало, то провернуть подобное в ходе самого специального экзамена не получилось бы.

Ичиносе даже в сложной ситуации серьезно обдумала бы варианты, и договориться с ней было бы вполне возможно, но Хашимото решил об этом умолчать. Заключенный мною союз он преподносил как уникальный шанс. Однако другие ученики наверняка все еще испытывали недоверие.

— А сейчас провернем? Или, может, они добьют нас?

— Расслабься. Аянокоджи все уладит. Хотя мы в очень слабой позиции. Это плохо, но нам придется, наверное, проглотить часть требований класса D.

Мы — сторона, которая просит, поэтому большинству одноклассников не остается ничего другого, кроме как смириться.

— Ну, если быть откровенным, то я все равно с кое с чем не согласен. Но наш класс C, мягко говоря, не силен в такого рода экзаменах. Мне становится не по себе, когда думаю, как нам противостоять соперникам вроде Рьюена или Судо. Если на другой чаше весов лежит третье или четвертое место, то обеспечить альянсом хотя бы второе место не кажется худшей идеей… Но даже так…

Конечно, это не отменяет то, что придется отказаться от первого места, поэтому и повода радоваться нет. Тем не менее, если в нашем положении получится занять второе, то это вполне можно назвать компромиссом.

— Если мы отдадим победу… Скажем, мы отдали победу, и что, Ичиносе точно вернет нам должок на следующем специальном экзамене?

Теперь я решил вмешаться, поскольку счел, что лучше объясниться мне, а не оставлять все на Хашимото.

— Ичиносе, как ученице, очевидно, можно довериться. К тому же классу D ни к чему предавать нас после того, как мы уступим. Ведь одного первого места будет недостаточно, чтобы пробиться в класс A. Если союз внезапно распадется, последствия для них окажутся очень серьезными. Класс, что до сих пор держался на этом самом доверии, неизбежно ждет крах, — пояснил я, почему они не разорвут союз в одностороннем порядке.

— Вот как…

Вознаграждение меньше, но и риск занять последние места тоже ниже. А если наша цель — сделать так, чтобы последние места достались классам A и B, то такая сделка вовсе не плохая. Пускай мы на какое-то время можем сделаться классом D, но важнее здесь то, что уменьшится разрыв с верхними классами.

— Итак, объединение классов C и D обеспечивает нам первое и второе места. Если ты ручаешься за такой результат, то мы готовы принять союз. Так пойдет?

— Вполне.

Реальность важнее пустых слов. Самое главное для нас — не проиграть, с альянсом или без.

За это короткое время одноклассники все обдумали и определились. Цвет понемногу возвращался на лица тех учеников, кто после проигрышу классу B был сильно подавлен.

Впрочем, людям трудно понять друг друга. Хотя Хашимото сам вызвался убеждать одноклассников, но собственные сомнения насчет альянса все еще не развеял.

Когда одноклассники отвлеклись, он подошел ко мне и шепотом спросил:

— Все точно хорошо?

— А что, тебя по-прежнему беспокоит альянс?

Когда я пристально посмотрел на него, он смущенно отвел взгляд.

— Нет, тогда просто забудь… Ты сам попросил об исключении из школы в случае проигрыша, тебе и решать, как действовать. О каком тогда недоверии может идти речь, правда?

Для Хашимото это нормальная реакция, ведь такой он человек — всегда начинает сомневаться.

— Я ничего не имею против. Напротив, то, что ты высказываешься, для меня плюс, а не минус. Если у тебя есть поводы для беспокойства, можешь подходить с ними ко мне, чтобы озвучить их или даже обсудить.

— Да? Что ж, рад слышать…

После этого мы примерно тридцать минут продолжали свой путь, иногда останавливаясь передохнуть. У границы между

— Ждите здесь. Я сперва схожу один, поговорю с ними. — Я отдал свое оружие Матобе, а следом за мной, будто определившись с чем-то, оружие оставил и Хашимото.

Послышались его быстро приближающиеся шаги, и он оказался рядом со мной.

— Я тоже пойду, только не говори «нет», ладно? Если они начнут стрелять без предупреждения я могу стать щитом. Пока жив лидер, то есть ты, у нас будет шанс на победу.

— Я ценю твое стремление.

Если Ичиносе и намерена предать меня, она, вероятнее всего, притворится союзником, завлечет весь класс C и только тогда нападет. Сейчас же вероятность атаки почти нулевая.

Однако причин отвергать желание и решимость Хашимото нет, поэтому пусть идет со мной.

— У нас, между прочим, нет возможности контратаковать. Если нас подстрелят, то это конец, — сказал Хашимото.

— Ничего не изменилось бы, пойди мы с оружием. Бессмысленно отстреливаться, когда за ними огромный численный перевес.

— И то правда…

Оставив за спинами одноклассников, с тревогой провожающих нас взглядами, мы пошли к месту, где ждал класс D.

Часть 1

Путь через лес занял у нас примерно пять минут.

— Стоять.

Класс D определенно следил за приближающимися GPS-метками.

Десять парней во главе с Канзаки выстроились как бы стеной, защищая стоявших позади одноклассников, и хладнокровно целились в нас.

— Теплый приемчик, ничего не скажешь.

Когда стало ясно, что ни скрыться, ни убежать не получится, Хашимото оставалось только острить.

— Мы не собираемся нападать на вас.

Я и Хашимото подняли руки, показывая, что ничего с собой не взяли.

— Трудно поверить. Ваши могут скрываться где-то поблизости.

— Не могут. Вы наверняка постоянно отслеживаете GPS, — предположил Хашимото.

— В этом мало смысла, если командующий использует тактическую поддержку, и ты должен это понимать.

— Ну нет, можно либо задурить GPS в целом, либо для отдельных людей, только одно из двух. Мы не можем скрыть местоположение всех, кроме нас.

— Зато можете скрыть до трех человек.

Они не исключают того, что мы, чтобы перехитрить противника, могли отключить GPS у трех участников и спрятать их за нашими спинами или где-то поблизости. Класс D опасался трех незримых вооруженных учеников.

Пускай этого недостаточно для того, чтобы переломить наше крайне неблагоприятное положение, но это, по сути, единственная возможность нанести серьезный урон.

— О чем ты? Всего трое ничего не сделают.

— Если вы прямо сейчас полностью отключили GPS, это уже будут не трое. Я не прав?

— Прав…

Канзаки указывал Хашимото, что есть полно способов обвести класс D вокруг пальца.

— Но, по правде говоря, у нас нет ни капли желания сражаться с классом D. Давайте для начала поговорим, — предложил я.

— Это ни к чему, — ответил Канзаки и, держа оружие наизготовку, подошел к нам. — Кажется, Рьюен задал вам трепку, застигнув врасплох, и сегодня утром вы также проиграли ему.

— Хорошо рассмотрел наш жалкий проигрыш? — спросил Хашимото.

— Если мы вынесем вас двоих, то значительно снизим наши шансы занять последнее место. Отличная возможность.

— Если рассматривать только этот специальный экзамен, то, возможно, ты и прав. Но если вы обставите нас, нет гарантии, что сможете одолеть классы A и B. Ваша цель должна быть не избежать последнего места, а занять вершину. Уж это ты должен понимать даже без указаний Ичиносе, верно?

Пусть класс B и пострадал от Коенджи, все же они набрали боевой опыт, и еще неизвестно, сможет ли класс D выступить против него, опираясь только на свое численное преимущество.

— Давайте объединимся. Так мы сможем сформировать группу из пятидесяти человек, куда войдут ученики класса C и D.

— Предлагаешь альянс?.. А если мы доверимся, но вы предадите? Тогда наш класс будет в серьезной опасности. — Канзаки смотрел на нас с суровым выражением лица, но от него не исходило ни капли враждебности. — Поэтому мы отказываемся… Хотел бы я сказать так и прогнать вас, но… Мы ведь можем довериться друг другу?

Атмосфера изменилась. Этот ответ явно намекал на то, что Канзаки прекрасно понимал, ради чего мы пришли. Скорее всего, он уже получил какое-то сообщение от своего командующего, Ичиносе.

— Сейчас нам нужна помощь класса D. И я уверен, что мы также сможем стать той силой, которая нужна вашему классу.

Одновременно с моим ответом Канзаки опустил оружие. Словно по сигналу, стоявшие позади парни тоже опустили стволы.

— Можете приводить своих. Начнем с разговора, как ты того хотел.

— Спасибо, конечно, что не подстрелили, но… что-то мне не по себе от этой сговорчивости.

Хашимото даже не догадывался о закулисном разговоре между Ичиносе и классом D, а потому он подозревал, что нас заманивают в ловушку.

— Ичиносе передала, что в какой-то момент с нами может выйти на контакт класс C. И предостерегла: когда это произойдет, ни в коем случае не нападать первыми.

— Во дела. Это что получается, Ичиносе предвидела, что мы попросим объединиться? — прокомментировал Хашимото.

— Еще я слышал о союзе. Исходя из этого, нетрудно догадаться, что вы обратитесь за поддержкой.

Он перевел взгляд с Хашимото на меня, и я слегка кивнул.

Часть 2

За несколько часов до того, как классы C и D пересекутся, чтобы создать альянс. В это время шла стычка между классами B и C за припасы в

Ичиносе молча наблюдала за этим боем через планшет.

Напряженная дуэль взглядов с близкого расстояния переросла в настоящий бой за одно мгновение. Тем не менее из этой перестрелки вышли явные победители и проигравшие. Убедившись по GPS, что класс C отступал на юго-восток, Ичиносе прихватила планшет и встала со стула, расположившегося рядом с ее палаткой.

Шел уже второй день экзамена. Каждые пять минут, когда обновлялись GPS-метки, Ичиносе опускала взгляд на экран и проверяла не только свой класс, но и с тем же вниманием к деталям отслеживала перемещение класса C, и со временем само собой выросло ее понимание действий Аянокоджи, возглавлявшего их.

Класс C, разгромленный после внезапной атаки класса B в первый день, был вынужден занять оборону, из-за чего ни вчера, ни сегодня они не могли уйти далеко из южной зоны, где находился штаб. В последнем бою они хотели отыграться и заполучить хоть какие-то припасы, но их снова постигла неудача, и, если смотреть только на результат, это уже второй серьезный промах подряд.

А что подумала Ичиносе, когда увидела это? Нехарактерная для Аянокоджи неосторожность, как и его неумение вести бой, произвели на нее сильнее впечатление.

— Для нас это хорошо, что они воюют друг с другом, но все же классу C сильно достается, — сказала Кобаши — VIP — Ичиносе по рации. И добавила: — Нам продолжать оставаться в стороне?

Это безопаснее всего. Все классы держатся друг от друга подальше, сосредоточенные на сборе припасов. Вступать в бой только когда это необходимо. Это лучший подход, традиционная тактика.

— Если все так и дальше пойдет, класс C может проиграть, — проронила Кобаши.

— Этому не бывать.

— Э? Не бывать? Почему… не бывать?

Ичиносе слегка улыбнулась и с невинной добротой сказала в рацию:

— Аянокоджи-кун не проиграет. Нет, я не позволю ему проиграть.

После этого Ичиносе снова рассказала подробности соглашения, заключенного с Аянокоджи.

— То есть мы должны помочь классу C?..

Ичиносе не стала ничего отрицать, а вместо этого продолжила все тем же тоном:

— Если мы поглотим класс C, то станем самой большой силой. Даже Рьюен-кун с его воинственностью не сможет безбоязненно напасть на класс, в котором больше пятидесяти человек. То же относится и к классу A, конечно.

И тогда классам A и B не останется ничего другого, кроме как давить друг друга. Когда занять первое место станет невозможно, они изменят планы и, добиваясь второго места, начнут толкать противника к третьему.

— Мне нужно, чтобы весь класс непременно узнал: когда Аянокоджи-кун выйдет на контакт с классом D, мы ни в коем случае не должны атаковать первыми.

Даже через рацию Ичиносе уловила суету Кобаши, которая позвала Канзаки и передавала указания, размахивая руками. У того могли возникнуть возражения, но она сомневалась, что он в самом деле их озвучит.

Решив для себя, что класс D сейчас готов к приему, Ичиносе молча встала. И посмотрела на текущее местоположение класса C.

— Да…

Ичиносе прижала к себе планшет, ее мысли обратились к Аянокоджи.

— Я понимаю, Аянокоджи-кун. Я знаю, о чем ты думаешь.

Ведомая желанием глубже, чем кто бы то ни было, настроиться на одну с Аянокоджи волну, она постоянно пыталась удержать на нем внимание.

— Канзаки-кун на всякий случай хочет уточнить, точно ли это будет полезно классу D. Его, кажется, беспокоит нынешний класс C…

— Беспокойство ни к чему. Ведь Аянокоджи-кун…

Ичиносе спокойно поделилась своими мыслями через рацию.

Часть 3

(от лица Аянокоджи)

Настороженно и ни на миг не расслабляясь, ученики класса C все-таки присоединились к лагерю класса D. Вряд ли они сразу же найдут общий язык. Я сам предполагал, что эта напряженность может сохраняться вплоть до конца экзамена, но довольно скоро мои ожидания не оправдались — в хорошем смысле.

Такова особенность класса D — доверие, выстроенное Ичиносе. В отличие от учеников класса C, не решавшихся сделать шаг вперед, ученики класса D активно шли на контакт и вели себя с ними так, как в повседневной школьной жизни. Они даже стремились пообщаться с теми, с кем обычно редко перекидывались словами.

Откровенно говоря, класс D вполне мог бы захватить инициативу, ведь на этом специальном экзамене за ними было численное превосходство, но вместо этого они обращались с нами, как с равными. Это приоткрыло запертые сердца учеников класса C и быстро рассеяли их сомнения.

Конечно, полного доверия не возникнет сразу. Тем не менее им бесспорно удалось создать сильное впечатление о себе, чтобы любой подумал:

— Потрясающе, не правда ли? Класс D обладает какой-то особенной притягательностью.

Похоже, Шираиши тоже восхищала эта сцена.

— Меня самого это удивляет. Эту силу не увидишь только по результатам экзаменов или месту класса в рейтинге, — ответил я.

— Союз требует равенства, а иначе ничего из этого не выйдет, если сильная сторона со своей высоты будет подавлять слабую, или если одна из сторон станет подвластной другой, или если распространятся необоснованные опасения. Союз вряд ли возможен с кем-то вроде класса A или класса B.

— Скорее всего, командующие уже догадались по GPS о возможном объединении классов C и D на этом специальном экзамене, о чем и сообщили своим VIP. Наш альянс C-D теперь крупнейшая сила, противостоять которой очень нелегко.

Но расслабляться нельзя. Скорее, нужно быть еще более осторожными.

— Как, по-твоему, отреагируют два верхних класса? — спросила Шираиши.

— В идеале я бы хотел, чтобы они разбирались друг с другом, а мы остались при своем. Пусть даже у нашего альянса классов огромное численное превосходство, если один из них решит напасть, мы лишимся больше половины людей. И тогда второй класс может попытаться извлечь выгоду и урвать победу.

Впрочем, тоже самое можно сказать про любой класс. Естественно, первый ход будет непростым для всех.

Часть 4

Шесть часов вечера второго дня. В дороге нам удалось собрать разные припасы: из еды это питательные батончики, два килограмма риса, консервы и кое-что еще. Еще пять пластиковых мисок, пять стаканчиков и даже пять пар одноразовых палочек для еды — как заботливо, однако. Мы решили, что будет по справедливости разделить рис между победителями в «камень-ножницы-бумаге», причем с условием, что нельзя отказываться от участия без уважительной причины. Я стал одним из победителей. Поэтому с благодарностью наслажусь теплым ужином.

На закате из-под крышки котелка, нависшего над костром, поднимался, колеблясь, белый пар. Повернувшись спиной к окрашенному в оранжевый цвет небу, я следил за огнем, и за это время на моих руках выступил пот. Когда наконец-то по молчаливому лесу разнеслось тихое потрескивание пригорающего риса, я открыл крышку, и наружу вырвалось густое облако пара.

Свежесваренный рис под заходящим солнцем сиял особенно ярко.

Когда я взял палочки, издали наблюдающий Шибата подошел ко мне с поджатыми губами.

— С-слушай, Аянокоджи. Извини, что беспокою прямо перед ужином, но можно с тобой поговорить?

— Я не против. Что случилось?

— А-а… Как бы сказать, у нас же теперь альянс, да? Надо бы поздороваться, ну, как полагается… — Он метал взгляд из стороны в сторону и беспокойно чесал затылок. — Вообще… Понимаю, вопрос глупый, но хотя бы выслушай… Эм…

— Не стесняйся, говори, — побудил я Шибату, который никак не мог перейти к делу.

Наконец, его бегающий взгляд встретился с моим.

— Я хочу знать…

Он уже открыл было рот, видимо, собравшись с духом, и в этот момент сзади кое-кто подошел.

— Извини, Шибата, оставишь нас ненадолго? У меня есть разговор к Аянокоджи.

С пустым котелком в руке к нам вышел Канзаки, взявший на себя обязанность по раздаче еды.

— О-о-ой, бе-е… без проблем. Пока, Аянокоджи!..

Шибата чуть ли не бегом убрался отсюда.

— Тебе что-то нужно? — спросил я.

— Забыл сообщить кое-что важное. Это касается новой цепочки командования. Ичиносе велела поручить все тебе, Аянокоджи.

— Понимаю. Я признателен за это, но тебя самого все устраивает?

— Устраивает или нет — значения не имеет. Ичиносе — лидер класса D. В классе не осталось учеников, кто возразил бы ей.

— Впечатляющая преданность.

Или, быть может, им просто обломали клыки, и их перестала волновать всякая мелочь? Так или иначе, главное, чтобы все шло гладко, и тогда жаловаться будет не на что.

Передав то, что забыл сказать, Канзаки, однако, не спешил уходить.

— Что-то еще?

— Я все не могу понять одного… — Канзаки ненадолго умолк, а после продолжил: — Почему ты предложил союз с классом D, если выгоды от этого никакой? Я не понимаю, зачем ты намеренно протянул нам руку и дал возможность выкарабкаться.

— Спрашивать «почему» здесь ни к чему. Класс Рьюена внезапно напал на нас, и мы в мгновение ока потеряли половину ребят. Без альянса нам не избежать худшего исхода, то есть последнего места на этом специальном экзамене. Так что союз как раз имеет смысл.

— Это суждение задним числом. Ты втайне планировал с Ичиносе союз еще до экзамена на необитаемом острове, если не с начала третьего года, не так ли? Я не думаю, что на тот момент класс C нуждался в этом. Уверен, кто-то вроде тебя вернул бы их в строй своими силами и сделал так, чтобы они могли состязаться с классами B и A.

Канзаки знаком с моим отцом, Аянокоджи Ацуоми. Отец Канзаки уважает этого человека, также уважает и сам Канзаки. Как следствие, он высоко оценивает меня — сына Ацуоми.

— Ты переоцениваешь меня.

— Я не идиот. Дело не только в твоем отце, если я оглянусь на прошедшие два года, то нравится — не нравится, а придется признать: ты способен в одиночку изменить ход битвы.

— Странно это слышать. На меня внезапно напал Рьюен, из-за чего я лишился половины одноклассников. А сегодня утром я решил рискнуть, но не только не получил припасов, но еще и потерял шестерых. Если ты не переоцениваешь меня, тогда как это назвать?

— Разумеется, никто не совершенен. Кто угодно может просчитаться. Хотя нет, класс C в принципе не подходит для подобных сражений.

— Именно. Ты не думаешь, что этот союз — своего рода подстраховка на всякий случай? Небольшой рост класса D в любом случае особо не повлияет на класс C. К тому же есть и другая польза. Если класс D не покажет, что от него можно ждать развитие в этом году, то Хориките и Рьюену нужно будет сосредоточиться лишь на классе C. Для нас же проще, если их внимание будет разделено. Мы не протягиваем руку помощи задаром.

Это правда, класс C опережает их на один шаг в плане общих способностей. Но сейчас именно класс С просит о помощи, а класс D согласился помочь.

— Класс D все еще развивается. Просто доверься потенциалу.

— О каком развитии идет речь, когда мы отстаем от остальных на целый круг?

— Время еще есть. Если мы закончим этот специальный экзамен на первом и втором местах, разница между нами и верхом станет незначительной. Или я ошибаюсь?

— Мне все равно кажется, что это недостижимо… Тем не менее Ичиносе вроде бы верит. Верит, что с тобой мы можем поставить такую цель… Похоже, она не перестала сомневаться в твоих способностях даже после твоих последних промахов.

Наверное, это одна из причин, почему она сказала поручить все руководство мне.

Я доел свою порцию риса и аккуратно закрыл крышку котелка. Затем встал и подошел к Канзаки.

— Если одна лишь Ичиносе ставит целью класс A, то это обернется проблемой. Канзаки, ты должен смотреть в том же направлении, что и Ичиносе, а самое главное, тебе нужны уверенность и решимость.

— Уверенность и решимость, говоришь…

— Если ты все еще не понял, попробуй оглядеться с этого места. Можете, тебе и хочется это отрицать, но сильная сторона вашего класса D проявилась настолько явно, что видна невооруженным взглядом.

Перед нами раскинулись ученики классов C и D, общающихся друг с другом без малейшей настороженности.

— Попробуй как следует осознать, насколько это невероятно, когда тебе настолько доверяют.

Класс D, у которого численное превосходство, может, если захочет, разбить класс C одним внезапным ударом.

А что класс A? Или класс B? Мы не можем расслабиться. Приходится постоянно переживать, что за нами придут, когда мы меньше всего этого ждем.

— Не хочешь в следующий раз сходить в тренажерный зал?

— Вот это было полной неожиданностью… С чего вдруг ты это предложил?

— Это тот случай, когда ты совсем рядом, а на деле — далеко. Для начала лучше узнай Ичиносе поближе, а именно какой она человек.

Возможно, сейчас он и не согласится, но мне, думаю, достаточно уже того, что посею мысль в его голову.