Онлайн чтение книги Этот похожий на собаку дядя The Vile Ajusshi
1 - 8

— Ну да, чтобы обслуживать VVIP, придется и настоящим именем торгануть.

Видимо, мужчина успел прочитать сообщение, которое только что прислала Хэ Ми. Губы Со Хи, на которую вылили эту грязную ложь, жалко искривились.

— Аджосси-то думал, что малышка только красивенькая, и не знал, что у нее таланты в такой сфере.

Ке Вон Хо тихо усмехнулся. Резкие слова, проникшие в левое ухо, впились в сердце Со Хи словно шипы.

— Я же сказала… что это не… правда… Я правда не…

— Скольких обслуживаешь за ночь?

Глядя в это циничное лицо, что-то в груди Со Хи заледенело. На её лице, застывшем на полуслове, проступило знакомое выражение покорности.

Её оправдания до него всё равно не доходили. Ну да, ей ведь не привыкать к такому обращению. Какая разница, что он ошибочно считает её девкой, продающей тело ради денег? Этот мужчина — просто кредитор, пришедший за долгом, так почему она вообще должна перед ним оправдываться?

Отвращение, преследующее её всю жизнь, заставляло легко сдаваться.

Потому что сдаться — проще и легче, чем барахтаться, пытаясь вырваться.

Потому что у неё не осталось ничего, кроме жалкой гордости, хотя ей нечего терять и нечем владеть.

Почему же слова этого мужчины, который даже не спросил, в чем дело, а сразу решил, что я продаю тело, так сильно ранят? В горле встал горячий ком. С силой впившись ногтями в ладони, Со Хи снова обрела хладнокровие.

— Чем бы я ни зарабатывала, аджосси это не касается. С основным долгом придется подождать, но проценты я задерживать не буду.

Несмотря на то, что глаза защипало, Со Хи стерла эмоции с лица, четко проговорила это и шагнула к столу, чтобы открыть ящик. Если бы он обыскал дом, то легко бы их нашел, но деньги лежали там же, куда она их положила.

В груди поднялась легкая буря. Слабо сглотнув, Со Хи дрожащими руками достала конверт с деньгами. Лучше бы он просто забрал их и ушел. Зачем он вообще меня ждал? — промелькнуло у нее в голове.

— Вот. Довольны?

Не смея даже посмотреть мужчине в глаза, Со Хи протянула конверт. Он стоял в тишине и не брал его, тогда она, помедлив, сама сунула конверт во внешний карман его пальто.

— И счет за электричество… Это аджосси оплатил?

Со Хи спросила, хотя уже знала ответ. Конечно, она понимала, что это сделал он. Не знала только, зачем ему было брать на себя труд сдирать уведомление с двери и оплачивать долг.

— Не стоило этого делать. Я прибавлю эту сумму к процентам в следующий раз.

На лице Ке Вон Хо промелькнула издевательская усмешка.

— Тебе же вроде и так тяжело?

Это тоже можно покрыть телом. Обида вырвалась наружу колким ответом:

— Ну, попрошу у клиентов чаевые побольше.

Опустившая голову Со Хи вдруг поняла, что в комнате стало слишком тихо. Медленно подняв лицо, она тут же встретилась взглядом с мужчиной, который неотрывно смотрел на неё.

— Какая маленькая, а уже дерзкая.

Ке Вон Хо схватил Со Хи за подбородок, заставляя смотреть на себя. На его губах играла кривая, непонятная улыбка, но взгляд был острым, как лезвие ножа.

В его глазах, словно в зеркале, отразилось её жалкое, готовое вот-вот расплакаться лицо. Существо, настолько бледное и подавленное, что казалось неживым, застыло в его зрачках.

Боясь, что он заметит её хрупкость, которую она не хотела никому показывать, и что её жалкое дно обнажится, Со Хи глубоко проглотила подступающие рыдания, щекочущие горло.

— Пожалуйста, уходите.

Потому что я хочу жить.

— Раз вы кредитор, то ведите себя как кредитор: получили деньги — уходите.

Она лишь отчаянно терпела всё это ради того, чтобы выжить…

В жизни Со Хи никогда не было права нормального выбора. Был только выбор между плохим и худшим. Укоренившаяся с рождения бедность и несчастья позволяли ей лишь с трудом дышать и терпеть.

Когда отец заболел раком печени, он сбежал, покончив с собой, а мать сбежала из дома, спасаясь от пьяных побоев отца.

Но Со Хи, которую всегда бросали и оставляли одну, не знала, как сбегать от несчастий, подобно им. Даже несмотря на то, что у неё ничего не было, кроме собственного тела.

Отчаяние и бессилие нахлынули на неё от осознания того, что её, с трудом выживающую день за днем с долгом, который свалился на неё не по её вине, другие видят лишь как шлюху.

Ради чего я всё это время барахталась?

— Тебе же должно быть всё равно, да? Сосать ли член какому-то уебку или раздвигать перед ним ноги?

— Да. Я хочу избавиться от этого чертова долга и жить как нормальные люди. Мне не стыдно за такую работу.

Ке Вон Хо молча смотрел на Со Хи, а затем на его губах появилась откровенная насмешка.

— Если так, то ты быстро расплатишься. Кто откажется от такого личика?

Он небрежно бросил два оставшихся презерватива на пол и продолжил:

— Так это то, что осталось от пачки, да? Или ты столько за день расходуешь?

От невыносимого стыда щеки Со Хи запылали. Ей стало так обидно за себя — такую глупую и наивную, раз она думала, что хорошо, что этот мужчина выкупил долг Ким Чжун Сика. На что она вообще надеялась? Он ничем не отличался от Ким Чжун Сика.

— Какая вам разница? Хотите использовать их со мной? Тогда просто платите.

Уголки губ мужчины криво поползли вверх в усмешке.

— Думал, ты совсем малышка, а ты с характером.

В глазах, таящих мрачный жар, отразилась Со Хи, упрямо сжимающая губы.

— Ну и во сколько же мы оценим тело нашей малышки?

Цена тела. Откуда Со Хи могла это знать? Судя по Хэ Ми, которая всегда ярко красилась и носила брендовые вещи, она зарабатывала немало. Если вспомнить, с какой легкостью Хэ Ми, услышав сумму долга, сказала, что обычными подработками её никогда не выплатить, и предложила заняться тем же.

— П-пятьсот тысяч вон.

— Что?

— За ночь… пятьсот тысяч.

Пятьсот. Не имея ни малейшего понятия, сколько берут за ночь с мужчиной, Со Хи брякнула эту сумму и тут же пожалела. Кто она такая, чтобы мужчина выложил за ночь с ней такие огромные деньги — пятьсот тысяч вон?

Она назвала такую большую сумму от обиды, но, когда слова уже вырвались, ей стало страшно. Что он ответит?

Скажет, что никто в здравом уме не заплатит пятьсот тысяч, чтобы переспать с такой девкой?

Или действительно даст эти деньги и…

Нет. Такого не будет.

Мужчина наклонился, слегка склонив голову, и сократил расстояние настолько, что их губы почти соприкоснулись. Сердце болезненно сжалось.

Запах свежести, смешанный с густым ароматом парфюма, исходивший от его дыхания, ударил в нос. Казалось, кожа горела везде, куда падал его взгляд и дыхание.

— Пятьсот за то, чтобы всю ночь ебать малышку?

Переспросил Ке Вон Хо так, будто это его сильно задело. Окинув Со Хи взглядом, он фыркнул, словно сдувая пылинку. Горячее дыхание коснулось её губ, и тело Со Хи застыло.

— Почему так дешево.

Спокойно глядя на её побелевшее лицо, Ке Вон Хо захватил в кулак её мягкие каштановые волосы, спускавшиеся до груди.

— А? Малышка.

Убрав волосы, закрывавшие шею, он лениво, словно облизывая глазами, скользнул взглядом по её обнаженному белоснежному затылку.

— Всего лишь за такие деньги.

Длинная, прямая шея, которая, казалось, сломается, если он чуть сильнее сожмет руку, жалко и мелко дрожала. Пока его липкий взгляд подолгу задерживался на ней, маленький кадык нервно дернулся.

— Давала совать себе в пизду уебкам, которые напяливают презервативы, годные разве что для собак?

— Ах…!

Со Хи коротко вскрикнула, испугавшись непреодолимой силы, притянувшей её за талию. Расстояние сократилось настолько, что ей стало трудно дышать, и сердце бешено забилось. Твердые руки обвились вокруг неё, как змеи.

Крепко прижав к себе её худое тело, мужчина глубоко уткнулся высоким носом в её шею и вдохнул запах нежной кожи. От тонкой шеи исходил аромат свежести.

— Ха-а. — Низкий стон сорвался с губ Ке Вон Хо, потиравшегося кончиком носа о её шею. Острый нос скользил по линии шеи, густо лаская мягкую кожу.

— …Мм.

Не в силах вынести эти незнакомые ощущения, Со Хи закрыла глаза и издала тихий звук. Каждый раз, когда влажное дыхание мужчины, выдыхаемое на её шею, касалось чувствительной кожи, горячее чувство царапало где-то внизу живота. Судорожные вздохи, срывающиеся с её невольно приоткрытых губ, рассеивались в воздухе.

Огромная рука с обжигающей температурой проникла под пальто Со Хи и нежно погладила выступающие лопатки. Затем рука заскользила вниз по ложбинке на спине к пояснице, и тело, зажатое в его объятиях, слабо задрожало.

— Аджосси так нежно тебя трогает, почему ты так дрожишь?

Рука мужчины, медленно гладившая гладкую спину без единой капли жира, переместилась к брюкам, и тело Со Хи забилось в крупной дрожи. Мужчина, прижимавшийся к ней, не мог этого не заметить.

— Зачем заморачиваться с выплатой процентов каждую неделю? Похоже, это твое призвание, так расплатись этим.

Ке Вон Хо, говоря мерзким тоном, сжал её упругую, мясистую ягодицу.

— Ах!

— Аджосси будет давать тебе пять миллионов за раз. Но с одним условием, малышка.

Насмешливый голос мужчины зазвенел в ушах, как тиннитус.

— Клиент у тебя будет только один. Только я. Поняла?

Конец фразы, пропитанный цинизмом, острым клинком вонзился в её грудь. Душа, залитая чувством собственного ничтожества, рухнула на самое дно.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver