Онлайн чтение книги Фальшивка была брошена The fake was thrown away
1 - 47

«Все хотят тебя, но тебе не обязательно удовлетворять все их желания.»

 «Достаточно лишь убедить их в том, что ты способна оправдать их ожидания, — сказал он. — Ожидания окружающих станут твоей силой и властью.»

«Теперь твой отряд по истреблению не сможет присвоить твои заслуги и достижения, — добавил он.»

Хотя этот совет казался дерзким, мысли Каиса во многом совпадали с взглядами Глории.

Глория глубоко вздохнула и, собравшись с духом, произнесла вслух слова, которые неоднократно репетировала в своем сознании:

— Верно. Я пришла сюда, чтобы спасти вас.

Эти простые слова вызвали бурю эмоций среди собравшихся на площади.

Гул одобрительных криков разносился так громко, что закладывало уши.

Глория обвела взглядом лица собравшихся, наполнявшие её сердце радостью и надеждой, и оценила их число — оно было далеко не малым, но и не слишком большим.

«Скоро эта история разойдётся далеко за пределы этого места», — подумала она.

— Я — единственный представитель Бога, и я защищу вас от чудовищ, — твердо заявила Глория, медленно двигаясь вперёд.

Люди, словно по взмаху волшебной палочки, начали расступаться, уступая ей путь.

Глория, обращая внимание на восхищённые взгляды, ощущала лёгкое смущение, но старалась сохранять спокойствие и собранность.

Когда из толпы появилась Глория, орки, ранее пристально смотревшие на сверкающий идол, начали один за другим проявлять волнение.

Глория крепче сжала боевой молот в правой руке и напрягла пальцы левой, сжимавшей кинжал.

Первый раз ей приходилось сражаться с чудовищами под таким пристальным вниманием.

Возможно, именно поэтому сердце немного учащённо забилось.

Но, как всегда, она не позволила чувствам проявиться наружу.

Проглотив сухой комок в горле, Глория с силой ударила землю и ринулась на орков.

***

Эрхард спокойно наблюдал, как в атолийский зал вошёл сереброволосый мужчина.

Это был его отец — Гебриан Ланарк.

— Что привело вас сюда, герцог? — спросил Эрхард.

— Да разве это всё, что ты можешь сказать отцу, с которым давно не виделся? — фыркнул Гебриан и покачал головой.

Увидев равнодушие сына, он быстро изменил выражение на серьёзное и начал говорить по существу:

— Слышал новости. Новый император передал тебе управление Роментой.

Эрхард понял, о чём идёт речь.

То, что отец приехал так далеко обсуждать Роменту, говорило об одном — это касалось Глории.

— В этот раз придётся признать: твой выбор добровольно пойти во 2-й отряд, нарушив моё требование присоединиться к 1-му, был правильным, — добавил Гебриан.

Эрхард не проявил особых эмоций — всё шло в соответствии с его ожиданиями.

Спокойно и уверенно он поправил заблуждение отца.

— Я добровольно вступил во Второй отряд истребления исключительно ради Святой, — твёрдо произнёс Эрхард.

Он не стал рыцарём дворца, а выбрал путь храмового паладина и, едва получив звание, добровольно записался в Второй отряд — состоящий из скромных по статусу рыцарей.

И всё это — не ради собственной славы и карьеры.

Он шёл за той, кто не имела ни признания, ни уважения — за юной девушкой Глорией, которая непрерывно боролась за своё спасение.

Его необычный путь, начавшийся в далёком прошлом, до сих пор не прерывался.

С тех пор как он встретил Глорию, Эрхард ни разу не усомнился в своём выборе и ни разу не пожалел.

Но в течение всех этих верных лет изменилась одна вещь:

Мальчик, каким он был, теперь обрел значительную власть, которую уже нельзя было игнорировать.

Даже Гебриан не мог просто так пройти мимо.

— Что бы ни ожидали вы и зачем бы ни пришли сюда, герцог, — сказал Эрхард твёрдым голосом, — вы не получите от меня ничего.

В этот момент на лице Гебриана появилась трещина — впервые за долгий день.

— Ты действительно хочешь повторять свои безумные поступки? — холодно спросил он.

— Если так, я готов ко всему, — ответил Эрхард не менее решительно.

Его непоколебимая позиция загнала Гебриана в тупик, и тот смолчал.

Эрхард внимательно смотрел на отца — мужчину, которому понятие тепла было чуждо.

Он никогда не знал ласки, не испытывал тёплых чувств, считая всё такое проявление слабостью.

Родившись без матери, он никогда не получал отца как опору и поддержку — только холодное равнодушие.

Очень давно Эрхард отпустил в сердце образ отца.

Сотни раз разочаровывался, ожидая, что тот изменится, — но надежда исчезла, и вместе с ней исчезла и боль.

Теперь Гебриан был лишь чужим человеком с безразличным лицом.

— Возвращайтесь, — сказал Эрхард холодно, поворачиваясь спиной к тому, кто не заслуживал называться отцом.

Он уже сделал шаг, чтобы уйти, когда…

— Как смеешь уходить первым передо мной? — прозвучал властный голос.

Рука, покрытая мозолями, сжала его за плечо.

Эрхард оглянулся и увидел лицо отца, искажённое гневом и обидой.

— Разве я так тебя воспитывал? — проговорил Гебриан.

Но Эрхард легко отмахнулся от большой руки, которая пыталась удержать его.

— Вы меня ничему не учили, — спокойно ответил он, глядя в холодные глаза отца.

Гебриан, встретив этот взгляд, не решился больше пытаться удержать сына.

Его дочь, которая до сих пор колебалась между двумя мирами, упала, бессильно склонив голову.

Эрхард вновь отвернулся от отца и сделал шаг вперёд.

И именно в этот момент произошло то, чего никто не ожидал.

— Капитан! —Громкий, резкий голос разрезал воздух, когда дверь в ателье с грохотом распахнулась.

В проёме показался никто иной, как Блисс — лейтенант Эрхарта.

Увидев, что командир находится не один, а в компании самого Гебриана, Блисс на мгновение застыл в нерешительности. Однако он быстро пришёл в себя и, едва отдышавшись, с тревогой поспешил вперёд.

Эрхард слегка наклонил голову, замечая волнение на лице подчинённого:

— Что случилось?

— В самом центре города… появилась орда орков! — выдохнул Блисс, тяжело дыша после стремительного бега.

Слова Блисса потрясли обоих — и Эрхарта, и даже Гебриана: их глаза округлились от изумления.

Проглотив ком в горле, Блисс продолжил, стараясь говорить как можно спокойнее:

— В данный момент орков сдерживают храмовые рыцари Роменты, но их слишком мало…

— Орки? — перебил его Гебриан, нахмурившись. — Что за вздор? Орки были полностью уничтожены Четвёртым отрядом ещё четыре года назад!

— Я видел их собственными глазами, — твёрдо ответил Блисс. — Это точно были орки.

— Чепуха! — отрезал Гебриан, уже готовясь вновь броситься с вопросами.

Но его остановил Эрхард.

— Блисс, — тихо, но жёстко произнёс он.

Гебриан метнул на него удивлённый взгляд, однако Эрхард будто не заметил этого взгляда — или просто проигнорировал. Его глаза были сосредоточены исключительно на лейтенанте. Ни одной эмоции на лице.

— Где Демиан?

— Он оказывает поддержку храмовым рыцарям, — немедленно отрапортовал Блисс.

Эрхард кивнул, взял с собой меч и уверенно зашагал к выходу.

— Пошли.

Не медля ни секунды, Блисс последовал за ним.

Гебриан ошеломлённо провожал взглядом двух мужчин, и лишь спустя мгновение опомнился, выкрикнув:

— Почему ты сам выходишь на бой?! Ты забыл, что здесь находится Святая?!

Эрхард замер.

Его рука всё ещё держала створку двери, как будто время внезапно остановилось. Он застыл, ни малейшего движения.

Блисс затаил дыхание. Сердце билось быстро и глухо — как будто само предчувствовало бурю.

Молчание длилось мучительно долго.

И тогда Эрхард произнёс:

— До сих пор... у вас хватает наглости просить жертвы от Святой? —Его голос, низкий и глухой, прорезал воздух, как лезвие.