Онлайн чтение книги Императрица снова выходит замуж Remarried Empress
Глава 367 - Пренатальное воспитание (2)

Я внезапно проснулась, услышав какой-то шёпот. Сколько времени прошло с момента, как я уснула? Тихий голос был низким и приятным, но то, что он озвучивал, было немного странным. Это какой-то сонный паралич?

Нет, это невозможно, ведь я могла двигать руками. Я приоткрыла глаза и увидела Хейнли. Он держал книгу, положив голову мне на живот.

Он читает вслух?

Я впервые застала его за этим занятием. Как давно у него появилась эта привычка?

По мере того, как сон отступал, голос Хейнли становился всё отчётливее.

— Король Олдрао схватил копьё и бросился на своего врага. Он пронзил его этим копьём. Из дыры в груди хлынуло много крови. Затем король вытащил окровавленное копьё и снёс голову своему врагу. Он поднял её, как трофей, и воскликнул: "Отныне за каждую пролитую каплю нашей крови они заплатят тем же! Отныне никто не посмеет преследовать наш народ..."

Что это?

Я нахмурилась. Почему он читает это рядом с моим животом?

— Малыш, ты должен вырасти большим и сильным. Хорошо, если у тебя будут длинные руки. Так сражаться гораздо удобнее.

— Хейнли?

Я не выдержала и окликнула его. Мне удалось застать Хейнли врасплох, отчего он начал заикаться:

— К-королева? О, моя Королева!

— Что ты делаешь?

Когда я попыталась узнать, чем это он занимался, Хейнли вздрогнул и прижал книгу к груди. Однако мне удалось разглядеть название.

— Король войны? Военные мемуары Олдрао?

***

Герцог Элги ушёл сразу после своего шокирующего заявления.

Совешу сидел неподвижно. Он глубоко погрузился в свои мысли. Его стол был завален бумагами, оставленными герцогом. Как ему сказали, это лишь копии.

— Это просто невозможно...

Император тяжело вздохнул.

Сумма долга Рашты была настолько велика, что невозможно было сдерживать эмоции. Однако она всё ещё была ему по карману, а значит, не придётся прибегать к использованию государственной казны.

Однако порт — это уже совершенно другой разговор.

Передавать его в частные руки было абсурдно, но и веских причин для отказа тоже не было.

Совешу мог бы попытаться бороться за порт. Если он сумеет доказать, что Рашта никогда не была достойна роли императрицы, то, возможно, он сумеет аннулировать расписку. Можно попытаться сослаться на то, что Рашта занимала эту должность в силу особых обстоятельств, сослаться на её низкий интеллект и на печально известную репутацию герцога Элги... Можно придумать множество вариантов.

Но другая сторона тоже не станет сидеть сложа руки. Вероятнее всего, герцог ответно обратится в арбитражный суд Континентального альянса Воль. И вся соль в том, что, как только дело будет заведено, об этой ситуации узнают все страны.

Последствия очевидны. Достоинство Императорской семьи Восточной империи упадёт на самое дно. Все будут насмехаться над Совешу, ведь он оставил императрицу Навье ради наложницы, которая раздаёт порты налево и направо.

Чем больше Совешу думал над решением, тем сильнее был его гнев.

Он прекрасно понимал, что Рашта никак не смогла бы исполнять роль императрицы, так как родилась и выросла совершенно в иной среде. Но разве так трудно было просто брать и избегать неприятности?

Всё, что от неё требовалось — это спать и есть в течение года, и дальше она могла бы жить в роскоши всю оставшуюся жизнь. Неужели это было так трудно? Неужели так сложно просто бездельничать целый год?

Насколько же безмозглой надо быть, чтобы уступить территорию представителю другого государства? Даже полный дурак не стал бы этого делать.

— Это безумие!

Гнев Совешу продолжал расти. Ему предстояло сделать сложный выбор: потерять порт или потерять собственную честь.

Конечно, если удастся выяснить, что всё это результат манипуляций и попыток герцога Элги соблазнить императрицу, то и сам герцог не сможет выйти сухим из воды. Однако его репутация и без того была ужасной, в то время как Императорской семьёй Восточной империи всегда восхищались. В этой игре только Совешу понесёт огромные потери.

Спустя какое-то время император встал и позвонил в маленький колокольчик, что стоял на столе. Когда в кабинет вошёл маркиз Карл, ему тут же отдали чёткий приказ:

— Разыщите виконта Ротешу.

***

Солнечные лучи пробивались сквозь облака, окрашивая всё вокруг в розовые цвета. Пройдет немного времени, и небо снова станет голубым. 

Виконт Ротешу с мрачным видом бродил по улицам, когда последние следы рассвета начали исчезать.

"Внезапно выбежала девушка. Она спешила так, словно за ней гнались. Все, кто был рядом, смотрели на неё, как на привидение. Это было очень странно. Словно какая-то сцена из страшилок."

Виконт Ротешу вспомнил историю, которую услышал от маленького мальчика. Тот был так напуган, что немедленно поспешил домой, поэтому он не знал, кто были эти люди и что произошло дальше.

Но от пьяницы виконт узнал, что в тот же день кто-то в соседнем баре предлагал всем желающим бесплатную выпивку и еду. Возможно, этот человек хотел что-то отпраздновать, а люди поспешили не упустить возможности повеселиться. Даже маленькие дети, которые обычно резвились в переулках, пошли в бар с родителями, чтобы получить сладости.

"В тот день кто-то намеренно очистил улицы от прохожих. И все же нашлись те, кто видели бегущую девушку?"

Виконт Ротешу стиснул зубы. Он был уверен, что кто-то заказал похищение Риветти. Однако он никак не мог понять, кому это могло понадобиться. Да, Риветти была импульсивной, но не из тех людей, кто мог бы вызвать такую сильную ненависть.

Однако виконту пришлось приостановить своё расследование из-за статей, появившихся в газете того дня.

Принцесса, девочка, которую родила Рашта, не была дочерью императора. Она оказалась дочерью того же мужчины, который стал отцом её первого ребенка.

Большинство людей, услышав эту новость, воскликнули бы: "О боже! Как это возможно?". Но к виконту Ротешу это не относилось, ведь первым ребенком императрицы Рашты был его внук!

В тот день на глаза виконта попались несколько статей. Он ощущал, что его голова вот-вот взорвется. Он предчувствовал беду. Когда виконт впервые отправился на поиски Риветти, то стал опасаться, что и у Алана могут возникнуть неприятности. Так оно и вышло.

Люди с волнением обсуждали эту тему, а он чувствовал себя полностью разбитым. Ротешу словно постарел за этот день. Ему было трудно даже просто думать.

Если бы личность отца принцессы оставалась неизвестной, в предательстве обвиняли бы только Рашту. Однако виконт Ротешу не мог поверить, что стало известно, что его сын — отец новорожденной. Император мог бы закрыть глаза на то, что у императрицы имелся первенец от Алана, но игнорировать то, что и второй ребёнок от него, было невозможно.

"Я никогда не выдавал Алана, даже когда этот проклятый ублюдок Кошар отрезал мне ухо. Почему же это всплыло только сейчас?"

Хотя виконт Ротешу хотел повторить тест на родство, он понимал, что у него не было на это полномочий. Осознание этого сводило его с ума.

Хотя благодаря деньгам, полученным от Рашты, он сумел наладить связи, сейчас виконт не был уверен, что его друзья по-прежнему останутся на его стороне в столь щекотливой ситуации. Он был всего лишь мелким лордом, владеющим небольшой территорией, не имел никакого влияния. Он не был уверен, что кто-нибудь его послушает.

А когда стало известно, что император ищет его, страх виконта только усилился.