Оцените Настоящая фальшивая любовь

Сколько бы я ни размышляла над этим, все это было подобно кошмару, обернувшемуся реальностью. Да, моя жизнь начала выходить из-под контроля в тот момент, когда этот мужчина преградил мне дорогу в день моего 28-летия. - Куда это ты собралась? После инсценированной автомобильной аварии, в результате которой я потеряла сознание, а очнулась уже в незнакомом отеле. - Отправьте ее на завод. И на следующий день я оказалась в другом незнакомом месте - на заводе. Неужели раз я осталась в живых, то должна милостиво отпустить все его грехи? Сомневаюсь.

Восемнадцать лет — возраст, который кто-то называет юностью. Вернувшееся, как и всегда, лето было для Са Юль лишь очередной частью скучной череды сезонов. — Сонбэ ведь не плохой человек. — Ты что, веришь людям только по их лицу? Так было до того самого момента, пока он со стуком не упал в её жизнь, словно летящий по параболе бейсбольный мяч. — Сонбэ, вы со всеми девушками такой ласковый? — Я щедр на такое только с тобой. Белая школьная рубашка, пахнущая мылом, и угольно-черные глаза, блестящие, как стеклышки. Девятнадцатилетний Хён Си Джун, подобно затяжному дождю, проникает в каждый миг жизни Са Юль, пропитывая её собой, а затем исчезает, словно всё это было неправдой. И вот, девять лет спустя…

— Майор Рон, 325-е истребительное авиакрыло ВВС США. Она влюбилась, увидев его, ослепительно прекрасного, под синим небом Аляски. Мужчина, считающий, что отношения с чувствами — это пустая трата времени. Женщина, желающая доказать, что она не какая-то там наивная и добрая девочка. — Я не завожу отношений. — И как же это делается? Короткие встречи без чувств. Чэ И сглотнула и выпалила на одном дыхании: — Ровно неделя. Будешь моим парнем всего неделю? Отложив в сторону трепетные чувства, принесённые весенним ветерком, она вернулась к обычной жизни, но тут он появился снова. — А я только начал. — Какая жалость. А я уже во всём разобралась и поставила точку. — Давай начнём сначала. Но на этот раз…

— Вы сделали пластику? В тот момент, когда он открыл глаза, балансируя на грани жизни и смерти, он встретил женщину, у которой явно были проблемы со зрением. Ну, или со здравым смыслом. — В помещении такой прикид — это уже, по-моему, перебор. — Ах... Это... На то есть свои причины. — Будет вежливо с моей стороны попросить вас это снять? Женщина, чьего имени, возраста и даже лица он не знает. Эта подозрительная особа странным образом продолжает действовать ему на нервы. — С чего бы этому человеку меня ревновать? — С того, что я из-за тебя рассудок теряю. Он определенно сошел с ума, и это не лечится. То ли любопытство, то ли какое-то иное неведомое чувство цепко держит его за лодыжки, не давая…

…Я знаю, что многие сочтут мою жизнь развратной и дикой. И только единицы угадают её настоящую суть. Не знаю, сумею ли я написать о ней так, чтобы мне поверили. Я же не писательница. Просто женщина, с которой всё это действительно случилось. Если бы я заставила себя поделиться, например, с матерью или с самой близкой подругой, мне бы не дали досказать до конца: люди не выносят такой правды. Они зажимают уши и хлопают дверью. Как будто за дверью их ждёт какая-то вычищенная и отлакированная действительность, без пятен. Но книгу они дочитают. В этом я уверена, потому что книга создаёт иллюзию вымысла, и даже моё признание, что всё это – чистая правда, пройдёт не замеченным большинством читателей.…

[i]«Для жителей этого острова, слепо верящих в свою веру, этот ребёнок — живой бог».[/i] Чэ Ён, чья семья оказалась на грани разорения, была вынуждена отказаться от своей мечты — изучения искусства. Но как раз в тот момент, когда она уже готова была сдаться, она узнаёт, что может получить финансовую поддержку для подготовки к вступительным экзаменам в художественный вуз, если переведётся в школу на острове Гисудо, родине её матери. Этот жутковатый остров не упоминался ни в одном поисковике. Ступив на его землю, она первым делом обнаружила шесть запретов, похожих на суеверия, и юношу с пепельными волосами. Ги Хэ Юн. Имя, столь же впечатляющее, как и его внешность. Чэ Ён, которая поначалу препиралась…

Рариен, жившая в храме как монахиня, однажды поняла, что её время сочтено. Она, всю жизнь посвятившая себя жертвам ради других, поклялась прожить оставшееся время ради себя. В тот день, когда она услышала трогательную проповедь Николаса Рейнхарта, первосвященника, в которого она давно тайно была влюблена, Рариен приняла решение. Прежде чем умереть, она обязательно переспит с этим идеальныи божьим сыном.

Хан Джу Хёк — тот, кем восхищаются все в университете. Он словно далекая звезда. Неужели это лишь совпадение, что я порой чувствую его взгляд на себе? Мы раз за разом оказывались наедине, я увидела его нежную сторону, и в какой-то момент поняла, что влюбилась в Джу Хёка. — Сонбэ, я люблю вас. Это искренне. — Прости. Я никогда не воспринимал тебя иначе, как хорошую младшую сокурсницу. Я признавалась трижды, и трижды меня отвергали. Но однажды, когда я была с другим мужчиной, тот, кто меня отверг, придрался ко мне. — Я не просил тебя сразу переключаться на другого ублюдка. — Значит, вы не хотите обладать мной сами, но и другим отдавать не желаете… Это вы сейчас об этом? Хан Джу Хёк был подонком.…