Бальзак и портниха-китаяночка

В 1984-м году уже немолодой студент Дай Сыдзе покинул Китай и уехал во Францию, чтобы учиться снимать кино.

Как весь Китай его поколения, он прошёл через Культурную революцию. Бросил учёбу в юности, потому что всех школьников и студентов призвали стать хунвейбинами, вести классовую борьбу и искать внутренних врагов. Он был сослан в деревню на «трудовое перевоспитание», когда Мао Цзедун решил избавиться от фанатично преданной ему молодёжи, переставшей приносить пользу его политическому статусу.

После смерти Мао, Дай Сыдзе вернулся в город и продолжил учёбу. Тогда ему было уже 30 лет. Он оказался среди немногих, кому повезло получить разрешение учиться в другой стране.

Поначалу он хотел поехать в Японию, изучать историю искусств, но партия предложила ему Францию, и он согласился.

Французский кинематограф сразу же увлёк его, и будущий писатель решил посвятить свою жизнь ему.

За 15 лет он снял три полнометражных фильма. Они неизменно появлялись на фестивалях и даже получали награды от критиков, но были неинтересны широкой публике. А в Китае и вовсе запрещены – трижды Дай Сыцзе пытался получить разрешение на их прокат на своей родине, но та каждый раз отвергала творчество невозвращенца. 

А популярности уже не юному творцу хотелось. Поэтому он решил попробовать себя в писательстве. И к 2000-му году написал небольшое художественное произведение по мотивам своей молодости – «Бальзак и портниха-китаяночка».

Во время Культурной революции Дай Сыдзце был отправлен на «перевоспитание беднейшим крестьянством» в китайскую глушь. Об этом был его первый фильм «Китай, моя боль». Об этом же он написал и свою первую книгу.

Её герои – два молодых человека, дети репрессированной интеллигенции. Они были сосланы в деревню, откуда, как им тогда казалось, им уже не выбраться. В том забытом всеми краю люди живут так же, как и сотни лет назад. Они не видели фильмов, никогда не слышали скрипки, не знают о современной медицине, возделывают поля на волах. Многие даже не умеют читать.

Два студента оказались в совершенно чужом обществе. Однако люди везде одинаковы. Даже чёрствых крестьян может разжалобить сюжет северокорейской мелодрамы, которую герои рассказывают им по памяти (позднее Дай Сыдзе признался в интервью, что и сам делал так, подражая сказителям из китайских чайных). Так герои получают послабление – возможность ездить в город, чтобы смотреть кино, а потом пересказывать крестьянам.

А вскоре они находят у другого такого же ссыльного студента чемодан полный запрещённых книг. В то время Великий Кормчий запретил все книги, кроме своих собственных и немногих лидеров коммунизма. Даже чтение китайской классики считалось преступлением, а уж иностранных книг тем более. Именно они оказались в чемодане - Гоголь, Бальзак, Дюма…

Они помогли студентам скрасить тяготы ссылки и завоевать сердце местной портнихи. Впечатлившись бальзаковскими сюжетами о женщинах, она задумалась о собственной женственности и из деревенской простушки преобразилась в уверенную в себе красавицу. 

Книга вышла в удачное время. Как раз в 2000-м году другой китайский эмигрант, живущий во Франции, Гао Синцзянь получил Нобелевскую премию по литературе. Как и Дай Сыдзе, он был жертвой Культурной революции, однако задержался в Китае чуть дольше – после смерти Мао Цзедуна в стране наступила оттепель, когда официальная пропаганда ещё не определилась с курсом, а общество пребывало в растерянности. Многие творцы тогда получили возможность говорить, что вздумается.

Гао Синцзянь воспользовался этим и в 80-х поставил несколько неоднозначных пьес, намекающих, что Китай сбился с истинного пути и увлёкся саморазрушением. Во время политической оттепели его просто критиковали за антисоциальность и отхождение от соцреализма. Но к концу десятилетия цензура усилилась, и произведения, несоответствующие политике партии, стали запрещать.

Не имея возможности творить на родине, Гао Синцзянь, уже получивший мировую известность, уехал в Париж, где попросил политического убежища.

Нобелевская премия привлекла внимание читателей – и во Франции, и по всему миру – к творчеству китайских эмигрантов, к репрессиям Мао Цзедуна и Культурной революции.

Книга Дай Сыдзе пришлась как раз кстати для тех, кто хотел узнать больше о ставшей вдруг популярной теме маоистского Китая. Тем более, что она была написана на французском, в отличие от книг Гао Синцзяня, многие из которых получили перевод с китайского только несколько лет спустя, после вручения ему премии.

Обложки французских изданий старательно намекают, что это книга о любовном треугольнике

Во Франции книга стала бестселлером, а вслед за ней и в других странах. Однако в родном Китае её приняли не так радостно. Цензуре не понравилось то, что героиня-портниха преображается благодаря книгам западных авторов – это слишком непатриотично.

Но годы спустя партия смягчилась, а распространение интернета облегчило доступ к книгам настолько, что уже невозможно полностью что-либо запретить. «Бальзак и портниха-китаяночка» всё же были переведены на китайский, хотя и с некоторыми условностями, касающимися того, как надо представлять эту книгу в публичном пространстве – не упоминая критику Мао и Культурной революции.

Успех первой книги вдохновил Дай Сыдзе и он продолжил писать книги. Но и карьеру режиссёра тоже не оставил. Спустя два года он адаптировал "Бальзака" в фильм, который сейчас является его самой известной кинематографической работой.