Онлайн чтение книги Номер 30 Number 30
1 - 86

Особняк был в смятении. Причина стала ясна быстро.

— Прошлой ночью умерла госпожа Андрей. Сегодня вы, скорее всего, не увидите председателя. Он отменил все дела и уже десять часов подряд не выходит из комнаты, сидя там с её телом, — сказал учёный, поправляя очки.

За его спиной по окнам стекал мелкий дождь. Балта, специально не смывший кровь с лица, чтобы выделиться перед отцом, помрачнел, скорчив гнилую, будто разлагающуюся, гримасу.

Учёные шептались, что, несмотря ни на что, Димитрий любил жену — не заводил других женщин и не заводил детей. Аслан вспомнил женщину средних лет, чьё лицо теперь едва помнил. Её бледность, когда она увидела его, её резкий жест, оттаскивающий Риэллу, словно от грязи...

Он прекрасно помнил, как в тот раз остался стоять, в одиночестве наблюдая, как мать и дочь обнимают друг друга. Риэлла тогда искренне любила свою мать. И он понял, почему она не вернулась. Просто выбрала того, кто был ей дороже.

Четырнадцатилетний Аслан, глядя на их удаляющиеся фигуры, впервые осознал, кто он. Грязный. Опасный. Чем больше он узнавал о внешнем мире, тем яснее это становилось.

Учёные называли их избранными, особенными, но выросшие в изоляции искусственного Приюта, они не были нормальными. Четыре года назад Риэлла казалась такой же, как он, но это было не так. У неё была семья, пусть и формальная. В её мире были любовь и мораль. Но мальчики, вкрапленные в мир, как примеси, были сломаны, ненормальны. Они потеряли друзей за ночь и не пролили ни слезинки.

— …слан.

Но ты, должно быть, плачешь.

Вспоминая её лицо, встревоженное за мать прошлой ночью, он ощутил странную боль в груди. Капли дождя звучали, как её слёзы.

— Аслан, — позвали снова.

Перед ним стояла необычно доброжелательная женщина-учёный.

— Всё ещё плохо спишь? — спросила она, держа оранжевый пузырёк с таблетками и папку. Похоже, собиралась выдать новые снотворные.

— Балта говорил, что иногда ты плохо спишь, — добавила она, записывая что-то.

Бессонница, начавшаяся в четырнадцать, стала хронической. Она посмотрела на него.

— Не из-за каких-то проблем? — тихо спросила она. — Перед уходом я хочу помочь, чем смогу.

Аслан перевел взгляд на Балту, машущего за её спиной и изображающего будто сосёт соску. Затем опустил глаза. Их глаза встретились, её лицо странно осветилось, и она усмехнулась. Аслан медленно ответил:

— Тревог нет, но хотелось бы больше снотворного. После полуночи просыпаюсь.

Медосмотр, естественно, он прошёл. Но ни в коридорах, ни на лестницах он не встретил Риэллу. Это было ожидаемо. Вчерашняя встреча — лишь чудо. Они не встретятся. Выйдя во внешний мир, он, вероятно, никогда…

Никогда.

Он замер. Оглянувшись, он увидел, как всегда, белые занавески на окне второго этажа.

— Нам надо уходить? Нельзя просто спрятаться здесь? — вспомнились её слова.

— Что-то не так? — спросил инструктор.

— Кажется, забыл снотворное в лаборатории. Можно забрать? — спросил Аслан, отводя взгляд от окна.

Инструктор, взглянув на часы, изучил его, как тогда, когда он сказал, что ночью был в окопах, с сочетанием подозрительности и пристального наблюдения. Аслан встретил его взгляд, и тот, проверив строй, кивнул: «Быстро». Он доверял ему. Балте бы не позволил.

Если поймают — утилизируют? — равнодушно подумал Аслан, поворачивая назад. Риэлла была драгоценным сокровищем Димитрия. Похитителя он бы не пощадил.

Тем не менее, возвращаясь через просторный холл и поднимаясь по лестнице, Аслан ни разу не ускорил шага и не выдал тревоги. Его походка была такой, будто он шёл туда, куда имел полное право идти. И никто из сотрудников на втором этаже не остановил его с вопросами. За каждым его шагом на белом мраморе оставались тёмные мокрые следы.

Ему было всё равно, помнит ли она его имя. Если он увидит её хоть раз, убедится, что она не одна, этого хватит. Прикинув расположение окна, он остановился у дубовой двери и, помедлив, постучал. Тук-тук.

— …Лукас? — раздался заплаканный голос.

Он выбрал правильную комнату, но его приняли за другого.

Аслан постучал снова. Ответа не было. Опустив руку, он услышал шорох, и дверь осторожно приоткрылась.

— Можешь сегодня просто уйти? Из-за мамы… я хочу побыть одна… — пробормотала она, но, увидев тень, подняла взгляд.

— Вернулся за курткой, — тихо сказал Аслан.

Её глаза широко раскрылись. Его взгляд скользнул по заплаканному лицу, по чёрному платью, по тонким бриллиантовым серьгам. Её длинные кудрявые волосы струились по плечам. Даже в темноте она выглядела ослепительно, словно готовилась встретить кого-то очень важного.

— Ждёшь Лукаса Андрея? — спросил он, внимательно её разглядывая.

Она замерла, испуганно оглядев коридор. Убедившись, что он пуст, Риэлла схватила его за запястье и втянула в комнату. Дверь закрылась, замок щёлкнул. В тёмной комнате слышался только стук дождя по окнам. Кап, кап.

На самом деле острейший слух Аслана ловил не столько звук дождя, сколько дыхание Риэллы всего в нескольких сантиметрах от него. Всё его внимание притягивали её мягкий аромат и тепло её руки. Он уже не был наивным мальчиком. Отступив к двери, он заметил, как она шагнула ближе, подняв голову. В полумраке её лицо выражало радость и тревогу.

— Как ты здесь оказался? Кто-то сказал, где моя комната? — спросила она.

— Никто не говорил. Я узнал, где твоя комната, еще пять лет назад.

— Пять лет назад? Ты знал меня тогда? — удивилась она.

Её замешательство длилось миг. Она искренне не помнила прошлого. Аслан, глядя на неё, тихо спросил:

— Помнишь, как чуть не утонула в озере пять лет назад?

— Пять лет назад… когда я прыгнула за рыбой? Да, помню, — ответила она, но её взгляд выдавал непонимание.

— Как ты выбралась?

— Не знаю… Кажется, выплыла, — неуверенно сказала она.

Её слова не сходились. Она помнила, что чуть не утонула, но думала, что спаслась сама. Это не соответствовало правде. Пока он молча смотрел, она, будто меняя тему, пробормотала:

— Хорошо, что ты не с кем-то говорил. Если Лукас узнает, будет опасно. Вчера Сандра видела меня в твоей форме…

Она замолчала, вспомнив, что он пришёл за одеждой. Аслан посмотрел на комнату: пол усеян торопливо нацарапанными записями и рисунками, на чистой кровати лежала его мятая куртка, словно она спала с ней. Отряхивая мокрые волосы, он поймал её взгляд и заметил, как она покраснела.

— Мне плевать на куртку. Я услышал о смерти и пришёл проверить, всё ли с тобой в порядке... волновался за тебя, — сказал он.