[<Созидатель Миров> дрожит, широко раскрыв глаза от кризиса своих верующих.]
[<Око, Наблюдающее за Хаосом> закрывает глаза от жестокости.]
*Квадук! Кваджиджик!*
Беспощадная сила цепей без конца тащила меня, оставляя за моей спиной длинную борозду в стене. Стена вопила вместо меня под наносимым ей варварским насилием. Звук ломающегося прочного каменного стены оглушил мои уши.
[<Весы, Судящие Душу> кричит, чтобы я побыстрее использовал Барьер Меркурия.]
[<Созидатель Миров> поясняет, что этот навык бесполезен против атак вплотную.]
[<Весы, Судящие Душу> кричит использовать Несокрушимый Покров.]
[<Созидатель Миров> объясняет, что этот навык трансцендентного класса, поэтому его нельзя использовать, пока не активировано Божественное Нисхождение.]
[<Весы, Судящие Душу> кричит использовать Божественное Нисхождение, не сдерживаясь.]
[<Созидатель Миров> срывает злость, говоря не болтать об этом навыке так легко.]
И затем, в какой-то момент...
— Ладно! На этом всё, Карающая Зло!
Направление, из которого появились и схватили Селестину цепи, изменилось. Моё тело с жутким ощущением парения пронеслось сквозь пустое пространство тронного зала.
*Свист!*
Оно переместилось от одной стены к противоположной за один миг и врезалось в неё спиной. В тот же момент цепи, державшие Селестину, порвались, а её магия взорвалась, словно при самоуничтожении.
*Квааааанг!*
— ...
Должно быть, взрыв был оглушительным, но он прозвучал отдалённо. Неясно, то ли облако пыли мешало дышать, то ли боль, охватившая всё его тело.
<Айлет! Айлет...!>
Его сознание на миг померкло.
***
Пока Анаксия растирала спиной Айлет все стены тронного зала, группа бездействовала.
— Анаксия!
Первым, закатив глаза, бросился на Анаксию Принс. Он поднял меч и стремительно приблизился. Со всех сторон потянулись цепи, чтобы остановить его, но он уворачивался и отбивал их. Пять шагов вперёд. Его меч почти коснулся Анаксии. Но...
— Как посмел.
Едва взгляд Анаксии скользнул по нему, несметное число цепей накрыло его. Он оказался бессилен перед ними.
— Кх!
Цепи одновременно пронзили плечи, живот и бёдра Принса. Анаксия безжалостно швырнула его, закованного в цепи.
— Принс!
Рейвин принял мгновенное решение и встал между Принсом и стеной. Благодаря тому, что он всем телом смягчил удар, Принс был спасён. В тот же момент Анаксия что-то почувствовала и спокойно повернула голову.
— Хм? А ты кто такой?
— Угх!
Эш, подкравшийся на три шага позади неё, был обнаружен Анаксией. Неудача внезапной атаки дорого обошлась.
— Убирайся.
— ...!
Толстый пучок цепей жестоко ударил Эша в живот. В отличие от Принса, он кое-как сумел приземлиться. Но это был предел.
— Кх! Гхлп!
Органы в повреждённом желудке были сильно травмированы. Он изверг из себя немалое количество крови. Пока он в прострации выплёвывал кровь, несколько цепей устремились к его голове. Как раз когда Эш, понявший, что реагировать уже поздно, широко раскрыл глаза, Ифаил отшвырнул их прочь. Никто не радовался тому, что ему чудом удалось выжить. Айлет по-прежнему держала Селестину и была пригвождена к стене, а и Принс, и Эш оказались серьёзно ранены в одно мгновение.
— Не прерывай моё удовольствие.
Раздалось холодное предупреждение Анаксии. Союзники на мгновение дрогнули под устрашением босса.
*Кваддук! Ургх!*
Тем временем цепи, связывавшие Айлет и Селестину, уже совершили полный круг по тронному залу. Анаксия крикнула возбуждённо-торжествующим голосом.
— Теперь! На этом всё, Карающая Зло!
Цепи швырнули двоих людей. Айлет обхватила Селестину и, пролетев по воздуху, врезалась в противоположную стену. Одновременно цепи порвались, и магия взорвалась.
*Квааааанг!*
Стена обрушилась, воздух вокруг помутнел.
— Се-сестра!
— Айлет!
Пять отчаянных возгласов слились воедино. Тесилид не мог заставить себя позвать Айлет.
*Туп!*
Он опустился на колени. Если бы он не вонзил рефлекторно Святой Меч в пол, чтобы поддержать тело, то упал бы некрасивой грудой.
— Гулк, гулкук...!
Из его рта хлынула кровь. Всё потому, что только что активированный «Страж Принадлежности» передал ему все раны Айлет. Его внутренности будто перетряхнули. Он изверг столько крови, что не было бы странно, если бы он рухнул от тяжёлых внутренних травм.
Тесилид попытался силой раскрыть затуманивающиеся глаза и ухватился за рассыпающееся сознание, думая. Значит, он принял на себя раны Айлет. И, в любом случае, он жив. Значит, Айлет точно должна быть в порядке...
«Нет, можно ли быть уверенным?»
Он не до конца понимал механизм «Стража» Айлет. Что, если существует порог, установленный так, чтобы боль и повреждения, превышающие определённый уровень, не передавались? Он не мог не быть предельно осторожным, когда дело касалось всего, связанного с Айлет Роделин.
Дрожащий голос вырвался из его залитых кровью губ.
— Ай...
Ответа не последовало — то ли из-за тихого голоса. Он позвал снова.
— Айлет.
И ещё раз.
— Айлет Роделин.
Почему? Его сердце, которое должно было замедлиться из-за потери такого количества крови, билось так, будто вот-вот разорвётся. Святой Меч, резонируя с его тревожным сердцебиением, передавал эту вибрацию. Лёгкая дрожь. Однако внутри него содрогалась сама ось земли. В какой-то момент тень от Святого Меча на полу странно изменилась.
Хотя на эфесе Святого Меча была вставлена синяя квадратная яшма, тень отбрасывала красный свет. Именно тогда...
— Почему вы все так покалечены?
— ...!
Знакомый голос пронзил уши всех присутствующих. Из облака мутной пыли вышла Святая. По мере её шагов силуэт обретал всё больше цвета. Айлет, держащая на руках принцессу Селестину, предстала перед взорами всех. За исключением изодранной формы паладина, с ней всё было в порядке.
— Исцеление.
Мощная божественная сила мгновенно исцелила тяжелораненых одного за другим.
— Айлет!
— Сестра!
Голоса союзников, звавших её, были совершенно иными, чем прежде.
Анаксия обратилась к Айлет, выдавая своё раздражение.
— У тебя и правда крепкая кожа на спине, Карающая Зло.
— Эй, это было очень больно. Я тоже разомну тебе спину, так что готовься.
— Ты сама будь осторожна. В тот миг, когда ты покажешь мне спину, я разорву её.
— О чём это ты? У меня нет спины, которую можно было бы показывать такой, как ты.
Айлет, проговорив это словно выплюнув слова, доверила Селестину Хестио.
В тот момент тонкая рука вцепилась в руку Айлет.
— Постойте минутку!
— Ваше Высочество? — переспросила она.
И тут...
— С-спасите...!
Внезапно прозвучала отчаянная мольба о спасении.
При этих словах Анаксия подняла уголки рта.
— Да, не забывай. У меня всё ещё есть один заложник в руках!
— Угх, а-а!
Анаксия подвесила принца Хадела высоко под потолком тронного зала и заставила его двигаться как маятник. Хадел закричал и потерял сознание.
— Хм.
Айлет не стала скрывать своё недовольное выражение лица. В оригинале принц Хадел несколько раз пытался убить Тесилида, обманывая его, и даже заставил сражаться с Рейвином нечестным приказом. Для Айлет он был злодеем человеческой расы.
Айлет сказала Селестине:
— Я знаю, что вы не в лучших отношениях, но вы всё же кровная родня? Думаю, вам стоит считать своего брата с раздвоением личности случайной жертвой и ладить со своим добрым сводным братом.
— О, я не прошу вас спасти брата.
— Правда?
На этом месте Айлет следовало бы подготовиться морально, а не спрашивать так беззащитно.
— Пожалуйста, спасите Биа... Бьянку!
— ...Что?
Раздалось два переспрашивающих голоса.
Принс спросил вместо окаменевшей Айлет.
— Ваше Высочество, сейчас... Что вы только что сказали?
— Бьянка Джиллет, моя приближённая горничная, заточена в зеркале Анаксии. Пожалуйста, спасите её!
— ...
Глаза Принса изменились, его обычно мягкая атмосфера стала свирепой.
Однако он не мог сравниться с Айлет.
— Биа...
— ...
— Ты тронула Биа...
— ...
Её перидотовые глаза, казалось, покрылись льдом.
Анаксия, разобравшись в ситуации, разразилась радостным смехом.
— Ты знаешь ту хорошенькую служанку? Это будет очень интересно.
— Что ты сделала с Биа?
Голос, задавший вопрос, был спокоен. Однако ярость, густым слоем лежавшая под этим спокойствием, была очевидна. Она была настолько насыщенной, что щекотала обоняние демона. Анаксия улыбнулась, широко растянув уголки глаз.
— Я её проучила, потому что она не слушалась.
— ...Проучила?
— Да. Заковала запястья и лодыжки цепями и заперла в тесном пространстве размером с гроб.
— Когда, с каких пор?
— А? Сразу после того, как вы похитили королевскую семью, значит, около недели назад?
— ...
— Ах, как и следовало ожидать, у меня такой глаз, что я сразу распознаю полезные вещи. Так какие у вас отношения? Подруги? Драгоценная? Насколько? Сильно? А? А?
— ...
— Пфф! Какой смысл не отвечать? У тебя же всё на лице написано. Что же делать? Та хорошенькая служанка, кажется, хрупкая дворянка, выросшая в неге. Может, прямо сейчас плачет, причитая: «Анаксия, прости меня!»...