Онлайн чтение книги Увлечение (1995) A Fling 1995
1 - 26

Глава 26 

Джу Ран онни говорила, что у любви тоже есть своё время. Особенно о безответной любви она говорила как о чем-то временном, как об особой форме любви, на которую способны лишь юные и чистые сердца. И что, только пережив такую любовь, человек по-настоящему становится взрослым.

Конечно, в конце этих историй всегда следовало наставление о том, что наша младшенькая должна встретить хорошего парня, полюбить, быть любимой, выйти замуж, родить детей и жить счастливо.

Ми Ран достала из сумки дневник и открыла его. В трясущемся автобусе, с раскрасневшимися щеками, она покусывала кончик ручки и начала записывать события прошлой ночи.

Ей не хотелось забывать Андре до конца своей жизни.

***

Позавтракав на скорую руку в Итхэвоне, Андре толкнул дверь бара «Кактус» ровно в одиннадцать, как только они открылись.

— Добро пожаловать! Welcome to Cactus!

Сотрудник, весело поприветствовавший его, был не тем, что вчера. Когда Андре подошел к стойке, тот схватил меню и жестом указал на зал.

— This way, please!

— Я пришел кое-что спросить.

Глаза сотрудника с бейджиком «Майкл» вылезли из орбит, как у лягушки.

— Вау, вы так хорошо говорите по-корейски.

— Спасибо. Вчера я забыл... потерял здесь черный клатч. Скажите, к вам не поступало потерянных сумок?

— ...!

Майкл, разинув рот и наблюдая за говорящим по-корейски иностранцем, вместо ответа захлопал в ладоши и показал большой палец, когда Андре слегка приподнял бровь в ожидании ответа.

— Вау, просто супер! Впервые вижу иностранца, который так хорошо говорит по-корейски. Только «поступало» — это не про сумки, а...

— ...Так что насчет потерянных вещей?

Когда Андре перебил его и повторил вопрос, Майкл хлопнул себя по лбу.

— Ах, вот ведь моя голова. Вот всё, что нашли.

Он порылся под прилавком, достал прямоугольную плетеную корзину и поставил её на стойку.

При виде корзины Андре облегченно вздохнул. Хорошо, что он пришел сюда первым делом. Среди одной туфли на шпильке, косметики, очков и рюкзаков торчал черный клатч, который он тут же вытащил.

— А, так это вы потеряли. Сказали, что клиент нашел его вчера в туалете.

Андре молча расстегнул молнию на клатче. Сотрудник тут же торопливо затараторил, словно оправдываясь:

— Нам пришлось заглянуть внутрь, чтобы найти способ с вами связаться, но наличных там не было.

— Всё в порядке. Спасибо, что сохранили сумку.

То, что наличные исчезнут, он и так предполагал. Главное, что паспорт, удостоверение личности и, самое важное, кредитные карты были на месте. Зная, что в мире не так много стран, где можно вернуть потерянную сумку, он испытал лишь облегчение.

Вернувшись в отель «Dragon Valley», Андре с удовольствием принял душ в просторной ванной, вместо той тесной каморки в мансарде, где он даже не мог выпрямиться. Затем, накинув белый банный халат, он рухнул на кровать размера «king-size».

В самолете он не спал, так что за последние двое суток ему удалось сомкнуть глаза лишь на пару часов в мансарде. Видимо, череда событий, случившихся еще до того, как он успел оправиться от усталости после марш-броска, сильно его вымотала. Он сам не заметил, как уснул, а когда открыл глаза, в комнате уже сгущались сумерки.

Красные цифры на будильнике у кровати показывали 18:40. Из-за пропущенного обеда он почувствовал легкий голод.

Переодевшись, Андре спустился в лобби, чтобы поужинать. Отель «Dragon Valley», расположенный на территории 8-й армии США в Ёнсане, предназначался для американских военных и их семей. Однако, поскольку стейки в местном ресторане прославились, сюда часто заглядывали богатые и влиятельные корейцы, имеющие связи. Поэтому в ресторане западной кухни и в буфете было многолюдно: корейцы и американцы сидели вперемешку.

«Надо было заказать обслуживание в номер».

Желая поужинать в тишине, он направился в менее людный бар. Но стоило ему войти, как он заметил троих знакомых офицеров. Все они были женаты, оставив жен и детей на родине. Но здесь, в глубине кабинок, они сидели с молодыми и красивыми кореянками.

Кто-то бесстыдно кивнул ему в знак приветствия, кто-то отвел взгляд, делая вид, что не заметил. Зрелище, мимо которого он раньше проходил равнодушно, почему-то вызвало неприятный привкус во рту.

Андре вышел из отеля и направился в Итхэвон. Спокойный ужин в месте, где не нужно смотреть на всё это. Вот и всё, чего он хотел.

Так он думал.

Но в тот момент, когда он увидел автобус, идущий в Пхои-дон, стоящий посреди шумного Итхэвона, Андре сам не заметил, как побежал. И заскочил в автобус за мгновение до того, как закрылись двери.

Оказавшись внутри, он сам был в шоке от своего внезапного поступка и с отсутствующим видом застыл перед кассой. Водитель, собиравшийся закрыть дверь, растерянно открывал и закрывал рот при виде огромного иностранца. Пытаясь что-то сказать, он в итоге махнул рукой, жестом показывая проходить в салон.

— ...No, thank you.

В тот момент, когда Андре покачал головой и обернулся, чтобы выйти, двери закрылись, и автобус тронулся.

С досадой во взгляде он оплатил проезд и плюхнулся на ближайшее сиденье, пробормотав ругательство, похожее на глубокий вздох.

— Fuck.

С ума сошел, что ли.

Глядя на удаляющиеся улицы Итхэвона за окном, Андре горько усмехнулся. Невозможность предсказать или контролировать свои собственные действия... Внезапно накатило чувство опасности. Импульсивные поступки вызывали сильную зависимость.

Появилась мысль, что лучше поменять билет на более ранний рейс и вернуться в Нью-Йорк. Он сейчас был не в себе. Ничем не отличался от тупых мужланов, позволяющих члену управлять мозгами.

Воспоминания о прошлой ночи, казалось, захватили его подсознание: чем больше он пытался их стереть, тем ярче они всплывали. И каждый раз ему приходилось изо всех сил усмирять своё тело, которое реагировало с бесстыдной честностью, заявляя о себе тяжелой пульсацией.

Андре отчаянно искал оправдания своему нелепому поведению.

«У здорового мужчины есть сексуальные потребности. Это факт, который не нужно отрицать».

«Слишком долго я не встречался с женщинами».

«Это всё из-за накопившегося напряжения, которое я не мог сбросить».

Он медленно вдохнул и выдохнул, успокаиваясь. Не стоит всё усложнять. Если это вопрос физиологической потребности... то всё даже проще.

«30 минут».

Андре решил подождать перед домом Ми Ран ровно 30 минут. Он не знал, во сколько она возвращается домой, и они не договаривались о встрече. Так что вероятность случайно встретить её у дома была ничтожно мала.

Если он не встретит её за 30 минут, то вернется в отель. И на этом единственное отклонение в жизни Андре де Лафайета будет аккуратно завершено.

Но если за эти 30 минут случится чудо и он встретит Ми Ран... Он решил позволить себе сойти с орбиты еще ровно один раз.

«Конечно, если она захочет».

Вспомнив взгляд, которым смотрела на него Ми Ран, Андре наконец слабо улыбнулся. Вероятность того, что она ему откажет, была ничтожна.

Сойдя с автобуса в Пхои-доне, Андре уверенно свернул в знакомый переулок. Солнце уже село, и было темно, но в этом районе фонари казались расположенными особенно далеко друг от друга.

«Безопасно ли женщине одной ходить по таким темным переулкам?»

Андре внимательно осмотрелся, словно видя всё впервые. Переулок был безлюдным.

Для Андре, который никогда не чувствовал физической угрозы, даже гуляя по трущобам Манхэттена или фавелам возле военной базы, этот вопрос был довольно непривычным. Он никогда глубоко не задумывался о том, как справляются с угрозами те, кто физически слабее его.

Погруженный в раздумья, Андре заметил маленький магазинчик, где Ми Ран в прошлый раз покупала соджу. Свет от старой зеленой вывески с надписью «Супермаркет Ёнджи» довольно ярко освещал окрестности. Магазин Ёнджи находился в стратегически важном месте — ровно посередине между мансардой и главной дорогой.

Для гражданских, не военных, лучшей тактикой в случае опасности было не прямое столкновение, а максимально быстрая эвакуация. Так что это место вполне могло служить бункером, нет, убежищем. Андре открыл низкую раздвижную дверь. Пригнув голову, чтобы не удариться о дверной косяк, доходивший ему только до груди, он вошел внутрь.

— О господи!

Женщина средних лет с короткой завивкой, сидевшая за прилавком, увидев его, в испуге прижала руку к груди и тревожно забегала глазами.