Контент удален!

    В первый день пребывания здесь, учитывая сложившуюся ситуацию, он не мог как следует во всем разобраться. Хейло иногда терялся от удивления при виде новых достопримечательностей.  Ничто не казалось ему знакомым. Во время его второго визита в этот район он почувствовал, что он отличается от вчерашнего.

    Забудьте о том, что он сказал о Нью-Йорке.

    Если Нью-Йорк производит сильное впечатление величественности, гламура и порядка, то это место переполнено жизненной силой и эмоциями, а не гламуром. Молодежь, люди, страсть, музыка – грубые, но красивые вещи привлекали его внимание.

    Магазины и киоски выстроились по обеим сторонам улицы.

    На одной стороне молодые люди готовились к уличным выступлениям.

    Хейло не мог двинуться с места.

   Он был рад этой энергии, которая так отличалась от вечеринок или церемоний награждения.

-Эй, Но Хэ Иль, что ты делаешь? Поторопись. Ты впервые в Хондэ? Ты же говорил, что тоже хочешь чем-то заняться.

-Это правда, но...

 

    Ему не казалось, что это нужно сделать прямо сейчас.

    Чон Джин Су, не в силах больше смотреть на его черепашью походку, поторопил его.

-Поторопись, а то я уйду.

    "Вот же нетерпеливый засранец."

    Даже если он бывал здесь нечасто, его, как музыканта, не могла не тронуть эта атмосфера.

    Чон Джин Су шагал впереди, как солдат. "В наше время у молодежи совсем нет чувств"

 

    Хейло то смотрел на Чон Джин Су, то переводил взгляд на людей на улице, но в конце концов отбросил сомнения. Теперь, когда он знал, как сюда добраться, он решил, что в следующий раз придет один.

-Привет, друг Джин Су? Мы снова увиделись.

-Привет.

    Они встретили хенов Чон Джин Су перед входом в студию. Увидев на земле бесчисленные окурки, Хейло понял, откуда взялись слухи о том, что Чон Джин Су курит.

 

    В студии он этого не заметил, но хены были заядлыми курильщиками.

-Когда вы, хены, идете на работу?

    Когда Чон Джин Су обвел их взглядом и спросил, двое из них просияли, и только один помрачнел. 

-Я сегодня не работаю.

-Я безработный.

-...Черт.

-Похоже, только Гон Хак хен пойдет на работу. Хе-хе.

-Смешно тебе? – парировал мужчина с короткой стрижкой, больше похожий на солдата или фитнес-тренера, чем на члена группы. Несмотря на его внушительные габариты, Чон Джин Су расхохотался.

-Сейчас смеешься, да? Скоро твоя очередь.

-Хен, я скоро стану старшеклассником, знаешь ли?

-И это все, что ты можешь сказать?

    Другой мужчина спокойно стряхнул пепел с сигареты.

-Эй, они родились, когда мы еще учились в средней школе.

-Ого. Вы совсем еще дети.

    Они по очереди посмотрели на Чон Джин Су и Но Хэ Иля, не переставая удивляться. Затем затушили сигареты. Они чувствовали себя виноватыми, как будто курили в присутствии младенцев. Их мучила совесть.

  

-Ладно, пойдем. Приветствуем наших друзей-нубов. Кажется, в прошлый раз я не расслышал, как тебя зовут, друг Джин Су?

  

-...Но Хэ Иль.

    "Что значит "нуб"?"

 

    Судя по интонации, это было не самое приятное слово, и когда Хейло приподнял бровь, мужчина с дредами ухмыльнулся. Он явно смотрел на него как на ребенка, и Хейло это не понравилось.

-Я Хан Джи Ен. Можешь звать меня Джи Ен хен. Я диджей в клубе Hongdae First, и, эм... Вот и все, что я хотел сказать. Зачем сюда пришел наш друг Хэ Иль?

-...

    Вместо ответа Хейло пристально посмотрел на пальцы Хан Джи Ена. Пальцы у него были длинные и тонкие, утолщенные к ногтям и с мозолями. Эта рука была ему знакома.

-Гитарист?

-Хм?

-Ты, кажется, и на басу неплохо играешь. А какой твой основной инструмент?

-Ну... бас, конечно.

    Заметив, что Хейло пристально смотрит на его руки, Хан Джи Ен сжал кулаки. Не то чтобы его руки были в крови, но выглядел он так, будто сделал что-то нехорошее.

-В коллективе только вы трое?

-В коллективе? Ты имеешь в виду в группе? Да, нас только трое.

-Тогда кто у вас вокалист?

-Наш друг, похоже, очень интересуется группой?

    Нет ничего странного в том, что в группе всего три человека. Будь их трое, четверо или пятеро, для создания музыки количество не имеет значения.

    Но Хейло не увидел здесь никого с таким мощным голосом и харизмой, как у типичного вокалиста.

    Поэтому, когда он уже собирался задать вопрос, Хан Джи Ен прервал его и быстро направился к студии.

   "Почему он избегает этой темы?"

    Всем было очевидно, что он пытается уйти от ответа на вопрос.

    "Он ушел? Нет, если бы это было так, у них бы не было студии. Значит, они распались?"

 

    В этом нет ничего необычного. Рок-группы постоянно распадаются. 

 

    Особенно если нет никаких контрактов, группа может распасться сегодня, даже если вчера все было хорошо. 

 

    Даже у самых близких друзей могут возникать разногласия, так почему же этого не может быть у группы людей с сильными характерами?

 

    Хан Джи Ен, который не хотел подробно говорить о своей группе, был похож на тех, кто обычно пребывал в таком состоянии после распада группы или непосредственно перед ним. 

  

    "Но, кажется, он не настроен серьезно."

    Если не считать его неоднозначного поведения, все чувствовали себя комфортно. Хейло не ощущал той напряженной атмосферы, которая обычно бывает перед распадам. 

 

    К тому же Чон Джин Су, который давно знал этих ребят, разговаривал с человеком, которого называл Гон Хак хеном. 

 

    Его лицо то озарялось, то мрачнело, как будто он получал обратную связь по записи. 

 

    Если бы они собирались разойтись, посторонний человек не стал бы здесь околачиваться. 

 

    "Ну, может, они не расходятся."

 

-Хей, ты знаешь об этом?

 

    Хан Джи Ен, который рылся в шкафу, достал альбом и показал его. 

 

    При ближайшем рассмотрении оказалось, что он выпущен после 1980-х. Довольно старый альбом по нынешним меркам.

-Что это?

-Что значит "что это"! Это первое издание третьего лонгплея[1] Хван Рен Пиля!

-...

-Неужели нынешние дети не знают Хван Рен Пиля? Это большая редкость. Если выставить его на аукцион, он будет стоить целое состояние!

 

    Хейло не знал, кто такой Хван Рен Пиль, но, судя по реакции, это известный певец. Хейло, получивший альбом от Хан Джи Ена, вскоре обнаружил кое-что необычное.

 

-Он разделен на части.

 

    Нет такого правила, что альбомы должны быть такими, но редко их выпускают разделеными на части. Другими словами, "зачем это нужно?". Тем более что там не одна и не две песни.

 

-На это есть причина. Возможно, на компакт-диске они собраны вместе, но изначально альбом был разделен на две части.

-Почему?

-Хм. Дело не в какой-то конкретной причине, а в том, что в те времена певцы редко включали в альбомы свои собственные песни, поэтому структура была такой. Агентства... так поступали со взрослыми исполнителями.

-А.

    Хейло сразу понял. Ситуация была ему знакома.

 

    Короче говоря, звукозаписывающая компания была против того, чтобы певец сам писал песни для своего альбома, и в качестве компромисса разделила его на две части. 

-То есть вторая часть – это и есть настоящий альбом, который хотел выпустить певец?

-Верно.

   "Я снова задумался. Куда ни глянь, везде одно и то же."

 

    "Похоже, что и здесь звукозаписывающие компании вмешиваются в дела певцов до такой степени, что те не могут выпускать альбомы со своими песнями."

    "Не понимаю, почему они так лезут в их дела, ведь певцы просто пытаюсь делать свою музыку."

 

    Если бы на их месте был Хейло, он бы до последнего боролся за вторую часть и за все остальное. Чтобы его альбом состоял из чужих песен, а не из его собственных? Неприемлемо.

    "Конечно, я гораздо больше боролся за жанры и форматы, чем за структуру альбома."

    "Эта музыка непривычна, она звучит как детские песенки, слишком длинная. Что с классической музыкой в поп-музыке?"

    Он добился успеха без чьей-либо помощи, но почему ему так много чего запрещали? Они пытались переделывать его песни по своему усмотрению. Они поучали его.

    В мире не было никого, кто был бы на его стороне, и ему приходилось бороться в одиночку. После всех этих испытаний стало немного легче.

-Куда я поставил проигрыватель? Эй, Гон Хак, где проигрыватель?

    Хан Джи Ен искал проигрыватель, чтобы поставить пластинку, особенно первое издание.

-Я не знаю. Под диваном?

-С чего бы ему там быть? В любом случае. Есть что-нибудь, что ты хотел бы послушать? Название, которое тебе нравится, или что-то такое.

-Хм.

    Больше всего Хейло хотелось послушать, конечно, вторую сторону.

    Начиная с того, что это был альбом, который изначально хотел записать певец, и заканчивая названиями песен – все было ему по душе.

1. Для тебя, кто ушел

2. Взлет

:

6. Свобода от Великого

    Может, они похожи?

-Ну, может, мы просто послушаем с самого начала?

    Однако Хейло решил приберечь вторую сторону на потом.

    Еще не поздно послушать ее после того, как он увидит, насколько хороша первая сторона, которую певец был вынужден включить.

            # # #

    Когда-нибудь ради тебя

    Я стану ветром и подниму твои крылья

    Я стану облаками и разгоню дождь и ветер

    Чтобы ты, сбившийся с пути, снова смог взлететь

    Я стану Большой Медведицей и разгоню тьму

    Ради меня, ради этого мира

    Пожалуйста, люби все вокруг.

   Если до этого он слушал в основном музыку на знакомых языках, то теперь почувствовал, что язык не сковывает его.

    Или это потому, что его тело помнит этот язык?

    "Взлет."

    Песня с таким названием, на которую Хейло поначалу не обратил внимания, показала, на что способен этот певец. Мощный вокал после ритмичной прелюдии. Головной голос и фальцет плавно перетекают друг в друга, а эффект приглушения оставляет глубокое, неизгладимое впечатление.

    В одной песне можно уловить множество смыслов.

 

    Одно можно сказать наверняка: автор этого альбома – человек, который умеет обращаться со звуком. Его чувство звука настолько выдающееся, что ему есть чему поучиться.

    Более того, драматическая композиция песни, в которой звучала надежда на лучшее в сложной и безрадостной обстановке, чем-то напоминала его музыку, и это вызывало у него странное чувство.

    "В очень далекой стране кто-то создал ту же музыку, что и я."

 

    Трудно объяснить, на что похоже это чувство.

 

    Это как встретить долгожданного друга и разделить с ним вкусный ужин.

-Разве "Взлет" не потрясающая? У меня до сих пор мурашки по коже, когда я слышу этот квартет[2].

-Квартет?

-Ну, знаешь, та часть, где они переходят с чистого голоса на фальцет[3]. Как акапелла[4].

-Я понимаю, о чем ты, но это не квартет.

    Хейло не понял, что он имел в виду, когда сказал "квартет".

-Это квинтет[5].

-Квинтет?

-Да.

-Не квартет?

    Хан Джи Ен не мог поспорить с его чрезмерной самоуверенностью.

    "Хотя я почти уверен, что это квартет."

    "Я столько раз его слушал."

    Хан Джи Ен, желая убедиться, что это квартет, тут же включил телефон.

Когда он набрал [Хван Рен Пиль, квартет Взлет], на него посыпались результаты поиска.

    "Видишь, я был прав."

    Он пожал плечами и подумал о том, что его это задело.

    "Сколько лет я занимаюсь музыкой, а меня задела самоуверенность какого-то подростка."

    Потом он увидел рецензию.

    Это была рецензия известного критика, специализирующегося на вокальной музыке.

    [Прежде всего, нельзя не отметить певческие способности Хван Рен Пиля. Гармония хора и квинтета – это многослойность и удвоение голоса Хван Рен Пиля.]

-Подождика, это квинтет?

    Не в силах поверить в это, он стал искать квинтет.

    В Интернете остались следы клавиатурной войны, когда люди спорили, был ли это квартет или квинтет, и имело ли это вообще значение.

    Ответ был таков, что это был квинтет.

-Ты что слушаешь ее не впервые? Или ты понял это с первого раза?

-Да, – небрежно бросил Хейло и продолжил слушать песню Хван Рен Пиля.

    "Неужели я хуже ребенка, который слышал ее всего один раз?"

   Он был потрясен, но все же попытался как-то это осмыслить.

-Хэ Иль, у тебя хороший слух.

-У меня хороший слух. Я просто слушал внимательно.

-Ха-ха, правда?

    "Не могу с тобой согласиться."

    "Я слушаю ее время от времени уже двадцать лет и ни разу не подумал, что это квинтет."

    Внезапно Хан Джи Ен вспомнил о том участнике, который ушел из группы. Этот несчастный ублюдок, который сбежал, сказав, что с ними не сможет ничего добиться. Тогда он этого не понимал, но теперь видел, что он был прав.

-Эй, не хочешь научиться играть на музыкальных инструментах?

 

    Он сказал это импульсивно, потому что у Хэ Иля, похоже, был хороший слух и он интересовался музыкой.

 

    Он ожидал положительного или вопросительного ответа. Но реакция была странной.

 

    Хейло посмотрел на Хан Джи Ена с явным нежеланием. Как будто хотел сказать: "Ты?"

 

    Хан Джи Ен почувствовал себя оскорбленным, как будто он смотрел на него свысока.

-Хотя сейчас я успешный диджей. В молодости я довольно долго играл в группе. Ты умеешь играть на каком-нибудь инструменте? Похоже, ты интересуешься музыкой. Я научу тебя, потому что ты друг Джин Су.

 

    "Что он сейчас говорит?"

 

    Хейло покачал головой. Он был уже не в том возрасте, чтобы учиться чему-то у кого-то, и он уже умел играть на гитаре и бас-гитаре.

 

-Не нужно.

-Тогда ничего не поделаешь.

 

    Хан Джи Ен, казалось, не расстроился из-за отказа, как будто в этом не было ничего особенного. Он просто сказал это с улыбкой.

-Потом не пожалеешь? Ты можешь быть очень популярен у девушек, если хорошо играешь на бас-гитаре.

-Хм.

-О, ты мне не веришь.

    Хан Джи Ен от души рассмеялся.

 

    Хейло уже собирался уйти, но тут ему в голову пришла хорошая идея.

 

-Ну, если ты мне покажешь, я, может быть, передумаю.

 

    "Да, хочу посмотреть, как хорошо играет этот парень."

 

    Хейло не сводил глаз с его смущенного лица.

 

-Если ты не уверен в себе, ничего не поделаешь.

 

-Ты...

 

    Хан Джи Ен смутился от неожиданной провокации.

 

    Это было не так уж неприятно. Если бы это сказал кто-то незнакомый, он бы расстроился, но в словах ученика средней школы сквозило милое высокомерие.

    Однако он не ожидал услышать такое и хотел врезать ему, но в то же время подумывал о том, чтобы проучить его. 

-Пфхаха!

    Сзади послышался смех. Ким Док Су, длинноволосый парень, который сидел в углу и что-то читал, холодно рассмеялся. 

-Эй, Джи Ен, неужели ты хочешь проигнорировать друга Джин Су?

-Конечно, нет. Я ведь не на том уровне, чтобы на меня смотрели свысока.

-Ты не можешь этого допустить. Давай, лидер, преподай этому выскочке урок.

    Он помахал Хан Джи Ену с таким видом, будто наблюдал за чем-то забавным.

-Ну что, показать тебе разок?

    Хан Джи Ен игриво закатал рукава.

   Под ними обнаружилась татуировка на латыни.

    [Dum spíro, spéro]

    Хейло поставил проигрыватель на место и скрестил руки на груди.

    Он мог бы послушать его позже, но ему хотелось посмотреть, на что способен этот заносчивый юнец, который сказал, что научит его играть. 

    Хан Джи Ен немного помедлил, но не смог устоять перед соблазном. Он взял бас-гитару и положил руку на струны.

    А потом начал играть.

    Нет, он остановился, не успев начать.

-!

    Хейло приподнял бровь. 

 

    "Так и думал, похоже, он давно не играл на басу." 

 

    Дрожащие руки заставляли нервничать даже зрителей. 

    Хан Джи Ен закусил губу, словно понимая, что очень нервничает. Тем не менее его руки продолжали трястись. 

 

-Я, я... 

 

    "Он ужасен."

 

    Хейло уже собирался вздохнуть. 

 

-Бррр...

    Послышался неожиданный звук. 

 

    Напряженная атмосфера разрядилась. 

 

    Хан Джи Ен и Ким Док Су повернули головы на звук, и Хейло тоже посмотрел на Чон Джин Су. 

-Это не я?

 

    Виновник с покрасневшими ушами принялся все отрицать. 

 

-Говорю же, это был не я!

 

-Да, если он так настаивает, что это не он, мы должны хотя бы раз ему поверить. 

 

    Все уже собирались отвернуться, но тут снова послышался бурчащий звук, словно в подтверждение того, что он прав. На этот раз двигаться дальше было сложно, и в студии воцарилась тишина. 

    "Что мне сказать? Это было похоже на скетч."

    Лицо Чон Джин Су становилось все краснее и краснее.

-Джин Су, ну ты даешь.

 

    Первым расхохотался Хан Джи Ен, который, естественно, опустил бас-гитару. Затем один за другим начали смеяться и остальные.

-Джин Су, ты голоден? Может, сходим куда-нибудь поедим?

-Я не голоден...

-Который час? Уже шесть часов. Неудивительно, что ты проголодался. Гон Хак, когда тебе на работу?

-Скоро. Пойдем поедим.

-Джин Су, что бы ты хотел съесть?

-Я же говорю, я не голоден?

-А как насчет Хэ Иля?

    Когда он пожал плечами, Хан Джи Ен почесал щеку и спросил:

-Может, нам стоит съесть свиную грудинку? Я куплю ее тебе.

-О! Хен, я с удовольствием съем.

    Последовал быстрый ответ.

-Джин Су, но ты же сказал, что не голоден.

-Даже если я не голоден, я съем бесплатную свиную грудинку.

-Какой милый парень.

    Все собрались уходить.

    Чон Джин Су, который подошел к Хейло, толкнул его локтем. Когда он отступил, чувствуя себя неловко, парень лукаво сказал:

-Эй, ты ешь свиную грудинку благодаря мне.

-...

-Ты должен быть благодарен.

    "Этот безмозглый придурок."

 

[1] Лонгплей – музыкальный альбом (LP) или формат звукозаписи на грампластинке, рассчитанный на воспроизведение в течение 35-40 минут и более (обычно от 7 до 12 треков).

[2] Квартет – музыкальный ансамбль из четырёх исполнителей (вокалистов или инструменталистов), а также музыкальное произведение, написанное для четырёх голосов или инструментов.

[3] Фальцет – самый высокий регистр певческого голоса, при котором звук извлекается за счет колебания только краев (крайних слоев) голосовых связок.

[4] Акапелла – вокальное исполнение музыкального произведения (чаще всего многоголосное) без какого-либо инструментального сопровождения.

[5] Квинтет – музыкальный ансамбль из пяти исполнителей (вокалистов или инструменталистов), а также музыкальное произведение, написанное для пяти голосов или инструментов.