Оцените Дядька, свалившийся мне на голову

Мать называла меня обузой. Тётя называла меня счастьем. В девять лет, поняв, что больше так жить нельзя, я взяла за руку ту, кто считал меня своим счастьем. Уехав с тётей на остров Чеджу, я впервые в жизни испытала многое: первую новую школу, первого друга, первую драку и… первую любовь. — Что за сезон папоротниковых дождей? — Время весенних дождей. Здесь его так называют. — Почему? — Потому что под этим дождём папоротник вырастает сочным и упругим. В глазах мужчины мелькнуло озорство. А когда он улыбнулся, то стал похож на моего ровесника — совсем как мальчишка. — Ты ведь это выдумала? — Вовсе нет! — Что-то я не слышал, чтобы здешний папоротник чем-то славился. — И что с того? Если вы, аджосси,…

Казалось, весь мир сговорился, чтобы поиздеваться над Хё Син. Страна рухнула, родители её бросили, а стоило ей вспомнить о своей участи служанки, обречённой на вечные побои и унижения, как внутри словно разгоралось адское пламя. — Думаешь, выберешься за пределы Чосона и перестанешь быть рабыней? Самым большим поленом, брошенным в это пекло, несомненно, был холодный взгляд молодого господина, Юн Сан Ёна. Его аристократическое высокомерие, когда он смотрел сверху вниз, словно снисходя до жалкого ничтожества. Недовольный взгляд, ясно дававший понять: он делает ей великое одолжение, просто замечая её существование. А каково было смотреть, как он небрежно щипает струны скрипки бледными, сильными пальцами?…

Уволившись с работы, она вернулась в деревню Сонхва, словно спасаясь бегством. Но с самого начала всё пошло как-то наперекосяк. То выясняется, что ремонт в доме не доделан и ей придётся пока пожить в сельсовете... То она ни с того ни с сего натыкается на голого мужика по имени У Кан Джун. — Говорю же, Кан Джун — импотент, так что всё нормально! — Что?.. — У него там вообще не стоит! Полный импотент! Говорят, ему это дело даже не интересно. Либидо вообще по нулям! Тогда что это за здоровенная штуковина, устремлённая в небеса, которую она видела? Он точно импотент?.. Может, люди всё-таки ошибаются? Нет, ну выращивать перцы и при этом быть импотентом — это же слишком грустно. — Кён Со Вон, вы же…

Флористка Ю Совон выбирает цветы на рассветном цветочном рынке придирчивее всех. Она привыкла держаться, отговариваясь тем, что всё в порядке, — и вот перед ней появляется Юн Джэук, мужчина, который видит цветок насквозь. Равнодушный, суховатый в разговоре, он раз за разом замечает её раны и тревогу. Их рассветы — сплошные стычки, начиная с того, как выбирать цветы.

※ Предупреждение: данное произведение содержит элементы и темы, которые могут вызвать дискомфорт у читателей: принудительные отношения, групповой секс с участием третьих лиц, насилие, газлайтинг, недержание, анальный секс и др. ────── К юной принцессе Лобелии, проводившей день за днём в невыносимой скуке, однажды явился незнакомый гость. — Ты сын герцога Роксуса? — Да. Акан Роксус. Мерцающие серебристые волосы, пурпурные глаза с алым отблеском — красивый юноша, прекраснее куклы. Лобелия проводит с Аканом чудесные дни. — Они говорили о герцогстве, о независимости... Может, всё дело в этом? Однако неосторожные слова Лобелии, которая всего лишь хотела сделать Акана своим товарищем по играм, обернулись…

[Предлагаю скрепить помолвкой третью дочь рода Рудиг, Аранес, и наследника рода Рейгро, Сарована.] Помолвка, заключённая по королевскому указу. Для меня она была лишь глухой высокой стеной, призванной отнять всё, что мне дорого, и лишить последней крупицы свободы. А мальчишка по ту сторону стены лишь улыбался. Кажется, чаще всего я слышала от него два слова: «Не смей». — Как же ты меня бесишь. — Прояви уважение, Нет. Я твой жених. Пусть однажды вся моя свобода и достанется тебе, свою единственную любовь я уже отдала мечу. Мечтая о том, что не дозволено женщине, я рисовала в воображении один и тот же день. День, когда я разнесу в щепки все преграды на своём пути, а его холёное, наглое лицо вытянется…