Оцените Идеальный конец мести

Случайно став свидетелями убийства в одном из ночных клубов Манхэттена, Джи А и Джэ Хи пускаются в бега. Спасаясь от преступника, они садятся на поезд и прячутся на тихом и уединённом острове Файр-Айленд, где оказываются в ловушке из-за урагана. — С сегодняшнего дня я буду твоей фанаткой. — Не надо, всё только усложнится. Стоит вбить в поисковик «знаменитость с огромным членом» — и первым делом выскакивает его фотография. Он хорош во всём, что требует работы телом, а теперь этот нежный мужчина, напевающий серенады на фоне заката, всерьёз берётся её соблазнять. — Только смотри. Не трогай. Я из-за тебя сейчас просто взорвусь. Им отведена всего одна неделя. Когда волшебное время на Файр-Айленде…

Я переселилась в тело Рейны — второстепенной героини, которой суждено погибнуть из-за маниакального преследования главного героя, принца Сезара. Если я умру, мой брат обезумеет и станет злодеем, а весь наш род вырежут под корень. Ха, в мире полно мужчин! Зачем рисковать жизнью ради того, кто меня на дух не переносит? — Вы мне совершенно не нравитесь, леди. Сезару, который со всей искренностью отвергал Рейну, я ответила не менее искренне: — Вы мне тоже, Сезар. Искренне прошу прощения за всё, что было в прошлом. Эта жизнь будет в корне отличаться от предыдущей, где я была слишком занята, чтобы хоть раз сходить на свидание. Раз уж так вышло, я буду наслаждаться жизнью на полную катушку и найду себе…

Казалось, весь мир сговорился, чтобы поиздеваться над Хё Син. Страна рухнула, родители её бросили, а стоило ей вспомнить о своей участи служанки, обречённой на вечные побои и унижения, как внутри словно разгоралось адское пламя. — Думаешь, выберешься за пределы Чосона и перестанешь быть рабыней? Самым большим поленом, брошенным в это пекло, несомненно, был холодный взгляд молодого господина, Юн Сан Ёна. Его аристократическое высокомерие, когда он смотрел сверху вниз, словно снисходя до жалкого ничтожества. Недовольный взгляд, ясно дававший понять: он делает ей великое одолжение, просто замечая её существование. А каково было смотреть, как он небрежно щипает струны скрипки бледными, сильными пальцами?…

— Я устала. Хочу всё это прекратить. Хватит. До Ук чуть склонил голову набок и едва заметно приподнял густую бровь — словно спрашивая, что это вообще значит. — Мы с тобой пятнадцать лет вместе, а встречаемся уже восемь. — Всего восемь лет. — Вот именно, целых восемь лет. Взгляд До Ука стал пугающе тяжёлым и тёмным. Но, глядя на неё этими жуткими глазами, он ласково позвал: — Джун Хи. Ты дуешься, потому что я сегодня напился? Разозлилась, что среди ночи вытащил тебя, насквозь пропахший алкоголем? Я больше не буду. Буду пиздец каким послушным. Ну прости меня. Ты ведь сама не выходишь на связь. Обещала написать, если подожду, — и нихуя. Ну и каково мне, по-твоему? Думаешь, мне не паршиво? — Мне…

Флористка Ю Совон выбирает цветы на рассветном цветочном рынке придирчивее всех. Она привыкла держаться, отговариваясь тем, что всё в порядке, — и вот перед ней появляется Юн Джэук, мужчина, который видит цветок насквозь. Равнодушный, суховатый в разговоре, он раз за разом замечает её раны и тревогу. Их рассветы — сплошные стычки, начиная с того, как выбирать цветы.

Это был идеальный брак. Прекрасная невеста, красивый и успешный жених. История, которая должна была закончиться классическим: «И жили они долго и счастливо». — Я настолько не привлекаю тебя как женщина? Если не считать того факта, что с самой первой брачной ночи муж смотрел на меня как на пустое место. — То, что ты постоянно избегаешь постели со мной... это... вообще-то повод для развода! И затем... — Хан Джи Хян! Вы признаете свою вину в убийстве Со Ын Хака? — Почему вы убили своего мужа? — У вас с Со Ын Хаком часто случались семейные ссоры? Убийство? Какое убийство? Кто кого убил? ...Я? Но я с ног до головы перепачкана в крови мужа, а на орудии преступления — мои отпечатки пальцев. Я оказалась…

Уволившись с работы, она вернулась в деревню Сонхва, словно спасаясь бегством. Но с самого начала всё пошло как-то наперекосяк. То выясняется, что ремонт в доме не доделан и ей придётся пока пожить в сельсовете... То она ни с того ни с сего натыкается на голого мужика по имени У Кан Джун. — Говорю же, Кан Джун — импотент, так что всё нормально! — Что?.. — У него там вообще не стоит! Полный импотент! Говорят, ему это дело даже не интересно. Либидо вообще по нулям! Тогда что это за здоровенная штуковина, устремлённая в небеса, которую она видела? Он точно импотент?.. Может, люди всё-таки ошибаются? Нет, ну выращивать перцы и при этом быть импотентом — это же слишком грустно. — Кён Со Вон, вы же…