По второй половине 20 века страны Азии, оправившись от последствий Второй мировой войны, начали стремительно развиваться. Одно за другим возникали «экономические чудеса» - японское и сигапурское, ряд реформ во Вьетнаме «Дом мой», Чудо на реке Ханган, превратившее Южную Корею из страны третьего мира в передовое технологически развитое государство, наконец «политика реформ и открытости» в Китае…
Неудивительно, что западные фантасты 80-х видели в Азии образ будущего человечества. Восточные мегаполисы с их небоскрёбами и неоном, смогом и собственной культурой ведения бизнеса, передовой техникой и специфическим взглядом на устройство социума стали локацией для нового жанра -- киберпанка.
Уильям Гибсон, любитель путешествий в Японию, признавал, что пока западные страны мечтали – или скорее опасались наступления киберпанка, азиаты его построили.
Японцы были только рады статусу страны наступившего будущего, который привлёк к их неоновым небоскрёбам ещё больше туристов. Да и новый в фантастике жанр отлично прижился в японской культуре, приобретя свои аутентичные черты.
Концепт локации для фильма “Бегущий по лезвию” 1982 года
Киберпанк родился в западной литературе как попытка привнести нечто новое в уже существующий жанр фантастики.
Фантастика начала и середины века рисовала будущее либо приключенческой одиссеей с космическими боями и технологиями, подозрительно похожими на магию, либо мрачной антиутопией с социально-политическим подтекстом.
Первые авторы киберпанка пытались сделать её ближе к реалиям своего времени. Впрочем, несмотря на технический прогресс, пример азиатского экономического чуда не вселял писателям надежды на счастливое будущее.
Бездушные корпорации, нацеленные на обогащение любой ценой, корпоративное рабство ( например японская система пожизненного найма), ухудшающаяся экология и низкая ценность человеческой жизни – киберпанк 80-х был убеждён, что развитие технологий не сделает жизнь простого человека лучше. Высокие технологии, но при этом ужасные условия жизни простых людей -- таков мрачный взгляд создателей киберпанка.
Сейчас некоторые любители жанра могут сказать, что киберпанк умер, потому что стал реальностью. В новом веке на смену ему пришёл посткиберпанк – менее мрачный, сконцентрированный на социальной повестке и не настолько скептичный по отношению к технологическому прогрессу.
Япония в своё время стартовала сразу с этой ступени.
Во второй половине 20-го века в страну хлынули западные книги и фильмы, неся с собой новые жанры – фантастика, фэнтези, ужасы, вестерн… В том числе и киберпанк.
Многие японские писатели, сценаристы и художники стали пробовать свои силы в новом жанре, и постепенно родился японский киберпанк, который в 90-х и начале 00-х фактически переродился в чуть ли не отдельный поджанр. В отличие от западных произведений, японский киберпанк фокусировался не на цене, которую человечеству вероятно придётся платить за технологический прогресс, а на том, как технологии будут влиять на сознание людей.
Так самый известный японский киберпанк 20-го века – манга и аниме «Призрак в доспехах» - задавался вопросом, что случится, когда роботы интеллектуально сравняются с человеком. Будет ли их сознание равноценно человеческому? Будут ли они способны проявлять эмоции и смогут ли взламывать заложенные в них программы? Может ли машина обрести душу? И не станет ли это новым витком эволюции, подобным тому, который отделил человека от обезьяны?
Философский и артхаусный «Призрак в доспехах» 90-х отлично вписался в поток западных кибертриллеров, одновременно внеся в них нечто новое и перекликаясь со старым – с предком жанра романом Филиппа Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах?».
Книга и аниме «Паприка» подходит к проблеме сознания человека и машины с другой стороны – можно ли программировать человеческий мозг так же, как машину? Ведь это отличный инструмент контроля, о котором мечтает каждое государство. Что будет, если в этот код – случайно или по чьей-то злой воле – закрадётся ошибка?
Тема контроля со стороны государства, столь любимая многими фантастами, затрагивается и в романе «Орган геноцида», перевод которого на русский язык ожидается в этом году. Все государства оправдывают контроль над обществом защитой от преступности, терроризма, тлетворного влияния неправильных идеологий. Но в какой момент защита превращается в угнетение? И можно ли защитить общество от насилия, если тяга к разрушению заложена в человеческой природе?
Впрочем, не весь японский киберпанк скрывает глубокий философский подтекст. Развлекательных произведений в этом жанре более чем достаточно. Тот же «Призрак в доспехах» после второй части начал клониться в сторону незамысловатового футурстического боевика. А ранобэ и аниме «Грязная парочка» нещадно эксплуатирует сексуальные женские образы, развлекая зрителя привлекательными героинями, беспрестанно сражающимися со злом в чрезмерно открытой одежде. Так или иначе, японский киберпанк проявил себя в самом широком диапозоне, вызывав интерес не только публики увлеченной фантастикой, но и самой широкой аудитории.
С распространением интернета границы культур размылись, и японский киберпанк естественным образом занял свою нишу в мировой культуре, оказав огромное влияние в том числе на западную культуру.
очень