Подарочные деньги необходимо отрабатывать по полной.
Раз сестра сказала, что будет запускать фейерверки, Юй Чжо тоже должен был спуститься вниз, несмотря на свое недовольство.
В Хайчэне следили за тем, чтобы никто не запускал на улицах фейерверки и не взрывал петарды. За установку и запуск взрывающихся в небе фейерверков полагался штраф. Поэтому они втроем купили кучу искрящихся и вертящихся огоньков, зажгли их и бросили на землю, где они красиво горели. Искры были разноцветными, а какие-то штучки даже проигрывали небольшую мелодию, пока крутились.
Ветер был настолько сильным и холодным, что почти резал острее ножа. Трое учеников сидели на корточках и наблюдали за вращающимися и прыгающими хлопушками.
Цзи Жан внезапно встал, сказав:
— Давайте возвращаться.
Ци Ин ответила на это небольшим: «Хмм», пока Юй Чжо многозначительно молчал.
«Я думаю, вы двое реально больные».
Вернувшись домой, они наконец-то как следует согрелись. Цзи Жан выпил несколько стаканов традиционной имбирной колы семьи Юй, пока Юй Чжо смотрел на него, как на чудовище:
— И тебе нормально это пить?
— Она вкусная.
Юй Чжо: «???»
Это был один из тех напитков, которые он ненавидел больше всего. Что у этого человека со вкусом? Почему он такой же странный, как и его родители?
Но парень не стал слишком долго раздумывать об этом и улегся обратно на диван, продолжив играть в игры.
Ци Ин вместе с Цзи Жаном сели на диван, чтобы посмотреть телевизор. Они смотрели развлекательную хоррор программу.
Ци Ин с интересом наблюдала за происходящим на экране, а Цзи Жан время от времени кормил ее конфетами. Сцена была настолько милой, что Юй Чжо почувствовал себя чужаком, пришедшим к кому-то домой в качестве гостя.
Ему было неприятно наблюдать за тем, что его сестра так близко общается с боссом, и он нарочно крикнул:
— Пап, что ты делаешь на кухне? Выйди посмотреть телевизор, здесь твоя любимая знаменитость.
С чесноком в руке Юй Чэн высунул голову с кухни и посмотрел на экран.
— Я видел этот выпуск. Почему ты опять разлегся! Посмотри на Цзи Жана и сядь нормально!
Юй Чжо: «…»
Как же он зол!
Парень агрессивно посмотрел на босса, который сразу же повернул голову в его сторону. Его ледяной взгляд был пугающим, и Юй Чжо мгновенно замер на месте. Ему пришлось вернуться к игре из-за нарастающего недовольства.
Затем он услышал, как его сестра сказала:
— Я не хочу конфеты, лучше взять дынные семечки с разными вкусами.
— Хорошо, — голос босса звучал очень мягко, будто это не он только пытался убить одним взглядом Юй Чжо.
«Мне больше не нужны подаренные на Новый год деньги, хочу, чтобы отец увидел истинное лицо этого человека», — думал про себя парень.
Ближе к вечеру роскошный новогодний стол наконец был накрыт. Ци Ин попросила Юй Чжо заранее рассказать У Инхуа о любимых блюдах Цзи Жана, таким образом некоторые из них уже можно было заметить приготовленными.
Юй Чэн и У Инхуа отличались радушием и не вызывали у людей чувства неловкости. Цзи Жан сидел между Ци Ин и Юй Чжо, а взрослые продолжали предлагать ему разные блюда и напитки, все время призывая его не стесняться, чувствовать себя как дома и есть побольше.
Такое отношение заставило его на несколько секунд зависнуть.
Он уже много лет ни с кем не ужинал в новогоднюю ночь. У него был суровый нрав, что проявлялось даже в способе мести. Наказывая других, он также наказывал и себя, желая унести всех вместе с собой в могилу.
Спустя столько лет Цзи Жан уже и забыл, каково это — праздновать Новый год.
По началу, он думал, что ему просто кто-то понравился, но сейчас же он понял, что привык к обществу этого человека.
У Инхуа положила в его миску самый большой кусок свиных ребрышек в кисло-сладком соусе.
— Цзи Жан, не висни. Этот кусочек лучше всего есть горячим. Тетушкино мастерство бесспорно. Ну же, попробуй.
По традиции семьи Юй деньги дарились за праздничным столом в канун Нового года. Юй Чэн достал из кармана три красных конверта. В начале он вручил по конверту Ци Ин и Юй Чжо, а затем последний передал Цзи Жану с улыбкой.
— Цзи Жан, поздравляю тебя с Новым годом. В следующем году ты должен усердно учиться и стараться поступить в хороший университет!
Цзи Жан на мгновение растерялся, и вместо него заговорил Юй Чжо:
— Не хочешь? Отдай мне тогда.
Юй Чэн толкнул его.
— Вонючка, ешь сиди! Когда ты сдашь тест так же хорошо, как Цзи Жан, я подарю тебе на Новый год в два раз больше денег.
«Ци Ин была права, они действительно хорошие».
Цзи Жан взял красный конверт и тихонько ответил:
— Спасибо, дядя. Я постараюсь.
Юй Чэн широко улыбнулся.
Цзи Жан был вежлив и добр, после ужина он обрел статус прилежного ученика в глазах родителей Юй Чжо.
Ему захотелось помочь убрать всю посуду, но У Инхуа отогнала его, чтобы трое детей могли вместе повеселиться. Идти на новогодний гала-фестиваль или нет — решать им, но главное, не забывать следить за своей безопасностью.
В прошлом году в Хайчэне было шоу новогодних фейерверков, а в этом планировался обратный отсчет до нового года. Для этого на площади в центре города уже некоторое время назад установили настоящие большие бронзовые часы высотой с трехэтажный дом.
Несколько крупных предприятий города участвовали в торгах за право ударить в колокол. По традиции, когда заканчивался отсчет времени, раздавался звон колокола. Люди считали, что в наступающем новом году удача будет с тем, кто в него ударит, ведь сделать это можно было лишь единожды. Конечно, чем больше у человека собиралось новогодних благословений, тем лучше.
Позже стали говорить, что всем, кто услышит первый звон колокола, будет сопутствовать удача в наступающем году, поэтому многие сбегались на центральную площадь в ожидании Нового года.
Цзи Жан собирался повести туда и Ци Ин.
Перед тем, как выйти на улицу, она забежала в свою комнату и переоделась. Девушка сняла пальто и надела красный плащ.
Когда она вышла из комнаты, У Инхуа и Юй Чэн ошарашенно посмотрели на нее:
— Инин, что на тебе надето? Плащ? Как красиво.
Ей очень шел красный цвет.
Кожа белая, черты лица утонченные, красный цвет действительно смотрелся на ней особенно хорошо.
Цзи Жан опустил взгляд и промолчал.
Когда они втроем вышли из дома, Юй Чжо отправился на поиски своих одноклассников.
Стоя под тусклым светом уличного фонаря, Цзи Жан притянул Ци Ин к себе. Он погладил ее по щеке и, как будто этого было недостаточно, спросил низким голосом:
— Что же ты делаешь в таком красивом наряде?
Она мягко и сдержанно улыбнулась.
— Готовлюсь праздновать Новый год.
Цзи Жан обхватил Ци Ин покрепче.
Ему хотелось поцеловать ее.
Вдалеке послышался звук взрывающихся хлопушек, и ветер пронесся мимо, принеся с собой клубы дыма.
Цзи Жан провел большим пальцем по уголкам ее губ и произнес:
— Закрой глаза.
Ее глаза были влажными, она моргнула, а затем сделала, как просил Цзи Жан.
Он наклонился, затаив дыхание, и нежно поцеловал ее дрожащие ресницы.
— Здесь была какая-то крошка, я убрал ее. — Он выпрямился, улыбнувшись, взял ее за руку и поймал такси, добавив: — Поехали встречать Новый год.
Ци Ин поджала губы, кивнув в ответ.
Разноцветные огни на центральной площади были ослепительными и яркими, свет был совсем как дневной. Толпы людей вели себя очень активно, а бронзовые часы с колоколом в центре можно было разглядеть издалека.
На площади также находилось много людей, которые воспользовались возможностью подзаработать денег. Повсюду стояли киоски с едой и игрушками.
Ци Ин больше всего любила так развлекаться. Ей хотелось увидеть как можно больше и попробовать все на вкус.
Цзи Жан следовал за девушкой.
Пока он наблюдал за ее улыбкой, ему казалось, что даже если небо вдруг упадет, то в этом не будет ничего страшного.
Время близилось к полуночи, разрозненная толпа постепенно перемещалась все ближе к бронзовому колоколу, а представители успешных участников торгов уже были на месте.
Ни Цзи Жану, ни Ци Ин не хотелось тесниться в толпе, поэтому они спокойно стояли во внешнем круге, ожидая звона, который и так будет им хорошо слышан. Цзи Жан попросил ее встать на круглую каменную платформу и обнял сзади, чтобы она могла хорошо разглядеть сцену колокольного звона.
Вскоре в толпе начался обратный отсчет. Начиная с десяти, Ци Ин радостно закричала.
Пять! Четыре! Три! Два! Один!
Раздался звон колоколов. Он разошелся повсюду, как водная рябь, круг за кругом. Все восторженно закричали:
— С Новым годом!
Цзи Жан обнял Ци Ин за талию, опустил голову к уху и проговорил негромко:
— Малышка, вырастай поскорее.
Встретив Новый год, они еще некоторое время провели на площади, а затем, не желая, чтобы семья Юй беспокоилась о Ци Ин, Цзи Жан отправил ее домой.
Стройное тело девушки было спрятано под красным плащом. Она напоминала эльфа, пробирающегося в обычный мир под покровом ночи.
Ци Ин держалась за уголок одежды Цзи Жана, спрашивая:
— Мы пойдем завтра смотреть на панд?
В первый день нового года ей уже захотелось посмотреть на панд.
Цзи Жан улыбнулся и коснулся кончика ее пушистой шапки.
— Хорошо.
Когда Ци Ин спускалась по лестнице, лунный свет падал на нее сквозь замерзшие ветви бегонии. Она помахала ему рукой, ее брови изогнулись в форме полумесяца.
— Я пошла, увидимся завтра.
Девушка всегда заставляла его с нетерпением ждать следующего дня.
По дороге домой Цзи Жан проверил свой телефон, обнаружив множество поздравительных сообщений и красных конвертов.
Цюй Дачжуан оставил несколько сообщений в чате:
[Брат, я слышал, что ты ездил сегодня на встречу к своим будущим родственникам?]
[Как все прошло? Доволен ли тобой тесть?]
[Юй Чжо, этот паренек ведь никак не подставлял тебя, верно?]
[С шурином всегда сложнее всего иметь дело!]
Юй Чжо, которого в чат добавила Юэ Ли, написал на это: [Цюй Дачжуан — мусор.]
[Цюй Дачжуан: Кто это??? Почему ты называешь меня мусором??? У тебя есть всего одна попытка на то, чтобы взять свои слова обратно!!!]
[Юй Чжо: *отправил эмодзи среднего пальца*]
В чате было слишком оживленно, Цзи Жан закрыл его, покачал головой и выругался.
Вернувшись домой, он помылся и лег спать, ведь завтра ему предстояло сопровождать его малышку на встречу с пандой.
В четыре часа зазвонил телефон.
Цзи Жан растерялся, подумав, что ему снится сон, поэтому первые два звонка он пропустил.
На третий раз он понял, что телефон звонил по-настоящему. Парень был настолько встревожен, что его смог разбудить простой звонок. Он прищурился, глядя в экран, и сердито ответил:
— Алло?
Из динамиков послышался дрожащий голос Цзи Цянь:
— А-Жан, дедушка умирает.
Цзи Жан мгновенно пришел в себя, перевернулся и сел на кровать.
Цзи Цянь, плача, сообщила ему адрес больницы.
Перед рассветом все вокруг было погружено в тишину. Парень торопливо переоделся и поспешил на улицу.
В больнице было светло как днем.
В коридоре у палаты собрались все члены семьи Цзи, а также многочисленные товарищи в военной форме и подчиненные.
Цзи Цянь с красными глазами ждала Цзи Жана у лифта. Увидев, как он выходит, она тут же бросилась к нему.
Цзи Жан почувствовал, как у него сжалось горло, и тихо спросил:
— Он еще здесь?
Она кивнула и негромко ответила:
— Похоже, старик... что-то задумал, вот и держится.
Цзи Жан проигнорировал людей в коридоре и направился прямо в палату.
Внутри были только врачи и медсестры, так как всех остальных старик Цзи выгнал.
В палате стоял сильный запах дезинфицирующих средств, и на аппарате отображалось слабое биение сердца. Старик лежал на кровати с полуприкрыми глазами. Услышав звук шагов, он медленно открыл их.
Цзи Жан неподвижно стоял рядом.
Взгляд старика был мутным. Тело военного, которым он когда-то гордился, теперь стало настолько худым, что можно было разглядеть почти каждую косточку. Из него постепенно уходила жизнь. Мужчина продолжал смотреть на взрослого юношу, стоящего рядом с кроватью.
Он протянул дрожащие худощавые пальцы к рукам подростка, изо всех сил пытаясь взяться за них.
Старик вспомнил, что в детстве внук больше всего любил вот так держать его за руку.
Цзи Жан немного пошевелился, осторожно обхватив его пальцы.
Мужчина открыл глаза, пытаясь разглядеть, как теперь выглядит юноша, ушедший от него много лет назад, но ничего не смог увидеть. Перед ним были лишь смутные очертания фигуры.
К счастью, руки Цзи Жана все еще были теплыми, и его тепло разливалось по сердцу старика через тонкие пальцы.
Он открыл рот, и его хриплый и слабый голос, казалось, вырывался из горла:
— А-Жан.
Свет и тень перед ним начали расплываться, и у него даже не оставалось сил на то, чтобы держать глаза открытыми, но он все равно упрямо продолжал это делать. Ему хотелось в последний раз четко увидеть эту смутную фигуру.
В голове проносилась вся жизнь.
Жизнь, полная чести, и жизнь, полная сожалений.
Уголки его рта криво изогнулись в подобии улыбки. Лишь сейчас, перед самой смертью, он понял, как много ошибок было совершено. Ошибок, которые теперь уже невозможно исправить.
Тот мальчик, которого он знал когда-то, уже так далеко ушел от него.
Старик медленно закрыл глаза.
— А-Жан... Дедушка был не прав...
Из уголков его глаз скатились мутные слезы, и руки слабо упали из ладони Цзи Жана.
Монитор сердцебиения издал резкий писк, и все, кто был за дверью, бросились внутрь.
Цзи Жан просто стоял и смотрел, как старик на кровати умирает.
Ранним утром в больнице снова стало оживленно.
Цзи Жан ни с кем не хотел разговаривать и никого не хотел слушать.
Он вышел из палаты один, долго шел по коридору, вышел из здания больницы и присел на край цветочной клумбы внизу.
Еще не рассвело, и ветер раннего утра был очень холодным.
Цзи Жан уперся локтями в колени и медленно закрыл лицо руками.
Он не плакал, просто ему было немного не по себе.
— Какой девиз у семьи Цзи? Выходи, дедушка купит тебе ружье.
— Будь преданным и храбрым! Всегда твори добро! Я буду служить Родине своим телом и защищать ее своей кровью!
— А-Жан такой умный, пойдем, дедушка купит тебе ружье. С оружием в руках ты — маленький солдат. Ты должен защищать свою страну и семью. Помнишь?
— Я помню! Дедушка, я хочу самый мощный пистолет.
— Ха-ха-ха, хорошо, что А-Жан хочет, то дедушка и купит!
Этот величественный игрушечный пистолет сопровождал его много лет, но впоследствии был им уничтожен.
Зазвонил телефон.
Это была Ци Ин.
Цзи Жан отмахнулся от своих мыслей и прокашлялся, чтобы его голос не звучал слишком глухо:
— Почему ты так рано проснулась?
Голос девушки был приглушенным и мягким:
— Мне приснился кошмар, и я немного испугалась.
Он тихонько хихикнул.
— Не бойся, я буду с тобой. Поспи немного, не кладя трубку.
Она послушно хмыкнула, сменив позу, а затем раздался тихий голос:
— Тогда я засыпаю.
— Хорошо, спи.
Из трубки послышалось размеренное дыхание, и вновь у него защемило сердце.
Теперь ему стало лучше.