Контент удален!

1 - 7

На сегодня у Берениче было запланировано два дела: поработать в офисе, а затем нанести визит на один из объектов в Уотерфорде. О встрече с Брайаном Локвудом речи не шло. Микеле и Андре тоже ничего об этом не упоминали.

Эркин подумал: может, у нее в планах появилось что-то, о чем он не в курсе? Раз уж они все равно встретились взглядами, он хотел было прояснить пару моментов, но она вдруг медленно разомкнула накрашенные красным губы.

— Микеле, может, мне самой за руль сесть? — Берениче, сверлившая Эркина немигающим взглядом, повысила голос. — Долго еще столбом стоять будешь?

— Остынь. Какой из тебя водитель.

Микеле вздрогнул от неожиданности и поспешно юркнул на водительское сиденье. В ту же секунду немой зрительный поединок между ними резко оборвался.

Как перерезанная нить, взгляд Эркина упал вниз. Он снова скользнул глазами по туфлям Берениче, садящейся в машину. «Выглядит травмоопасно». Опасения Микеле, похоже, передались и ему. Но, рассудив, что сейчас все равно ничего не изменишь, Эркин заставил себя отвернуться. «Если начнет падать, кто-нибудь да поймает».

Благодаря мастерству Микеле они успели проскочить до начала утренних пробок. Берениче вошла в бухгалтерскую контору, куда перевела свои дела сразу после Нового года.

Эркин быстро окинул взглядом просторное помещение. Сотрудников еще не было, рабочие места пустовали. Берениче сняла пальто, небрежно перекинула его через спинку стула и повернулась к нему.

— Тебе ведь сказали, что пока я в офисе или нет особых поручений, вы с Микеле и Андре дежурите по очереди? — спросила она. — Сами составьте график, а в свободное время делай что хочешь. Отдыхай, решай свои дела — мне плевать. Обедать будем вместе, а потом поедем в Уотерфорд. Так что будь здесь до полудня.

Андре еще вчера ввел его в курс дела. Если не считать времени в пути, сама по себе охрана здесь была довольно расслабленной. Берениче было достаточно одного человека под боком, чтобы тот мог спровадить любого незваного гостя, заявившегося без записи.

«Микеле и Андре, оказывается, получают зарплату ни за что», — мысленно хмыкнул Эркин. Он поднял с пола у двери свежую прессу и протянул ей. Берениче взяла верхнюю газету — «Белок Трибьюн» — и коротко кивнула на оставшуюся стопку:

— Хочешь — возьми почитай.

Куда только делась та разъяренная фурия, которая вчера вышвырнула его из машины? Эркин, морально приготовившийся терпеть любые ее закидоны как минимум до вечера, не смог скрыть легкого недоумения.

Он был уверен, что она еще пару дней будет пить ему кровь. Внезапно.

Да, они и раньше пересекались, а сам он наблюдал за ней гораздо дольше, чем она могла вообразить. Но если отбросить прошлое и судить только по вчерашнему дню и сегодняшнему утру… Пожалуй, делать окончательные выводы о ее характере было рановато, но одно Эркин знал наверняка: эта женщина абсолютно непредсказуема.

За безупречным, ярким фасадом скрывался холодный расчет. Ослепительная, искренняя улыбка, которой она одаривала всех (кроме него), контрастировала с ледяным взглядом, способным заморозить кровь. Казалось, она действует повинуясь сиюминутным капризам, но позже всегда обнаруживалась железная логика. И при этом она никогда не раскрывала свои карты до конца, заставляя окружающих изнывать от нетерпения и гадать о ее истинных мотивах.

«Удивительная особа». Наблюдать за ней было чертовски занимательно. Уж не говоря о той власти и роли, которую эта женщина играла внутри клана Валентьера.

Впервые за два года работы под прикрытием в мафии Эркин почувствовал нечто сродни искреннему любопытству. Он взял из стопки вторую газету и опустился на кожаный диван для гостей.

— Я не говорила, что читать нужно прямо здесь, — тут же отозвалась она.

— Но вы и не велели мне выйти.

В этот раз Берениче, похоже, решила просто проигнорировать его дерзость. Эркин в глубине души уже предвкушал ее колкую ответочку, но она с невозмутимым видом перелистнула страницу. Почувствовав легкое разочарование, он тоже уткнулся в свою газету.

Всю первую полосу занимала кричащая статья об отставке мэра столицы, Рокберна. До конца его срока оставалось почти два года. Отличная, в меру скандальная новость, чтобы взбодриться тоскливым утром понедельника. Сам мэр, разумеется, все отрицал. Однако общественность не сомневалась: причиной стали недавние публикации в желтой прессе. Журналисты раскопали информацию о его интрижках, связях с проститутками и тайных счетах с незаконными пожертвованиями.

Эркин быстро пробежался глазами по статье, растянувшейся аж на три полосы, как вдруг тишину офиса разорвал резкий телефонный звонок.

— Контора Валентьера, слушаю…

Он машинально глянул на часы. Половина девятого. Довольно ранний звонок, учитывая, что официально рабочий день начинался с девяти, а второй сотрудник, работавший с Берениче, еще даже не пришел.

— …Что?! Кто и что сделал?

Берениче так опешила, что рефлекторно отняла трубку от уха. Она уставилась на черный пластик с таким отвращением, будто это была физиономия звонившего, а затем снова прижала динамик к уху.

— Повторите еще… А, ясно. Значит, мне не послышалось. Да. Да, поняла. Приношу свои извинения. Если честно, я сама сейчас в легком шоке… Давайте так, я заеду к вам после обеда. Да, договорились.

Медленно опустив трубку на рычаг, Берениче замерла. С совершенно ошарашенным видом она пару раз моргнула, а затем тяжело, со свистом выдохнула. Ее грудь часто вздымалась. Она раздраженно потерла лицо ладонями, а в следующее мгновение с силой скомкала газету, которую до этого держала в руках.

Молча наблюдать за этой пантомимой было уже невозможно.

— От кого звонок? — подал голос Эркин.

— Руссо Гуччи собрал дань1 с моей территории.

— …Что?! Кто и что сделал?

Выпалив это на автомате, Эркин осознал, что слово в слово повторил ее фразу. Вчера Берениче наверняка огрызнулась бы, спросив, не заложило ли у него уши. Но сейчас она лишь обреченно махнула рукой — понимаю твою реакцию.

Она глубоко вдохнула и процедила сквозь зубы:

— Этот ублюдок Руссо прикрылся моим именем, содрал с них долю за этот месяц и свалил в туман. Он, видимо, узнал, что когда я зашиваюсь с делами, то отправляю за деньгами Андре или кого-то из солдато.

— …

— Вот же сукин сын. У меня просто слов нет…

Услышать это во второй раз было не менее дико. Первое, что пронеслось в голове у Эркина: «У Гуччи напрочь сорвало крышу». Другого логичного объяснения просто не существовало. Надо быть конченым самоубийцей, чтобы крысятничать у семьи Валентьера — одного из четырех столпов мафии Белока.

— С ума сойти. Кажется, эта новость знатно подпалила ему задницу, вот он и запаниковал.

Берениче, которая тоже была на грани нервного срыва, с такой силой запустила пальцы в свою идеальную утреннюю укладку, что та мгновенно растрепалась. Она ткнула пальцем в скомканную газету.

Статья гласила, что план реновации Второго района Джорджтауна (одного из округов Белока) окончательно утвержден. Эркин и сам прекрасно знал, что последние месяцы по всему городу ходили упорные слухи о грядущей застройке — гадали только, какой именно район пойдет под снос.

«Но при чем тут это?»

Поймав его недоуменный взгляд, Берениче снова вздохнула — она явно не рассчитывала, что все обернется именно так. Она нервно потирала шею и лоб, хмурилась и до боли закусывала губу. Вид у нее был совершенно потерянный. В итоге хаос в ее мыслях сплелся в тугой клубок, и она выложила все сама, хотя он еще даже ни о чем не спросил:

— Я как бы невзначай слила Руссо инфу, что под реновацию пойдет не Второй, а Пятый район. Он, естественно, тут же слил это Марино. Я знала, что официальные списки утвердят на выходных. Похоже, до Руссо тоже дошли слухи, что в итоге выбрали Второй район. Слухи в наших кругах разлетаются быстро.

— И дон Марино скупил землю в Пятом районе?

— Наверное? Думаю, да. И очень много. Если мои источники не врут, то не просто много, а охренеть как много. А я тем временем скупила участки во Втором, — тихо пробормотала Берениче. Она поджала губы и нарочито принялась разглядывать потолок.

Эркин быстро прикинул в уме, когда именно она начала встречаться с Брайаном. И хотя в офисе никого, кроме них, не было, он невольно понизил голос до шепота:

— Только не говорите мне… Информацию о реновации вы вытянули из своего нового любовника?

— О, а ты догадливый, — хмыкнула она.

— …

— Боже, ну и взгляд. Ты меня сейчас глазами продырявишь. — Берениче фыркнула, всем своим видом показывая: «И что ты мне сделаешь?», а затем со вздохом пояснила: — Я как-то «совершенно случайно» забыла сумочку в кабинете Брайана. И надо же было такому случиться, что именно в тот день к нему зашел старший брат. А у меня в сумочке лежал запасной жучок — остался после того, как мы с Андре обвешали прослушкой квартиру Руссо. Ну вот так вышло. Чистое совпадение.

— Ах, забыли. Совершенно случайно. Чистое совпадение…

Слушать этот наглый бред было чертовски забавно.

Эта женщина без малейшего зазрения совести призналась, что прослушивала приватный разговор двух братьев. Заметив, что Эркин, пусть и не дрогнул лицом, но явно впечатлен ее беспринципностью, Берениче поспешила оправдаться:

— И для протокола: Брайан первый позвал меня на свидание.

— И мне следует сказать вам спасибо за то, что избавили меня от лишнего вопроса?

— Сразу видно истинного католика — одно сплошное смирение и благодарность, — парировала она. — Мне твое «спасибо» ни к чему. Просто чтоб ты понимал: Брайан подкатил ко мне по указке старшего брата. Мы изначально сошлись для того, чтобы поиметь друг с друга выгоду. На этом фоне какая-то прослушка — сущие пустяки. Он-то ко мне тоже не с благими намерениями лез.

«Один идиот поперся клеить мафиози по указке брата, а вторая все просекла, подыграла и заодно их прослушала… Парочка века, блин». С трудом проглотив рвущийся наружу сарказм, Эркин спросил:

— Вы вчера упоминали, что знаете, кем работает брат Брайана.

— Стивен Джей Локвуд. Бывший прокурор, а ныне — сенатор. Мне продолжать?

***

Прим. Вербены: под данью имеются в виду деньги за защиту. Мафия приходит к малым предпринимателям и обещает, что у них не будет неприятностей, если те будут им исправно платить процентик. Так в девяностые братки ларьки и магазинчики крышевали.