Оцените Син Э

— Су Ха. А ребята, которые живут в Сеуле... они все такие же ласковые, как ты? При этих словах его красивое лицо слегка склонилось набок. Звезды, рассыпанные у него над головой, замерцали особенно ярко, словно вторя его веселью. — Нет. Сев рядом с Бо Ра, лежащей на траве, он тихо прошептал: — Это я такой... исключительно внимательный. Су Ха. Чи Суха — такой, как он и сказал: исключительно внимательный и неправдоподобно красивый. Восемнадцать лет. Дома её преследовал призрак погибшего брата, а в школе — бесконечные издевательства. Бо Ра бесповоротно влюбляется в незнакомого парня, переехавшего в дом, за которым она тайком наблюдала. Чи Суха, упавший в её сердце, словно звезда, не мог не быть тем…

В горной деревне, расположенной неподалёку от столицы, существовала одна старинная традиция: считалось, что если раз в год в течение ста дней приносить жертву Сан Гуну, то деревню ждёт процветание. — Сан Гун? Раз он требует жертву, уж не нечисть ли это? Хон Ём Ран, второй сын семьи Хон. Обладатель чарующей внешности и ядовитого языка, с которого срываются лишь колкости, именно он был избран в качестве жертвы. Прибыв в горную пещеру, чтобы провести сто дней в молитвах, Хон Ём Ран столкнулся вовсе не с похотливым чудовищем и не с посланником Сан Гуна, а с… — Я принёс поесть! Тебе покушать! Давай начнём с полезного для здоровья. Вот дикий женьшень. Стовосьмидесятилетний. …обычным местным дурачком.

Каждое лето, примерно в это же время, мне снится сон, в котором весь дом кишит змеями. Этот чертов кошмар настигал меня повсюду. Как неизбежно наступающий июнь, прямо как сейчас... "Говорят, змеи не могут проползти через заросли роз." Когда терпение было уже на исходе, в голове Хи Джэ вместе с далеким голосом пронеслись незнакомые образы. Школьная форма, ветхая калитка, мужчина, сидящий на корточках в густой траве. И алые розы. Воспользовавшись как предлогом удачно подвернувшееся дело о «смещении председателя кооператива по реконструкции», Хи Джэ направилась в «то место». В Гым Нак Ли — место, которое она вычеркнула из памяти после смерти отца одиннадцать лет назад. — Тебе ведь пиздец как не…

То, что этот мужчина — нет, этот ублюдок — полный мусор, я поняла, едва услышав о нём. Всё началось с пустякового любопытства. Интересно, что за человек — жених моей младшей сестры, у которой за плечами уже две разорванные помолвки? Холодный, но нежный; сильный, но элегантный. — Переспишь со мной? — Нет. — Не люблю, когда попусту ломаются, но сегодня меня это даже заводит. — ....... — Ты правда не хочешь со мной переспать? Однако при личной встрече он оказался, как и говорили, ласковым мерзавцем, который даже не думал скрывать свою ветреную и порочную натуру. Но У Хи был нужен этот мужчина. Влюбить его в себя — это была лучшая месть, на которую она была способна. Так, надев маску и обманывая…

Я призналась мужу, что беременна от его друга. — Когда сделаешь аборт? Именно так Со До Ха ответил своей неверной жене. — Одно дело, если бы это был мой ребенок, но раз это ублюдок того, с кем ты мне изменила, так будет правильно. По документам мы всё еще муж и жена. Среди хаоса из собственных и чужих решений, слоев недопонимания, предательства и гнусного шантажа, И Соль в конце концов уходит от него. Нося под сердцем ребенка от другого мужчины. Их отношения с самого начала были лишь фиктивным браком. — Это значит, что я не собираюсь спать с вами, Хан И Соль. По крайней мере, сегодня ночью. — Что же делать? А мне так хочется выставить вас в еще более неприглядном свете. Муж, с первого же дня…

После самоубийства матери Джи Юль теряет вкус к жизни и проводит тоскливые дни, запершись в четырех стенах. До тех пор, пока на пороге её дома не появляется новый садовник — Ча Сон Тэ. — Если тот «оппа» тебе не по душе, как насчет этого? Он легко и непринужденно крадет внимание Джи Юль, внося хаос в её привычные будни… *** — Но зачем ты это сказал? — … — Как ни думаю, не могу понять твоего намерения. Он некоторое время молча смотрел на меня, затем небрежно тряхнул головой. Челка, прилипшая ко лбу, беспорядочно откинулась назад. — Сказать тебе прямо, без прикрас? Я поспешно кивнула. Мною двигало любопытство иного рода. — Увидел, как ты потекла, и сам возбудился. — …Что? — Стало интересно: когда…

— Может, тогда вы меня трахнете? — Я же спрашивал в первый день, не клеишься ли ты ко мне. Чан Хи Джо прочитал отчаяние в маленькой руке, обхватившей его палец. Может, если завести собаку или кошку, чувство будет похожим? Ему казалось, что это маленькое существо тянется к нему так, словно в целом мире больше никого нет. — Тогда нет, а сейчас — да. Бэк Ён пристально посмотрела на него и приоткрыла рот. Похоже, у неё привычка облизывать нижнюю губу, когда нервничает. Высвободив палец из хватки Бэк Ён, Чан Хи Джо зажал ей рот ладонью. Её большие глаза захлопали. — Это чтоб ты не заржала. Влажное дыхание коснулось пальцев Чан Хи Джо. — Мой первый раз будет только по любви.

В доме Чжухан, куда она перебралась вслед за родным братом, нанятым смотрителем хранилища, жил молодой и надменный хозяин прохладного особняка, окружённого бамбуковой рощей, — исполнительный директор Чжин Ю Сок. Ын О, живущей в доме приживалкой, не по себе от внимания, которое оказывает ей Ю Сок. Ведь он — человек из другого мира. Поиграет с ней, как с игрушкой, а когда наскучит, без всякого сожаления выбросит и вернётся в свой мир — мир избранных, что принадлежит лишь им. Поэтому, как ни тянет её к Ю Соку, она раз за разом возводит между ними стену, но…. — Я серьёзно. Перед неустанными ухаживаниями Ю Сока она в конце концов сдаётся. Так и не подозревая, что вся эта нежность была лишь игрой ради…

Полмесяца назад она бросилась в море, чтобы умереть. Мужчина, который силой вытащил потерявшую волю к жизни Хи Джу из воды, — Квон Гук Хён. Он спас ее вовсе не из обычной человеческой жалости или сострадания. А лишь для того, чтобы она выплатила долг покойной сестры. — Ты же врач, так? — Я не лечащий врач, а судмедэксперт. — Значит, резать и зашивать — твой профиль. Штопать умеешь? — Я специализируюсь на трупах. — Мы с тобой поладим. Я тоже весьма люблю трупы. Ей приходится нехотя обрабатывать рану этого мужчины, который заявился к ней с пробитым животом, истекая кровью... — У тебя, блядь, душа такая же ангельская, как и личико. — Вы когда-нибудь видели ангела, который хочет умереть? — Красиво…