2. Пробуждение в мусорном баке

Ли Су Хёк открыл глаза в мусорном баке и первым делом инстинктивно проверил свой статус, как делал это всегда по привычке. Проверять собственное состояние в новой обстановке было вполне естественным решением, а уж в ситуации, когда ты умудрился умереть и снова вернуться к жизни, это становилось делом первой необходимости. В каком он состоянии? Насколько высок уровень его усталости? Для оценки ситуации не существовало ничего лучше, чем системная информация. Однако увиденное заставило его застыть на месте.

СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ
[Сила: 11]
[Ловкость: 12]
[Выносливость: 11]
[Концентрация: 14]
[Магическая сила: 1]
[Усталость: 61]

У него попросту не нашлось слов. Высокий уровень усталости, переваливший за шестьдесят единиц, даже не сразу бросился в глаза — всё его внимание заняли эти жалкие показатели и уровень. Навыки, которые он с таким огромным трудом и кровью взращивал на протяжении долгих лет, полностью испарились.

«Я вообще действительно жив?»

Ли Су Хёк огляделся по сторонам. Заваленный отходами переулок, куча хлама. С какой стати он вообще очнулся в подобном месте?

«И где я, черт возьми, нахожусь…»

Стоило этой мысли промелькнуть в голове, как резкая, пронзительная боль прошила его череп, словно по нему ударили чем-то тяжелым. Парень сильно нахмурился. В то же мгновение в его сознание хлынул поток чужих воспоминаний, которые принадлежали вовсе не прежнему Ли Су Хёку из Голубоглазых.

– Какое расточительство для такого имени. Чертов неудачник.
– Да все эти выходцы с Земли такие. Слабаки, каких еще поискать надо.
– Ага. Это только Ли Су Хёк был каким-то ненормальным исключением.
– Как вообще этот слабак умудрился доползти досюда?
– Ну, раз уж он прокладывает нам дорогу, то скажем ему спасибо.

В его голове одна за другой всплывали чужие картины из прошлого. Сирота. Попрошайка. Ли Су Хёк. Тренировочный центр для игроков. Постоянные издевательства. Экзамен туториала… Отталкиваясь от этих ключевых образов, перед ним пронеслась вся жизнь этого парня. Однако больше всего Ли Су Хёка поразило вовсе не его нынешнее плачевное положение. Самым мощным потрясением оказалось другое.

«Прошло целых двадцать лет с того момента, как я умер?»

Когда он погиб, Голубоглазые как раз проводили рейд на Гидру, а теперь, как выяснилось, с того дня минуло уже два десятка лет. Парень бросил взгляд вниз. Его лицо смутно отразилось на валявшейся на земле крышке от мусорного бака. Типичные для восточного азиата черты, черные волосы, болезненный и хрупкий вид. Юноша с еще совсем молодым лицом. Он был уверен, что испустил дух в той бойне, но каким-то чудом оказался в теле совершенно другого человека с точно таким же именем. Что за нелепица?

«Может, мне все это просто снится?»

Прислонившись на мгновение к холодной стене, Ли Су Хёк заметил лежащий на земле интерфейс игрока. По всей видимости, он просто вывалился из кармана бедолаги прямо перед тем, как тело выбросили на помойку. Ли Су Хёк протянул руку и подобрал устройство.

– Мир-то как изменился. В мое время мы пользовались небольшими сферами, – пробормотал он.

Нынешний прибор сильно напоминал обычные смартфоны, которыми когда-то пользовались на Земле. Звонки, текстовые сообщения и поиск информации через общую сеть игроков. Несмотря на обновленный внешний вид, ключевые функции интерфейса практически не изменились. Стоило Ли Су Хёку коснуться экрана, как тот мгновенно загорелся белым светом, распознав его отпечаток пальца, и выдал строку ввода.

СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ
[Что вы хотите найти?]

Увидев этот запрос, он на мгновение задумался. Его переполняло огромное количество вопросов, но это устройство явно не смогло бы объяснить ему, по какой причине произошла эта чертова реинкарнация. Его палец на пару секунд завис над экраном, после чего он ввел первый и самый предсказуемый для себя запрос.

СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ
[Вы хотите выполнить поиск по запросу «Голубоглазые»?]

Гильдия, которой он когда-то руководил. И организация, которая прекратила свое существование в самые последние минуты рейда из-за предательства Ким Иль Су и Синей Зоны. Он нажал кнопку подтверждения, и после непродолжительной загрузки перед ним всплыли самые свежие статьи.

Срочные новости: «Синяя Зона. Достаточно ли они сильны, чтобы нести наследие Голубоглазых?»
Срочные новости: «Стремительный рост Синей Зоны. Сегодня они вновь прославляют имена Ли Су Хёка и Голубоглазых».
Срочные новости: «Глава гильдии Ким Иль Су: Мы обязательно одержим победу в следующем противостоянии».
Срочные новости: «Тот день двадцать лет назад. Вспоминаем героическую жертву гильдии Голубоглазые».

На экране замелькало бесчисленное количество публикаций. Однако Ли Су Хёк даже не пытался вчитываться в содержание этих текстов. Он судорожно искал лишь одну-единственную информацию — выжил ли хоть кто-то из тех четверых товарищей, которых он успел забросить в небо с помощью Бананового веера. Но его надежды рухнули.

«…Они все мертвы».

Никого. Абсолютно ни единого упоминания. Сколько бы страниц он ни пролистывал вниз, в новостях не было ни слова о выживших членах Голубоглазых.

– Ха… – из его груди вырвался тяжелый, опустошенный вздох.

На душе стало невыносимо тошно. Его былая сила, преданные товарищи — все было потеряно без возврата. От его прошлой жизни не осталось ничего, кроме этого хилого тела, которое избили сверстники и выбросили подыхать на помойку. И в этой звенящей пустоте внутри него вдруг с новой силой закипела обжигающая ярость. Ли Су Хёк медленно поднял голову и негромко произнес в пустоту, словно обращаясь к невидимому противнику:

– Зачем ты это сделал?

Парень яростно стиснул зубы от переполнявшего его гнева. Он прекрасно понимал, что ответа на свой вопрос сейчас не получит. Но он до безумия хотел знать истинную причину. С какой стати этот человек пошел на такое?

– Ты что, опять тренируешься?

Ким Иль Су. Их отношения никогда не были плохими. Напротив, они прекрасно ладили. У товарищей, которые регулярно рисковали своими жизнями и вместе штурмовали Башню, просто не могло быть плохих отношений. Друг — именно так Ли Су Хёк всегда воспринимал Ким Иль Су.

– Думаю, мне пора покинуть Голубоглазых.
– С чего вдруг такие разговоры?
– Я все решил. Не спрашивай меня о причинах. Просто передай остальным мои извинения, Су Хёк.

Ли Су Хёк тогда изо всех сил пытался удержать его. Как можно было уйти, даже не удосужившись назвать причину? Но Ким Иль Су был непреклонен.

– Не переживай, друг. Даже после моего ухода я все равно останусь твоей тенью.

С тех пор прошло много лет. Ким Иль Су основал Синюю Зону и снова появился перед Ли Су Хёком. Похоже, именно эту организацию он и называл тогда своей «тенью».

– И что в итоге произошло? – процедил сквозь зубы парень.

Ли Су Хёк настолько сильно сжал кулаки, что ногти до крови впились в ладони. Совершенно не замечая сочащейся по пальцам крови, он продолжал яростно смотреть на экран интерфейса. Стоило вбить в поиск Голубоглазых, как вся страница тут же забивалась фотографиями и историями о Ким Иль Су. Синяя Зона — судя по всему, именно так в эту эпоху люди теперь именовали Голубоглазых.

– …Хотя, какая к черту разница, – Ли Су Хёк медленно разжал пальцы и позволил руке с интерфейсом бессильно опуститься вниз. Он поднял свой тяжелый взгляд к небу. – Какое теперь имеет значение, что именно тогда произошло?

Его друзья погибли от рук этого мерзавца. Кому теперь нужны эти оправдания и мотивы? Если ему так сильно хочется узнать истину, он просто поднимется на самый верх и спросит об этом лично. Точно так же, как и в тот день, намертво вонзив клинок в брюхо этого ублюдка.

«Просто подожди еще немного, Иль Су. Я обязательно приду по твою душу».

В тот самый миг, когда это решение окончательно созрело в его голове, Ли Су Хёк окончательно убедился в одном — эта бушующая внутри него ярость точно не могла быть сном.

***

Немного упорядочив свои мысли, Ли Су Хёк двинулся в путь. Поначалу он еще сомневался, не сон ли всё это, но теперь от былых колебаний не осталось и следа. Ноги сами несли его к общежитию тренировочного центра для игроков, где обитал прежний владелец этого тела. До начала туториала, на котором должна была определиться его квалификация как игрока, оставалось еще два дня. Время у него было с запасом.

«И они до сих пор топчутся всего лишь на девятом этаже…» – размышлял на ходу Ли Су Хёк, постепенно воскрешая в памяти новые крупицы чужих воспоминаний. – «Слишком медленно. Неужели после восьмого этажа сложность взлетела до таких масштабов?»

Ли Су Хёк наивно полагал, что за прошедшие двадцать лет игроки продвинулись как минимум до десятого этажа. Однако за два десятка лет они осилили лишь девятый. Разумеется, покорение верхних этажей требовало в разы больше времени, но даже с учетом этого темпы восхождения оказались гораздо ниже ожидаемых.

– Жалкие, ничтожные неудачники. И ради этого нужно было идти на предательство? – проворчал себе под нос Ли Су Хёк, как вдруг его взгляд зацепился за пошарпанную лавку уличного торговца, мимо которой он проходил.

«Это что еще такое… Моя маска?»

В свои былые времена Ли Су Хёк всегда носил маску. Особой причины для этого не было — просто на ранних этапах ему достался подобный предмет, маскировать лицо оказалось довольно удобно, вот привычка и прижилась. Черная основа с золотыми полосами со временем стала визитной карточкой Ли Су Хёка. И надо же было такому случиться, что сейчас ее копия продавалась в захудалом магазинчике для бедняков.

– Пятьдесят очков, – сонно зевнув, лениво протянул торговец средних лет. – Брать будешь?

Ли Су Хёк на секунду замешкался и проверил баланс в интерфейсе. На счету оставалось всего тысяча десять очков. Деньгами он явно не сорил, ведь эта сумма составляла практически все сбережения прежнего владельца тела. В обычных обстоятельствах безработному бродяге без гроша в кармане следовало бы экономить каждую кроху, но парень без раздумий подтвердил операцию.

[Списано 50 очков.]

Какая разница. В конце концов, это были даже не его деньги. А очки всегда можно заработать снова.

Забрав покупку, Ли Су Хёк принялся внимательно ее разглядывать. Мужчина за прилавком с подозрением посмотрел на него и спросил:

– Ты что, фанат Ли Су Хёка?
– Что, простите?

Ли Су Хёк не сразу нашелся с ответом. Заявить прямо, что он и есть тот самый Ли Су Хёк, означало прослыть сумасшедшим. Назвать же самого себя собственным фанатом было как-то неловко. После недолгих колебаний он выдал максимально расплывчатый ответ:

– Ну, можно и так сказать.

Торговец недоверчиво цыкнул языком:

– «Можно сказать», как же. Зачем тогда покупать вещь, если ты не фанат? Небось косплеить Ли Су Хёка собрался?
– Косплеить Ли Су Хёка? Это еще что такое?
– Не знаешь? Ну, значит, я не ошибся. Точно фанат.

Сам же ответив на свой вопрос, мужчина понимающе кивнул и махнул рукой куда-то в сторону:

– Раз так, то топай вон туда. Там неподалеку есть мемориальный зал. Небольшой, конечно, но какой уж есть.
– Мемориальный зал?..
– По твоей физиономии вижу, что ты там ни разу не был. Как раз удачно зашел — сегодня ведь годовщина его гибели, так что народу там собралось прилично, все приходят почтить память.

Идти парню, кроме как в унылое общежитие, было абсолютно некуда, так что теперь у него наконец появилась конкретная цель. Постояв немного на месте, Ли Су Хёк крепче сжал в руке маску и зашагал в указанном направлении. В конце концов, заняться ему сейчас все равно было нечем. Навещать мемориал, воздвигнутый в честь самого себя, казалось делом весьма странным. Словно кто-то накрыл поминальный стол, а он пришел туда за чужой счет пообедать. И все же его съедало любопытство: какая память осталась о нем в этом мире?

По дороге Ли Су Хёк купил один скромный цветок — раз уж сегодня годовщина, то прийти с пустыми руками было бы неправильно. Миновав несколько глухих переулков, он наконец завидел место, о котором говорил уличный торговец. При виде мемориального зала издалека в его голове промелькнула простая мысль: а ведь здание выглядит куда внушительнее, чем он ожидал. Продавец назвал его маленьким, однако по размерам мемориал вполне мог потягаться со скромным храмом. На самом входе красовался огромный плакат с изображением лица Ли Су Хёка в его знаменитой маске.

Стоявший у дверей гид мельком глянул на маску в руках парня и равнодушно бросил:

– Добро пожаловать.

Ли Су Хёк молча кивнул и прошел внутрь. Здание явно перестроили из какого-то старого храма: потолки здесь были под стать дворцовым, а вместо ликов богов на окнах были запечатлены портреты Ли Су Хёка в маске. В одной из секций на большом экране крутили архивные видеозаписи его сражений, которые кому-то каким-то чудом удалось заснять на камеру. Разумеется, именно там и толпилось больше всего посетителей.

– Ого-о…
– До чего же круто выглядит…
– Это ведь те самые кадры, да? Сражение с игроками Анукса двадцать пять лет назад.
– Скорее всего. Это была просто безумная бойня.

На экране Ли Су Хёк, окутанный бушующими разрядами молний, стремительно взмывал в небеса. Он одинаково свирепо доминировал как на земле, так и в воздухе, заставляя собравшихся зрителей смотреть на экран затаив дыхание. И сам Ли Су Хёк стоял в этой толпе вместе со всеми. Пускай степень его восхищения отличалась от эмоций обычных фанатов, он то и дело одобрительно кивал, оценивая собственные боевые приемы на экране.

«А ведь неплохо дрался. Определенно неплохо».

В пылу тех сражений он как-то не задумывался о красоте своих движений. Но взгляд со стороны, с позиции третьего лица, открывал совершенно иные детали.

– Ай, ну кто же так делает, тут надо было атаковать иначе, – когда на экране промелькнул его давний тактический просчет, фраза невольно сорвалась с его губ.

Парень слишком сильно погрузился в воспоминания и напрочь позабыл, где находится. Стоявшие рядом люди тут же обернулись.

– Что?
– Надо же, даже в таком месте нашелся какой-то диванный критик.
– Да забей на него. Такие придурки обычно сами ни на что не способны, только языком чесать горазды.

До его ушей долетел язвительный шепот. Ли Су Хёк обиженно втянул голову в плечи. Он ведь просто занимался самоанализом… Но что он мог поделать? Между ним нынешним и тем могущественным воином на экране из общего осталось разве что имя.

Пока Ли Су Хёк увлеченно разглядывал былые подвиги самого себя, трансляция подошла к концу. Видеоряд сменился, и на экране появилось лицо, от одного вида которого физиономия Ли Су Хёка исказилась от подступившей к горлу судороги.

– Мы всегда будем помнить его, – произнес мужчина, чье лицо было наполовину скрыто маской.

Это был Ким Иль Су.