Онлайн чтение книги Возрождение Ди Дочери: Шэнь Ши Di Daughter’s Rebirth: Sheng Shi Wang Fei
Глава 70: Ссора между братом и сестрой

Шэнь Цзиншу знала, что эти два раба - именно то, что ей нужно. В итоге оба раба согласились, и когда через месяц она пришла проведать их, они сильно изменились.

Травмы на их телах зажили, а одежда хоть и не была роскошной, но была хорошо сшита. После нескольких недель обучения они стали более ухоженными и презентабельными. Если бы они случайно не встретили Шэнь Цзиншу, то, скорее всего, у них никогда бы не было такой возможности.

Убедившись, что она не ошиблась, Шэнь Цзиншу кивнула им обоим. Хотя они были старше и выше её, она не чувствовала себя ниже их. Стоя перед ними, она сказала. - Что вы думаете после стольких дней? Если вы последуете за мной, вы точно не окажетесь в таком положении, как раньше! Я лишь прошу вас быть верными мне, иначе посмотрим, чем вы закончите!

Несмотря на её юный возраст, оба раба знали, что от её слов нельзя отмахнуться. Последний месяц они провели в глубоких раздумьях о своем будущем и знали, какими будут их ответы.

- Этот раб признает своего господина! - воскликнули они оба, глубоко поклонившись. Подумав об этом, они поняли, что им уже очень повезло. Если они последуют за этим человеком, то, по их мнению, им не придется предавать свои тела и души.

Шэнь Цзиншу улыбнулась. - Хорошо, раз вы признали меня своим хозяином, то должны быть верны мне. Если я узнаю, что вы предали меня, я заставлю вас заплатить большую цену.

- Мы будем верны хозяину! - быстро ответили они.

- Хорошо. Я купила вас для определенной цели, и у меня есть для вас задания, все это было в процессе подготовки. Теперь, когда подготовка завершена, вы будете управлять нашими магазинами и замените нас в качестве лица руководства. Вам запрещено разглашать какую-либо информацию о нас, вы поняли?

Оба раба снова поклонились. - Да, хозяин!

Удовлетворенная, Шэнь Цзиншу кивнула и махнула рукой. - Раз ты понял, то должен усердно учиться! Тебе придется решать множество задач, - она попросила служанку достать контракт и передать его им. - Подпишите этот контракт, - это были контракты, которые Шэнь Цзиншу заключила рано утром. Хотя эти два раба были куплены ею, она знала, что эти контракты для рабов - всего лишь кандалы. Хотя сейчас они могут быть беспомощны и уступить, но если в будущем будет достаточно соблазна, то рано или поздно они уйдут. Поэтому было лучше, чтобы они сами подписали контракт.

- Это? - двое рабов удивленно посмотрели на контракты.

В конце концов, они были всего лишь рабами, у них не было права не соглашаться. Они должны были делать то, что говорил им хозяин. Как только они подписали эти контракты, их личности, естественно, изменились.

- Что мне нужно, так это ваша преданность, - Шэнь Цзиншу мягко напомнила им. - Я уже говорила это раньше: Если вы хорошо справитесь, я дам вам свободу. На данный момент, следовать за мной - это ваше собственное решение, я не буду вас заставлять! - когда девочка говорила, от её тела, казалось, исходила утешительная и теплая энергия, заставляя двух людей перед ней смотреть на нее с благоговением.

- Спасибо, хозяин! - потрясенные её обещанием, они не стали больше задавать вопросов и молча подписали контракты.

Шэнь Цзиншу удовлетворенно кивнула. - Работайте усердно, и вы не пожалеете, что последовали за мной!

- Хозяин, мы обязательно оправдаем ваши ожидания! - естественно, что при первой встрече с Шэнь Цзиншу у них были сомнения, но теперь эта девочка доказала искренность своих намерений, и они с радостью подчинились её власти.

После того, как подписанные контракты были убраны, Шэнь Цзиншу нужно было поближе познакомиться со своими новыми служанками. - Теперь, когда вы двое стали моими людьми, я хочу знать о вашем положении, - сказала она им.

Девушка поклонилась. - Эту рабыню зовут Минъюэ, мне пятнадцать лет. Моя семья пережила несколько трудностей, поэтому меня и продали.

Шэнь Цзиншу кивнула. - Минъюэ? Это хорошо, - она посмотрела на мальчика. - Хорошо, а что насчет тебя? - после того, как они не виделись месяц, его раны зажили на семьдесят или восемьдесят процентов. Теперь было видно, что он красивый мужчина, но в его глазах был блеск, который мог потрясти человека до глубины души.

- Чэнь Фан, - быстро сказал он. - Моя семья также продала меня в рабство, - его слова были очень краткими, он не вдавался в подробности. Было очевидно, что он что-то скрывает, но Шэнь Цзиншу не возражала.

Улыбаясь, она сказала. - Хорошо. Моя фамилия Шэнь. Этих двоих зовут Ян и Конг. С этого момента мы трое - ваши хозяйки, вы поняли?

Они оба согласились. - Этот раб понимает!

Глядя на их почтительную позу, Шэнь Цзиншу улыбнулся. - Я знаю, что вы изначально были хорошими людьми и, возможно, даже из необычной семьи. Хотя я купила вас, теперь вы мои подчиненные, а не рабы. В будущем вам не нужно называть себя рабами! - судя по их именам, скорее всего, ни один из них не был нормальным. Их происхождение может пригодиться в будущем, поэтому Шэнь Цзиншу была рада пока не обращать на это внимания.

- Да, госпожа, эта служанка понимает! - сказала Минъюэ, чувствуя себя намного комфортнее.

Чэнь Фэн тоже почувствовал облегчение. Он всегда был высокомерным и гордым, предпочитая сражаться до смерти, а не сдаваться. Хотя ему не очень нравилось называть себя слугой, это было лучше, чем раб.

Им обоим повезло, что они встретили такую хозяйку. Видя, какой заботливой она была, их уважение к ней стало еще более искренним.

Шэнь Цзиншу посмотрела на Конг Синьхэ и Ян Хуилань, те кивнули. Повернувшись назад, она сказала. - Хорошо, вы двое возвращайтесь и усердно учитесь! Мы встретимся с вами в другой день, - получив инструкции, эти двое должны были в дальнейшем работать без присмотра. Естественно, им предстояло многому научиться, прежде чем они смогут приступить к своим обязанностям. Однако Шэнь Цзиншу не волновалась, она знала, что у этих двоих есть талант, чтобы добиться успеха.

Три девушки встали и ушли. Когда они выходили через парадную дверь, Шэнь Цзиншу заметила, что обе её подруги как-то странно притихли. Она остановилась, посмотрела на их серьезные лица и улыбнулась. - Почему вы больше не разговариваете? Вы чем-то недовольны?

Они переглянулись и покачали головами. - Нет, - искренне ответила Ян Хуэй. - Просто… Цзиншу, ты выглядишь совсем по-другому, - раньше Шэнь Цзиншу казалась невинной девочкой. Теперь же было странно видеть, как она выстраивает стратегию, словно весь мир лежит у нее под ногами. Такая взвешенность была им незнакома.

Действительно ли этой девочке было десять лет? Почему она так сильно отличалась от них?

Шэнь Цзиншу рассмеялась. - Раз уж мы приняли решение о плане, то, естественно, не можем быть такими же, как раньше. Ты же видела, как эти двое вели себя вначале, если бы мы не дали им хорошую выгоду, где бы они так легко сдались? - действительно, если бы она вела себя как эти двое детей, как бы эти двое рабов согласились добровольно следовать за ними?

Конг Синьхэ кивнула, выглядя задумчивой. - Ты права, Цзиньшу. Ты была просто великолепна! Я не была уверена, что они будут послушны тебе, но тебе это удалось. Если бы не ты, мы вдвоем не смогли бы их подчинить, - вдвоем они едва могли управлять обычными рабами. С темпераментом этих двоих, будучи обычными маленькими девочками, как они могли их удержать?

- Мой отец тренирует таких людей, поэтому я просто немного научилась, наблюдая за ними, - сказала Шэнь Цзиншу, используя оправдание, которое она уже давно придумала.

Это оправдание было очень правдоподобным, и обе девушки сразу же расслабились и рассмеялись.

- Цзиншу, ты действительно искусна! - Ян Хуэй весело сказала. - Я бы никогда не подумала попробовать этот метод. Глядя на их сегодняшнее поведение, я вижу, что они очень способные. В будущем нам не придется беспокоиться, - чем меньше им приходилось лично участвовать в управлении, тем легче им было справляться.

- Действительно, - согласилась Шэнь Цзиншу. - Эти двое в будущем смогут хорошо работать без присмотра. Теперь нам осталось только закончить приготовления. Магазины временно закрыты, но мы все еще должны кое-что оплатить. Что скажете?

С тех пор как они решили начать свой собственный бизнес, они обе, естественно, тяготели к тому, чтобы следовать примеру Шэнь Цзиншу. Услышав её вопрос, обе девушки смутились.

- За моими украшениями строго следят, - вздохнула Ян Хуэй. - Служанки заботятся о них, и любые изменения будут обнаружены. Хотя у меня есть пособие в размере нескольких серебряных монет каждый месяц, этого недостаточно, - хотя она была дочерью чиновника, её семья не была очень богатой, поэтому она не могла получить много серебра. Более того, этот вопрос нужно было держать в секрете от семьи. Даже если бы она достала свои личные деньги, она боялась, что это их раскроет.

Это было очень хлопотно!

Конг Хуэй кивнула. - Я болела последние несколько дней, и моя мать чувствует себя очень виноватой. Она дала мне много хороших вещей и много добавок. Пряча их и тайно продавая, мне удалось выручить несколько сотен серебряных таэлей, но этого недостаточно. Цзиншу, что ты думаешь?

Если человек хотел начать бизнес, то, конечно же, ему нужно было вложить деньги в самом начале. Изначально они хотели купить помещение для магазина, но, не имея достаточно денег, могли только арендовать. Аренда была рискованной, если их бизнес станет популярным, на них будет много завистливых глаз.

- Мой отец дал мне много хороших вещей, - сказала Шэнь Цзиншу, подумав об этом. - Я могу продать некоторые из них и получить немного серебра. Теперь, когда мы арендовали наш магазин и закончили отделку, нам остается только сосредоточиться на найме людей. Эти расходы не маленькие! Минъюэ и Чэнь Фэну тоже нужно будет где-то остановиться. Мы купили этот дом для будущего удобства, поэтому на это ушла большая часть наших средств. Похоже, нам нужно найти способ быстро заработать немного денег.

Три девушки стояли молча, обдумывая эту проблему. Через некоторое время Ян Хуэй сказала. - Я вернусь и еще раз посмотрю на свои украшения. Если есть вещи, которые я не часто использую, я могу посмотреть, можно ли их продать. Я не верю, что ничего нет! - Не имея такой богатой семьи, как Шэнь Цзиншу, она могла только делать все возможное, но в душе все равно чувствовала себя неловко.

Шэнь Цзиншу ободряюще улыбнулась. - Ты можешь сделать все, что в твоих силах! Мы будем усердно работать вместе, каждый будет вносить посильный вклад, но не надо слишком себя заставлять.

Конг Синьхэ кивнула. - У меня также есть несколько украшений, которые мне подарила мама. Я найду способ продать их, - эти украшения были сделаны в честь её замужества в семье Чжан. Все украшения были хорошо сделаны и привлекали внимание.

- Хорошо! - Шэнь Цзиншу кивнула. - Думаю, с ними у нас будет достаточно денег. Однако, это дело нужно держать в секрете! Если наши семьи узнают, боюсь, это будет очень неприятно.

Её подруги засмеялись. - Даже если ты не говоришь, мы знаем! - три незамужние маленькие девочки открывают свой бизнес? Как их родители могли допустить это?

Три девочки согласились вернуться и подготовить свое серебро отдельно. - Я думаю, что магазин должен быть безупречным. Если мы хотим избежать неприятностей раньше времени, лучше потрудиться сейчас, - теперь, когда они решили это сделать, Шэнь Цзиншу не хотела, чтобы это стало ловушкой в будущем. Хотя проблемы можно было решить, она не хотела бороться!

Ян Хуэй кивнула. - Расположение нашего магазина отличное, и мы подписали контракт на год. Мы не знаем, что произойдет в будущем, поэтому я думаю, что будет лучше, если мы попробуем что-нибудь купить. Наши средства так малы, как мы можем это сделать?

Шэнь Цзиншу махнула рукой. - Не беспокойся об этом, просто предоставь это решение Чэнь Фэну. Он уже достаточно взрослый мужчина, и если он сделает шаг вперед, то все будет легче уладить, - именно по этой причине она хотела купить раба-мужчину, а Чэнь Фэна в особенности. В жизни было много вещей, которые легче делать мужчинам, и Чэнь Фэн также имел очень высокомерное, гордое отношение. Мало кто пытался воспользоваться его преимуществами, поэтому в будущем такие дела можно было поручить ему. Таким образом, Шэнь Цзиншу могла расслабиться.

- Хорошо, у нас есть план, так что давайте пойдем и соберем наши деньги.

Достигнув согласия, три девушки попрощались и ушли.

По дороге домой Шэнь Цзиншу думала о своих украшениях и о том, что можно продать, как вдруг её карета остановилась. Нахмурившись, Шэнь Цзиншу спросила: - Что случилось, Чуньмэй?

- Госпожа, кажется, это мастер Ци! - прошептала Чуньмэй, открывая занавеску, чтобы выглянуть на Ци Шаодуна. Она посмотрела на Шэнь Цзиншу, не уверенная, захочет ли её госпожа видеть его.

На самом деле, после нескольких последних инцидентов, Чэньмэй больше не смотрела на Ци Шаодуна благосклонно. Она считала, что такому человеку нельзя доверить свою жизнь, и было ясно, что Шэнь Цзиншу он больше не интересует. На эту другую сторону Чуньмэй действительно не хотела смотреть.

- Это он? - услышав его имя, уголки рта Шэнь Цзиншу дернулись. - Спроси его, чего он хочет.

Этот Ци Шаодун, которого она так высоко ценила и всегда бегала в поместье Ци навестить, на самом деле был совсем никем. Она была очень глупа, полюбив такого человека, и в итоге неудивительно, что её бросили.

Однако в этой жизни, похоже, их роли поменялись местами!

- Да, госпожа! - воскликнула Чуньмэй, спустившись с кареты. Она поприветствовала Ци Шаодуна и спросила. - Молодой господин Ци, эта служанка может узнать, в чем дело?

Ци Шаодун слегка кашлянул. - Хе-хе, ничего страшного! Я просто увидел карету сестры Шэнь и подошел поздороваться. Я не знаю, чем сестра Шэнь занимается в последнее время, она больше не приходит в дом искать Яньэр, а Яньэр постоянно говорит об этом, - сказал Ци Шаодун.

Чуньмэй вернулась в карету и передала эти слова Шэнь Цзиншу, к её удовольствию.

Ци Сюэян?

В обеих её жизнях Ци Сюэюань была полна одних только уловок. При мысли об этом глаза Шэнь Цзиншу наполнились мрачным светом.

Все еще хочет вычислить её? Ци Сюэюань в этой жизни была еще слишком нежной!

Однако, судя по поведению Ци Шаодуна, отношения между ним и Ци Сюэюань стремительно разрывались. У Шэнь Цзиншу не было причин пытаться исправить ситуацию, поэтому она просто улыбнулась и сказала. - Брат Шаодун добр, но Сюэюань меня сейчас очень раздражает, поэтому я не хочу идти. Придется вернуться в другой раз!

Ци Шаодун сочувственно посмотрел на неё. - Чем тебя раздражает Яньэр? Разве вы не хорошие подруги?

Шэнь Цзиншу грустно вздохнула. - Не знаю! В последнее время Сюэюань не уделяет мне много внимания, я не знаю, почему она не хочет со мной разговаривать. Может быть, произошло недоразумение? Я должна идти, брат Шаодун, у меня есть дела! - она не хотела продолжать разговор и ушла, ничего больше не сказав, оставив Ци Шаодуна в недоумении. Подумав несколько мгновений над её словами, Ци Шаодун развернулся и поспешил домой.

Он хотел спросить у сестры, что случилось!

- …

Расчет Шэнь Цзиншу оказался верным. Как только Ци Шаодун вернулся домой, он сразу же отправился на поиски сестры. Увидев, что она неторопливо вышивает, он пришел в ярость. Очевидно, она что-то сделала, чтобы Шэнь Цзиншу не обращала на него внимания, и при этом была так беззаботна!

- Яньэр, что ты делаешь!

Ци Сюэюань подскочила от неожиданности. Моргнув, она удивленно посмотрела на брата. - Хе-хе, брат здесь! Я вышиваю ширму в подарок маме на день рождения, - смотря на работу в своих руках, Ци Сюэюань была немного расстроена тем, что Ци Шаодун прервал её. Он не только почти заставил её совершить ошибку, но и смотрел на нее так, будто она должна ему денег. Подумав о том, как это несправедливо, её сердце стало еще более несчастным.

- У мамы скоро день рождения? - спросил Ци Шаодун, остановившись, чтобы подумать об этом. Похоже, что так оно и было. Внезапно ему пришла в голову идея. - Раз уж у мамы день рождения, попроси сестру Шэнь приехать в гости. Она давно не приезжала, а мама часто об этом упоминает.

- Это день рождения матери, что ты хочешь, чтобы она сделала? - пробормотал Ци Сюэюань. После последнего инцидента Ци Сюэюань никак не могла восстановить лицо и в душе люто ненавидела Шэнь Цзиншу.

Почему! Почему учителя благоволили ей? Очевидно, та боялась плохой оценки и попросила кого-то вышить её работу за нее! Почему учитель поверил ей, когда она отрицала это! Это явно была не её работа!

- Яньэр? О чем ты говоришь? Почему ты не можешь пригласить её? - Ци Шаодун не ожидал, что она так решительно отвергнет Шэнь Цзиншу, и его выражение лица было мрачным. - Ты скажи мне, что произошло между тобой и сестрой Шэнь? Ты издевалась над ней? Почему ты не пригласила её поиграть в последние дни? Разве мама не говорила тебе иметь хорошие отношения с Шэнь Цзиншу, разве ты забыла?

Его сестра фыркнула. - Я не забыла! Но разве она достойна моей дружбы? Она просто полагается на то, что она дочь высокопоставленного чиновника, поэтому все должны ей потакать! Неужели её статус настолько выше? Наша семья ничем не хуже её! Нет, я не буду её приглашать! - Теперь, когда отношения Ци Сюэюань и Ци Шаодуна испортились, даже если он попросит её пригласить эту девушку, она скорее умрет!

Ци Шаодун никак не ожидал, что его благовоспитанная сестра будет говорить такие вещи. - О чем ты говоришь? - спросил он, глядя на нее разочарованными глазами.

Однако сердце Ци Сюэюань было полно обиды и гнева, как она могла заботиться о нем? - О чем я говорю? - сердито сказала она. - Естественно, мои слова - это факт. Почему мы должны уговаривать её? Что в ней такого хорошего! Разве она может сравниться со мной? Только потому, что она тебе нравится, брат, ты заставляешь меня, свою младшую сестру, склоняться перед ней? У тебя еще есть совесть, когда ты так обращаешься со своей сестрой?

- Ты! - Ци Шаодун потерял дар речи, не ожидая от Ци Сюэюаня такой ярости. Он не мог с этим смириться, как его послушная сестра вдруг изменилась за одну ночь?

- Что со мной не так, я просто говорю правду! - огрызнулась Ци Сюэюань. - Если хочешь польстить ей, можешь идти сам, не тащи меня в воду! Я не такая уж дешевка, - она фыркнула и села обратно. В данный момент она не хотела больше разговаривать с Ци Шаодуном, а только еще больше злиться!

Почему все защищали её? Разве не её обидели в тот день? Почему никто не верил ей?

- Ци Сюэюань! - её брат скрипнул зубами. - Разве можно так относиться к старшему брату? - глядя на нее, он становился все более и более уродливым.

Неужели это сестра? Да это просто строптивица!

- Какое отношение я, твоя сестра, имею к таким людям, как ты, не нужно комментировать!

Лицо Ци Шаодуна стало багровым. - Ты! Ты землеройка! Землеройка! - он был так зол, что, несмотря на то, что был ученым, полным поэзии и книг, он не мог найти слов, чтобы говорить.

- Значит, я землеройка или что-то в этом роде. Не обвиняй меня, я не такая бесстыдная, как ты! - гневно глядя на Ци Шаодуна, Ци Сюэюань выплеснула обиду, которую копила долгое время. Каждый день ей приходилось видеть Шэнь Цзиншу в академии, а теперь все стали смотреть на нее со странным выражением лица. Во всем виновата эта девушка! Как она могла не злиться? Теперь, когда Ци Шаодун задел её больное место, это разом вызвало весь её гнев. Конечно, она хотела выплеснуть его!

- Как ты смеешь оскорблять меня? - глядя на горькое выражение лица Ци Сюэюань, Ци Шаодун почувствовал отвращение. Он всегда считал свою младшую сестру очень милой и послушной, но сейчас она казалась ему чужой.

- Брат, не трудись на благо других! Ты дорожишь этим человеком, но видел ли кто-нибудь, чтобы она дорожила тобой в ответ? Не будь слишком страстным, иначе потеряешь свое лицо, когда будет слишком поздно! - эти слова были очень откровенными.

Сначала Ци Шаодун мог притвориться, что она просто ведет себя по-детски, но, когда он услышал её слова, все его тело затряслось от гнева. - Ты же девочка, как ты можешь говорить такие вещи!

Она снова фыркнула. - Ты можешь совершать поступки, но я не должна их комментировать? Думаешь, я не знаю, что ты планируешь? Хехе, не думай, что если кто-то называет тебя "братом", то он достоин тебя! Если бы они действительно заботились о тебе, как бы они к тебе относились? Я советую тебе сдаться! Если ты так бегаешь, чтобы угодить другим, то, наверное, она смеется над твоей глупостью! - Ци Сюэюань была так зла, что совсем не сдерживала своих слов.

Её брат был в такой ярости, что не мог говорить. Не в силах пошевелиться, он стоял на месте, его лицо все больше и больше краснело. Видя его таким, Ци Сюэюань чувствовала себя очень довольной.

- Хе-хе, похоже, я была права? - она злорадствовала. - Говоришь, мне должно быть стыдно? Ну, я стыжусь и злюсь! Ты…  - не успела она договорить, как налетел порыв ветра, и её лицо обожгло, словно её резали ножом.

- Заткнись!

- Мама! - это внезапное нападение ошеломило брата и сестру. Они смотрели на яростное выражение лица госпожи Ци. Ци Шаодун отреагировал первым, быстро позвав кого-то, но Ци Сюэюань все еще смотрела на нее, безвольно подперев щеку. Она не понимала, почему мать так с ней обращается!

- Мама! - завыла она. - За что ты меня ударила! - где она ошиблась? Ци Сюэюань так долго копила гнев и обиду, что сегодня с облегчением выплеснула их наружу. Как она могла не сказать то, что было у нее на сердце? Она не ожидала, что когда она наконец-то сможет получить удовольствие от унижения своего ненадежного брата, появится её мать, и мать, которая всегда любила её, побьет её.

На лице Ци Сюэюань было написано недоверие и шок, она держалась за больную, горящую щеку.

Неужели даже её мать была неравнодушна к этой особе? Что в ней было такого хорошего! Это была её биологическая мать!

- Почему я ударила тебя, не говори мне, что ты не понимаешь. Яньэр, ты действительно разочаровала меня! - госпожа Ци была слишком разъярена, что без раздумий дала Ци Сюэюань пощечину. У госпожи Ци никогда не хватало духу ударить свою дочь, которая была её сердцем с самого детства, и она сразу же пожалела об этом. Однако, когда она увидела глаза дочери, сожаление сменилось гневом.

- Посмотри на себя, кто-нибудь когда-нибудь видел такую девушку? Разве это поведение юной леди из хорошей семьи? Какая разница между тобой и землеройкой на рынке! - это была дочь, которую она тщательно воспитывала, она была и талантлива, и добродетельна. Почему она вдруг изменилась?

Была ли она небрежной матерью? Или что-то случилось с её дочерью вне дома, что заставило её измениться? Она вела себя совсем не как подобает молодой девушке, если кто-то увидит её и расскажет об этом на улице, как её дочь сможет выйти замуж в будущем?

Ци Сюэюань не хотела. - Мама, почему ты так со мной обращаешься! Почему ты так со мной обращаешься! - вспоминая все обиды, нанесенные ей за последние несколько дней, из её глаз потекли слезы. Воспоминания были слишком глубоки, а стыд пробирал до костей. Ци Сюэюань никогда в жизни не была так опозорена! Как она могла не возражать? Как она могла не злиться?

- Я дала тебе пощечину, чтобы ты протрезвела, - сказала её мать. - Как ты могла так разговаривать со своим братом? Неужели ты забыла, что должна уважать старшего брата? Ты так долго учила правила для добродетельных женщин и вот так просто забыла их?

- Я не забыла! - она просто была слишком зла, поэтому и выплеснула на него!

- Раз уж ты не забыла, тогда извинись перед своим братом! - Видя, что она выглядит такой невежественной, госпожа Ци почувствовала себя очень печальной.

Неужели её не волновало, что неуважение к брату может испортить её репутацию?

Эта дочь была действительно невежественной! После смерти родителей через сто лет, будучи замужней женщиной, она могла полагаться только на своего брата. Если она оскорбила брата еще до того, как покинула внутренний двор, что ей делать в будущем?

- Мама! - она не хотела извиняться, все, что она сказала, было правдой. Где же она ошиблась?

- Быстро извинись! - госпожа Ци не дала Ци Сюэюань шанса сбежать.

Видя, что выражение лица матери стало каменным, Ци Сюэюань поняла, что не сможет выкрутиться. Нехотя, она сказала. - Брат, прости меня.

Хотя Ци Шаодун все еще был зол, он знал, что пришло время показать лицо хорошего старшего брата. Услышав её неискренние извинения, он невесело улыбнулся и сказал. - Достаточно хорошо, что моя сестра понимает, что была неправа. Как женщина, ты должна быть осторожна в своих словах и поступках. Я твой брат, поэтому не возражаю, но другие будут осуждать тебя.

Госпожа Ци вздохнула. - Дун'эр, не сердись. Янь'эр просто импульсивна! Когда она говорит такие вещи, ты - старший брат, так что не принимай их близко к сердцу. Эта девушка еще молода, иногда она неизбежно совершает ошибки.

- Не волнуйся, мама, я понимаю! - несмотря на то, что он сказал это, между братом и сестрой возникла стойкая неприязнь. Как он мог забыть то унижение, которому подвергся сейчас? Более того, действия Ци Сюэюань были слишком агрессивными, и он был очень недоволен этой младшей сестрой.

Мать посмотрела между ними и улыбнулась. - Хорошо, сначала ты иди отдыхай. Я останусь с Яньэр. Я была слишком слаба с дисциплиной раньше, я позабочусь об этом, - госпожа Ци прекрасно понимала, что этот инцидент повлиял на их отношения. Она ничего не могла поделать, кроме как выяснить первопричину.

Хотя он хотел остаться и посмотреть, как она будет наказывать Ци Сюэюань, он был младшим и не мог отказать старшим. Он мог только вежливо поклониться и уйти. Как только он вышел из комнаты, лицо госпожи Ци стало ледяным, а взгляд суровым. - Ты, пойдем со мной.

- Да, матушка, - чувствуя гнев матери, Ци Сюэюань ненавидела себя за излишнюю импульсивность, но больше всего она ненавидела свою беспечность! Теперь, когда мать видела, как она вырывается, было неизбежно, что она будет сурово наказана.

Госпожа Ци посмотрела на служанок. - Уходите, - несмотря ни на что, она не могла допустить, чтобы служанки видели, как наказывают её дочь, это испортит её лицо в поместье. Слуги немедленно поклонились и поспешили выйти. Когда за ними закрылась дверь, госпожа Ци посмотрела на свою Ци Сюэюань и сказала холодным голосом. - Ты, встань передо мной на колени!

- Мама! - мать заставляла её встать на колени, как она могла согласиться?

Хотя она была немного импульсивна, она отказывалась верить, что была неправа!

- На колени! Не заставляй меня повторять это в третий раз.

Увидев разочарование и ярость на лице матери, Ци Сюэюань воскликнула: - Мама! - и наконец опустилась на колени. Когда её колени коснулись пола, её ненависть к Шэнь Цзиншу усилилась.

Шэнь Цзиншу! В моем унижении сегодня виновата ты! Это ты виновата, я тебя не отпущу! Я точно не отпущу тебя!

- Ты понимаешь, что была неправа? - спросила госпожа Ци. Она была рассержена неповиновением дочери, но в основном она была разочарована.

Где была её элегантная и щедрая дочь? Как она могла упасть так далеко!

- Мама… Я…  - хотя она и хотела сказать, что была права, но сейчас она действительно была слишком импульсивна. Посмотрев на сердитое лицо матери, она поняла, что больше не может позволить себе провоцировать её. Повинуясь, она признала свою ошибку. - Дочь знает, что была не права!

- Тогда знаешь ли ты, где ошиблась?

Ци Сюэюань заставила себя опустить голову. - Эта дочь не должна была проявлять неуважение к старшему брату, - хмпф, он же не ставил её, свою сестру, в свои глаза, так почему она должна уважать его!

- Что-нибудь еще?

- Дочь не должна была забыть свою личность, - ответила Ци Сюэюань.

Госпожа Ци фыркнула. - Раз ты понимаешь, почему ты так себя ведешь? Хотя мы находимся дома, есть много людей, которые любят сплетничать. Как выживет твоя репутация, если это распространится? Как ты тогда будешь смотреть людям в глаза? - женщина, которая не стеснялась говорить резкие и унизительные слова, как хорошо это выглядело? Кто захочет жениться на такой женщине? Одна только мысль об этом пугала госпожу Ци до мозга костей.

- Дочь сейчас была импульсивна, - покорно сказала Ци Сюэюань. Она должна была серьезно признать свои ошибки, она не могла позволить себе провоцировать свою мать дальше. Иначе наказание будет еще более серьезным.

Взгляд её матери был как лед. - Раз ты знаешь, что ты импульсивна, почему ты не контролировала себя? Разве я не учила тебя сдержанности с самого детства? Ты должна дважды подумать, прежде чем действовать! Ты должна помнить, что нельзя быть безрассудной, как ты могла забыть об этом?