Онлайн чтение книги Врата: там бьются наши воины Gate - Thus the JSDF Fought There!
5 - 11

Глава 6

 

Рондельское собрание мудрецов. Во многих случаях его именуют именно так, но по полное название «Рондельское собранием по испытанию и утверждению учёных званий».

Его история чрезвычайно древняя. Она насчитывает почти три тысячи лет.

Изначально это была процедура проверки квалификации, чтобы ученики могли получить доступ к библиотекам почтенных мудрецов, ведущих научную жизнь в этом городе-университете.

В этой особой местности, где общественная библиотека была недоступна, лишь отдельные выдающиеся мудрецы владели редкими фолиантами. Порой правители силой богатства и власти насильственно собирали книги, но всё это в итоге сгорело в пожарах смуты и войн, либо рассеялось. Более того, назначенные библиотекари неоднократно по собственному произволу отбирали и «приводили в порядок» книги, а на деле предавали их огню. В результате значительная часть важнейших знаний оказалась утрачена для общественного достояния.

С тех пор мудрецы ни в коем случае не расставались со своими книгами. Если кому-то хотелось заполучить книгу, приходилось либо переписывать её собственноручно, либо приобретать дорогостоящую копию, сделанную кем-то другим.

Поэтому тот, кто стремится к наукам, вынужден прежде всего прибыть в Рондел и постучаться в двери к почтенным мудрецам.

Однако если разрешать доступ к чтению кому угодно, ценные книги быстро придут в негодность.

К тому же, если у человека нет базовых знаний, позволяющих прочесть текст, он не сможет понять и его содержание — прямо скажем, это бессмысленно. Поэтому почтенные мудрецы стали предварительно проверять, обладает ли человек определённым уровнем знаний, и лишь после этого разрешать ему доступ в книгохранилище.

И это послужило удобным мерилом для оценки того, насколько ученик продвинулся в науках.

— В этот раз мне посчастливилось получить разрешение на доступ в книгохранилище.

— Ах, вот как! Значит, теперь Вы наконец-то приступаете к серьёзной научной работе. Желаю успехов!

— Я удостоился от почтенного мудреца снятия ограничений на чтение.

— Превосходно! Вы весьма усердно трудились. А не желаете ли применить свои знания на службе у правителя?

Такие разговоры непременно велись в Ронделе примерно две тысячи лет назад.

Ныне, поскольку число копий редких фолиантов заметно возросло, само по себе разрешение на пользование книгохранилищем утратило былую значимость. Однако как показатель степени освоения наук его авторитет и ценность, напротив, лишь возросли. Со временем это переросло в систему учёных званий — «бакалавр», «лицентиат», «магистр», а затем и в высшую степень «мастер». Вместе с тем стали проводиться и строгие экзамены.

Каждое звание и нынешняя система квалификационных экзаменов выглядят следующим образом.

Прежде всего — степень бакалавр. Чтобы её получить, для начала необходимо стать учеником.

Для этого в ближайшем окружении ищут мудреца, который сам как минимум обладает званием бакалавра, и получают у него базовое образование. Затем, при условии серьёзного отношения к учёбе и хороших результатов, получают рекомендацию, и лишь после этого допускается стать учеником мудреца, имеющего степень «мастер». С этого момента и начинается долгий путь ученичества.

Со временем ученик проходит устное испытание, которое проводят два мастера — его собственный учитель и ещё один. Если по итогам этого испытания он получает одобрение, то удостаивается звания «бакалавр» и начинает именоваться среди людей «мудрецом». Обладатель этого звания вправе: получать доступ в книгохранилище под руководством наставника своей школы; открывать учебные заведения, где преподаёт основы знаний детям и другим ученикам. Степень «лецентиат» присваивается после устного экзамена, проводимого не менее чем двумя наставниками из других школ или традиций.

Обладатель этого звания вправе обращаться к любому наставнику — и почти всегда ему будет разрешён доступ к чтению книг. А разрешение на чтение означает также, что он может напрямую задавать вопросы мастерам. Иными словами, он получает возможность накапливать разносторонние знания под руководством самых разных почтенных учителей.

Кроме того, ему разрешается выступать с докладами о результатах своих исследований на учёном собрании. А по отношению к ученикам, имеющим степень «бакалавр», ему дозволяется исполнять обязанности заместителя наставника.

Кстати, Лелей в настоящее время обладает степенью «лицентиат».

Следующая ступень — степень «магистр», но с этого момента требования резко возрастают.

Прежде всего, от него требуется выступить с докладом на заседании по присвоению учёной степени, которое проводится в этом Ронделе. При этом необходимо получить одобрение всех присутствующих почтенных наставников.

Однако, получив однажды степень магистра, человек более не сталкивается с ограничениями на доступ к библиотечным фондам — к какому бы наставнику он ни обратился. Более того, во многих странах ему по протоколу двора присваивается титул «ваше превосходительство» и оказывается соответствующее почтение. Титул «ваше превосходительство» принадлежит знати, министрам, а в армии — генералам, то есть лицам высоких рангов. Поэтому можно без преувеличения сказать: достигнув этой ступени, человек благодаря силе своих знаний ставится вровень со знатью.

Сестра Лелей, Арпеджио, в настоящее время обладает степенью магистра.

И наконец, на высшей ступени — степень «мастер». Достигнув этого уровня, человек получает право создать собственную библиотеку. Создание библиотеки означает, что к нему будут приходить ученики для обучения — иными словами, это равносильно открытию собственного университета. В этих краях степень мастера расценивается как свидетельство достаточной силы и авторитета.

Разумеется, процедура аттестации крайне сурова. В некоторых кругах её даже сравнивают с публичной казнью.

Этот экзамен настолько суров, что многие проваливаются и с позором покидают состязание — это труднейшее из испытаний. Поэтому немало тех, кто, получив степень магистра, останавливается и не стремится к дальнейшим высотам. Например, это младшие сыновья обедневших аристократов — вторые или третьи в роду, не имеющие ни наследного владения, ни состояния. Такие люди нередко учатся лишь ради того, чтобы утвердить себя, и, добившись степени магистра, считают, что достигли достаточного. Вернувшись на родину, они и так будут пользоваться почётом и уважением, так зачем же добровольно подвергать себя страданиям и стремиться выше?

Однако Лелей сегодня собирается пройти через это. Вероятно, потому, что для человека, решившего жить на этом пути, учёная степень — не конечная цель, а лишь одна из ступеней на долгом пути научной жизни.

— Понятно…

Итами и остальные, выслушав рассказ о том, как возникла эта система, согласно кивнули.

Рори, Тука, Яо в общих чертах были знакомы с этим, но эльфы и тёмные эльфы, чьё обучение строилось на домашнем воспитании и углублении знаний через опыт, оставались чужды учёным степеням. Рори же лишь в бытность свою послушницей, до того как стать полубожеством, получила базовое образование, и потому имела о системе лишь смутное представление. Однако благодаря объяснению Лелей она по-новому осознала, сколь велики достижения людей, обладающих учёными степенями. Теперь она могла представить, через какие тяготы приходится проходить тем, кто избрал путь учёбы.

В результате, когда Лелей небрежно перешла к следующей теме, как будто это было второстепенным вопросом, все замерли с выражением «А?» на лицах.

— Итами получил учёную степень, соответствующую статусу бакалавр, в Японии.

Итами действительно окончил университет, пусть и недавно созданный, и считающийся третьесортным, так что в этом не было ошибки.

— Не может быть!

Невольно это пробормотала Тука — которая называла Итами отцом.

— Когда я узнала об этом, то долго размышлял: можно ли использовать японское слово «гакуси» как подходящий эквивалент? Но, изучив вопрос, пришла к выводу: иного варианта перевода просто нет. Итак, вывод таков: Итами — мудрец, обладающий степенью бакалавр.

— Япония и правда поразительная страна, да?

Рори застыла с выражением крайнего изумления на лице, а Яо судорожно сжал в руке пятийеновую монету, висевшую у неё на шее. Тука же издала звук, который можно было принять за насмешливое хмыканье, словно подшучивала над Итами.

— Если Лелей так говорит, значит, это правда… но всё равно ощущение какое-то странное, неправдоподобное.

— Я испытала примерно такое же потрясение, когда впервые услышала, что Ваше Святейшество Рори стремится стать богиней любви.

В ответ Лелей кивнула.

— Великая богиня-прародительница Ла оставила такие слова: «В учении есть три ступени: низшая — когда лишь познаёшь вещи, средняя — когда взращиваешь силу их понимания, и высшая — когда шлифуешь премудрость».

— Что это значит?

— Это упрёк тем, кто, лишь заучивая знания из книг, мнит себя мудрецом.

Даже Итами не смог сдержать горькой усмешки, услышав такое.

— Чувствую себя так, будто меня не воспринимают всерьёз…

— Вовсе нет, отец. Просто… просто я удивлена. Ведь ты никогда не строил из себя мудреца.

— Называй меня человеком-сюрпризом.

— Честно говоря, я и не подозревала, что у тебя есть учёность.

— Звучит так, будто ты всё это время считала меня глупцом?

Тогда Тука, обратившись к Итами и сложив руки в жесте, словно в молитве, шутливо произнесла: «Не сердись. Я просто невольно сболтнула то, что было на уме!»

Итами, сделав страшную рожу, важно заявил:

— Ты испортила весь настрой!

И тут же ухватил Туку за щёки, растянув их в стороны.

— Ах ты проказница! За такие слова я тебя сейчас накажу!

— Ой! Ай! Ну хватит, хватит!

Со стороны это выглядело так: разъярённый Итами грубо обращается с Тукой.

Однако его истинные намерения проявлялись в едва уловимой игре силы. Будто он прилагал усилие, но в действительности не вкладывал всей мощи. И что важно: Тука прекрасно это чувствовала. Потому-то она и не стала ни вскрикивать от боли, ни плакать, а вместо этого схватила Итами за щёки и сама перешла в контратаку.

— Кхи-кхи, кхи-кхи, кхи-кхи-кхи-кхи!

— И-и-и-и-и! Ай, ай! Пусти!

— Ха! Получай!

Они тянули друг друга за щёки, тщательно дозируя силу, и в итоге их тела оказались прижаты вплотную друг к другу.

— Айййй!

— Хиии!

Рори и Яо с завистливым видом наблюдали за вознёй этих двоих.

— Как же это прекрасно… А моя душа жаждет хоть крупицы внимания!

— Понятно… Получается, при таком действии следует ожидать именно такой отклик.

Лелей по-прежнему сохраняла бесстрастное выражение лица, но в ней угадывалась лёгкая нервозность.

— Однако ситуация тревожная. Одежда Туки начинает сползать.

— Пожалуйста, кто-нибудь, прекратите это.

— Что ж, тогда я…

Яо вмешался, сказав:

— Эй, Итами! Ну-ну! Успокойся! Может, тебе стоит подумать, как ты обычно себя ведёшь? От учёного человека всегда ждёшь основательности и весомости в словах и поступках, но именно этого тебе не хватает. Ведёшь себя словно невежда, ничего не смыслящий в науках. Тука именно об этом и говорит, не так ли?

Тука судорожно прижала ладони к пылающим щекам, и поджала губы.

Пусть внешне она и сохраняла сдержанность, в глубине души упивалась этой игривой потасовкой с Итами, и потому внезапное вмешательство показалось ей жестоким ударом. Однако отрицать правду не было сил, и, скрепя сердце, она всё-таки кивнула, хоть и против воли.

Итами тоже, словно массируя щёки, поглаживал их и выразил недовольство.

— Ну, мне часто так говорят… Но я просто не могу делать то, что мне не по душе.

До этого момента он постоянно выслушивал от начальства упрёки и по поводу служебного поведения, и касательно повседневных поступков. В конце концов его даже отправили на курсы подготовки руководящего состава, но это ничего не изменило. В этом смысле легкомысленность Итами, его дерзкая непринуждённость — своего рода достоинство, закалённое как сталь.

Среди царившей расслабленности Итами неожиданно достал пистолет из-за голенища и направил его в сторону двери. Рори рывком притянула к себе алебарду, Лелей вскинула посох, изготовившись к бою. А Тука, лишённая оружия, уже шептала слова древнего заклинания, призывая духов.

Грей вошёл чуть позже остальных и сказал: «Прошу прощения за опоздание».

— …

Грей осознал, что оказался в смертельно опасной ситуации, и замер. Тут же поднял обе руки, демонстрируя покорность.

— К-кхм… Прошу прощения. Следовало окликнуть вас до того, как открывать дверь.

Все разом выдохнули: «А, это Грей», — и расслабились, опуская оружие. Итами тоже убрал пистолет в кобуру.

— Так что насчёт Шенди? Удалось ли найти какие-нибудь зацепки?

На вопрос Итами Грей отрицательно покачал головой и этим поверг всех в уныние.

Когда Итами услышал предположение Лелей о том, что коварный Дудочник вновь явится, дабы одурачить мальчишек из Книжного моря, он без промедления отрядил Шенди следить за ними. Однако с той самой ночи женщина-рыцарь с волосами цвета льна бесследно исчезла.

Грей вернулся, в очередной раз прочёсав местность. Лицо его было измождённым, когда он произнёс:

— Уже четвёртый день ни весточки, ни сигнала. На поле боя разведчики порой задерживаются… Но четыре дня — это слишком долго. Что-то пошло не так…

По положению в рыцарском ордене Шенди и Грей равны. Однако Грей, поднявшийся из простых солдат, уже достиг почти предельного для себя чина. В отличие от него, Шенди — из знати. И недавно её стали прочить в командиры отряда Белой Розы. В рамках текущей миссии Грей, обладающий большим опытом, был назначен наставником Шенди: от него Пина ожидала руководства в деталях и заботы о ней. Потому-то Грей и ощущает свою долю ответственности за то, что она бесследно исчезла.

— Господин, я бы хотел ещё раз обойти эту местность.

— Я тоже пойду…

Лелей, услышав сказанное, сделала движение, чтобы встать. Однако Итами её остановил.

— Лелей, оставайся на месте. Понимаю твоё беспокойство, но ответственность за принятые решения несёт командир — то есть я.

Грей, услышав эти слова подался вперёд.

— Именно так. Ведь госпожа Лелей выбрала на эту роль госпожу Шенди, потому что доверяла её способностям, не так ли? Значит, следует проявить терпение. Отбирать доверие, уже однажды дарованное, значит нанести оскорбление рыцарю.

— …

Тогда Лелей, словно повинуясь словам Итами, опустилась на место. В этот момент Рори, подняв указательный палец, наставительно произнесла:

— Да ведь мы сюда в Рондел приехали именно ради сегодняшнего дня, разве нет?

— Экзамен продлится и завтра. Мы можем отложить решение.

— Может, и так, но что делать с Дудочником? Если мы будем просто сидеть сложа руки, он продолжит охотиться на нас. К тому же, если оставить его безнаказанным, число жертв будет только расти.

В данном случае жертвами являются те, кого обманул Дудочник и превратил в убийц.

Крайне редко удается обезвредить нападавшего, который пришел с целью убить, не причинив ему при этом травм. Только благодаря удачному стечению обстоятельств — времени, месту и людям — мальчишки из этой гостиницы отделались лишь синяками на лицах. Если бы всё пошло не так, они вполне могли бы погибнуть.

— С древних времён говорят, что стратегия разрабатывается умом, а в бою командует дух. Я понимаю твою заботу о госпоже Шенди, но корректировать стратегию под влиянием эмоций недопустимо. Начав, ты должен быть твёрд решителен и не колебаться.

— Точно! Раз уж мы тут, сначала надо разобраться с Дудочником.

— …

Лелей закусила губу. Она привыкла всё делать сама, потому не выносила ощущения, когда приходилось доверять дело другим и ждать результата. Но, похоже, её всё-таки убедили принять такую ситуацию.

— Хм?

Итами бросил настороженный взгляд на дверной проём. Рука его легла на пистолет, закреплённый на бедре, на случай, если придётся мгновенно выхватить оружие.

Вскоре до всех донёсся торопливый топот, приближающийся по коридору. Некто направлялся прямо к ним.

Итами неторопливо извлёк свой девятимиллиметровый пистолет. Грей тоже обнажил меч.

Все замерли, затаив дыхание, и в этот миг дверь с грохотом распахнулась. В проёме появилась запыхавшаяся Шенди — она буквально влетела внутрь.

— Я ещё не опоздала!

— Шенди… Где ты была всё это время?

Тука и остальные обступили Шенди. Но больше всех, похоже, обрадовался Грей. Он подошёл к ней и энергично похлопал по вздрагивающим от частого дыхания плечам.

— Госпожа Шенди, прошу, доложите немедленно…

— Ах, да. Я преследовала некую женщину по имени Нора. Из-за этого и опоздала.

— Опоздала, говоришь?! Да ты пропала на четыре дня — на целых четыре! Должны же быть какие-то пределы опозданиям, не так ли? Хотя бы оставила зацепку или связалась с нами! Мы же волновались!

Тука, уперев руки в бока, от лица всех высказал своё недовольство.

— Прости, Тука, но у меня совсем не было возможности связаться с вами. Эти мальчишки снова попались…

Тут Рори рассмеялась с выражением, будто слегка издеваясь.

— Мы уже в курсе.

— Правда?

— Эта Нора — марионетка Дудочника. Ведь так?

Итами почесал затылок с видом провинившегося шалуна, у которого сорвалась каверза.

— Было бы проще всего сказать, что та самая Нора и есть Дудочник. Но, видимо, нельзя допустить появления настоящего виновника, да?

Если уж манера Дудочника — подставлять других в роли убийц, а самому оставаться в безопасности, то даже после одной неудачи вряд ли он сам возьмёт меч и нападёт на цель.

— Так что насчёт Дудочника? Раз уж потратила столько времени, то нашла его? Это был мужчина? Женщина?

— Это был мужчина. Он выглядел так же, как описывали мальчишки… Но в итоге я его упустила.

— Что! Заставила нас так волноваться, и в конце концов потеряла его?

Тука раздражённо надулась.

— Простите. Но так вышло, что пришлось идти до самого города Пайран. Пока я задремала, упустила его из виду…

Грей похлопал Шенди по плечу, словно пытаясь её утешить.

Ну, это неудивительно. Было бы действительно невероятно, если бы кто-то смог отследить цель в одиночку за два дня. Такого рода преследование должно осуществляться более крупной группой. В одиночку это невозможно с самого начала.

На слова Грея о том, что и просто подтвердить внешность — уже хорошо, Тука согласно кивнула.

— Ты действительно проделала великолепную работу. Должно быть, это было нелегко?

— Всё в порядке. В рыцарском ордене я считалась одной из лучших. Мои оценки за дальнюю разведку всегда были наивысшими.

Тщательно подбирая слова, Итами произнёс:

— На самом деле, всё, что вам нужно было сделать, это проверить, с кем связались мальчишки из гостиницы. Честно говоря, вовсе не обязательно было устраивать слежку.

В этих словах, естественно, читался подтекст — мол, зря заставила волноваться.

— А?! Так значит, всё это… было напрасно?

— Н-нет, вовсе нет. Мы ведь теперь знаем Дудочника в лицо. Это уже успех. Просто нужно было оставаться на связи.

— Я просто увлеклась. Но лицо Дудочника я видела отчётливо!

Шенди повернулась к Итами, решительно сжала кулак и с гордостью заявила о своём успехе.

Итами произнёс: «Да, верно. Спасибо», — и, обратившись ко всем, объявил:

— Хорошо. Теперь остаётся только одно — отыскать Дудочника, когда он появится на месте встречи.

Тут Лилей подтянула к себе посох, лежавший рядом. Рори схватилась за алебарду, а Тука за лук.

Итами, перекинув ремень от винтовки через плечо, оглядел всех присутствующих.

— Все готовы?

Так вся группа собралась покинуть «Книжное море». Но Шенди жалобно запротестовала и присела на корточки.

— А! Я ведь только что вернулась! Я даже завтрак не успела съесть! К тому же одежда вся в поту. Дайте хоть нижнее бельё сменить. Я на последнем издыхании!

— Чёрт… И то верно.

Итами задумался, прикидывая, как же поступить.

Если бы Шенди была из Сил самообороны, он мог бы ограничиться лишь словом «Вперёд!»

Если бы это были Тука или Лелей, или Рори, можно было бы обратиться к ним с просьбой: «Постарайтесь, пожалуйста». Но это посторонний человек, который просто оказывает содействие. К тому же она только что завершила огромную работу, длившуюся четыре дня. Просить её о дополнительном усилии было как-то неловко.

Однако среди них только Шенди лично видела Дудочника. Без неё опознать его не получится. Мальчишки, конечно, готовы помочь, но, честно говоря, на них нельзя было особо рассчитывать.

— Думаю, нам уже стоит отправляться, иначе мы опоздаем на экзамен.

Услышав слова Яо, Грей с суровым выражением лица выступил вперёд.

— Госпожа Шенди, сейчас как раз тот момент, когда нужно проявить упорство. В дни, предшествующие решающей битве, солдаты нередко проводят ночи без сна, неустанно выполняя дозорную службу и изнывая от усталости, а затем сразу вступают в сражение. На поле боя это обычное дело, не так ли, господин Итами?

Итами тоже кивнул, сказав: «Да, в общем-то». Действительно, это было правдой. Силы самообороны тоже проводили с бойцами аналогичное воспитание духа.

Тогда Шенди с усилием поднялась, произнесла: «Мне очень жаль, что я доставила вам столько хлопот». Несмотря на явные следы усталости на лице, она попросила всех действовать согласно плану. Это было действительно достойно восхищения, и Итами с остальными значительно повысили свою оценку Шенди.

Таким образом, группа спустилась в вестибюль на первом этаже гостиницы. Там мальчишки тоже готовились к выходу.

— А, доброе утро!

— Ну что ж, настал этот день. Пожалуйста, действуйте согласно нашему плану. Доспехи на вас, всё в порядке?

— Мы пойдём вперёд и будем следить, не появится ли Дудочник.

— Удачи вам!

Вся компания была благодарна им… но в то же время с ними непросто.

Однако, чтобы поймать Дудочника, который наверняка появится на месте проведения экзамена, их сотрудничество было бы полезным. А поскольку они хотели, чтобы мальчики работали охотно, Итами и другие решили не указывать на то, что их обманывают. Всё, что они могли сделать, это молча наблюдать за работниками, когда те сказали: “Хорошо, мы пошли”.

 

 

Место проведения экзамена, располагалось в нескольких минутах от Книжного моря. Поэтому Итами и его спутники решили отправиться пешком.

С точки зрения защиты от убийц, которые могут напасть в любой момент, предпочтительнее было бы путешествовать на высокомобильном транспортном средстве. Однако есть риски: можно, как в прошлый раз, угодить в пробку и застрять, а это грозит опозданием для Лелей; не факт, что у места назначения найдётся пространство для парковки. В итоге было решено, что пешая прогулка снижает вероятность непредвиденных ситуаций, и в целом сопряжена с меньшим риском.

По пути Итами воспользовался случаем, чтобы задать Лелей вопрос, который давно его беспокоил.

Суть вопроса заключалась в следующем: если Лелей овладела японским языком на достаточно высоком уровне, приобрела компьютер и имеет доступ к интернету в Арнусе, то теоретически она могла бы черпать оттуда знания и последовательно публиковать работы, способные произвести революцию в этом мире. Так почему же она этого не делает?

— Мне кажется, ты действуешь чересчур осторожно, Лелей. Понимаю, что ты стараешься не допустить плагиата чужих научных работ. Но дело ведь не только в этом, верно? Я чувствую, что твоя осмотрительность имеет иную причину.

На это Лелей ответила следующим образом:

— Когда я только начала обучение, первое, что преподал мне мастер Като, это урок о том, какое влияние наука оказывает на людей.

Можно сказать, что это была история развития астрономии.

В давние времена, когда у людей не было домов, а одежда была грубой и скудной, они спали прямо на земле, глядя на звёзды, мерцающие на фоне тёмного неба.

Фантастические картины, создаваемые звёздами, украшали ночное небо. На их фоне люди видели самые разные сны и превращали их в повествования, искусно сплетая истории. Со временем люди обнаружили связь между звёздными узорами на небе и сменой сезонов. Когда человечество освоило земледелие как способ выживания, эти повествования стали ещё более детализированными и величественными.

Например, когда приходит время сева, на небосводе появляется благостный бог земледелия.

Но тут, словно чтобы прогнать его, появляется грозный бог дождя, и между ними разгорается яростная битва. В небе мечутся молнии, бушует неистовый ветер. Кроткий бог не выдерживает натиска и, оттеснённый на запад, вынужден покинуть небесную сцену.

И тогда на небесах на какое-то время воцаряется бог дождя.

Сейчас как раз сезон дождей. Дни идут один за другим, и солнце не показывается на небосводе. Однако это продлится недолго. Бог земледелия, получивший благословение богини земли, вновь воспрянет духом и бросит вызов в битве за трон небесного владыки

И в конце концов бог земледелия одерживает победу.

Дождевые тучи рассеиваются, и наступает пора изобилия: урожай щедро наливается силой, а плоды на деревьях ярко окрашиваются в сочные цвета.

Люди постигали связь между движением небесных тел и сменой сезонов, создавая подобные незамысловатые мифы.

Тем не менее мудрецы продолжали свои попытки разгадать законы, управляющие движением звёзд.

Постепенное накопление точных астрономических наблюдений в конце концов привело к созданию надёжного календаря. Так зародилась отдельная ветвь науки — астрономия, заняв важное место в научном мире. Примерно 2 500 лет назад произошло важнейшее открытие, перевернувшее устоявшиеся представления. Было доказано и обосновано революционное утверждение: Земля имеет форму шара.

Боги этого мира не раскрывают людям устройство мироздания и законы, управляющие вещами. Они безмолвно ждут, пока люди сами раскроют эти тайны. Поэтому простые люди представляли Землю плоским диском, над которым неподвижно парит Солнце. Даже мудрецы в своих попытках постичь устройство мира опирались на это представление.

Например, логично, что область непосредственно под экватором, по пути Солнца, более жаркая из-за близости к Солнцу.

Чем дальше на север от экватора, тем больше расстояние от Солнца, следовательно, тем холоднее становится, и суша и море; кроме того, угол между поверхностью Земли и Солнцем уменьшается, и Солнце кажется ниже над горизонтом.

Так мудрецы отвечали на вопросы о строении мира.

Но однажды астроном Пассол задумался: а нельзя ли, используя метод триангуляции, применяемый при составлении карт, для точного вычислить расстояние между Солнцем и Землёй. На случай плохой погоды и для подстраховки он разослал своих учеников в семь точек на севере и юге, и поручил им в один и тот же день и в одно и то же время измерить угол, образуемый Солнцем и поверхностью Земли.

Результаты оказались поразительными.

Но когда попытались свести воедино результаты измерений из семи точек, выяснилось: рассчитать расстояние от Земли до Солнца никак не получается.

Поначалу решили, что виной всему погрешности. Увеличили число наблюдательных пунктов вдвое — с семи до четырнадцати. Но чем больше точек добавлялось и чем дальше они раздвигались, тем отчётливее проявлялись необъяснимые отклонения: углы между Солнцем и землёй упорно не желали укладываться в расчётные рамки.

Несколько месяцев он бился над этими данными, пытаясь их осмыслить. И наконец его осенила страшная догадка: чем дальше от экватора, тем заметнее Земля плавно искривляется. Её поверхность описывает дугу, а если продлить эту дугу, она замкнётся. Так он пришёл к неизбежному выводу: Земля — шар.

Когда Пассор с трепетом изложил свою идею, народ оцепенел от ужаса и изумления — разум отказывался принять это откровение.

Ведь если поверить его словам, Земля-шар висит в космосе без всякой поддержки. Для простых людей это было слишком страшно, чтобы принять. А если Земля круглая, то те, кто на её “краю”, должны падать вниз — и люди, и дома, и звери. Да и сама Земля, не имея опоры, обязана падать. И если падение уже идёт, то куда мы мчимся в этот миг? Что нас ждёт в конце этого пути? В какую пропасть мы несёмся?

Люди представили, как за горизонтом здания и всё прочее срываются вниз и обрушиваются.

В их воображении сцена, где упавший фрукт бесславно расплющился на полу, наложилась на видение гибели планеты — и два этих образа стали неотделимы.

Зал собраний в Ронделе был окружён крестьянами, вооружёнными мотыгами и серпами.

Люди разъярились из-за учения о шарообразной Земле и требовали признать, что лежащие в его основе наблюдения ошибочны. Хотя Пассор ничего дурного не совершил, толпа уверилась: его теория — опасное заблуждение, способное погубить мир.

Наука меняет мировоззрение. И тогда мудрецы поняли: если обращаться с ней неосторожно, она может напугать людей, а в иных обстоятельствах — обрести силу, способную довести их до подобного безумия.

Толпа неистово колотила в двери зала собраний, пытаясь их разбить. В воздухе стоял оглушительный гневный рёв.

Несмотря на яростный напор, мудрецы, хотя и дрожали от страха, не стали искажать ни точных наблюдений, ни выводов, к которым они вели. Это было вопросом их чести как учёных. Поэтому вместо этого они обратились к народу с речью.

— Не страшитесь: хотя Земля и шарообразна, она не упадёт. Она — центр всего сущего. То, что мы зовём „низом“, находится в самом сердце земного шара, словно семя в плоде. Земля не дрогнет. Вы можете без тревоги жить на её благодатной поверхности — на теле нашей матери-Земли.

То была ложь. Пустая выдумка, сплетённая из удобных домыслов, лишённая малейшей опоры. Мудрецы призваны мечом мудрости рубить тьму незнания — но там они сами накинули этот мрак на глаза людей.

Правда оказалась не нужна — людям требовалась именно эта ложь. Подобно лягушке, что живёт в колодце и не ведает о море: она утонула бы в его необъятности и солёной воде. Мы ещё не доросли до того, чтобы вместить необъятность мироздания. И потому предпочли не выходить из тёмного колодца. Иными словами, народ сам пожелал быть обманутым — и с готовностью уверовал.

Они утешали себя мыслью, что их земля — центр мира, опора всего сущего. Эта идея удовлетворяла их самолюбие, и они спрятались за таким взглядом на мир.

— В ночь, когда я прослушала эту лекцию, я была напугана и дрожала.

Маленькая Лилей не раз видела сон: она с энтузиазмом докладывает о великом открытии, но люди осыпают её ругательствами и избивают дубинами.

— Мудрец должен думать о том, как его открытия повлияют на людей. Моё изобретение позволяет создавать взрывы с помощью магии, поэтому его распространение будет ограничено. Я использовала это как оправдание, чтобы не раскрывать всё до конца. Но дальше я зайти не могу. Я знаю, что должна опубликовать рецепт пороха, ведь понимаю его потенциал. Однако меня пугает, к чему приведёт злоупотребление. Наёмники уже применяют порох в боях. Если торговля через Врата Арнуса продолжится, люди рано или поздно узнают, как его делать и использовать. И всё же я не в силах это сделать.

Сказав это, Лелей опустила плечи, словно разрешая назвать себя слабовольной.

Итами, конечно, не думал осуждать Лелей. Он знал: если люди получат порох, они начнут стремиться к ещё более мощному оружию. И к чему это в итоге приведёт, он мог легко представить.

Рори, которая подслушивала сзади, улыбнулась так же, как Итами, и кивнула, соглашаясь.

— Однажды, Лелей, я дам тебе «домашнее задание»…

В этих словах чувствовалась неловкость, связанная с перекладыванием на кого-то хлопот. Итами же беспокоился о том, что могло бы произойти, если бы Лелей обнародовала рецепт пороха. Однако, несмотря на теплые слова, блеск в глазах Рори, которая не улыбалась, заставил его воздержаться от вопросов.

 

 

***

 

Перед залом, где должен пройти экзамен, уже собралось множество мудрецов и студентов, ожидавших начала мероприятия.

Пробираясь сквозь толпу, они заметили наставницу Мимозу и Арпеджио — сводную сестру Лелей

— Ты опоздала, Лелей!

Похоже, эти двое ждали Лелей.

Услышав имя, окружающие студенты замолчали и одновременно повернули головы. Затем начали циркулировать шепотки: «Это та, о которой ходят слухи» и «Она действительно молода, не так ли?». Похоже, имя Лелей уже было хорошо известно среди студентов.

— Ну, конечно. Стремиться к званию мастера в таком возрасте? Это довольно самонадеянно, поэтому, естественно, это стало предметом обсуждения.

Арпеджио пробормотала это, потянув за чистую белую мантию Лелей.

— Ну и ну, она всё-таки прибыла вовремя.

— Из-за тебя мне пришлось заказать новую.

Затем Мимоза сказала с лукавой улыбкой.

— Слухи о том, что Лелей победила Огненного Дракона, уже распространились широко. Даже Альфи, несмотря на все свои ворчания, только что хвастался тобой перед своими друзьями.

— Наставница Мимоза! Я просила Вас молчать!

— Ой, правда? В таком случае, может, мне стоит промолчать о том, что ты принесла свою мантию, которую приготовила на случай, если мантия Лелей не прибудет вовремя? И я действительно не должна упоминать о том, что ты просидела всю ночь, подшивая подол, верно?

Услышав это, Арпеджио, вся пунцовая, поспешно спрятала за спиной какой-то свёрток. Наверное, это и было та самая мантия, о котором упомянула наставница.

—Н-но… наставница! Вы же сейчас всё выдали!

— Ой-ой, прости-прости. Случайно вырвалось. Старость не радость — язык начинает жить своей жизнью.

—Не надо отмазываться возрастом! “Случайно вырвалось”…  Да хоть как мило это произнесите — не прокатит! Вы явно всё продумали заранее!

Арпеджио, всё ещё сгорая от смущения, разразилась потоком возражений.

Но наставница лишь отмахнулась от этих возражений — словно от ветерка, что способен лишь колебать ветви. На лице всё та же безмятежная улыбка и лишь игривое: «Ой-ой-ой…» И оттого Арпеджио лишь распаляется.

Через некоторое время высокий стройный эльф, стоявший до этого в стороне, шагнул вперёд и легонько тронул Арпеджио за плечо.

— Альфи, Альфи. Все смотрят, так что, пожалуй, стоит остановиться.

— Флат. Не лезь, а лучше вообще замолкни!

— А, х-хорошо…

Эльф, встретившийся с яростным взглядом, мгновенно опустил голову в унынии.

Арпеджио повернулась спиной к эльфу и вновь обратилась к Мимозе. Она с настойчивой горячностью принялась разъяснять, сколь непросто поддерживать должный авторитет старшей сестры перед младшей.

Тем временем внимание Итами и остальных было сосредоточено на эльфе, чье мнение было категорически отвергнуто Арпеджио.

«Кто этот эльф? «Неужели, среди студентов встречаются эльфы?» И «В каких отношениях он с Альфи?» Эти вопросы возникли в головах каждого из них. Хотя Арпеджио, казалось, не испытывала романтического интереса, по крайней мере один мужчина был достаточно близок к ней, чтобы ему разрешалось прикасаться к её плечу.

— А, я Флат Эль Кода. Приятно познакомиться.

Почувствовав на себе взгляды всех присутствующих, эльф начал представился

— Здравствуйте. Вы, должно быть, Лелей? Для меня огромная честь с Вами познакомиться. Я часто слышал о Вас от Альфи. Поразительно, что в вашем возрасте вы уже собираетесь пройти испытание на звание Мастера! Когда мне было шестнадцать, я лишь бродил по лесам родной деревни… Кстати, я только что услышал — ходят слухи, что вы одолели Огненного дракона. Это невероятно! Такие истории уже разносятся по всему городу, а скоро разлетятся и по всему континенту. Вы настоящий герой! Восхищаюсь Вами!

— Должна внести ясность насчёт слухов об Огненном драконе. В них есть доля неправды. С драконом в открытом бою сражались Итами и Яо, а также павшие в бою: Кроу, Мито, Бан, Фен, Нокк, Ком, Сейми и Наю. А добивающий удар нанесла Тука. Я же лишь применяла магию, чтобы отвлекать дракона.

Тут Тука, покраснев, потупила взгляд и пробормотала:

— А-а, да я только в самом конце и вмешалась…

Яо, слушая, как Лелей перечисляет имена всех, кто пал в бою, не упустив ни единого, почувствовала, как к горлу подступает ком. Её глаза наполнились влагой.

— Все вы невероятны. Тука, Яо — спасибо за ваш труд и жертвы. Как эльф, я испытываю огромную гордость. А я… я всего лишь мудрец-исследователь, мне остаётся только восхищаться.

— Мудрец-исследователь?

На вопрос Итами Лелей ответила:

— Так чаще всего называют мудрецов, которые не используют магию.

Услышав это, Флат неловко рассмеялся:

— Ха-ха-ха… Дело не в том, что не использую, а в том, что не могу. Я ведь эльф — так или иначе всё сводится к магии духов. Но вот беда: магия духов… она просто не годится для научных экспериментов и анализа, понимаете?

— Магия — всего лишь инструмент. Есть множество мудрецов, оставивших выдающийся след без её применения.

— Да, но тогда круг исследований сильно сужается. Остаются только наблюдение и размышления.

— Простите за вопрос, но какова ваша специализация?

 — Астрономия, — ответил Флат.

— Оу!

Только что выслушав рассказ об истории развития астрономии и сопряжённых с этим трудностях, Итами проникся сочувствием:  Флат выбрал невероятно сложную стезю.

Увидев изменившееся лицо Итами, Флат обеспокоился, гадая, не сделал ли он что-то, что расстроило его. Лелей почувствовала себя обязанной объяснить такую реакцию, и кратко рассказала о ситуации.

— Я поведала ему историю развития астрономии. Теория сферической Земли Пассола и так далее…

В процессе объяснения Флат, похоже, осознал суть происходящего, и с самоиронично хмыкнул.

— Всё в порядке. В последнее время меня уже не так часто закидывают камнями, так что…

— Закидывают камнями?

— А, это… В нашей области порой приходится рисковать жизнью. Но я верю: рано или поздно мне удастся убедить всех.

Флат сжал кулак, словно подчёркивая твёрдость своих убеждений, и принялся объяснять последние тенденции в астрономии.

Благодаря развитию астрономии после Пассола происходили события, способные потрясти весь мир. Одним из таких событий стала теория «О гелиоцентрической системе мира», выдвинутая Мокри.

По мере развития наблюдений за небесными телами становится ясно: в ночном небе звёзды бывают разных типов. Особенно заметны те, что меняют положение, словно сбивая с толку наблюдателя — это планеты.

Наблюдения подкрепили представление: четыре планеты (красная, жёлтая, голубая, белая) — собратья Солнца и Луны. Они расположены в пределах небесной сферы и обращаются вокруг Земли — центра мироздания. Но эта схема не способна полностью описать их пути на небе.

На протяжении веков астрономы замечали: планеты, как правило, перемещаются по южному небу с запада на восток. Однако периодически они демонстрируют обратное движение — с востока на запад. то характерно не только для красной и жёлтой планет с их заметными перемещениями, но и для голубой и белой, как показывают записи наблюдений за сотни лет.

Астрономы того времени объясняли это явление следующим образом.

Все планеты закреплены на хрустальных сферах, вращающихся вокруг Земли. Такая система объясняла ретроградные движения и позволяла составлять приблизительные прогнозы их расположения.

В ту эпоху, когда инструменты астрономов были ещё примитивны, необъяснимые явления обычно списывали на погрешности наблюдений.

Но с развитием наблюдательных технологий обнаружилось множество явлений, которые прежняя модель уже не могла объяснить. Тогда астроном Мокри решил построить новую картину мира, чтобы разрешить эти противоречия.

В итоге он пришёл к теории гелиоцентризма.

Согласно этой модели, Земля не занимает особого положения: она движется по орбите вокруг Солнца наравне с другими планетами. Ретроградное движение возникает как кажущееся явление в моменты, когда Земля, находясь на внутренней орбите, обгоняет внешнюю планету.

Разумеется, эта концепция вызвала сильное сопротивление.

Земля неподвижна и не может сдвинуться — так люди верили со времён появления теории шарообразной Земли. Поэтому не только народ, но и большинство учёных отнеслись к теории Мокри с недоверием.

Если Земля движется, почему Луна не отстаёт от неё?

Кроме того, если Земля обращается вокруг Солнца, то положение звёзд на небесной сфере хотя бы слегка должно смещаться. Всё это указывает на наличие множества проблем в гелиоцентрической теории.

На это Мокри ответил так:

— Между Землёй и Луной действует “невидимый ложный принцип“. Именно он удерживает Луну на месте.

Однако многие учёные критиковали этот подход, утверждая: «Сторонники магии сразу начинают говорить о какой-то „пустой истине“, как только сталкиваются с необъяснимыми явлениями».

Маги же возражали: «„Пустая истина“ не действует в обычном мире — она проявляется лишь в особых магических условиях, согласно строгим правилам».

В итоге консенсус так и не был достигнут.

 

***

 

В Японии фармацевтические компании часто спонсируют медицинские конференции: те берут на себя всё — от печати брошюр до аренды элитных отелей. Участники получают бейджи с логотипом компании, бесплатный обед за прослушивание презентации их препаратов. А доплатив небольшую сумму за банкет, можно попасть на роскошный фуршет.

Однако такие спонсируемые конференции — большая редкость. Большинство из них испытывают нехватку средств и работают лишь на взносы участников. Это неизбежно сказывается на масштабе и качестве их проведения.

Конференция в Ронделе, как раз таки, проходила в довольно скромной обстановке.

Зал собраний довольно старый, с трещинами на колоннах, и всё, от приема гостей до управления залом, осуществляется самими студентами по их собственной инициативе. Атмосфера напоминает школьный фестиваль.

Арпеджио, пройдя регистрацию, спросил Флата:

— А у тебя какие планы? Будешь делать доклад?

— Да, планирую представить результаты исследований.

— Только не говори, что опять про гелиоцентризм.

— Нет-нет, сегодня лишь данные наблюдений.

— Ну, тогда ладно…

— Но это действительно нечто поразительное! Все удивятся, обещаю!

С этими словами эльфийский юноша похлопал по стопке пергаментных листов.

— Только, пожалуйста, не засыпай нас данными, как стрелами из лука. В общем, удачи!

Пока Арпеджио с назидательными вздохами произносила свои поучения, Мимоза молча улыбалась. По её взгляду читалось: у неё есть что возразить, но она терпеливо подождёт.

Арпеджио, почувствовав на себе многозначительный взгляд,  недовольно спросила:

— Что такое, учитель?

— Ничего особенного. Просто не хочу, чтобы ты на меня рассердилась, если я выскажусь.

Арпеджио надулась, но когда Лелей подошла и спросила: «Что случилось?», Мимоза с удивительной легкостью раскрыла всё.

— Флат, видите ли, сделал Альфи предложение. У них такие отношения.

Старушка, приложив ладони к щекам, кокетливо протянула: «Кья-а!» Рори и Тука не удержались и расхохотались вместе с ней.

Несмотря на солидный облик, Мимоза был самой молодой из троих.

— Учитель… я правда не хочу это обсуждать! — голос ученицы дрожал от раздражения. — Между нами ничего нет, абсолютно! Как можно даже подумать о браке с этим… этим эльфом?! Я не вижу в нём мужчины, честно! Вы слышите меня?! Ну хотя бы сейчас выслушайте…

— Вот как обстоят дела. Надеюсь, понятно?

Присутствующие искренне оценили шутливый тон Мимозы.

— Те, кто намерен выступить с докладом, проходят регистрацию здесь, у стойки.

На этот зов Флат направился к стойке регистрации, всё ещё не в силах сдержать горькую улыбку. В тот же момент откуда-то с другой стороны раздался чёткий, звучный голос:

— Те, кто претендуют на звание магистра или мастера, пожалуйста, подойдите сюда.

Тогда около двенадцати-тринадцати мудрецов направились в сторону звучавшего голоса. Среди них, помимо Лелей, было ещё примерно трое мужчин в белых одеяниях.

Наблюдая за происходящим, можно было увидеть, как сотрудник, подойдя к собравшимся мудрецам, начал разъяснять им важные моменты и правила.

Итами, стараясь не мешать, держался на почтительном расстоянии, но занял позицию, позволяющую вовремя заметить любого, кто попытается приблизиться к Лелей. Тука, Рори, Яо, Грей и Шенди тоже рассредоточились по периметру, внимательно следя за окружающими.

— А я пойду поздороваюсь с теми старичками.

После того как наставница отошла, Арпеджио, оставшись одна, выглядела смущённо. Видимо, поэтому она время от времени поглядывала на Итами. Было ясно, что её не отпускает мысль о том, как сводная сестра объявила кого-то «своим».

Решив, что время подходящее, Итами заговорил с ней и заодно попытался узнать пару деталей о аттестации.

— Арпеджио‑сан, а на аттестации на учёную степень есть фиксированное число мест для прохождения? Или это каждый раз по-разному?

Арпеджио, к которой обратились, словно облегчённо вздохнула и с заметным оживлением подошла к Итами.

— Нет, никакой фиксированной квоты нет. Бывает, что утверждают всех, а бывает — ни одного не пропускают. Вас это беспокоит?

— Вы в курсе слухов о наёмном убийце по прозвищу Дудочник?

— А, вы о том, что Лелей якобы стала его целью? Но разве реально превратить обычного человека в наёмного убийцу? Неужели такое вообще возможно?

Итами разговаривал с Арпеджио, но его взгляд был прикован к Лелей и мудрецам вокруг неё.

Все тянули жребий, предложенный сотрудником. Видимо, так решают, кто будет выступать первым.

— Если кто-то умеет управлять людьми только словами, это действительно впечатляет. Наверное, он мастер обмана.

— Словами никого не возьмёшь. Я не дам себя обмануть несколькими умными фразами.

— Вряд ли получится превратить этих мудрецов в убийц, правда?

— Конечно. Они же претендуют на учёные степени. Даже если и существует магия, подчиняющая разум, о такой силе никто не слышал. Максимум — она может усилить эмоции.

— Магия, значит… — пробормотал Итами.

Он давно знал Лелей, но эта область так и осталась для него непостижимой. Потому Итами задумался: как можно одурачить человека, не прибегая к волшебству? И в этот момент в голове сложился пример — простой, но показательный.

Если существует ограничение на количество людей, которые могут пройти отбор... что, если кто-то шепнет тем, кто балансирует на грани прохождения, «Избавься от этой неприятности»? Это не обязательно должен быть сам человек. Если можно найти члена семьи или возлюбленного, который слепо обожает его, это может быть предпочтительнее.

— Если отбор проводится по квотной системе, это вполне возможно, не так ли?

Для Арпеджио это был по-настоящему тревожащий разговор. Ведь именно она — та самая девушка, что, снедаемая завистью, устроила публичную ссору с вызовом на поединок. Но то происходило в рамках «сестринских раздоров», внутри определённого круга. Она вовсе не настолько лишена стыда, чтобы затевать скандал с совершенно незнакомым человеком лишь потому, что он ей неприятен. И уж тем более ей и в голову не придёт желать чьей-то смерти.

— Аттестация — это состязание идей. На это не влияет присутствие или отсутствие других участников. Так что об этом можно не беспокоиться, — сказала Арпеджио.

Пока шёл этот разговор, взгляд Итами вдруг замер на пожилом мужчине в белой мантии. Тот то делал шаг вперёд, то отступал — его поведение казалось странным и неоднозначным. Однако, судя по всему, именно этому мужчине предстояло выступить последним в этот день.

В этот миг воображение Итами заработало на полную мощность. Хотя он и любил окольные пути, фантазии ему было не занимать. Он мысленно перебирал всё, что читал раньше: мангу, книги, фанфики. На основе самых разных идей, — и логичных, и невероятных — он начал выстраивать версию происходящего. К этому он добавил немного знаний из антитеррористической подготовки.

Сначала он решил, что методы Дудочника — это приёмы, привычные в мире по эту сторону Врат, включая Японию.

То есть сначала распространяют ложь или искажённые данные, чтобы вызвать у жертвы обиду или гнев. Когда цель начинает остро чувствовать неприязнь к оппоненту, ей подбрасывают последнюю фразу. Ту, что ломает внутренние запреты и толкает к поступку. Такой метод часто применяют диктаторские режимы, террористические группировки и религиозные организации, когда хотят взбудоражить народ. Люди выбирают информацию, опираясь на эмоции, поэтому первый шаг — разжечь чувства. Магия тут тоже подойдёт, если есть желание.

— А если представить вот что? Вы узнаёте, что ваше исследование повторяет работу другого человека. Скажем, Флата, который выступает раньше Вас, а его материал лучше…

— Да, я разозлюсь. Но убивать не стану. Скорее просто ударю его.

— Ударишь, значит… — Итами на мгновение широко раскрыл глаза.

— Тогда как насчёт такого? Ты годами вкладывал силы в исследование, преодолевал трудности, и вот результат вашего труда украл человек, который тебе глубоко неприятен. Более того, узнаёшь, что вор собирается представить это исследование как своё собственное. А потом он ещё и стоит перед вами с невозмутимым видом…

— Если бы это была я, то… Я бы точно убила. Кто посмеет меня остановить?

Арпеджио заявил без паузы, выпятив грудь. Для мудреца научные достижения — это кристаллизация крови, пота и слез. И они бесценны.

Внезапно Итами вытащил пистолет и с решительным выражением лица быстро подошёл к пожилому мудрецу, стоящему за Лелей, приставив дуло к его голове.

— Ладно, хватит! Молодец. Тебе будет гораздо лучше, если ты просто будешь сидеть смирно. Ты же не хочешь, чтобы твоя короткая жизнь закончилась здесь, правда? Впереди наверняка ещё много радостного, не так ли? Ну, по крайней мере возможно…

Предупреждение звучало совсем не угрожающе. Но даже так мужчина напрягся всем телом. Видимо, его застали врасплох, и он испугался. В панике он выронил маленький клинок, который прятал в ладони, и тот застучал по каменному полу.

— Я… я не хотел ничего дурного! Это та девчонка украла моё исследование — она виновата!

Внезапно все уставились на мужчину, который начал оправдываться.

— Подумайте сами: разве такая девушка может провести исследование, которое допустят к экзамену на мастера? Конечно, она просто присвоила чужую работу! Из-за таких, как она, настоящим мудрецам приходится нелегко. Современная наука в упадке!

Итами произнёс:

— Такие мнения лучше озвучивать в ином месте.

Затем он поручил Грею разобраться с ситуацией.

— Скорее всего, его просто ввели в заблуждение. Пожалуйста, объясните ему всё спокойно. Яо, помоги Грею.

— Принято.

Так Грей и Яо увели мужчину.

— Я просто хотел защитить своё исследование! Ненавижу женщин! — кричал он вдалеке.

И эти крики, доносившиеся издалека, звучали неожиданно грустно.

 

Как оказалось, мужчину действительно обманули.

Когда мужчине раскрыли, какой доклад Лелей собирается представить на собрании в присутствии многих мастеров. Выяснилось, что это совершенно отличается от его исследований как по области, так и по содержанию, и он понял, что его намеренно ввели в заблуждение.

Он уже не раз проваливал экзамены на звание мастера, поэтому на этот раз был особенно настроен на успех. К тому же он годами трудился над своим исследованием и гордился им. Кроме того, он не любил женщин. Вероятно, именно эти слабости использовал Дудочник.

Схема была крайне изощрённой.

Сначала в его лабораторию пробрался вор. Но, не найдя пропажи, мужчина успокоился. Тут к нему подошёл человек, выглядевший благожелательно, и сказал: «Кто-то украл Ваше исследование». Так началась игра Дудочника.

«Доброжелатель» представил пару доказательств кражи исследования (скорее всего, он сам пробрался в лабораторию и изучил документы). Убедившись, что мужчина в это поверил, он тихо добавил:

— Есть женщина, которая хочет объявить Ваше исследование своим.

Мужчина разумно заметил:

— Если я сообщу о краже, то всё разрешится.

Но ему ответили:

— В научных кругах побеждает тот, кто успел выступить первым. Если скажут, что это совпадение — двое работали над одним и тем же, — ваш протест не сработает.

Эти слова взбудоражили мужчину. Он перестал видеть противоречия и нелогичности.

— Ваша последняя надежда — жеребьёвка перед конференцией. Если выступите раньше неё, ситуация изменится в вашу пользу. Молитесь, чтобы организаторов не подкупили.

Суть хитрости — не дать человеку полностью отчаяться. Подбрасывая крупицы надежды, манипулятор одновременно заражал его подозрительностью. Погружаясь в тревогу, жертва теряла способность рассуждать здраво. Кроме того, Дудочник умело раздувал давние обиды мужчины. Когда же жеребьёвка обернулась против него, мужчина уверился: всё было спланировано заранее. Его разум погрузился в мир бредовых подозрений.

— Эта воровка! Какая подлая женщина! Если её не остановить, конференция будет погублена!

Так смесь личной ненависти и ложного праведного гнева толкнула его на решительные действия. Под их напором он вытащил припрятанный нож.

Итами, выслушав всё это, подумал: «Почему он даже не попытался остановиться и всё перепроверить?»

Но человек, захваченный эмоциями, ведёт себя гораздо импульсивнее, чем ему кажется. Наверное, поэтому преступления, совершённые сгоряча, никогда не исчезнут.

Мужчина, поняв, что чуть не натворил непоправимого, объявил, что отказывается от участия в нынешней конференции и попробует в следующий раз. Поскольку он только подошёл к Лелей с ножом, но не сделал ничего конкретного, ему удалось избежать обвинений. Однако его сгорбленная спина, когда он уходил, ясно показывала, как сильно он унижен.

 

***

Конференция стартовала сразу после приветствия распорядителя.

Доклады шли один за другим: авторы объявляли о новых открытиях — порой причудливых и невероятных, представляли научные теории и эксцентрические гипотезы.

В рамках общей программы традиционно проводились экзамены на магистра или звание мастера. Так сложилось издавна, и выступление Флата Эль Коды назначили прямо перед докладом Лелей.

Предыдущего претендента на звание мастера забросали чернильницами. Трибуна была измазана красной, жёлтой, зелёной и синей краской, а сам он в ужасе убегал чуть ли не на четвереньках. Увидев это, худощавый эльф за кулисами съёжился и задрожал.

Итами заметил, что в облике эльфа есть что-то располагающее. Он стоял за кулисами рядом с Лелей и решил заговорить с ним, чтобы немного снять напряжение.

— Я слышал, что среди эльфов нет никого со званием мастера, а есть ли обычные мудрецы, Флат?

— Нет, думаю, я единственный. Я, можно сказать, чудак. Степень мне не была нужна, но с ней мои слова звучат убедительнее.

Напряжение Флата понемногу спадало.

Но Лелей выглядела ещё бледнее обычного. Итами заметил, что её лицо стало почти фарфоровым — раньше он не думал, что она может так побледнеть. Обычно её кожа сохраняла лёгкий оттенок тепла, но теперь она была совершенно белой.

Итами оглядел зал. У кулис стояли Тука, Грей, Яо и Рори — они следили за зрителями. Мальчишки из Книжного моря искали в толпе Дудочника. Они верили словам Норы и были уверены, что враг где-то здесь. Шенди нигде не было видно. Она сказала, что враг может попытаться обойти их с тыла, и наблюдала за ситуацией в другом месте.

Проблема была в том, что мастера у трибуны явно готовились швырнуть чернильницы, если докладчик ошибётся. Они вели себя так беззаботно, что экзамен казался игрой.

Охранники же не могли отличить чернильницу от настоящего оружия. (Хотя чернильница сама по себе опасна.)

— Если мастера вдруг решат бросать чернильница, мы должны будем быстро увести Лелей с трибуны. Иначе может случиться беда.

— Не переживай. Они не станут бросать.

Лелей заявила об этом с убеждением. Подавлять нервозность силой воли и демонстрировать уверенность — нелёгкая задача. Итами нашел её решимость обнадеживающей и слегка похлопал её по спине.

— Если у тебя всё пройдёт гладко, это и мне очень поможет. Я на тебя рассчитываю.

Но Флат снова выглядел отчаявшимся.

— Лелей-сан, вы так уверены в себе… А я от волнения уже почти не соображаю.

— Но вы же не сдаёте экзамен, так что просто выступайте спокойно.

— Я и сам это понимаю, но ничего не могу с собой поделать — такой уж у меня характер.

— Так не пойдёт. Сестра будет разочарована. Постарайтесь собраться

— А, да… разумеется…

Флат, прислушавшись к словам будущей невестки, дождался сигнала от сотрудника, который закончил уборку, и пошёл к трибуне.

 

 

Когда на кафедре показался эльф, о котором ходили сомнительные слухи, мудрецы в зале сразу насторожились, решив, что он снова пришёл с какой-нибудь нелепой теорией.

Раньше он уже пытался исправить недостатки гелиоцентрической модели, заявив, что центр мира вращается вокруг Солнца. Его тут же освистали и заставили уйти.

Критики назвали саму идею о движущемся центре мира вздором. Поэтому к нынешнему докладу Флата Эль Коды отнеслись особенно строго. Но его получасовое выступление свелось к простой фразе: «Нечто явилось, и мир исказился».

Мудрецы, составлявшие аудиторию, поначалу насторожились, решив, что речь снова пойдёт о гелиоцентрической теории. Их ожидания не оправдались — и в тот же миг они недоумённо переглянулись, мысленно вопрошая: «Да что этот тип вообще несёт?» Они совершенно не понимали, что значит утверждение «мир исказился».

— Э-э… что за болван…

Даже Арпеджио — та, кто лучше всех меня понимала, — лишь брезгливо пробормотала себе под нос.

— Как вы все знаете, я, несмотря на постоянные неудачи, продолжаю свои исследования в области гелиоцентрической теории. С этой целью я регулярно провожу астрономические наблюдения. Но в последнее время я обнаружила, что допустил ошибку: я наблюдал не тот объект, который был нужен, а другую звезду. Выяснилось, что я путал планету «Белая Звезда» со звездой «Небесная Лисица».

Услышав это, мудрецы дружно вздохнули от разочарования.

Ведь астроном не должен ошибаться в звёздах. Из-за этого под сомнение может попасть даже достоверность всех его предыдущих докладов: по сути, это можно считать настоящим скандалом.

— Но причина в том, что Небесная Лисица вела себя крайне загадочно. Пожалуйста, взгляните на этот график.

После этого Флат подошёл к стене из чёрного камня, находившейся у него за спиной, и начал графически изображать результаты своих наблюдений мелом.

Туманный месяц, благородный месяц (5-й и 6-й месяцы)… На схеме показано, как положение Небесной Лисицы, фиксируемое каждый месяц в один и тот же час, медленно смещается вокруг Северной Звезды.

Это было природное явление, сопровождавшее смену времён года.

Во время сезона дождей небо такое, как положено для сезона дождей, а в сухой сезон — такое, как положено для сухого сезона. Но по мере того, как шли месяцы — «месяц урожая», «влажный месяц», «месяц дождей», «прохладный месяц» (7-й, 8-й, 9-й и 10-й месяцы) — в движении небесных тел начали проявляться аномалии. Они стали отклоняться от своего обычного пути, их словно притягивало в другую сторону, и в конце концов орбита одного из планетных тел — Белой звезды — пересеклась с другой траекторией.

— Из-за этого я и перепутал их. Осознав ошибку, я начал искать ту самую Белую звезду, которую должен был наблюдать изначально. И оказалось, что она находится вот здесь.

На схеме видно, что положение Белой звезды, Небесной Лисицы, отклонилось от своего обычного положения.

Планеты называют так именно потому, что они движутся, словно сбивая людей с толку. Однако благодаря многолетним наблюдениям мы точно знаем, по какой орбите они следуют. Ни при каких обстоятельствах они не могут значительно отклониться от установленных границ.

— Подумав: «Что же это такое происходит?», я решил зафиксировать движение почти всех звёзд в окрестностях. Затем, после ещё примерно месяца наблюдений, я пришёл к следующему выводу: если представить небесную сферу как единое полотно, то сейчас это полотно в одном месте схвачено и резко притянуто к себе.

Траектории звёзд под влиянием этой складки — или, скорее, искажения — смещаются в юго-юго-западном направлении, а после прохождения этой точки вновь возвращаются на исходную орбиту. Иными словами, кажется, будто часть неба искривлена. Именно это Флат и имел в виду, когда говорил: «Мир исказился».

— В ходе моих исследований не нашлось примеров, чтобы подобное явление происходило в прошлом. Более того, это искажение постепенно усиливается и становится всё более значительным. Сейчас его можно обнаружить лишь при тщательных наблюдениях, но пройдёт немного времени — и в юго-юго-западной части неба уже не получится составить привычные звёздные карты.

Как и следовало ожидать, из зала посыпались вопросы.

— А может, дело в том, что инструменты для наблюдений слишком старые или неисправные? Не в этом ли ошибка?

— Да, они действительно старые — у нас просто нет денег, чтобы приобрести новейшие. Но я не думаю, что это могло привести к подобным результатам. В таком случае данные были бы просто разрозненными и хаотичными.

— А возможно ли, что это какое-то явление типа миража?

Явление, когда вдалеке расположенные города или острова кажутся парящими над линией горизонта или водной гладью (в пустыне или на море), уже хорошо изучено и подробно исследовано.

— И это в течении нескольких месяцев подряд? — ответил Флат.

Мираж зависит от погодных условий. К тому же он возникает в основном вблизи морской поверхности или земли — там, где из-за разницы температур легко происходит преломление света, — и маловероятно, что подобное явление возникнет в небесах. Таково здесь общее мнение. По той же причине версии о влиянии облаков или погоды казались неубедительными.

— Изучая это, я подумал: а не является ли всё это предвестником каких-то глобальных катаклизмов? И действительно, в это время случались землетрясения. Я убеждён, что все эти явления связаны между собой. Прошу вас тоже обратить внимание на ночное небо. Если нам удастся правильно объяснить это явление, возможно, мы приблизимся к разгадке тайн мироздания. На этом я завершаю свой доклад…

Завершив выступление, Флат покинул трибуну.

Из зала раздались вполне обычные аплодисменты. Большинство слушателей, похоже, успокоились, осознав, что его доклад был всего лишь весьма сдержанным отчетом о наблюдениях. И никто ещё не понимал, что содержавшаяся в докладе концепция «искривления мира» в будущем вызовет грандиозный переполох.

— Ну что ж… Теперь очередь Лелей.

Как только Итами произнёс эти слова, Лелей не стала делать глубокий вдох или принимать решительную позу, какую обычно принимают люди, готовясь собраться с силами. Она просто спокойно подошла к трибуне.

В этот момент одна из женщин, находившихся в зале, встала и направилась к трибуне.

— Тц… Разве нельзя было сделать это после доклада?

Итами, сжимая в руке пистолет, подал знак окружающим. Мальчишки, наблюдавшие за залом, настойчиво подавали сигналы: «Всё в порядке», — значит, эта женщина и есть Нора.

Она скрывала в ладони небольшой клинок. Впрочем, в каком-то смысле всё шло согласно плану.

Мальчишки уверены, что это всего лишь показательное выступление и Лелей ни в коем случае не пострадает. А вот Итами и его люди считают, что под видом инсценировки кто-то пытается на самом деле причинить Лелей вред.

— Если мотив наёмных убийц в том, что им не нравится, как народ почитает Лелей как героя, то вполне логично, что они решат действовать до того, как Лелей получит титул мудреца и обретёт ещё большую славу. В этом есть своя логика.

Проговорив это, Итами издал тяжёлый вздох. Лелей тем временем стояла на сцене и терпеливо ждала, пока Нора подойдёт ближе. Итами внимательно следил за ситуацией: он был уверен, что женщина до самого последнего мгновения будет следовать оговорённому плану. Она медленно подходила к трибуне, и лишь в последний момент собиралась нанести удар. Итами решил, что успеет принять меры прямо перед тем, как противник перейдёт к решительным действиям.

Но Нора лишь усмехнулась, пригнулась и совершила движение, не предусмотренное планом. Она прыгнула с расстояния, которое, как предполагалось, ещё было безопасным, — и бросилась на Лелей. Итами полностью недооценил физические возможности представителей расы зверолюдов.

— Чёрт, облажался!

Итами вскинул оружие.

Тука, Яо и Шенди тоже бросились вперёд, стремясь защитить Лелей. Но из-за того, что их атака пришлась в пустоту, они на мгновение замешкались. В результате Лелей оказалась практически беззащитна — клинок Норы уже нависал над ней.

Казалось, замысел женщины вот-вот увенчается успехом. И по факту он уже начал сбываться.

Но главной ошибкой Норы стало то, что всё происходило в Ронделе. О том, что Лелей стала мишенью наёмных убийц, уже ходили слухи по всему городу.

Иными словами, с того самого момента, как Нора двинулась в сторону Лелей, зрители в зале начали подозревать, что это и есть тот самый наёмный убийца: «Эй, эй, это не тот ли, о ком говорили?» В такой обстановке… Особенно когда зал был буквально переполнен магами, — любое подозрительное действие неизбежно вызвало бы реакцию.

Со всех сторон в Нору полетели световые снаряды, ветряные стрелы, камни, управляемые магией, болты, чакрамы, метательные ножи — целый шквал атак, почти неотразимый. В мгновение ока женщина, вся в ранах, рухнула на пол.

Мальчишки из Книжного моря в панике бросились к Норе и поспешили унести её к лекарю.

Тем временем Итами и товарищи были совершенно ошеломлены. Сразу после осознания собственной неудачи они на мгновение растерялись. Окинув взглядом магов, сидящих в зале, Итами вновь осознал: в этой ситуации даже он мог в мгновение ока превратиться в бездыханное тело.

— Как так то? Да мы же тут как на ладони, ни спрятаться, ни защититься толком.

Если уж приводить пример, то это было похоже на то, как если бы какой-то извращенец пробрался на концерт, намереваясь подшутить над айдолом. Ему удалось незаметно проскользнуть мимо охраны и приблизиться к сцене — но, обернувшись, он вдруг понял, что все зрители в зале на самом деле были полицейскими. Вот такое же леденящее чувство ужаса он испытал.

Впрочем, так покушение на Лелей было предотвращено ещё до его совершения. Даже если бы в зал проник какой-либо другой наёмный убийца — кроме дудочника, — увидев это, он наверняка воздержался бы от нападения.

— В таком случае всё в порядке?

Итами, расслабившись, направился обратно.

Тука и Яо, которые до этого бросились вперёд, чтобы защитить Лелей, теперь, стараясь не мешать предстоящему выступлению, вернулись на свои прежние места.

Немного позже Шенди тоже подняла руку, словно желая подбодрить Лелей. Но затем, без малейшего промедления, резко опустила руку — и вонзила короткий меч в грудь Лелей.

— Что?

 

<Продолжение в следующем томе>

 

 

 

 

п.п. /\/\(°°°0-0°°°)/\/\