Онлайн чтение книги Дорогое лето Dear, Summer
1 - 3

Голос прозвучал не очень громко. Но даже одного этого низкого, короткого звука оказалось достаточно, чтобы привлечь ее внимание. Голос, проникающий так глубоко, словно щекочущий слух. Стоило ей обернуться на этот звук, как ее обдало ароматом — не то запахом мыла, не то кондиционера для белья.

Перв ым, что бросилось в глаза, была безупречно чистая белая футболка. Словно оставляя за собой шлейф, ее обладатель как-то слишком медленно попадал в поле зрения — всё потому, что он был невероятно высоким. Парень, на которого приходилось смотреть сильно снизу вверх, глядел на Са Юль слегка опущенными глазами.

Как у парня может быть такое лицо… Начиная с формы головы и овала лица, вылепленных столь тщательно, что не было ни единого изъяна, и заканчивая изящно вырезанными поверх глазами, носом и губами. Не нужно было никаких длинных описаний — это было самое утонченное и прекрасное лицо из всех, что Са Юль видела за всю свою жизнь. Она так засмотрелась, что даже забыла о том, что пялиться так откровенно — невежливо.

«Но странно, кажется, я где-то его видела».

«Цок».

Парень издал звук, словно подзывал щенка. Са Юль вздрогнула и наконец пришла в себя. И тут же встретилась с ним взглядом: он смотрел на нее сверху вниз, слегка склонив голову, словно ему что-то не нравилось.

— Вы сейчас… меня позвали?

Застигнутая врасплох, Са Юль ответила с подозрением, на что он слегка кивнул.

— Угу.

— Зачем?

— Ты влезла без очереди.

В отличие от его цветочной внешности, голос у него был приятным, низким баритоном.

— Что?

— Это мое место, там.

— Я пришла первой. А вы — потом.

Когда она с возмущением возразила, он лишь дернул идеальной бровью.

— Впервые в зале игровых автоматов?

— Что?

Вместо ответа парень постучал пальцем по панели автомата. Прищурившись, Са Юль наконец заметила маленькую стопку монет, лежащую с краю. Вытянув шею, она недовольно спросила:

— И что это значит?

— То, что здесь есть очередь?

Его мягкий ответ прозвучал слегка насмешливо. Почему-то казалось, что каждое его движение создано для того, чтобы очаровывать.

— Что за…

Она хотела было возмутиться, но двое мальчишек, которые до этого остервенело долбили по кнопкам соседнего автомата, оглянулись и поставили точку:

— Так и занимают места. Этот хён пришел первым.

— Ага. Это персональное место этого хёна.

Да кто вообще придумал эти негласные правила?! Ей хотелось возмутиться, но, похоже, это было правило, о котором знали все, кроме нее.

— Ну, вот так.

Он пожал плечами и усмехнулся. Изгиб его губ, плавно растянувшихся в улыбке, был таким идеальным, будто он всю жизнь только и делал, что тренировался улыбаться.

— Да, ну…

С недовольным лицом Са Юль встала, а он привычным движением опустился на стул. Как только он бросил монету, экран с превью сменился заставкой под громкую фоновую музыку. Удобно устроившись, парень вытянул руки вперед, словно разминаясь. Пальцы у него были такими же длинными, как и руки.

«Надо же, такая бурная разминка ради какой-то игрушки…» Са Юль непроизвольно надула губы. Но уже в следующее мгновение, как только он начал двигать руками, ее светло-карие глаза расширились так, что, казалось, вот-вот выскочат из орбит.

Быстро и привычно выбрав персонажа — видимо, своего любимого, — парень, как только начался матч, принялся выдавать комбо с такой ослепительной скоростью, что это казалось нереальным. Словно машина.

Мальчишки-младшеклассники, столпившись вокруг него, как гроздья винограда, завороженно смотрели на его персонажа на экране. Са Юль, начавшая наблюдать без особого интереса, тоже была внутренне потрясена.

С кем бы он ни играл, он выигрывал один бой за другим, а его шкала здоровья почти не убывала. Парень завершил игру без единого поражения за всё отведенное время. Стоявшая рядом Са Юль так увлеклась, что почти не дышала, и лишь с трудом оторвалась от зрелища.

Как бы это сказать… Глядя на то, как он без заминок выигрывает всё подряд, она почувствовала, что это выглядит круто и… прежде всего, свободно.

«…Если так играть, то любой стресс точно как рукой снимет».

— Вау. Ну ты даешь, хён! Это просто отвал башки! — Глаза маленьких мальчишек сияли от восторга.

— Еще бы. Ваш хён вообще крут.

Ответив им так, чтобы быть на одном уровне, он потрепал по голове мальчика в круглых очках, словно щенка. Тут же все остальные детишки вокруг загалдели: «Хён, и меня! И меня!», подставляя свои макушки.

— Всё, хватит. А то у хёна отпечатки пальцев сотрутся.

— Э-э-э? Отпечатки стираются?

— Как они могут стереться?!

— Да, стираются. Идите домой и спросите у мамы.

То, как он общался с детьми, широко улыбаясь, так что на щеках появлялись ямочки, выглядело очень умело. «…Какой он ласковый».

Склонив голову набок и потирая шею, парень, видимо, почувствовал на себе пристальный взгляд и внезапно обернулся к Са Юль.

— Что такое? Ты не ушла.

— Да… Вы неплохо играете.

Он слегка наклонил голову и небрежно бросил:

— Для той, кто пялилась, раскрыв рот, оценка скуповата.

А говорил так, будто еще минуту назад даже не замечал ее присутствия. Оказывается, всё он знал. Лицо Са Юль вдруг залилось краской.

— И кто это тут пялился…

Она смутилась и хотела было всё отрицать, но парень, поднявшись со стула, подошел к ней. Са Юль от неожиданности слегка втянула голову в плечи, и он прищурился.

Когда она решила, что он подошел слишком близко, парень вдруг протянул руку к мягкой коже под ее подбородком.

— Ах.

В это мгновение Са Юль осознала, что из всех частей тела на лице именно эта — самая чувствительная к чужим прикосновениям. Стоило неожиданно горячим пальцам мягко коснуться ее кожи, как по спине пробежали мурашки. Пульс в ушах забился так, что, казалось, барабанные перепонки сейчас лопнут.

С абсолютно серьезным лицом он издал тихое «Хм…» и большим пальцем нажал на ее подбородок, из-за чего ее губы непроизвольно приоткрылись. Что он сейчас…

Ей показалось, что взгляд, которым он смотрел на ее приоткрытые губы, на мгновение затуманился. Пока Са Юль застыла в шоке от первого в своей жизни прикосновения постороннего мужчины, он, серьезно изучив ее губы, убрал руку.

— Кажется, вот настолько. Ты рот открыла.

— Что…

Запаниковав, Са Юль прикрыла рот рукой и, густо покраснев, отступила назад.

— Какого черта вы трогаете чужое лицо без спроса?!

— А, извини. Мы ведь впервые видимся.

Его извинение с абсолютно не раскаивающимся лицом прозвучало бесстыдно, а улыбка была слишком уж свежей.

— Вот. Это тебе.

Словно в знак величайшего извинения, на ладонь Са Юль со звоном упали несколько монет. Пока она стояла, лишившись дара речи от такого невиданного хамства, он медленно прошел мимо нее и прошептал:

— Первая ученица школы, оказывается, тоже играет в игры.

Что?

Тихий голос определенно прошептал именно это. Тем тоном, будто он прекрасно ее знал. Испуганная Са Юль резко обернулась, но он уже широкими шагами покидал зал игровых автоматов.

«…Да что это с ним…»

Ей казалось, что под подбородком до сих пор витает тонкий запах мыла, исходивший от кончиков его пальцев.

***

«Первая ученица школы, оказывается, тоже играет в игры».

Этот тихий шепот, к ее досаде, то и дело всплывал в памяти. И кончики пальцев, которые так осторожно, словно касаясь сахарной ваты, дотронулись до ее подбородка и исчезли. И это лицо, улыбающееся так, что сводило с ума. Зал игровых автоматов, куда она зашла, спасаясь от душного воздуха. Это было единственное свежее воспоминание в том месте, пропахшем старыми вещами.

И зачем он такой красивый? Чувствуя себя странно, Са Юль сделала вид, что вытирает пот, и тайком потерла то место, которого коснулась его рука.

В душе творился какой-то сумбур, но Са Юль изо всех сил старалась сосредоточиться на голосе учителя, который с энтузиазмом объяснял материал урока, используя даже проектор.

К счастью, прежде чем ее мысли снова свернули не туда, прозвенел звонок, возвещающий об окончании урока. Потеребив в кармане фруктовую жвачку и немного посомневавшись, Са Юль вышла из класса.

Она говорила, что из второго класса. И Хи Су.

Са Юль ненавидела просто брать что-то и уходить, это казалось ей своего рода долгом. Пусть это был всего лишь леденец за несколько сотен вон. Не создавать таких долгов и не позволять другим делать себя обязанной — это была своего рода навязчивая идея, появившаяся у нее из-за Председателя Хана.

— О? Это же Хан Са Юль.

— Чего? Реально? У нас в классе?

Несколько учеников, тихо перешептываясь, выглянули из окон класса, чтобы посмотреть на Са Юль. Она так давно ни к кому не ходила в другие классы, что от волнения у нее пересохло во рту.

— У нас есть кто-то, кто с ней дружит?

— У нее же вроде нет друзей. Я ни разу не видел(а), чтобы она с кем-то тусовалась.

Обычно Са Юль было абсолютно плевать, кто и что там о ней говорит, но сегодня сплетни за спиной почему-то резали слух особенно четко. Фух. Глубоко вздохнув, Са Юль поймала самого безобидного на вид парня и спросила:

— Привет, скажи…

— А, а?

— И Хи Су ведь здесь учится?

— И Хи Су?

Видимо, удивившись такому неожиданному имени, парень слегка покраснел, обменялся взглядами с ребятами вокруг и громко крикнул:

— Эй! И Хи Су! К тебе пришли!

Хи Су, сидя на подоконнике в окружении нескольких ребят, смеялась так, что было видно гланды. Видимо, обсуждали что-то очень веселое. Услышав свое имя, она с недоумением обернулась, но, заметив Са Юль, тут же просияла и помахала рукой.