Онлайн чтение книги Дорогое лето Dear, Summer
1 - 6

Женский персонаж в белом костюме, похожем на добок для боевых искусств, неуклюже и прерывисто двигалась по экрану.

— Ты должна использовать комбо. Не отпускай кнопку «вперед» в этот момент.

— Ком… что? Нет, ну как я могу нажать и это, и то одновременно?

— Очень стараться и хорошо играть?

В его ленивом голосе слышались веселые нотки. Са Юль бросила быстрый взгляд на Си Джуна, но тут же снова отвлеклась на экран и от растерянности ударила по кнопкам наугад.

— Нет, ну как это сделать… А-а, подождите! Он же ко мне бежит!

— Ставь блок. Я же только что показывал. Вот так.

В отличие от Са Юль, которая паниковала с самого начала, Си Джун был пугающе спокоен. Обычно молчаливая, с каждой новой игрой Са Юль всё больше входила в азарт и начинала тараторить без умолку.

— О! А дальше что?

— Пригнись, и… ага. Вот так.

То ли потому, что он пару раз ей всё объяснил, то ли еще почему, но навыки Са Юль заметно улучшились. Проиграв предыдущий матч со счетом 2:1, она воспылала боевым духом и заявила, что на этот раз обязательно победит. В жажде победы она была уверена, что не уступит никому.

Долгое время Са Юль была сосредоточена так, словно собиралась прожечь экран взглядом, и лишь на третьем раунде ей удалось полностью нокаутировать персонажа противника. Казалось бы, ну и что такого, но, глядя на то, как ее виртуальный персонаж радостно избивает и валит оппонента на лопатки, она почувствовала, как с души спадает тяжелый груз.

WIN

Сообщение о победе, вспыхнувшее на экране автомата, принесло невероятный кайф.

— Вау! Вы видели? Видели?!

Си Джун, не сводивший глаз с Са Юль, вдруг нахмурил свои идеальные брови и, с серьезным лицом посмотрев на экран, издал многозначительный звук: «С-с-с…»

— Что… такое? Что-то не так?

— Ага.

— Что?

— Чувствую угрозу. За свое место.

— …Блин. Вы сейчас издеваетесь надо мной.

— Нет, я серьезно.

Си Джун сидел рядом, подперев подбородок рукой, и смотрел на Са Юль с откровенным любопытством.

— Ты только что сделала игрока с довольно высоким рейтингом.

Показав на экран, он тихо пробормотал, словно обращаясь к самому себе: «Она умная, поэтому так быстро схватывает?» При этом он вел себя так, будто они дружили еще со вчерашнего дня.

То, как он общался с людьми, и то, как занимался с ними чем-то вместе… Ни разу не запнувшись, он вел ситуацию в нужном ему направлении, но при этом нисколько не заставлял собеседника чувствовать себя неловко. Пока он учил ее игре и пока они играли, ей не нужно было ни о чем думать — это было просто весело.

«…Он поразительно искусен во всем. Наверное, поэтому он так популярен».

Спокойно глядя на Си Джуна, Са Юль вспомнила момент, когда они только пришли в зал игровых автоматов.

Не задавая лишних вопросов, Си Джун привел Са Юль в зал, привычным движением разменял купюру на горсть монет, придвинул стул к одному из автоматов и сел.

— Чего стоишь.

— А?

— Иди сюда.

Он кивнул на место рядом с собой. Судя по тому, как непринужденно он себя вел, он явно не из тех, кто стесняется незнакомцев.

— Что это за внезапный поход в зал игровых автоматов?

— Для «внезапного похода» ты слишком уж послушно за мной пошла.

— Ну, это да.

Когда Са Юль так легко с этим согласилась, Си Джун тихо усмехнулся, слегка тряхнул волосами и перевел взгляд на экран. Это у него привычка такая? Каждый раз, когда его глаза превращались в полумесяцы, а мягкие черные волосы слегка колыхались, сердце Са Юль начинало тревожно биться.

— Нет ничего лучше этого, чтобы прочистить мозги.

— …

Хоть он ни о чем не спрашивал, его тон говорил: «Я знаю, что у тебя всё сложно». Устроившись поудобнее, он, словно о чем-то вспомнив, посмотрел на Са Юль.

— Но, слушай.

— Да.

— Тебе всё-таки стоит быть осторожнее.

— С чем?

— Как думаешь, с чем?

Взгляд блестящих глаз Си Джуна был прикован к Са Юль. Только сейчас осознав смысл его слов, она склонила голову набок.

— С чего бы мне осторожничать, вы же просто позвали меня в зал автоматов…

Ха. С губ Си Джуна сорвался короткий вздох, похожий на усмешку.

— То ли наивная, то ли просто равнодушная.

— …

— Ага. Видимо, и то, и другое.

Он сам задавал вопросы и сам же на них отвечал, так что понять ход его мыслей было решительно невозможно.

— Что?

— А если бы мы не в зал автоматов пошли?

Его пристальный взгляд немного смутил ее. Са Юль даже не рассматривала вариант, что он мог ей соврать или замышлять что-то недоброе, поэтому просто не знала, что ответить.

— Парни в этом возрасте сплошь и рядом испорченные.

«Эм, вообще-то, вы тоже парень в этом возрасте». Пока Са Юль, подумав об этом, просто смотрела на него, он слегка прищурился, задержал на ней взгляд и отвернулся.

— Проехали. О чем это я вообще.

— Сонбэ ведь не плохой человек. Так что не так?

— Ты видишь меня второй раз в жизни.

— Я знаю.

— Но уже так уверена, что я не плохой человек.

— Ну, это ведь…

— Ты что, веришь людям только по их лицу?

Са Юль запнулась, не найдя, что ответить на этот вопрос. Си Джун прищурился и небрежно бросил:

— Теперь понятно, почему сектанты отправляют красивых девчонок зазывать прохожих.

— Что?

— Остерегайся всяких там чудо-матрасов.

— …

— А если кто-то спросит, нет ли в твоей семье проблем, сразу отводи взгляд.

Лицо парня, который, подперев подбородок рукой, дразняще постукивал указательным пальцем по своей щеке, было очень озорным. Только тогда Са Юль поняла, что он над ней подшучивает, и резко нахмурилась.

— Блин, вот же…

— Я не «Блин», а «Хён».

— …Ах, хватит издеваться. Когда я вас проигнорировала — вы возмущались, пошла за вами — снова возмущаетесь.

Под какую дудку ей вообще плясать?

Услышав ее ворчание, Си Джун усмехнулся и, придвинув свой стул вплотную к ней, сел рядом. И снова этот тонкий запах мыла.

«Каким парфюмом он пользуется? Или это кондиционер для белья?..»

Это совершенно не походило на удушливые запахи одеколона, которым хулиганы заливают себя, чтобы скрыть запах сигарет, или на тяжелые мужские парфюмы тех, кто пытается казаться старше. Это был мягкий, уютный аромат солнца, такой же светлый, как и его улыбка. Каждый раз, когда Са Юль незаметно вдыхала этот запах, ее сердце замирало.

Какими бы ни были чувства Са Юль, Си Джун сидел рядом и очень медленно, шаг за шагом, объяснял ей всё: начиная с выбора персонажа, подходящего для новичка, и заканчивая самыми мелкими деталями. И если Са Юль чего-то не понимала — он объяснял, пока до нее не доходило.

Ей так нравилось слушать его низкий голос, что она специально задавала всё больше вопросов. Она смотрела, как двигается его кадык, смотрела, как играют тени на красивых, рельефных мышцах его предплечья при каждом движении руки, и то и дело нервно сглатывала.

Но стоило Са Юль от волнения напрячься и нажать не ту кнопку, как она тут же чувствовала на себе его пристальный взгляд. Ей почему-то казалось, что смотреть в его сторону нельзя, поэтому она упорно не отрывала глаз от экрана.

Управлять джойстиком в таком зажатом состоянии было непросто. Она двигала стик так неуклюже, словно он заржавел, и Си Джун, видимо, не выдержав этого зрелища, тихо вздохнул.

— Да нет же, не в ту сторону…

Не в силах больше на это смотреть, Си Джун слегка приподнялся, и Са Юль почувствовала тепло за своей спиной. Тонкий аромат мгновенно стал осязаемо близким. Са Юль непроизвольно задержала дыхание.

Словно заключая ее в объятия, Си Джун протянул руку вперед, мягко накрыл своей ладонью ее руку, лежавшую на джойстике, и сделал несколько движений, словно помогая ей запомнить направление. Несмотря на то что это было лишь легкое прикосновение, его рука показалась ей обжигающе горячей.

Сердце забилось с безумной скоростью. Са Юль, оцепенев, смотрела на линию его челюсти, оказавшуюся прямо перед ней. Си Джун, сосредоточенно двигавший джойстик с нахмуренными бровями — видимо, это была его привычка во время концентрации, — вдруг почувствовал ее взгляд и слегка повернул голову.

— …

Его взгляд на мгновение скользнул по губам Са Юль, которые она приоткрыла от неожиданности. Губы почему-то защекотало, будто к ним что-то прикоснулось. Посмотрев на ее лицо с многозначительным выражением, Си Джун выпрямился.

— Хан Са Юль.

Низкий, спокойный голос… Она была напряжена как струна, полностью осознавая его присутствие, и, когда он позвал ее, испуганно отдернула голову. Си Джун, словно человек, совершивший ошибку, провел рукой по своему лицу и посмотрел на нее. Казалось, он хотел что-то сказать, но затем снова закрыл рот и, после небольшой паузы, произнес:

— Давай еще одну партию, и пойдем.

***

Прокручивая в голове всё произошедшее, Са Юль осторожно спросила:

— Послушайте, сонбэ.

Си Джун, доставший из кармана летней формы чупа-чупс и засунувший его в рот со слегка сложным выражением лица, посмотрел на Са Юль. Ей всегда казалось, что он выглядит взрослее своих сверстников, но сейчас, с леденцом во рту, он наконец-то был похож на парня своего возраста.

— Почему вы не спрашиваете?

— О чем?

— Ну, обычно, если видят что-то подобное, то спрашивают. Почему я плакала и всё такое.

Си Джун невозмутимо ответил, собирая сумку и вещи, которые он положил на автомат:

— Ты ведь сама ничего не сказала.

Это был такой простой ответ, словно это закрывало всю тему. Настолько, что Са Юль, задавшая вопрос, потеряла дар речи.

— И поэтому вы не спросили?

— Хочешь, чтобы спросил?

Посмотрев на Са Юль так, будто она делает из мухи слона, Си Джун сел на соседний свободный автомат и подставил лицо под поток воздуха от вентилятора. Тонкие бумажные ленточки, привязанные к решетке старого вентилятора, с треском развевались на ветру, словно волосы.

— Скорее.

— Если тебе тяжело, ты сама расскажешь.

Одна его щека, за которой прятался леденец, слегка оттопырилась. Встряхнув волосами, растрепавшимися от ветра и падающими на глаза, Си Джун пожал плечами и посмотрел на Са Юль взглядом, говорившим: «Разве не так?». Почувствовав, что он попал прямо в точку, Са Юль тихонько вздохнула.

— Да. На самом деле мне просто тяжело. Хоть вы уже всё и видели…

Са Юль замялась, подбирая слова. До этого момента она никому не рассказывала о том, что произошло в средней школе, и о своей нынешней ситуации. Но, видимо, копя всё это внутри, она в конце концов не выдержала тяжести, и ее прорвало.

— У меня… нет друзей.

— Ага. Вообще не удивлен.

На этот ответ, совершенно не вязавшийся с его беззаботным выражением лица, Са Юль нахмурилась. Но Си Джун лишь слегка махнул рукой, призывая ее продолжать.

— …В общем. Была одна девочка, которая сама подошла ко мне, чтобы подружиться, но сегодня я испугалась и просто сбежала от нее.

Си Джун, откинувшись назад и опираясь на руки, просто молча слушал. Глядя на его равнодушное лицо, Са Юль решила: будь что будет, и продолжила:

— Мой дедушка… совершил много плохих поступков.

— …

— Поэтому о нас ходят не очень хорошие слухи. Никто не хочет ко мне подходить, да и я особо не стремлюсь… Сама не подхожу.

— Насколько плохие поступки?

— А разве у плохих поступков есть какие-то критерии?

— Ну, вел себя как бандит, избивал кого-то, вытягивал все соки. Если только это не уровень уголовщины…

— …Да, что-то вроде того.

— …

Си Джун, слегка опешив, ткнул языком в щеку изнутри и закрыл рот.

— Из-за этого я потеряла свою лучшую подругу в средней школе.

После этого спокойного признания взгляд Си Джуна обратился к Са Юль. Она неловко улыбнулась и снова отвела глаза.

— Извините, просто мне было так тяжело. Мне нужно было кому-нибудь выговориться…

Словно показывая, что его это ничуть не напрягает, Си Джун, сидевший вполоборота, выпрямился.

— И что.

— Что?

— Ты-то тут при чем?

— Я?

За этим последовал короткий, совершенно непонятный вопрос. Си Джун посмотрел прямо на Са Юль и спросил снова:

— В чем именно твоя вина?

«Тр-р-р». Вместе со звуком перекатывающегося во рту леденца до Са Юль донесся сладкий аромат ванили. Услышав этот неожиданный вопрос, Са Юль ошарашенно уставилась на Си Джуна. До этого момента никто и никогда не задавал ей таких вопросов.

Си Джун легко спрыгнул с автомата и посмотрел на Са Юль.

— Разве каяться не должен кто-то другой?

— …

— Чувствовать вину нужно тогда, когда ты сама совершила ошибку. Извиняться — тоже.

— …

— Твой дед — это твой дед.

— …

— Живи своей жизнью. Хочешь заводить друзей — заводи.

Она впервые слышала такие слова и совершенно не знала, что на них ответить.

«Говорят же, гены пальцем не раздавишь. Дети из таких семей в итоге становятся такими же».

«Да кто знает. И милому личику доверять нельзя. Кто знает, что скрывается за этой мордашкой. Посмотрите на Председателя Хана. С таким добрым лицом… Уф-ф. Меня аж в дрожь бросает, когда я об этом думаю».

«А ведь деньги, на которые она учится и всё такое, — это всё добыто чужой кровью и страданиями, разве нет?»

Всё, что Са Юль слышала до сих пор, сводилось лишь к этому. Люди, которые за глаза обсуждали Са Юль, всегда выделявшуюся на фоне остальных с самого детства, были в основном не их ровесниками-подростками, а их родителями. И они без малейшего зазрения совести вонзали словесные ножи в Са Юль, оказавшуюся на разделочной доске благодаря удобному поводу.

Они верили, что если хоть немного очернить Са Юль, то для их собственных детей освободится местечко повыше. И поскольку эта злоба передавалась по наследству как нечто само собой разумеющееся, Са Юль осуждали все — от мала до велика, приравнивая ее к деду, словно она была осью зла.

Никто не мог проверить, правдивы ли слухи о связи ее дедушки с криминалом, но, учитывая его безупречно созданный публичный имидж, это, естественно, стало отличной приманкой для завистников.

Правда это или нет — казалось, им было совершенно неважно. Они просто наслаждались тем, что у них появилась возможность хоть как-то задеть и полить грязью эту маленькую девочку.

Естественно, это стало травмой для Са Юль. И с тех пор, стоило кому-то лишь бросить на нее взгляд и зашептаться, ей казалось, что они обсуждают всё ту же тему.

Поэтому она никак не ожидала услышать подобные слова…

— Начни хотя бы с этого.

— В смысле?

— Ты же хорошо учишься.

— Ну да…

— Надо сначала усвоить один урок, чтобы перейти к следующему.

Его тон, балансирующий на грани между понятным и не очень, был таким же ровным, словно он объяснял ей самый простой, базовый этап.

— Если ты будешь сжиматься от страха, когда ни в чем не виновата, они будут сплетничать еще радостнее.

— …

— Не давай им повода.

В его словах не было ни капли мягкости, лишь непреклонность. Откуда берется эта решительность? Как будто он сам прошел через нечто подобное. Си Джун спокойно посмотрел в глаза Са Юль, в которых читался водоворот мыслей.

— За взрослые проблемы должны отвечать взрослые. А ты просто…

— …

— Получай защиту от взрослых и наслаждайся тем, чем положено наслаждаться в твоем возрасте.

Са Юль непроизвольно приоткрыла рот, глядя на Си Джуна. Разница в возрасте — всего год, но Си Джун, обладавший зрелостью, которой не было у нее самой, почему-то казался ей совсем взрослым.

— В этом же и заключается привилегия несовершеннолетних. И для тебя, и для меня.

Посмотрев на удивленное лицо Са Юль, Си Джун вдруг сменил серьезный тон на легкий и шутливый, словно и не говорил ничего важного минуту назад. И это лицо впустило освежающую прохладу в ее сдавленную грудь.

— Да.

Словно он только и ждал этого ответа, Си Джун, услышав голос Са Юль, кивнул и поправил лямку рюкзака.

— А. И еще.

Будто что-то вспомнив, он поднял небрежно перекинутый через плечо рюкзак, достал из маленького кармашка целую горсть конфет и вложил в руку Са Юль. Когда она посмотрела на него непонимающим взглядом, Си Джун тихо прошептал:

— Не плачь больше.

Тонкий запах мыла и сладкий аромат ванильного чупа-чупса. Ладонь, которой слегка коснулись его пальцы, почему-то начало приятно печь.