После бала прошло несколько дней. Мария с трудом разлепила тяжёлые веки и кое-как приподнялась на постели.
— Ох-х...
— Ну надо же, юная леди двадцати лет, а стонет точь-в-точь как старый дядюшка с похмелья!
Сильби ещё с раннего утра хлопотала с завтраком. Сегодня предстояла важная встреча, поэтому дел с рассвета было невпроворот. Разбудив заспанную Марию, горничная бережно поставила ей на кровать поднос. На нём аппетитно красовались сэндвичи с ветчиной и яйцом, а в маленьком пузатом горшочке с цветочным узором дымился ароматный суп. Рядом стоял крошечный, изящный горшочек с живыми цветами.
— А это ещё что за миниатюрный садик?
— Наш повар услышал, что миледи впервые за долгое время отправляется на встречу с другом, вот и нарвал цветов в поле. Правда, он такой же маленький и очаровательный, как вы сами?
От слов Сильби, сияющей искренней улыбкой, у Марии потеплело на душе. Скрывая смущение, она молча зачерпнула ложку супа.
— Подумаешь, вышла из дома. И чего столько шума наводить?
— Это всё потому, что мы вас очень любим, миледи! Сколько лет вы не выбирались повидаться с друзьями? Все хоть и молчали, но ужасно переживали, что в самую пору расцвета вы сидите взаперти в поместье.
— Уж не потому ли вы так стараетесь, что отец недавно поднял вам жалованье?
— Ах, ну что вы такое говорите, миледи!
— Шучу я, шучу.
Когда Сильби обиженно покосилась на неё, Мария звонко расхохоталась. Благодаря весёлому утру и сытному завтраку предстоящая встреча больше не вызывала у неё никакой тревоги.
Мария решила сделать сегодняшний день переломным.
«Хватит с меня роли жалкой злодейки из романа!»
Каждому человеку свойственно стремиться к лучшей доле. Пусть финал книги и предрешён, но если даже второстепенная злодейка возьмёт судьбу в свои руки, разве не сможет она хоть немного изменить свой конец?
Цель у Марии была простая: впредь получать как можно меньше тумаков от судьбы и основательно позаботиться о собственном благополучии. Раз уж она приняла такое решение, медлить было нельзя. Поэтому первым делом она отправлялась в гости к Ноа Сэклпайну.
Возможно, его приглашение на балу было лишь дежурной вежливостью, но Мария намеренно ухватилась за эту соломинку.
«Сначала произведу хорошее впечатление на Ноа. Потом через него аккуратно пущу слух о себе до Луки и постепенно поправлю свою репутацию».
План заключался в том, чтобы действовать шаг за шагом, располагая к себе людей одного за другим. Конечно, с Лукой они договорились о куда более серьёзной встрече, но Мария понятия не имела, что ему сказать.
Не заявишь же ему с порога: «Прости, что пять лет назад отравила тебя из ревности, но ведь благодаря этому ты встретил любовь всей своей жизни, верно?» За такие речи точно схлопочешь оплеуху...
Мария сама себе не нравилась в этой нерешительности. Ей хотелось шагать вперёд смело и решительно, как подобает главным героям, но проступки прежней хозяйки тела оказались настолько чудовищными, что осторожность брала верх.
Когда карета выехала в город, с улицы донёсся оживлённый гомон. После переселения Мария почти не бывала за пределами поместья, поэтому с любопытством разглядывала улицы. Мимо то и дело проносились сверкающие экипажи, куда более роскошные, чем скромная карета семьи Серти. На углах торговцы раскладывали целые горы свежих фруктов, а уютные лавочки так и притягивали взгляд.
Пока Мария увлечённо глазела по сторонам, карета незаметно приблизилась к центру столицы. Небольшие дома вроде семьи Серти ютились на самых окраинах, тогда как влиятельные дома наподобие графов Сэклпайнов обосновались в самом сердце города — там, где знатные семейства находились под надёжной охраной рыцарских орденов.
Вскоре среди пышной зелени показался белоснежный особняк, ослепительно сияющий в лучах солнца.
— Ого-о...
Поместье Сэклпайнов выделялось особой роскошью и великолепием даже на фоне соседних дворцов. Огромное здание было выстроено буквой «П», подчёркивая могущество рода, а в центре двора возвышался изящный фонтан со статуей богини, от которого невозможно было отвести глаз.
— Добро пожаловать. Я Джон, дворецкий дома Сэклпайн. Пока юная леди из рода Серти гостит у нас, мы позаботимся о том, чтобы вы ни в чём не знали нужды.
Пока Мария с восторгом разглядывала двор, её учтиво встретил дворецкий. Как и полагалось слуге в доме богатейших вельмож, он держался с безупречным достоинством. Мария неспешно последовала за ним.
Когда после долгого пути по коридорам её наконец проводили в гостиную, Мария едва не вскрикнула от восторга про себя.
«Эти шторы! Эти ковры! Эти подлокотники кресел, в каждый завиток которых вложен труд искуснейших мастеров!»
— Ох, сколько же всё это стоит...
Каждая мелочь здесь дышала невероятной роскошью. Видимо, за порядком следили неустанно: ни на канделябрах, ни на настенных гобеленах не было ни единой пылинки. От этого головокружительного великолепия Мария сделала глубокий вдох.
— Неужели здесь я сегодня и испущу дух от восторга?
Будь её воля, она бы прямо сейчас прилегла на этот диван и осталась тут жить. Засмотревшись на убранство комнаты, Мария даже не заметила, как кто-то подошёл к двери. Лишь услышав тихий щелчок замка, она поспешно привела лицо в порядок.
Перед приходом Ноа Мария постаралась как следует настроиться. Пусть их беседа наверняка ограничится светской болтовнёй, в высшем обществе даже самая мимолётная связь могла сыграть решающую роль. Поэтому она глубоко вздохнула, решив во что бы то ни стало произвести приятное впечатление.
Однако её старательный глубокий вдох оказался совершенно напрасным: в гостиную вошёл совсем не тот человек, кого она ожидала увидеть.
— Э?..
— Доброго дня, леди Серти. Меня зовут Эмили Сэклпайн, я старшая дочь дома Сэклпайн.
Эмили учтиво присела в реверансе. От неё, слегка приподнявшей подол платья в приветствии, повеяло тонким, сладковатым ароматом лимона.
Мария посмотрела на гостью с неподдельным недоумением. Вместо Ноа, которого она ждала, в комнате ни с того ни с сего появилась его сестра. Эмили лёгкой походкой подошла к столу, опустилась в кресло напротив Марии и положила в свою чашку ложечку мёда. В каждом её движении сквозило столько врождённого изящества, что Мария засмотрелась на неё, затаив дыхание — вот он, настоящий эталон благородной девицы.
Неспешно наслаждаясь напитком, Эмили не проронила ни слова. Пауза затягивалась, и даже не слишком чуткая в светских тонкостях Мария почувствовала неловкость. В воздухе повисло странное напряжение, и, решив занять себя хоть чем-нибудь, она последовала примеру хозяйки и щедро добавила в свой чай мёда. Когда мёд растворился, Мария наконец сделала пару глотков.
«Святые небеса, что за божественный вкус?»
Забыв обо всех правилах приличия, Мария широко распахнула глаза. Ни в прошлой, ни в нынешней жизни ей ещё не доводилось пробовать столь восхитительного чая. Не удержавшись, она отбросила светскую степенность и принялась пить его так, словно собиралась осушить чашку залпом.
Пока Мария с упоением постигала вкус напитка, Эмили наконец заговорила:
— Мой брат не выйдет к вам, леди. И, приношу свои искренние извинения, но он вовсе не питал к вам серьёзных намерений. У брата уже есть невеста, и ни наша семья, ни он сам не намерены расторгать эту помолвку.
Мария, как раз тянувшаяся за добавкой дивного чая, так и застыла с раскрытым ртом. Что она сейчас услышала? Она всего лишь заглянула выпить чашечку чая — откуда вдруг взялась вся эта нелепица?
— Простите?..
— Кроме того, наш батюшка твёрдо решил: даже если на свет появится ребёнок от моего брата, вне законного брака он никогда не будет признан наследником графского рода Сэклпайн. Посему, леди Серти, если вам больше нечего сказать, я вынуждена откланяться. Вы же можете не спеша насладиться поданными угощениями.
Выпалив всё на одном дыхании, Эмили перевела дух с таким видом, будто с честью выполнила трудный долг. Мария же решительно ничего не понимала.
— Что? Нет, постойте, о чём вы вообще говорите?.. Меня с молодым господином Сэклпайном ровным счётом ничего не связывает! Я заехала исключительно для того, чтобы поблагодарить его!
От растерянности у Марии даже сорвался голос. Мало того, что вместо Ноа вышла его сестра, так она ещё и с порога обрушила на неё столь абсурдные обвинения. У Марии невольно мелькнула мысль: сколько же девок успел натворить этот самый Ноа, если его сестра произносит подобные речи на автомате?
Эмили, уже собравшаяся встать, снова опустилась в кресло, слегка нахмурилась и протяжно вздохнула. Только теперь Мария как следует разглядела её. Брат и сестра внешне оказались совсем не похожи. Ноа, под стать своему другу Луке, был утончённым красавцем с мягкими манерами и учтивой речью. Черты лица Эмили же были более выразительными: чуть крупноватый нос, большие глаза и россыпь веснушек, которые она старательно пыталась скрыть под слоем пудры — все эти мелочи смягчали её строгое выражение лица, придавая ему своеобразное очарование. Не знай Мария Ноа, она бы и не подумала, что они родственники — настолько разными они казались.
— Увы, леди, даже если вы станете всё отрицать, встретиться с моим братом вам не удастся. Да и едва ли эта встреча что-то изменит.
От этого глухого, бессмысленного разговора у Марии окончательно испортилось настроение. Раздражённо подумав: «Ну и ладно, пора и честь знать», — она ответила сухо и прямо:
— Что ж, пусть будет так. В таком случае просто передайте молодому господину Сэклпайну, что я благодарна ему за помощь на балу. Он сам пригласил меня заглянуть, вот я и сдержала слово.
При этих словах на лице Эмили отразилось неподдельное удивление. Пусть её братец и славился ветреным повесой, известную черту он всё же не переступал — ни одну из своих мимолётных пассий он прежде не приглашал в родовое поместье Сэклпайнов.
— Брат сам позвал вас в гости?
— Именно так.
Теперь уже Эмили посмотрела на гостью с нескрываемым изумлением.
— А что именно произошло на том балу?
Её золотистые глаза заблестели в ожидании ответа. Мария пожала плечами — рассказ вряд ли что-то изменит, так отчего бы и не поведать.