1 - 25
— Саладзе Джефкин?
Молодой русский пианист Саладзе Джефкин.
Он прославился, став лауреатом Международного конкурса имени Чайковского, а теперь был одним из самых заметных пианистов мира.
О его ослепительной технике говорили, что в нём возродился сам Лист.
Самым знаменитым его исполнением была «Кампанелла» Листа.
— Ага! Ну эта. Пианист, который играл вот это!
Чжи У напел мелодию.
Это была лишь короткая фраза из вступления, но Ён Чжэ сразу узнала «Кампанеллу».
— Да. «Кампанелла».
— «Кампанелла»! Точно, она-а.
Чжи У довольно улыбнулся и закивал.
— Пианист, который играл «Кампанеллу», которую Чжи У тогда слушал, — это же Джефкин.
— Верно.
Когда-то по телевизору показывали «Кампанеллу» в исполнении Джефкина, приезжавшего в Корею с гастролями.
Чжи У тогда так увлёкся его игрой, что стал его поклонником.
Он без конца твердил, что хочет стать пианистом, который так же красиво играет.
— Мама, а ты знаешь, что Джефкин приезжает в Корею?
— Хм. Мама не знала.
Ён Чжэ улыбнулась сыну и покачала головой.
Джефкина любил Чжи У, а сама она не настолько им интересовалась, чтобы следить за новостями.
— М-м, правда? Кажется, у него концерт будет.
— Да? Чжи У, давай сначала доедим пиццу?
Чжи У всё болтал ногами и говорил, и Ён Чжэ вложила ему в руку ещё кусок пиццы.
Сын сегодня был на редкость разговорчив.
Неужели он так рад, что его любимый пианист приезжает в Корею?
Они доели пиццу, пора было ложиться, а Чжи У всё говорил и говорил о Джефкине.
— Хорошо, Чжи У. Уже поздно — давай поспим, а завтра поговорим, ладно?
Даже когда она выключила ночник у кровати, сын не умолкал.
Дождавшись, когда Чжи У закроет глаза, Ён Чжэ закрыла дверь спальни и вышла в гостиную.
Только убрав остатки пиццы, прибрав стол и перемыв посуду, она села.
Без сына в гостиной стало тихо.
Ён Чжэ немного посидела, откинувшись на спинку стула с закрытыми глазами, а потом достала телефон.
Набрала «Джефкин» в поисковике — выскочили ссылки на его корейский концерт.
— И правда приезжает.
Концерт был уже через две недели.
Ён Чжэ вспомнила, как Чжи У весь вечер говорил о концерте — видно, очень хотел пойти.
— Будут ли билеты…
На всякий случай Ён Чжэ зашла на сайт продажи билетов.
Выбрала количество, проверила — всё распродано. Чего и следовало ожидать.
Пианист с мировым именем.
Сыну так хотелось, что она подумала было как-нибудь раздобыть билеты, но с наценкой выходило слишком дорого.
— Ничего не поделаешь.
Ён Чжэ устало положила телефон.
От фонда я ведь отказалась.
Сходит на концерт пианиста — и тяга к фортепиано станет только сильнее.
Может, уж лучше вовсе не ходить?
Так она себя утешала, но на душе всё равно было неспокойно.
* * *
Придя на работу в кафе, Ён Чжэ то и дело поглядывала на телефон.
Не давали покоя сияющие глаза сына за вчерашним ужином.
Вдруг кто-нибудь сдаст билет — и она не отрываясь следила за сайтом.
— Что ты там так внимательно смотришь? Джефкин?
— А, это из-за концерта.
Обернувшись, Ён Чжэ увидела менеджера, неизвестно когда подошедшую.
Та заглянула в экран и спросила:
— Концерт?
— Это любимый пианист сына, ему, похоже, очень хочется сходить. Но всё распродано.
Ён Чжэ вздохнула и положила телефон.
— Думала, вдруг кто сдаст билет, перехвачу. Но, видно, не будет. Ничего не поделаешь.
— Он такой знаменитый?
— Да. Сейчас один из самых популярных пианистов.
— Да? Я в классике не разбираюсь, понятия не имею, кто это. Но раз Чжи У хочется, тебе, конечно, неспокойно.
Ён Чжэ улыбнулась менеджеру, которая сочувственно её утешала.
Само то, что ей есть с кем вот так поговорить, было большим утешением.
Поступил заказ, и Ён Чжэ вернулась к кофемашине.
Вставила холдер с молотым кофе и запустила пролив.
За спиной раздался чистый звон колокольчика, а следом — оживлённый голос менеджера:
— О, что-то вы к нам зачастили.
Постоянный клиент, что ли?
Подумав так, Ён Чжэ переливала эспрессо в пластиковый стакан.
— Только здесь есть то, что мне нужно.
— Но тех зёрен у нас нет. Я же говорила: это Ён Чжэ сама делала.
Когда она взяла готовый стакан, знакомый голос коснулся слуха, и Ён Чжэ резко обернулась.
— Знаю.
Перед ней стоял мужчина.
Чжэ Хон, смотревший на неё ничуть не дрогнувшим взглядом.
— Поэтому сегодня я пришёл к ней самой.
— …
— Чон Ён Чжэ.
Он держался так нагло, будто она обязана выделить ему время, и Ён Чжэ подавила усмешку.
Но, увидев ждущего посетителя, поставила стакан на стойку выдачи.
Разве он не уехал в Сеул?
Концерт ведь закончился, а с ним и его командировка в Тэджон.
Чжэ Хон стоял у кассы и не сводил с неё глаз.
Взгляд будто требовал: заказ принимать не собираешься? — и она подавила вздох.
Когда она подошла к кассе, менеджер уступила ей место.
Ён Чжэ посмотрела на Чжэ Хона, потом перевела взгляд на монитор.
— Я сейчас работаю. Мне некогда разговаривать.
— …
— А если о фонде — тем более некогда, вы же знаете?
Чувствуя, что он снова заговорит о фонде, Ён Чжэ опередила его.
Видно, он не нашёлся с ответом: помолчав, Чжэ Хон протянул карту.
— Айс-американо.
Ён Чжэ поморщилась.
Всё равно ведь пить не будет — зачем заказывать? — проворчала она про себя, но карту взяла.
Пробив заказ, Ён Чжэ вернула ему карту вместе с вибропейджером.
Чжэ Хон сел у окна недалеко от кассы.
Посмотрев на него, Ён Чжэ отвернулась и стала готовить эспрессо.
— Что ему сегодня-то надо?
— Не знаю. Я думала, он уехал в Сеул.
— Раз сел — значит, будет ждать. Ой, на меня смотрит.
Менеджер испуганно спряталась за спину Ён Чжэ.
— Твой бывший и в прошлый раз сюда заходил. Не знал, что ты ушла пораньше.
Был день, когда посетителей было мало, и её отпустили на час раньше.
— А, в тот день.
Ён Чжэ тихо ахнула.
В тот же день Чжэ Хон пришёл к ней в музыкальную школу.
Видно, зашёл в кафе, не застал её и поехал в школу.
Пролив эспрессо, Ён Чжэ слегка нахмурилась.
Значит, он и так знал, что зёрна я сделала сама.
Ён Чжэ перелила готовый эспрессо в стакан со льдом.
Поставив стакан на стойку выдачи, она хотела было нажать на пейджер, но передумала и сама вышла в зал.
Чжэ Хон из тех, кто так или иначе выкроит время для разговора с ней.
Скоро обед.
Если в час пик он займёт столик и будет вот так пикетировать, неудобно будет и ей, и менеджеру.
Подойдя к столику Чжэ Хона, Ён Чжэ поставила стакан.
Он смотрел в планшет, но тут поднял глаза.
— Повторяю: от фонда я отказалась. Если вы об этом, то говорить не о чем…
— Не об этом.
Чжэ Хон положил планшет на стол.
— Мне нужен кофе.
Кофе только что поставили перед ним.
Но раз он даже не взглянул на стакан — речь явно шла не о нём.
— Я же дала вам зёрна.
— Кончились.
Он ответил мгновенно, как автомат, выдающий товар по нажатию кнопки, и Ён Чжэ поморщилась.
Зёрна она отдала на прошлой неделе.
Пусть даже порция была небольшой, выпить всё за такой короткий срок было невозможно.
— Столько не выпить. И я же сказала, что это в последний раз.
Ведь когда он пришёл в музыкальную школу, она твёрдо сказала, что больше зёрен не даст.
Найдите похожие и пейте, — хотела сказать она…
— Даже в Сеуле не могут повторить. Говорят, сделать такие можешь только ты — что мне остаётся?
Чжэ Хон, сидевший откинувшись, выпрямился и подался к ней.
— Чон Ён Чжэ, ты мне нужна.
Его глаза, теперь совсем близко, смотрели прямо на неё.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/kleymo-sponsora-9f5805
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
