Контент удален!

Как только тихие вздохи, касавшиеся его шеи, стали глубже, он поднялся.

«Пойду приму ванну.» (Тамон)

«Что?» (Розалин)

«Жарко.» (Тамон)

На его лбу не было ни капли пота, но взгляд выдавал отчаяние.

Розалин, чувствуя едва уловимый запах гари, машинально схватила его за край одежды.

Она поймала его.

Осознав это, она тут же отпустила ткань, смутившись собственного порыва.

Одна лишь мысль о змее вызывала отвращение, а увидеть мертвую было еще страшнее.

«Если уходишь, оставь мне свой кинжал.»

Эти слова прозвучали как неуклюжая отговорка, но все же она произнесла их.

Розалин ощутила, как щеки запылали, раздражаясь на саму себя.

Тамон, внимательно наблюдая за ней, вынул что-то из дорожной сумки и рассыпал вокруг.

«Что это?»

«Порошок из костей монстров.» (Тамон)

Эти слова на мгновение поставили её в тупик.

[Порошок из костей монстров.]

[Почему ей даже не пришло в голову, что у Тамона может быть такая вещь?]

[Этот порошок изготавливался путем высушивания и измельчения бесполезных останков монстров.]

[Его часто брали с собой путешественники, так как, рассыпая его вокруг, можно было отпугнуть диких зверей.]

«Если он у тебя был, почему ты не использовал его раньше?» (Розалин)

Тамон лишь усмехнулся, словно предугадывая её возмущение.

Она смотрела на него так, будто он нарочно тянул с этим.

[Не пойму, назвать ли его хитрой лисой или коварным волком.]

«Я рассыпал порошок, так что дикие звери нас не побеспокоят. Я буду у реки, если что — позови.»

С этими словами он уверенно поднялся.

И в тот же миг Розалин поняла, почему ему было жарко.

Она резко опустила голову, пораженная увиденным.

[Опять?]

Каждый раз, сталкиваясь с этим, она испытывала смущение.

[Почему это снова случилось?]

Она ведь ничего не сделала!

Мысли о том, кто он — лиса или волк, можно было выбросить.

Тамон был настоящим волком, скрывающимся под маской лисы.

Она нервно опустила взгляд, а Тамон, рассмеявшись, растрепал её волосы.

«Остыну сам. Сиди тут.» (Тамон)

Розалин не ответила, лишь наблюдала, как он растворяется в темноте.

[Странное дело…но его уходящий силуэт казался родным.]

***

[Почему он так долго не возвращается?]

[Тамон ушел к реке уже довольно давно.]

После его ухода сон так и не вернулся, и Розалин пересчитала все звезды на небе, но он все не приходил.

Она знала, что с ним ничего не случится, но все же…

[Почему это так беспокоит меня?]

«Подожду еще немного.»

Она снова посмотрела в сторону, куда он ушел, а затем вновь перевела взгляд на звездное небо.

Звезды сияли, словно драгоценные камни, рассыпанные по черному полотну ночи.

Она пересчитала их с одного края неба до другого — и все же Тамон не вернулся.

[Не утонул ли он там?]

В конце концов, она поднялась.

Вглядываясь в темноту, куда он ушел, она подумала, что так и не умылась перед сном.

«Я не иду искать его. Я просто умоюсь. Просто сполосну руки.»

Прошептав себе оправдание, она осторожно шагнула вперед.

Темнота казалась пугающей, тени деревьев — глубокими.

Единственным звуком были её собственные шаги по сухой земле и шорох листьев.

Но вскоре до её слуха донесся шум воды.

[Он говорил, что река рядом, но, похоже, совсем близко.]

Луна была яркой, и, выйдя из-под сени деревьев, она легко разглядела реку.

Широкая, с умеренным течением.

Прозрачная вода переливалась в лунном свете, обнажая гладкие камни на дне.

[Какая прохлада…]

Она опустила руку в воду, и тут же ощутила, как её охватывает приятный холод.

После жаркого дня этот холод казался настоящим спасением.

Сполоснув руки до самых локтей, она огляделась.

Тамона нигде не было.

Она посмотрела дальше, в сторону, где течение прерывалось огромным валуном…

И увидела знакомую фигуру.

Она хотела позвать его, но язык словно прирос к небу.

[Какой у него…огромный силуэт.]

Он стоял, омываемый водой и светом луны.

Его широкие плечи, напряженные мышцы спины — все казалось идеальным.

Лунный свет подчеркивал каждое движение его тела.

Вода текла плавно, огибая его крепкие бедра.

Розалин заметила, как он проводит рукой по мокрым волосам, обнажая напряженные черты лица.

Она снова опустила руку в реку, проверяя, насколько холодна вода.

Её пальцы мгновенно заледенели.

[Вода ледяная…он, должно быть, уже давно там.]

[И все же… он выглядел таким же горячим, как всегда.]

Его плечи, застывшие в ленивом напряжении.

Его медленный, тяжелый выдох.

Его жар, который даже холодная вода не могла усмирить.

Даже с нескольких шагов расстояния этот жар был ощутим…

Он был в ярости, которая, казалось, не собиралась утихать.

Розалин наблюдала за его губами, за его руками и напряжёнными движениями, которые он совершал с нервозной размеренностью.

Тихий, срывающийся со вздохами голос донёсся до неё.

[Значит, вот почему он сказал, что уйдёт, чтобы успокоиться, и так и не вернулся?]

Тамон, наполовину погружённый в воду, напоминал собой живую скульптуру. Его тело, сильное и совершенное, завораживало её. Розалин не могла оторвать от него взгляда. Каждая линия, каждый мускул его фигуры были воплощением чувственности.

Но это было неправильно.

Подсматривать за чужим уединением...Это определённо было не то, что она должна была делать.

Её губы пересохли, сердце стучало так сильно, будто собиралось прорвать рёбра и вырваться наружу.

Затаив дыхание, Розалин осторожно отступила назад, но в тот же миг Тамон обернулся.

Их взгляды встретились.

Она замерла.

Но он смотрел на неё спокойно, без тени смущения или удивления.

«Ты...ты не вернулся...» — выдохнула она.

[Слабая отговорка.]

Розалин сама понимала это, но не смогла придумать ничего лучше. Это была правда, но от этой правды ей становилось лишь неловко.

Тамон вдруг лениво усмехнулся, словно эта ситуация его забавляла.

А затем он ускорил движения руки, не сводя с неё взгляда.

Розалин тяжело дышала, не в силах оторвать взгляд от него. В его глазах плескался разнузданный, неприкрытый вызов.

[Почему этот человек...]

Она вздрогнула, а Тамон, прикусив губу, усмехнулся ещё шире.

Её сердце снова затрепетало. [Нет, возможно, оно уже давно было разбито.]

[Как он каждый раз мог быть таким бесстыдным? Или...Или это её взгляд на него уже изменился?]

«Аша...»

Его голос был влажным, пропитанным искушением.

Розалин замерла.

«Аша...»

Он снова позвал её, и, несмотря на всю непристойность происходящего, в его голосе звучала нежность.

С дьявольской улыбкой он протянул к ней руку.

«Иди сюда.»

[Эта рука...]

Та самая, которая так много раз вытягивала её из бездны.

Она привыкла к этой руке, привыкла к тому, что, увидев её, ей хочется схватиться за неё.

Розалин глубоко вздохнула.

А затем...сняла одежду.

Её пальцы были спокойны, движения — плавны, хотя её лицо всё ещё хранило тень смятения.

Тамон наблюдал за ней, не упуская ни единого движения.

Его алые глаза горели — в них смешались благоговение, восхищение и пылающая, непреодолимая жажда.

Когда Розалин вошла в реку, вода ласково обхватила её тело, поднимаясь от лодыжек к бёдрам, затем к талии.

Она остановилась перед ним.

«Здесь только мы двое.» — тихо сказал он.

«Да.»

Тёплая, мокрая ладонь коснулась её щеки.

«Нам не о чем беспокоиться. Здесь только ты и я.»

Его влажные губы нежно скользнули по её мочке уха.

Розалин нравились его слова.

В этот момент не существовало ничего, ни сожалений, ни мести, ни врагов, ни лживых расчётов.

Только они.

«Да...»

Тамон медленно наклонился и коснулся её губ.

Розалин обвила руками его шею, закрывая глаза.

Его сильное тело прижалось к ней.

Тамон.

Тамон Красис.

Она обняла его, не думая ни о чём.

Ничего, кроме жара этого мужчины.

Жара, безудержной страсти и слепой преданности.

«Просто...не думай ни о чём.» — шепнул он.

Розалин слабо улыбнулась.

От него исходило тепло, которое наполняло её, захватывало, сжимало сердце в сладкой истоме.

«Ты...»

Такой опасный.

Такой опьяняющий.

И ей хотелось ещё.

Она подавила бешеный ритм сердца и, не колеблясь, прикусила его губы.

Лунный свет нежно осыпал их, наполняя ночь серебристым сиянием.