Глава 120 - Когда месть завершится
Комната, которую ей выделили, была самой просторной и уютной во всем этом небольшом доме.
Пусть обстановка и казалась староватой, но кровать была огромной, на ней могли бы спокойно разместиться трое.
Не сказать, что здесь было роскошно, но постельное белье выглядело чистым, а температура в комнате была вполне комфортной.
Как только Аша приняла горячую ванну, она без промедления забралась в постель.
Хотя с момента их отъезда прошло всего несколько дней, тело уже начало сдавать.
[А, впереди ждал еще более долгий и тяжелый путь.]
[Лучше было воспользоваться возможностью и отдохнуть как следует.]
«Почему здесь так прохладно?»
Привыкнув к знойному, удушливому климату Амора, теперь, оказавшись ближе к Тенатосу, она невольно поежилась.
Впрочем, нельзя было сказать, что в комнате действительно холодно.
Аша свернулась калачиком, зарывшись в одеяло.
Она уже начала дремать, когда услышала, как тихо отворилась дверь.
«О, прости. Я не думал, что ты уже спишь.»
Тамон вошел в комнату, вытирая влажные волосы. Видимо, он только что вернулся из ванны.
Влажная кожа поблескивала в темноте, а из одежды на нем было лишь полотенце, небрежно накинутое на бедра.
Словно не замечая своего вызывающего вида, он привычно уселся на край кровати.
Массируя шею, словно разминая затекшие мышцы, он негромко пробормотал:
«Ты устала. Тебе нужно больше отдыхать. Как только высушу волосы, тоже лягу.»
Аша, еще не до конца проснувшись, сонно наблюдала за его движениями.
Приглушенный свет играл на рельефе его мускулов, отбрасывая четкие тени.
Огромная комната вдруг показалась маленькой.
Только теперь она поняла: холод, что сковывал её тело, бесследно исчез.
То ли тепло его тела так быстро согрело комнату…
То ли это его отсутствие вызывало у нее ощущение пустоты и холода?
Аша нахмурилась, смущенная этой мыслью, и глубже зарылась в одеяло.
[С каких это пор его присутствие стало для нее таким привычным?]
Она тихо вздохнула и потерла лоб.
Тамон, закончив вытирать волосы, бесцеремонно улегся рядом.
«Хм…а кровать-то меньше, чем я думал.»
Аше она казалась огромной. Но стоило Тамону лечь, и пространство сузилось.
Словно подтверждая свою мысль, он недовольно заворчал и, не раздумывая, обнял её, прижав к себе.
«Придется спать тесно.»
Аша замерла.
Она не была уверена, действительно ли кровать слишком мала для него…
[Но вот что точно: его наглость с каждым днем становилась все естественнее.]
Теперь в комнате было жарко.
Одеяло, поднятое до самого подбородка, внезапно стало мешать. Вместо того чтобы отталкивать Тамона, она просто стянула его вниз, до пояса.
Так было комфортнее.
Сзади — тепло.
Спереди — свежий воздух.
Намного лучше.
Только одно доставляло неудобство: он.
Он заполнял собой все пространство, от поясницы до бедер.
Тамон лениво скользил ладонью по её шее, спускаясь ниже.
Его прикосновения были легкими, почти нежными, как расслабляющий массаж.
Но почему-то дыхание у нее сбилось.
А потом…
Его пальцы скользнули вниз.
Аша вздрогнула.
Ткань сорочки разошлась, обнажив ключицы и грудь, и кожа мгновенно ощутила холод.
Она резко развернулась, взглянув на него.
Но Тамон лишь спокойно посмотрел на нее, как будто так и должно было быть.
И прежде чем она успела что-либо сказать, его губы мягко прижались к её губам.
Поцелуй был теплым, податливым, как взбитые сливки.
Его язык неспешно дразнил её, заманивая в медленный, вязкий танец.
В тихой комнате звучали лишь приглушенные звуки влажных поцелуев.
Его рука коснулась её груди.
«П…погоди…»
Аша, наконец, пришла в себя и, запоздало одумавшись, уперлась руками в его плечи.
Тамон раздраженно нахмурился.
Но больше удивилась она сама.
[Почему это кажется таким естественным?]
Они уже давно перешли черту.
[Сколько раз они были вместе, и в дороге, и в доме, и в самых неожиданных местах?]
Ей казалось, что она постепенно теряет контроль.
Что это становилось чем-то слишком привычным.
Но ведь прошло всего полгода с тех пор, как они стали партнерами по гравировке.
[Разве она могла тогда представить, что их связь примет такую форму?]
Конечно, она знала, что отношения между партнерами выходят за рамки простого договора.
Но осознание этого приходило слишком медленно.
«Тамон…это…это уже слишком часто.»
Она постаралась придать голосу строгость.
«Что именно?»
Тамон, будто не понимая, наклонился и поцеловал её в подбородок.
Его голос звучал мягко…слишком мягко.
Будто сам дьявол нашептывал ей на ухо сладкие, обманчиво-нежные слова.
«Вот это!»
Она попыталась оттолкнуть его.
Но тело, уже привыкшее к соблазну, отреагировало раньше сознания. Когда его пальцы скользнули по бедру, её спина выгнулась, а пальцы на ногах судорожно сжались.
Он прошептал ей на ухо, голосом, от которого по коже пробежали мурашки:
«Мы должны делать это всегда. Это вопрос выживания.»
Она резко втянула воздух.
Голос, прозвучавший совсем рядом, заставил её тело напрячься, как натянутый лук.
Тамон мягко провел ладонью по её талии.
«Ты сказала то же самое вчера. Прямо перед этим.»
Он усмехнулся, когда она, задыхаясь, попыталась его одернуть.
«Это как есть каждый день, чтобы выжить, Аша.»
Он запечатлел новый поцелуй на её шее.
После пережитого в Перхарзе она поняла:
их связь действительно была необходима.
[Но неужели каждый день?!]
Но прикосновения Тамона становились все настойчивее.
«Поделись со мной своей энергией.» — прошептал он. «Чтобы я мог сражаться за тебя в любой момент.»
Она хотела возразить, сказать, что он просто придумывает оправдания, что он слишком требователен.
Но его поцелуи были такими сладкими, что слова застряли в горле.
Тем более, теперь она уже знала, какое наслаждение могут дарить эти губы.
А еще…она не могла сказать, что его слова были совсем неубедительными.
Завтра им предстояло несколько дней жить в лагере, и ей действительно нужна была сила.
[Кому я сейчас придумываю оправдания?]
То ли она делала это ради них обоих, то ли просто находила отговорку для собственных желаний…
Но Тамон, словно чувствуя её слабость, не останавливался.
Его руки скользнули по её телу, уверенные, настойчивые.
!
Грубые пальцы жадно сомкнулись на упругой плоти.
А губы, оставив шею, впились в её грудь, посасывая чувствительную кожу.
Его движения не оставляли и сантиметра свободного места, заполняя все ощущениями.
Голова Аши закружилась.
«Хаа…»
Тамон легко втянул в рот твердеющий бутон, лаская его языком, словно наслаждаясь вкусом сладкой карамели.
Аша не могла сомкнуть губы.
[Почему каждый раз его прикосновения открывали для нее новые грани удовольствия?]
[Как будто он заново учил её чувствовать.]
[Как она может оставаться человеком, если связана с ним, как животное?]
Она издевалась над собой…но принимала свою природу.
И как только это признание появилось в мыслях, что-то внутри нее освободилось.
Отбросив сомнения, она крепче сжала его голову в ладонях.
Дыхание Тамона смешалось с её собственным.
В комнате стало жарко.
Сливались стоны, вздохи и биение сердец…
***
«Аша?»
Тамон резко проснулся от прохлады пустого места рядом.
Он нащупал рукой простынь, тепло еще оставалось.
[Значит, она ушла совсем недавно.]
Он не был уставшим, но даже не заметил, когда она выскользнула из его рук.
Этот факт сразу же привел его в полную готовность.
Тамон сел и увидел, как она сидела на перилах террасы, глядя на луну.
Тонкая ночная сорочка мягко облегала её силуэт, а свет ночного светила подчеркивал легкую морщинку между её бровями.
Надев халат, он вышел к ней.
«Кажется, я был с тобой слишком нежен. Раз ты можешь вот так сидеть всю ночь, любуясь луной.»
Аша вздрогнула от его голоса и обернулась, широко раскрыв глаза.
«Ты меня пугаешь. Как тебе удается передвигаться совершенно бесшумно с таким ростом и телосложением?»
«Ты не можешь уснуть?»
«Я просто проснулась от жажды…но потом увидела луну. Она сегодня особенно большая.»
Он перевел взгляд на небо.
[Аша была права.]
Луна висела в зените, огромная и ослепительно белая.
Она заливала все вокруг серебристым светом, создавая иллюзию неподвижного, застывшего времени.
Она была иной, чем солнце.
Спокойной. Величественной.
«Луна неподвижна…но, когда смотришь на нее, время будто ускользает.»
Аша не сводила взгляда с неба.
Но самое важное было не это.
Тамон не мог отвести своего взгляда от нее.
Он смотрел на нее пристально, погруженный в мысли…а потом, неожиданно для самого себя, заговорил:
«Когда эта месть закончится…»
Он сделал паузу, словно раздумывая.
«Что ты будешь делать тогда?»