Контент удален!

Джи У проснулась на рассвете. Сон не шёл, тело никак не могло сбросить напряжение. Оставив попытки уснуть, она спустилась в бассейн жилого комплекса и погрузилась в прохладную воду. Лишь после часа интенсивного плавания в голове немного прояснилось.

Долгожданный день наступил быстрее, чем она предполагала, но так было даже лучше. От секретаря Сон Джи У заранее узнала: председатель Ын втайне от неё уже назначил дату смотрин. Если сегодня она получит согласие от семьи Кан, председателю Ыну придётся собственноручно отменить свою затею.

Вернувшись домой, Джи У приняла горячий душ, чтобы согреться. Войдя в гардеробную, она открыла коробку, оставленную на туалетном столике. Внутри лежал наряд, сшитый точно по её меркам. Ин Хёк прислал его с запиской, попросив надеть на знакомство с семьёй. Джи У в очередной раз оставалось лишь поразиться его безупречному вкусу.

Одевшись, она придирчиво оглядела себя в зеркале. Белоснежная блузка и светлый костюм-двойка смотрелись лаконично, но тонкая вышивка золотистой нитью придавала наряду роскошный вид. Приталенный жакет, какие Джи У привыкла носить на деловые встречи, выгодно подчёркивал фигуру, а юбка мягко облегала бёдра. Она могла бы показаться слишком строгой, если бы не разрез чуть выше колена — он добавлял образу ровно ту долю элегантности, что не позволяет скатиться в вульгарность.

— Ын Джи У, сегодня обязательно приезжай в наш салон.

Когда Ён Джин узнала, что Джи У предстоит знакомство с семьёй Кан в качестве будущей невестки, она категорически запретила ей готовиться к встрече самостоятельно. Благодаря Се Ён слухи об этом наверняка уже расползлись среди бывших одноклассниц. Поэтому, хотя времени оставалось с запасом, Джи У направилась в салон, где подруга лично забронировала для неё время.

— Добро пожаловать, директор Ын. Давно не виделись.

Стоило Джи У войти, как её встретили управляющая филиалом и старшие мастера.

— Вау, кто к нам пришёл! — восхищённо ахнула Ён Джин, специально приехавшая сюда с самого утра.

Она с нетерпением ждала подругу, но та выглядела настолько сногсшибательно, что превзошла все ожидания и буквально лишила Ён Джин дара речи.

— Может, проводите меня в кресло, госпожа управляющая?

— Да-да, проходи сюда.

Ён Джин радостно улыбалась, видя, что обычно равнодушная к таким вещам Джи У подготовилась к сегодняшнему дню со всей серьёзностью. Как только Джи У опустилась в кресло, за дело взялась главная визажистка, работавшая с самыми известными актрисами.

— Слышала, у вас сегодня важный день?

— Да. Рассчитываю на вас.

— Не сомневайтесь, доверьтесь мне.

Под кистями профессионала идеальная от природы кожа Джи У стала по-настоящему безупречной, а выразительный взгляд приобрёл утончённую холодность.

— Говоришь, Ким Се Ён сегодня тоже там будет? — не выдержала Ён Джин. Сидя рядом, она наблюдала, как подруга становится всё прекраснее, и продолжала расспрашивать.

— Вроде бы да. Председатель велел собраться всей семье.

Глядя на сияющее от предвкушения лицо Ён Джин, Джи У и сама невольно улыбалась.

— Я оставила для тебя окошко на уход за кожей, так что обязательно приходи.

— Спасибо.

— Видимо, дело и впрямь идёт к свадьбе. Раз уж сама великая Ын Джи У до последнего держала всё в тайне!

Ён Джин не могла скрыть злорадства при мысли о том, как утрёт нос Се Ён и её подпевалам. Те распускали сплетни, будто хитрая Джи У специально соблазнила Кан Ин Хёка, чтобы насолить Се Ён. Правда, ни одна из них не осмеливалась заявлять об этом в открытую, понимая, насколько жалко и нелепо звучат подобные домыслы.

Все прекрасно понимали: подобраться к Кан Ин Хёку куда сложнее, чем к Ын Джи У. И то, что человек, к которому было невозможно подступиться, выбрал именно её, превращало их отношения в неоспоримый факт.

— Ой, кажется, за вами пришли.

Услышав шум в коридоре, старший мастер, ассистировавшая визажистке, выглянула за дверь. Прямо к ним в сопровождении персонала направлялся высокий мужчина.

Как только раздвижная дверь открылась, в зеркале отразился Ин Хёк. Встретившись с ним взглядом, Джи У мягко улыбнулась.

— Приехал?

Ин Хёк молча подошёл и взял её за руку. От его ослепительной улыбки сотрудницы салона, украдкой наблюдавшие за парой, дружно залились румянцем.

— К чему такие сложности? — спросил Ин Хёк, оглядывая её.

— Не хочу затеряться на фоне твоего роскошного наряда.

— Глупости.

Ин Хёк покачал головой, не соглашаясь. Коротко кивнув Ён Джин, он опустился на диванчик позади Джи У, откуда её было лучше всего видно, и стал ждать.

Он даже не притронулся к предложенным напиткам и не взглянул на разложенные журналы. Его взгляд был неотрывно прикован к Джи У. Теперь к слухам об их романе непременно добавится и то, что Кан Ин Хёк по уши влюблён.

«Я же сказал, что заеду за ней, а она вытащила меня в такое место».

Однако Ин Хёку нравилось, что Джи У без лишних вопросов привела его туда, где слухи разносятся быстрее ветра. Его радовало, что она сама начала активно подогревать сплетни об их отношениях. Это означало лишь одно: у неё остаётся всё меньше путей к отступлению.

Наконец с укладкой было покончено.

— Готово, директор. Хотите что-то поправить? — с довольной улыбкой спросила визажистка, словно только что завершила работу над идеальной картиной.

Джи У внимательно оглядела своё отражение и, вполне удовлетворённая результатом, кивнула.

В этот момент Ин Хёк поднялся с дивана, подошёл вплотную и, мягко взяв её за подбородок, повернул её лицо к себе.

— Помаду лучше взять поярче. Тебе так больше идёт.

— Не будет слишком вызывающе?

— Так и надо. Чтобы, когда я тебя поцелую, все сразу это заметили.

От такой откровенности глаза Джи У удивлённо расширились. Персонал салона и Ён Джин тут же притихли, стараясь слиться со стенами.

Пока ей наносили алую помаду, Джи У не сводила глаз с Ин Хёка: скрестив руки на груди, он наблюдал за ней с высокомерным удовлетворением.

Услышав робкое «всё готово», Джи У встала. Сбросив парикмахерскую накидку, она посмотрелась в зеркало и довольно улыбнулась.

— А ведь ты прав, Ин Хёк. Красный мне идёт больше. У тебя и правда безупречный вкус.

Джи У заговорила ласковым, воркующим тоном и подошла вплотную к Ин Хёку.

— Так что сегодня даже не думай меня целовать.

Сложив ярко накрашенные губы трубочкой, Джи У со звонким «чмок» послала ему воздушный поцелуй и тут же отстранилась. Пару раз попавшись на его удочку, она набралась смелости и теперь отвечала на провокации тем же. Ин Хёк, не ожидавший такого отпора, криво усмехнулся.

Джи У накинула поданный сотрудницей жакет и высвободила волосы из-под воротника. Она потянулась застегнуть пуговицы, но Ин Хёк, бесшумно оказавшийся рядом, властно обхватил её за талию.

— …Что ты делаешь?

— Блузка помялась.

Ин Хёк встал к ней вплотную и медленно скользнул рукой под жакет. Его длинные пальцы забрались за пояс юбки. Выбившаяся от долгого сидения ткань под давлением его руки скользила обратно. Ладонь Ин Хёка прошлась по пояснице, задела чувствительный бок и остановилась на животе.

Чувствуя его дыхание на своём лице и жар пальцев сквозь тонкий шёлк, Джи У затаила дыхание. Рука Ин Хёка легла на пуговицы жакета, неспешно застёгивая их одну за другой, сверху вниз.

— Дыши. А то люди подумают, что я тебя раздеваю, — прошептал Ин Хёк так тихо, что услышать могла только она.

Как бы Джи У ни пыталась отыграться, она всё ещё была в его власти.

* * *

Особняк семьи Кан поражал своим великолепием.

«Так вот оно как…»

Глядя на бескрайний сад и сам дом, похожий скорее на музей искусств, Джи У почувствовала, как её охватывает робость. Но сквозь страх пробивалось и другое, более сильное чувство — трепетное и волнующее.

Теперь она понимала, почему Кан Ин Хёк всегда держался с таким превосходством, почему даже при взгляде глаза в глаза казалось, что смотришь на него снизу вверх. Должно быть, всё дело в том, что он всю жизнь прожил в таком месте.

— Идём.

Короткая фраза Ин Хёка привела её в чувство. Оперевшись на предложенную руку, Джи У зашагала с ним рядом. Едва они успели сделать несколько шагов, как навстречу вышла группа людей: главный дворецкий, которому уже доложили о прибытии молодого хозяина, и несколько слуг.

— Рад знакомству, директор Ын Джи У. Я Квон Джон Хи, дворецкий этой резиденции.

— Здравствуйте.

— Все уже ждут вас в гостиной.

Джи У глубоко вздохнула. С каждым шагом к дверям особняка её сердце билось всё чаще.

Идеальный фон для её плана. Плацдарм, с которого она начнёт захват «Тэён Групп». Осознав, что всё только начинается, Джи У крепко сжала руку Ин Хёка.

Почувствовав, что её ладонь слегка вспотела, Ин Хёк посмотрел на неё. И хотя тело выдавало волнение, Джи У не дрогнув смотрела прямо перед собой — словно солдат, идущий в бой.

От желания увидеть слёзы в её глазах, скрытых за этой железной маской, у Ин Хёка пересохло во рту. Охваченный внезапной жаждой обладания, он переплёл свои пальцы с её.

Почувствовав его крепкую хватку, Джи У подняла голову. Ин Хёк по-прежнему смотрел вперёд, но его рука оказалась на удивление надёжной опорой.

— Знаете, я порой совершенно не понимаю, зачем вы тогда согласились взять меня за руку.

«Неужели только сейчас об этом задумалась?»

— Мои условия для вас — сущий пустяк. Может, вы просто хотите поиздеваться надо мной?

— И что с того?

— И всё же… сейчас наше соглашение меня немного волнует.

Это явно не было признанием в любви. Скорее всего, её будоражило предвкушение будущего, которое она нарисовала себе, воочию оценив мощь и богатство его семьи.

И всё же Ин Хёку это даже нравилось. В конце концов, он сам выбрал именно такую женщину.

Её лицо, озарённое надеждой заполучить всё, и этот мимолётный миг, когда во взгляде мелькает влажный блеск… Именно ради того, чтобы завладеть этим, он и принял её ничего не значащие условия.

По мере того как они приближались к гостиной, голоса становились всё громче.

— Тогда побеждай. Меня не интересуют неудачники.

— Обязательно. Ради этого я вас и выбрала.

Под нарастающий шум голосов они в последний раз напомнили друг другу о своих целях.

Пара вошла в гостиную. Первыми их поприветствовали председатель Кан Ун и госпожа Юн, которые ждали знакомства с Джи У больше всех.

— Добро пожаловать, Джи У.

Госпожа Юн, женщина с мягкими чертами лица, поднялась с кресла и тепло поздоровалась.

— Здравствуйте. Я Ын Джи У.

— Рады знакомству. Наконец-то и мы увидели девушку Ин Хёка.

Глаза председателя Кана, чей взгляд обычно был пронзительным и жёстким, сейчас лучились искренней улыбкой.

Поздоровавшись с бабушкой и дедушкой, Джи У повернулась к родителям Ин Хёка. Теперь она воочию убедилась, от кого он унаследовал свою безупречную внешность. Свойственные семье Кан глубокие, выразительные глаза достались ему от отца, вице-председателя Кан Тэ Хва, а утончённые черты лица — от матери, директора Хан Джин Гён.

— Мы ведь уже виделись, не так ли? Рад новой встрече.

— Спасибо, что помните.

Вице-председатель Кан Тэ Хва улыбнулся так, как, наверное, будет улыбаться Ин Хёк в его возрасте — с той же солидной сдержанностью.

— А это мой старший брат с женой — дядя и тётя Ин Хёка. Рядом с ними его двоюродный брат Ю Джун со своей невестой Ким Се Ён.

— Джи У, присаживайся. Ужин скоро подадут. Пока можете пообщаться здесь, а потом перейдём в столовую.

— Спасибо.

Кан Тэ Хва представил и семью Ю Джуна. Ю Джун и Се Ён в присутствии старших старались держать лицо, но их взгляды, направленные на Джи У, были полны неприязни. Джи У же непринуждённо скользнула по ним глазами и отвернулась. Ин Хёк заботливо усадил её поближе к старшим родственникам.

— Мы же просили ничего не приносить, а ты, кажется, с подарком.

— Ох, простите! Мне следовало послушаться, но я решила проявить настойчивость. Узнала, что вы все любите чай, и подобрала кое-что особенное. Это сорт, который наша компания скоро начнёт импортировать. Надеюсь, вам понравится.

Джи У передала госпоже Юн подарочный пакет. Заглянув внутрь, та восхищённо ахнула. Супруга председателя была не только хозяйкой дома «Унгён Групп», но и единственной дочерью в семье потомственных кулинаров. К тому же она славилась утончённым вкусом и считалась признанным мастером икебаны и чайной церемонии.

— О, это же чай от «Ватсон»! Я так жалела, что его не достать в Корее. Значит, «Тэён Групп» будет его завозить?

— Да, госпожа Юн. Если он придётся вам по вкусу, только скажите, и я буду привозить его чаще.

— Большое спасибо.

Госпожа Юн с искренней радостью приняла этот скромный, но изысканный знак внимания.

Вскоре появился дворецкий Квон и сообщил, что ужин подан. Когда все перешли в столовую и заняли свои места, Джи У оказалась прямо напротив Се Ён.

— Джи У, угощайся. Шеф-повар здесь просто потрясающий.

Се Ён, затаившая злобу, попыталась сыграть лучшую подругу. Она произнесла это вполголоса, чтобы не перебивать старших, но достаточно чётко, чтобы все услышали. Внимание родственников, до этого рассаживавшихся по местам, переключилось на них.

— Вы с Джи У уже были знакомы?

Председатель Кан, конечно, знал, что они окончили одну школу, но задал вопрос с благодушной улыбкой. Разница в характерах Джи У и Се Ён была не менее разительной, чем между Ин Хёком и Ю Джуном, и старику стало любопытно.

— Да, дедушка! Мы с Джи У вместе учились с младших классов вплоть до старшей школы. Часто попадали в один класс, так что мы очень близки. Даже сейчас иногда видимся в общей компании.

— Вот как? Замечательно, когда будущие родственницы так хорошо ладят.

— Конечно. Если мы выйдем замуж примерно в одно время, то сможем во всём друг друга поддерживать. Хотя благодаря вашей заботе я и так не испытываю никаких трудностей.

Се Ён, верная своей лисьей натуре, ластилась к старшим, воркуя сладким голоском. В отличие от сдержанной и прямолинейной Джи У, её коньком было завоёвывать симпатию окружающих ласковыми речами.

Разгадав нехитрую игру Се Ён, Ин Хёк молча продолжил есть. Затем он взял палочками кусочек с блюда, стоявшего слишком далеко от Джи У, и положил ей на тарелку. Ю Джун ошарашенно уставился на двоюродного брата: Кан Ин Хёк сроду бы не сделал ничего подобного по доброй воле.

— Спасибо.

Джи У, словно это было в порядке вещей, тихо поблагодарила его и спокойно продолжила ужин. Этот сдержанный, но полный заботы жест не укрылся от внимания старших.

— Кстати, если обе девушки благополучно выйдут замуж, значит ли это, что Се Ён придётся называть Джи У «старшей невесткой»? — как бы невзначай поинтересовался Ин Хёк.

Се Ён явно не ожидала, что он поднимет эту щекотливую тему, и заметно растерялась. Но для председателя Кана куда важнее оказалось то, что Ин Хёк сам заговорил о свадьбе. Значит, он и впрямь всерьёз решил жениться.

— Разумеется, — ответил дед. — Раз Ин Хёк — старший внук, то и Джи У станет старшей невесткой.

— Ну к чему эти формальности? Они же ещё даже не поженились, — попытался сгладить углы Кан Сон Ён, заметив, что госпожа Юн согласно кивает. Он добродушно рассмеялся, но тут вмешался председатель Кан.

— Сейчас, конечно, можно и по-простому, — строго произнёс он. — Но если обе войдут в нашу семью, правила приличия соблюдать придётся. Вам предстоит часто бывать на людях, так что привыкать нужно уже сейчас, в узком кругу.

— …Да, дедушка. Я всё поняла. Просто я так обрадовалась встрече с Джи У, что немного забылась.

— Вот и славно.

Се Ён лучезарно улыбнулась. Но в душе она была готова растерзать Джи У, которая невозмутимо сидела под защитой Ин Хёка, всем своим видом демонстрируя превосходство.

Заметив, как мелко дрожат сжатые на коленях руки Се Ён, Ю Джун молча накрыл их своей ладонью. Его и самого злила эта парочка, но своим жестом он давал невесте понять: не смей устраивать сцен при старших.

* * *

После ужина все собрались в гостиной: госпожа Юн лично заварила чай и пригласила семью на дегустацию. Очевидно, именно сейчас и начнутся настоящие смотрины будущей невестки.

Джи У заранее попросила секретаря Сон составить список из ста вопросов, которые обычно задают родственники жениха. Она подготовила ответы на все возможные варианты развития событий и искренне надеялась, что эта стратегия сработает и здесь.

Чтобы немного успокоиться, она поглаживала стоящую перед ней чашку. Когда-то её приёмная мать увлекалась чайными церемониями, и Джи У, сама того не замечая, принялась разглядывать крошечную пиалу, ощущая приятную прохладу глазури.

Председатель Кан, наблюдавший за тем, как его жена разливает чай, обратился к Джи У:

— Красивая чашка, правда? Работа одного очень известного мастера.

Джи У присмотрелась к чашке и, слегка склонив голову, осторожно спросила:

— Это случайно не работа мастера Пу Гван Сона?

— О, ты знакома с творчеством мастера Пу?

— Да. Дело в том, что в следующем году в нашем шопинг-тауне откроются ресторан корейской кухни и традиционная чайная. Я заказывала посуду и чайные сервизы для них именно у этого мастера. Но… хм.

— Что-то не так?

— Да. Я, конечно, не знаток, но стиль очень похож, только фактура немного грубее.

От слов Джи У председатель Кан расхохотался. Госпожа Юн, разливавшая чай, да и остальные присутствующие не смогли скрыть удивления.

— Ха-ха! Надо же, такая молодая, а в таких тонкостях разбирается! Эту чашку сделал учитель Пу Гван Сона. Мы с ним давние друзья, и каждый раз, когда у него выходит неудачная работа, он, недолго думая, отсылает её мне.

— Такая красота — и неудачная? Видимо, у мастеров свои, очень строгие критерии.

— И то верно. Тоже увлекаешься чайными церемониями?

— Моя мать… любила это дело. А я в детстве только азов нахваталась, мои знания весьма поверхностны.

— Для поверхностных знаний у тебя на удивление острый глаз.

Ин Хёк и не подозревал, что Джи У обладает столь глубокими познаниями в этой области. Он знал, что ради бизнеса она досконально изучает самые разные сферы, но такого не ожидал.

Чем дольше Ин Хёк на неё смотрел, тем яснее понимал: что бы ни говорили люди о её статусе приёмной дочери, Джи У больше двадцати лет прожила как полноправная наследница «Тэён Групп». И это чувствовалось во всём.

«Да откуда ей, выскочке, такое знать! Наверняка Кан Ин Хёк заранее всё ей разболтал», — раздражённо думала Се Ён, глядя на то, как легко и непринуждённо Джи У общается со старшими.

Она сама тоже пыталась изучать эти тонкости перед знакомством с семьёй Ю Джуна, но, поскольку душа к этому не лежала, всё сводилось к банальному: «как вкусно» и «какой чудесный аромат». А Джи У между делом ещё и умудрялась невзначай упомянуть о своих бизнес-проектах.

Се Ён извелась от тревоги: вдруг Джи У, как и Ин Хёк, станет любимицей председателя Кана?

— Кхм, ну что, могу я задать тебе парочку вопросов?

— Да, конечно, спрашивайте.

Джи У решила, что наступил решающий этап, и собралась с духом. Судя по настроению председателя, против свадьбы он не возражал. Если она ответит правильно, то, как и обещал Ин Хёк, свадьбу сыграют через месяц. Раньше, чем у Ю Джуна и Се Ён.

— Ты ведь всерьёз намерена выйти замуж за нашего Ин Хёка?

— Да, я хочу стать женой Ин Хёка.

— В таком случае расскажи, что побудило тебя принять такое решение?

Все заготовленные ответы мгновенно вылетели у Джи У из головы.

— Побудило? — осторожно переспросила она, и председатель кивнул.

— Что угодно. Мне просто интересно твоё мнение.

После вопроса председателя все взгляды скрестились на Джи У. Женщина, которую выбрал сам Ин Хёк, славившийся тем, что никого к себе не подпускал… Никто не ждал от неё банальных фраз.

«И что мне сказать?»

Размышляя над ответом, Джи У украдкой взглянула на сидящего рядом Ин Хёка. Хоть он и был главным виновником разговора, помогать ей он явно не собирался. Более того, казалось, он сгорал от любопытства даже сильнее, чем его родители, ожидая, как она выкрутится.

«Пф-ф, сейчас наверняка начнёт нести избитую чушь про неземную любовь», — прошептала Се Ён Ю Джуну так, чтобы услышал только он.

Заметив их перешёптывания, Джи У решила, что лучше заполнить внезапно образовавшуюся пустоту собственными искренними мыслями. Перед ней сидел сам Кан Ун, председатель «Унгён Групп». Обмануть этого человека, чей взгляд лучился мудростью прожитых лет, было нереально.

Взвесив всё, Джи У наконец заговорила:

— Потому что с ним я не потерплю неудачу.

— Не потерпишь неудачу?

От этого заявления невозмутимость, которую до сих пор сохранял Ин Хёк, дала трещину.

«Господин директор, вы серьёзно намерены жениться на директоре Ын Джи У?»

«А что?»

«Просто вы никогда раньше не были настроены так серьёзно. Если честно, вы даже не смотрели в сторону девушек из куда более влиятельных семей».

«У Ын Джи У есть амбиции. С ней я не потерплю неудачу».

Ин Хёк внезапно вспомнил свой разговор с Хэ Джуном. То, что они с Джи У мыслили одинаково, доставило ему странное, ни с чем не сравнимое удовольствие.

— Не знаю, как это прозвучит… но Ин Хёк словно не знает слова «провал». За что бы он ни взялся, каким бы сложным ни было дело, он всегда добивается успеха. Но я считаю, что дело тут не в везении или связях, а в его упорстве и ответственности.

Джи У по-прежнему считала Ин Хёка ненормальным. Но, наблюдая за ним всё это время, она поняла: он добился своего положения исключительно благодаря собственным способностям. Достаточно было вспомнить, как старшие без конца поручали ему всё новые и новые проекты.

Хорошо это или плохо, но его одержимость, проявлявшаяся даже в постоянном стремлении задеть её, доказывала: если что-то придётся ему по вкусу, он добьётся успеха любой ценой.

— Поэтому я поверила: если я буду с Ин Хёком, мой брак не обернётся провалом. И впервые в жизни всерьёз задумалась о замужестве — институте, для которого, как мне казалось, я совершенно не создана.

Делая паузы между фразами, Джи У изо всех сил пыталась прочесть реакцию председателя Кана, который не сводил с неё пристального взгляда. Улыбка постепенно сошла с его лица, а и без того проницательный взгляд стал настолько глубоким, что прочесть в нём что-либо оказалось невозможно.

Обдумав её слова, председатель Кан откинулся на спинку дивана — точь-в-точь так же, как это обычно делал Ин Хёк.

— Значит, ни любви, ни прочих чувств нет? Ты выбрала Ин Хёка только потому, что с ним не проиграешь?

— Дедушка, ну зачем вы спрашиваете о таких абстрактных вещах? Вы же уже услышали достаточно, — попытался вмешаться Ин Хёк, но председатель даже не повёл бровью.

Слушая своевременную реплику Ин Хёка, Джи У вспомнила всё, что он сделал для неё за последнее время.

Он бывал невыносим, но, когда было нужно, никогда не отворачивался. Одно это уже служило достаточным поводом, чтобы быть с ним.

— Видимо, этот оболтус совершенно не годится для романтики.

— Прошу прощения, дедушка, но я просто не верю в подобные чувства.

Для Джи У слово «любовь» ассоциировалось лишь с жестокими ранами. Чем сильнее она любила, тем больнее било равнодушие приёмной матери. Любовь всегда оказывалась сплошным обманом.

— Могу я узнать причину?

— Как вы знаете, родители открыто удочерили меня. Я росла в достатке, получала прекрасное образование и любовь, но порой сталкивалась с предвзятым отношением. Наверное, поэтому я очерствела.

То, что называли «любовью», оказалось далеко не таким прекрасным, как о нём говорили. Поэтому Джи У, для которой брак был неразрывно связан с успехом, надеялась, что между ней и Ин Хёком не возникнет никаких чувств.

— Поскольку проблема во мне, если вы спросите, люблю ли я Ин Хёка, я не смогу с лёгкостью ответить «да». К тому же я не верю, что такие чувства могут длиться вечно.

Все её ответы шли вразрез с ожиданиями. Присутствующие в гостиной поражённо переглянулись.

— Тем не менее Ин Хёк — самый идеальный мужчина из всех, кого я когда-либо встречала.

— О, вот как?

— Да. Он лишён предрассудков. Конечно, он порой жутко меня злит и ставит в неловкое положение. Если честно, я порой даже вздрагиваю, когда он зовёт меня по имени: вечно не знаешь, чего от него ждать.

— Ха-ха, есть за ним такой грешок.

— И всё же… для меня куда важнее пустых клятв то, что он примчался ко мне по первому зову, когда был мне так нужен.

Джи У осторожно провела пальцем по руке Ин Хёка, накрывавшей её ладонь. От волнения её ладони вспотели, но тепло его кожи было на удивление приятным.

— Может, он и не самый ласковый человек на свете, но редко встретишь мужчину, который бросит все дела и приедет, стоит только сказать: «Я соскучилась».

Завладев всеобщим вниманием, Джи У использовала свою откровенность как оружие. Это определённо не было любовью, но она подала всё именно так, как того хотел председатель Кан. Если даже лишённые смысла поступки Ин Хёка могут сойти за любовь ради их взаимной выгоды — этого было вполне достаточно.

Она с улыбкой посмотрела на Ин Хёка и незаметно перевела взгляд на старших родственников. Вице-председатель Тэ Хва, директор Джин Гён и даже госпожа Юн выглядели расслабленными, словно околдованные её речами. Осознав, что всё получилось, Джи У застенчиво улыбнулась.

— Хотя порой он сваливается как снег на голову, совершенно не считаясь с моим расписанием, и это немного напрягает.

Поняв намёк, Ин Хёк переплёл свои пальцы с её. Ни одна из этих мелких деталей не укрылась от председателя Кана, и его морщинистое лицо расплылось в широкой улыбке.

— Ну, с этим тебе придётся справляться самой, когда начнёте жить вместе.

— Боюсь, это слишком сложная задача, дедушка.

Под раскатистый смех председателя Кана план Джи У и Ин Хёка вступил в решающую фазу.

* * *

Джи У казалось, что она только что прошла самое сложное собеседование в жизни. Она нервничала так сильно, что ладони вспотели, поэтому первым делом вымыла руки.

С открытой террасы на крыше, куда привел её Ин Хёк, владения семьи Кан были видны как на ладони. Отсюда можно было проследить за каждым шагом прислуги, снующей по территории — обзор открывался поистине королевский, словно с высоты трона.

— Не думал, что ты так высоко меня ценишь.

Ин Хёк неотрывно смотрел на Джи У, остужавшую разгоряченную кожу на зимнем ветру. Услышав его, она наконец оторвала взгляд от раскинувшегося внизу пейзажа и обернулась.

— Надеюсь, я не ошиблась. Мне бы очень не хотелось сожалеть о выборе. Я искренне верю, что вы, Ин Хёк, именно такой человек.

— А если я не оправдаю ожиданий?

Ин Хёк, верный привычке перечить, тут же ухватился за её слова. Джи У заправила за ухо растрепавшуюся на ветру прядь и шагнула к нему. Он в это время небрежно опирался на широкий каменный парапет.

— Нет, вы более чем способны на это. Вы ведь терпеть не можете проигрывать.

Джи У расслабленно улыбнулась, возвращая ему его же недавние слова. Ин Хёк молча, без тени улыбки, уставился на неё.

Невозможно было прочесть, о чём он думает, но в этот миг Джи У показалось, что перед ней — настоящий Кан Ин Хёк. Желая проверить реакцию мужчины, она провела пальцем по тыльной стороне его ладони, не разрывая зрительного контакта.

Как и в тот вечер, когда они выпивали вместе, медленное, дразнящее прикосновение быстро согрело озябшую на ветру кожу. Ин Хёк сделал глубокий вдох, подавляя волнение. Джи У сама скользнула пальцами между его пальцев, сплетая их руки.

— Поцелуете меня?

Глядя прямо в его потемневшие, бездонные глаза, Джи У впервые сама инициировала близость. Взгляд Ин Хёка, до этого изо всех сил старавшегося не смотреть на её алые губы, теперь жадно скользнул по ним.

— Ты же сама велела сегодня к тебе не прикасаться.

— Мне кажется, прямо сейчас мои губы для вас, Кан Ин Хёк, куда красноречивее слов.

— ...

— Думаю, сегодня будет даже полезно оставить следы поцелуя. Пусть время и место не совсем подходящие.

Конечно, подобные вольности в доме старших родственников были верхом неприличия. Однако именно эта дерзость, допущенная двумя прекрасно всё осознающими людьми, должна была окончательно убедить семью в прочности их союза.

Джи У рассуждала так, но Ин Хёк воспринимал происходящее иначе. Тонкий аромат её духов, сияющее лицо победительницы и та смелость, с которой она перенимала его же методы — пусть и называя это местью, — постепенно пробивали броню на его сердце.

Ин Хёк убрал руки с парапета и раскрыл объятия. Джи У шагнула вплотную, позволяя обхватить себя за талию. Он склонился к ней, а Джи У приподняла подбородок, потянувшись навстречу.

Их глаза закрылись лишь за долю секунды до соприкосновения. Стоило губам приоткрыться, как их накрыло влажное, дразнящее ощущение. Слегка прикусывая нежную плоть, они инстинктивно искали путь глубже, жадно сплетаясь языками в откровенном, жарком поцелуе.

Горячее дыхание и вкусы смешались воедино. Желая проникнуть еще глубже, Ин Хёк с силой смял губы Джи У. Она податливо приоткрыла рот, позволяя ему по-хозяйски углубить поцелуй.

Когда губы наконец разомкнулись, глаза Джи У влажно блестели.

— Я не собираюсь превращать наш брак в дешевую мелодраму. То, что устроил Ю Джун, — лишь проходной эпизод. Так что впредь прошу подыгрывать мне так же джентльменски, как сегодня.

— Договорились.

Услышав этот покорный ответ, Джи У удовлетворенно улыбнулась. Она подняла руку и большим пальцем аккуратно стерла размазавшуюся помаду с его губ.

Джи У потеряла бдительность, решив, что всё идёт по её плану. Но Кан Ин Хёк умел мастерски скрывать истинные намерения, если ему чего-то по-настоящему хотелось.

Точно так же, как маленькая Ын Джи У когда-то глотала слёзы, прячась за бархатными шторами, так и будущая Ын Джи У, опьянённая триумфом... Если ради того, чтобы увидеть её слёзы и заставить рыдать под собой, нужно поучаствовать в дешёвой любовной драме — что ж, Кан Ин Хёк с превеликим удовольствием сыграет в ней главную роль.

* * *

Се Ён, тяжело сопя от возмущения, направилась в небольшой безлюдный сад.

— Се Ён, Се Ён!

Ю Джун торопливо бросился за ней, стараясь звать не слишком громко, но Се Ён даже не замедлила шаг. Ему пришлось догнать её и схватить за руку, чтобы она наконец остановилась.

— Пусти!

— Тише. Вдруг кто-нибудь услышит? Твои капризы я выслушаю у тебя дома, а здесь, умоляю, не устраивай сцен.

— Капризы? Ты назвал это капризами?!

Каждое слово Ю Джуна резало Се Ён слух. Он вёл себя так, словно она — неразумный ребёнок, не понимающий ситуации. И это в тот момент, когда Ын Джи У у всех на глазах завоевала расположение председателя Кана и вот-вот станет невесткой в этом доме!

— Прости, оговорился. Я понимаю, что ты чувствуешь, сам злюсь до безумия. Но наша свадьба важнее, понимаешь?

— Да как ты можешь быть в этом уверен?!

Се Ён уже тошнило от пустых обещаний Ю Джуна. Стоило ему сказать «не волнуйся», как все её худшие опасения становились явью.

Даже сейчас её не отпускала тревога. Председатель Кан велел Ин Хёку показать Джи У дом, а Се Ён и Ю Джуна почти силой выставил на улицу, сказав им тоже провести время вдвоём. Се Ён до смерти боялась, что председатель в любой момент может отдать их дату свадьбы Ин Хёку и Джи У.

— Как Ын Джи У смеет войти в эту семью?! Ещё и стать старшей невесткой?! За что мне всё это?

Се Ён была на грани слёз, но шок от происходящего заставлял её отказываться верить в реальность. Губы дрожали от гнева, а мысли лихорадочно метались в попытках предугадать, что будет дальше.

— Председатель Ын Чхоль У из кожи вон лезет, подыскивая ей никчёмного мужа, лишь бы вышвырнуть из дома… А если она выйдет за Кан Ин Хёка, все его планы пойдут прахом!

Среди матерей в высшем обществе мало у кого было столько же связей, сколько у матери Се Ён. Тот факт, что председатель Ын лично подбирал приёмной дочери женихов, да ещё и из откровенно захудалых семей, не остался незамеченным и давно стал поводом для пересудов среди влиятельных дам.

Се Ён жила в предвкушении дня, когда Ын Джи У окажется на самом дне, но теперь все её надежды рухнули. Словно в полубреду, едва переставляя ноги, она ступила на пожухлый зимний газон.

— Ой!

Несколько служанок, пересекавших сад, вдруг уставились куда-то вверх и весело зашептались, хихикая. Се Ён, и без того взвинченную, этот смех разозлил ещё больше.

— Старший молодой господин всегда казался таким пугающим, а свою девушку, видимо, просто обожает.

От этих слов даже Ю Джун, придерживавший Се Ён под локоть, свирепо прищурился.

— И что же тут такого смешного?

— Ой! Господин Ю Джун… Н-ничего, простите.

Служанки, испуганно поклонившись, бросились прочь. Ю Джун устало взъерошил волосы и потянул Се Ён за руку, надеясь, что прохладный ветер поможет ей хоть немного остыть.

Но Се Ён вдруг замерла; её била крупная дрожь. Оказавшись на том же месте, где только что стояли служанки, она подняла голову, и её дыхание участилось.

Проследив за её взглядом, Ю Джун почувствовал, как кровь отливает от лица. Высоко на открытой террасе страстно целовалась пара — словно они не могли прожить друг без друга и секунды.

Се Ён до боли сжала кулаки, чувствуя, будто у неё отняли всё.

— Ын Джи У… я тебя когда-нибудь на куски порву.

* * *

После отъезда Джи У и Ин Хёка председатель Кан тихо подозвал к себе Тэ Хва и Джин Гён. Госпожа Юн, видимо, догадываясь о решении мужа, выглядела немного обеспокоенной.

— Что думаете о Джи У в качестве пары для Ин Хёка?

Председатель Кан, считавший, что мнение родителей жениха — самое важное, первым делом обратился к ним. Тэ Хва и Джин Гён были единодушны: Джи У им обоим очень понравилась.

Они впервые видели, как их сын, привыкший всегда всё делать по-своему, уступил и молча слушал её. Но больше всего им импонировало то, что Джи У не пыталась выслужиться, произнося заученные, банальные фразы.

Она оказалась именно такой, как о ней говорили: девушкой с твёрдыми убеждениями, чьи поступки не позорили имя, данное ей родителями. А уж её смелость прямо и открыто высказывать свои мысли самому председателю Кану, ни разу не отведя взгляда, и вовсе поражала.

— Думаю, она заслуживает уважения, раз уж смогла понравиться нашему привередливому сыну, — ответил Тэ Хва.

— Я с вами согласна, отец, — добавила Джин Гён. — У неё отличная семья, а главное, репутация и воспитание Джи У прекрасно подходят нашему Ин Хёку.

Джи У, привыкшая к предвзятому отношению из-за статуса приёмной дочери, говорила о своих знаниях и манерах весьма скромно. Однако старшие прекрасно понимали: подобное превосходство не даётся в одночасье. Выяснилось, что Джи У обладает куда более глубокими познаниями, чем Се Ён, которая якобы проходила специальную подготовку для будущих невесток.

— В таком случае берите всё в свои руки. Как можно скорее назначайте официальную встречу семей и начинайте подготовку к свадьбе.

— Свадьба Ю Джуна уже не за горами, поэтому мы не станем торопиться, отец. Если родители Джи У не будут возражать, назначим церемонию на вторую половину этого года.

— Нет, подготовьте всё за месяц.

Тэ Хва и Джин Гён ошарашенно уставились на председателя Кана. Тот, явно не собираясь брать свои слова обратно, невозмутимо попивал чай.

Не в силах поверить услышанному, супруги перевели взгляд на госпожу Юн. Та лишь покачала головой, давая понять, что перед упрямством мужа она бессильна.

— Но, отец, разве возможно всё организовать в такие сроки? Семья Джи У наверняка тоже окажется в затруднительном положении…

— Ин Хёк сказал, что сам со всем разберётся.

— Отец, мы понимаем ваше желание поскорее женить Ин Хёка, но нам бы очень не хотелось провоцировать конфликт с семьёй старшего брата.

Тэ Хва старательно избегал ситуаций, которые могли выглядеть как междоусобица, даже если внешне всё казалось гладким. Он понимал: худой мир лучше доброй ссоры, особенно ради спокойствия детей.

— Именно поэтому я и говорю: поторопитесь, чтобы не создавать помех свадьбе Ю Джуна.

— Отец!

— Так вы готовы уступить Джи У другой семье?

— О чём вы?

— Говорят, в её семье тоже активно подыскивают ей жениха. Только кандидаты там — один хуже другого. Видимо, сказывается статус приёмной дочери.

Госпожа Юн тоже осторожно поддержала председателя. После слов Ин Хёка председатель Кан навёл о Джи У подробные справки и был в курсе её ситуации. Познакомившись с ней лично, он решил: такую невестку упускать нельзя. К тому же она оказалась единственным человеком, способным держать Ин Хёка в узде.

Пока Тэ Хва, тяжело вздыхая, не решался дать согласие, слово взяла Джин Гён:

— Мы свяжемся со сватами как можно скорее и договоримся о дате. Если свадьба состоится примерно в марте, разница с Ю Джуном составит около двух месяцев. Думаю, этого будет достаточно?

— Дорогая, ты это серьёзно?

— Если Ин Хёк на это согласился, значит, всё уже спланировал, прежде чем привести её знакомиться. С его-то характером.

Джин Гён была морально готова к подобному повороту с того самого момента, как заметила броское кольцо на пальце сына за ужином. Ин Хёк порой совершал непредсказуемые поступки, но он никогда не бросал слов на ветер. Тем более когда дело касалось свадьбы — того, чего больше всего на свете жаждал председатель Кан.

— Раз отец и мать не возражают… К тому же я сомневаюсь, что мы найдём кандидатуру лучше Джи У.

— Это так, но…

— Разве ты не знаешь собственного сына? Если всё пойдёт не по его плану, он запросто может отменить свадьбу. Тогда нам вообще не видать невестки.

Тэ Хва отчаянно хотелось возразить, но он слишком хорошо знал: Ин Хёк именно так и поступит. Ему оставалось лишь сокрушаться, что гены сыграли с сыном злую шутку.

— Значит, ты, Тэ Хва, тоже согласен?

— …Да, отец.

Не в силах перечить жене, Тэ Хва был вынужден сдаться.

* * *

После того как они благополучно получили согласие на брак, Ин Хёк отвез Джи У домой.

Всё прошло именно так, как они планировали, но атмосфера между ними была непривычно напряженной. Впервые Джи У чувствовала дискомфорт от молчания Ин Хёка. Ей хотелось что-то сказать, но она боялась, что станет только хуже, и поэтому помалкивала.

«Дело в том, что произошло на террасе?»

Она впервые сама инициировала близость, и теперь её мучило неловкое чувство. К тому же воспоминание о его поцелуе оказалось на редкость въедливым и никак не отпускало. Автомобиль Ин Хёка заехал на парковку и остановился у входа в её дом. Джи У поспешила отстегнуть ремень. Едва она приоткрыла дверь, Ин Хёк тоже вышел из-за руля. Не успела она спросить зачем, как он обошел машину и распахнул дверцу шире.

— Зачем вы вышли?

— Решил сыграть роль не слишком ласкового, но всё же внимательного парня.

С чего бы вдруг такие манеры? Ему это совершенно не шло.

Джи У с подозрением прищурилась, а Ин Хёк наклонился к ней. Стоило его лицу оказаться совсем близко, как её окутал свежий аромат его парфюма.

— В последнее время за нами кое-кто следит.

От этих слов Джи У медленно обвела взглядом парковку. Заметив, что она не видит преследователей, Ин Хёк подсказал:

— Чуть позади. Мои люди тоже их ведут, так что не переживай.

Услышав это, Джи У смогла немного расслабиться. Она не привыкла к слежке, и порой это заставляло её сильно нервничать. Ин Хёк, молча наблюдавший за ней, достал что-то из кармана пиджака и протянул ей.

— Что это?

— Ключ от моего дома.

Джи У посмотрела на карточку, которую он вложил ей в руку, и вопросительно взглянула на него.

— Там безопаснее. К тому же нам нужно обставить наше гнёздышко, так что лучше тебе бывать там почаще.

Слова о семейном гнёздышке застали её врасплох. Она не могла ни крепко сжать карточку, ни выпустить её из рук.

«Я и вправду выхожу за него замуж».

До неё только сейчас начало доходить, что всё это происходит на самом деле. Она подняла взгляд и медленно посмотрела на Ин Хёка.

Для большинства людей брак был связан с трепетом и страхом, но ни Джи У, ни Ин Хёк ничего подобного не испытывали. Это был союз по расчету, поэтому вместо ненужных эмоций доказательством их брака должны были стать конкретные результаты.

Джи У прекрасно это осознавала, но почему-то не могла отделаться от странного чувства, словно совершает какое-то преступление.

— Если там не нравится, я дам адреса всех домов, которыми владею. Выбирай любой.

Ин Хёк накрыл её дрогнувшую руку своей большой ладонью. Не давая Джи У выронить ключ, он заставил её сжать пальцы.

— Так вот почему обеспеченные мужчины так привлекательны.

— Даже среди обеспеченных таких, как я, немного.

— Соглашусь.

Второго Кан Ин Хёка в Корее действительно не сыскать. Он никогда не скрывал своего превосходства, и даже если другие не пели ему дифирамбы, он всё равно находился на вершине. То, с какой легкостью он вкладывал это ей в руки, помогало Джи У справиться с растерянностью и идти до конца.

— Когда поедем к моим?

Раз уж «Унгён Групп» дала добро, оставалось получить согласие от «Тэён Групп». Ей доложили, что председатель Ын вовсю подыскивает ей жениха, так что тянуть с новостями было нельзя. Джи У хотела покончить с этим как можно скорее.

— Можем хоть завтра.

— Тогда... давай завтра. Даже если родители скажут, что у них нет времени...

— Мы просто сходим на свидание.

«Мы» и «свидание». Джи У, уже привыкшая к этим словам, медленно кивнула.

— Иди, — бросил Ин Хёк и отвернулся.

Джи У осталась стоять, провожая его взглядом.

В этот момент Ин Хёк заметил в припаркованной неподалеку машине мужчин, которые торопливо попытались спрятаться. Он уже было открыл водительскую дверь, но вдруг развернулся и широким шагом подошел к Джи У. Не успела она и слова сказать, как он крепко прижал её к себе, словно возлюбленную, которую никак не хотел отпускать.

Даже на каблуках она была ниже, поэтому ей пришлось встать на цыпочки. Сквозь безупречный костюм она отчетливо почувствовала его твердые литые мышцы.

— Что ты делаешь?

— Подумал, стоит подарить им красивый кадр.

Ин Хёк коротко поцеловал её в лоб и вернулся к машине. Даже когда рёв мотора стих вдали, Джи У так и осталась стоять на месте.