Онлайн чтение книги Волна Wave
1 - 9

— Слышал, это ты продавил вызов на допрос второго сына председателя Муна.

— Да.

Председатель Квон был явно недоволен мгновенным ответом Сон Чжуна, но не стал слишком это демонстрировать. Вместо этого он продолжил поучительным тоном, сделав атмосферу еще более невыносимой:

— Ты уже достаточно потешил свое эго как прокурор, так что пора вовремя отступить.

Сон Чжун ничего не ответил.

Второй сын председателя Муна. Вызов на допрос. Глаза До Ха, сопоставившей эти два факта, медленно расширились. Это означало, что Сон Чжун лично вел недавний допрос исполнительного директора «Тэён Констракшн» Мун Тэ Ика.

— Почему молчишь? Будешь и дальше таскать этого распущенного младшего сынка «Тэён», выставишь себя на посмешище. Завязывай с этим.

— Почему? У вас самого рыльце в пушку?

Язвительно парировал Сон Чжун. В его словах крылся явный намек.

Председатель Квон с громким стуком положил приборы на стол и свирепо уставился на сына.

— Я позволил тебе жить так, как тебе вздумается, а теперь ты ни во что не ставишь отца на глазах у семьи?

Сон Чжун ответил молчанием. Во время этого короткого противостояния казалось, будто в столовой засверкали сухие искры.

— Видимо, вам и правда есть о чем беспокоиться, раз вы нанимаете людей, чтобы они докладывали вам о каждом моем шаге. Вы что, сидите на двух стульях между «Сэян Мульсан» и «Тэён Констракшн»?

— Квон Сон Чжун!

— В свои дела я лезть не позволю. Вы дали согласие на свадьбу не ради меня, а ради своего социального статуса, разве нет?

— И зная это, ты выбрал эту нелепую девчонку...!

— Ха.

Сон Чжун коротко выдохнул и поднялся с места. На его лице, проглотившем бесчисленное множество невысказанных слов, читалась глубокая усталость.

— Хватит. Я пришел не для того, чтобы вести с вами подобные разговоры.

— Квон Сон Чжун! А ну сядь!

Председатель Квон повысил голос вслед Сон Чжуну, который отвернулся без малейшего сожаления.

Опять тем же закончилось. До Ха молча промокнула губы салфеткой. Если Сон Чжун уйдет сейчас, она тоже собиралась незаметно ускользнуть под шумок.

— Кстати, чуть не забыл.

Перед тем как выйти из столовой, Сон Чжун обернулся так, чтобы его услышали все. В глазах До Ха, наблюдавшей за его спокойными движениями, промелькнуло недоумение.

— С днем рождения, мама.

Взгляд Сон Чжуна не был направлен на виновницу торжества Чу Ин Ён. Поймав на себе этот взгляд, До Ха лишь тогда поняла, что одно из блюд, стоящих перед ней, — это суп из водорослей.

***

Хлеставший как из ведра ливень пошел на спад.

Среди людей, потерявших всякое желание продолжать трапезу, До Ха тоже покинула стол сразу после ухода Сон Чжуна. Сдерживая тошноту от той малости, что она успела съесть, она быстро пересекла сад.

После обедов в особняке председателя Квона она не раз мучилась несварением. К тому же сегодня был день рождения Чу Ин Ён. То, о чем забыла даже она, родная дочь, вспомнил Сон Чжун.

Хороший день... вот, значит, в чем было дело. Пасынок, который помнит о дне рождения мачехи.

Тошнит.

До Ха остановилась, чтобы унять бунтующий желудок. Она сделала несколько глубоких вдохов, когда услышала чьи-то шаги. Невдалеке показались две фигуры, идущие бок о бок. Они еще не ушли? Спрятав эмоции за привычной маской, До Ха легкомысленно поздоровалась с идущими ей навстречу мужчинами:

— Привет.

— Какое, к черту, привет.

Проворчал Пак Джи Хван, скривившись. В стенах фирмы они с Пак Джи Хваном соблюдали базовые приличия, играя в кошки-мышки, но за ее пределами ситуация в корне менялась.

— Явилась наша звезда. Не думала бросить адвокатуру и податься в шоу-бизнес? Тебе так и прет торговать лицом. Хватит уже опускать репутацию фирмы.

— Как я могу запретить им брать у меня интервью, если я им нравлюсь? И давай начистоту: репутация не упала, фирма стала только известнее.

До Ха знала новость, которая ударит по самому больному месту Пак Джи Хвана. С сочувственным взглядом она произнесла:

— Ах да. На завтрашнюю встречу с «Сэян Мульсан» адвоката Пака буду сопровождать я.

— Что? Какого хера ты туда...?!

Как и ожидалось, реакция последовала мгновенно. «Твою ж мать». Пак Джи Хван выругался. Видимо, он свято верил, что пойдет на эту встречу вместе с отцом.

— Иск по дефектам, вы ведь почти проиграли? Тебе сейчас, наверное, неловко даже новые дела брать. Не переживай. Я съезжу и всё улажу.

— Ах ты ж... Эй! Стой здесь и никуда не уходи, поняла?!

Пак Джи Хван, видимо, вознамерившись переубедить председателя Квона, развернулся и побежал обратно в дом.

С чего бы мне здесь стоять? С жалким видом глядя в спину убегающему Пак Джи Хвану, До Ха повернула голову, почувствовав на себе колючий взгляд. Сухие глаза Сон Чжуна были устремлены на нее.

— Поздравляю со свадьбой.

Она немного помедлила, прежде чем медленно разомкнуть губы.

— В итоге всё вышло по-твоему.

Сон Чжун криво усмехнулся. На его обычно невозмутимом лице появилось искаженное выражение. До Ха нахмурилась от этой излишней демонстрации эмоций.

— По-моему?

Сон Чжун шагнул ближе.

— Да. Как и хотел прокурор Квон.

— Ну не знаю, куда мне до тебя.

— ...Что ты имеешь в виду?

— На этот раз О Джин Су из «Сэян Мульсан»?

Лицо обдало жаром. Эти колючие слова без малейшего колебания слетали с губ, заставлявших ее сердце биться чаще.

— Пак Джи Хван прав. Хватит тратить свой имидж, мелькая в дешевых СМИ.

— Почему? Разве плохо быть знаменитой?

Она пожала плечами, будто озвучивала прописную истину, и легкомысленно бросила:

— Думаешь, дела сами свалятся на адвоката, если он будет сидеть сложа руки, как прокурор?

— ...

— Хотя, тебе, прокурору, живущему исключительно по правилам, этого не понять.

Несмотря на ее сарказм, Сон Чжун продолжал молча сверлить ее взглядом. Она думала, он ответит колкостью, но молчание затянулось.

— Что такое? Ты что, переживаешь за меня? Боишься, что я стану закуской для сплетен на пьянках?

Как будто это что-то новое... Когда До Ха небрежно улыбнулась, взгляд Сон Чжуна внезапно заледенел.

— Верно, это в твоем духе.

Было так жарко, но в грудь ворвался ледяной ветер.

Она ненавидела этот взгляд. Взгляд, смотрящий на нее как на жалкое создание, словно спрашивающий: «Почему ты не можешь жить иначе?».

Из чувства протеста она улыбнулась еще шире.

— Оппа.

Это было обращение, от которого Сон Чжуна передергивало.

До Ха было шестнадцать, Сон Чжуну — восемнадцать. Они впервые встретились здесь. И сейчас, в самый разгар лета, под моросящим дождем, они стояли друг напротив друга, прямо как в тот день.

Лето всегда было для До Ха кошмаром.

Сезон, когда ее бросила мать.

Сезон, когда умер отец.

Сезон, когда она пришла просить милостыню у бросившей ее матери.

— Я подарю вам щедрый конверт на свадьбу.

...Сезон, когда она влюбилась в свою запретную первую любовь.

Чем отчаяннее она прятала свои чувства к Сон Чжуну, тем уродливее разрастались их ветви, и она позволяла им ранить себя. Это было лучшее, на что она была способна. В итоге вот так мне возвращается цена за то, что я столько времени игнорировала эти эмоции.

Сквозь зубы До Ха вырвался горький, пустой смешок.

— Приглашение можешь не присылать.

Повернувшись к Сон Чжуну спиной, До Ха дала себе обещание.

Настало время разорвать эту изнурительную, запутанную цепь чувств.

***

Тэ Ик открыл глаза от звонка телефона ранним утром. От накатившего после вчерашней попойки похмелья он поморщился. Часа четыре поспал? В отличие от раскалывающейся головы, рассудок был на удивление ясным.

— Блять...

Схватившись за голову, которая уже несколько дней подавала сигналы о сбое, Тэ Ик сел на кровати. В темном гостиничном номере, скрытом за плотными шторами, на просторной двуспальной кровати он был один.

6:20 утра. Посмотрев на часы, он взял пульт с прикроватной тумбочки и включил свет. Шторы раздвинулись в обе стороны, и комнату залил утренний солнечный свет. Только после этого Тэ Ик взял телефон. Звонил менеджер И.

— Господин директор, вы сразу пойдете в фитнес-центр? Расписание доложу в машине.

— Заходи.

— ...Что?

Голос менеджера И выдавал крайнюю растерянность — видимо, он был уверен, что Тэ Ик не один. Вчера вечером после затянувшейся вечеринки они поехали в отель, так что менеджер И, должно быть, думал, что он провел ночь с женщиной. Не желая утруждать себя объяснениями, Тэ Ик сдвинул брови и отчеканил:

— Я один, заходи и докладывай.

Звонок оборвался. Тэ Ик, массируя виски, направился в ванную.

Он окатил себя ледяной водой, но мерзкое ощущение никак не проходило. Неприятное чувство, когда странно натянутые нервы расщеплялись и кололи всё тело. Словно пытаясь смыть с себя эту липкую тяжесть, он резко выкрутил кран на холодную и сосредоточился только на текущей ситуации.

До собрания совета директоров, на котором его должны были выдвинуть на пост генерального директора «Тэён Констракшн», оставалось около двух месяцев. С тех пор как вопрос о назначении был вынесен на повестку, бушевала не только сама корпорация, но и пресса.

То они без конца мусолили слухи о коррупции на торгах, а теперь взялись обсуждать его квалификацию как генерального директора. В этот период забот хватало и внутри, и снаружи. Частые пьянки, огромное количество встреч — даже десять тел не справились бы с такой нагрузкой.

Когда он, закончив душ, вошел в бизнес-зону номера, там уже был приготовлен сменный костюм и легкий завтрак. Менеджер И, разговаривавший по телефону, увидев его, поклонился.

— Господин директор, если вам нездоровится, я отвезу вас в больницу.

— Я в порядке.

Настолько в порядке, что аж бесило.

Даже во время бесконечных авралов он никогда не отказывал себе в ночных развлечениях. Когда это я так долго обходился без секса? Стоило лишь пошевелить пальцем, и к нему в объятия бросилась бы любая.

Но сейчас ни одна не вызывала желания. Кто бы ни был перед ним, он ничего не чувствовал. Из-за этого внутри копилось нечто неясное — то ли нереализованная похоть, то ли стресс, доведя его нервы до предела.