— Сказать тебе напоследок? Знаешь, что для меня было ужаснее всего? То, что ты мне всё-таки нравилась.
Голос звучал тихо, но пробился сквозь раскаты грома и отчётливо долетел до ушей.
Между сцепленными руками, кожей к коже, просачивался дождь. Руки, которые и прежде не были близки, теперь отчаянно отталкивали друг друга.
Отпустишь руку — умрёшь. Удержишь — тоже умрёшь. Спуститься отсюда живыми вдвоём не выйдет.
— Ты же прожила дольше. Вот и умирай первой. Так будет честно.
Жёлтая вспышка молнии скользнула по безумным глазам. В зрачках голубых глаз отразилось моё лицо.
Рука, которая хотела разжаться, и рука, которая не хотела отпускать, всё так же яростно царапали друг друга. И тут сверкнула молния, раздался оглушительный треск, и стоявшее рядом старое дерево рухнуло.
Как придавило и смяло карету, оставленную под деревом… видела ли ты это, падая?
* * *
— Говорят, тело было в ужасном состоянии.
— Какое несчастье. А ведь такой хороший был человек. Я однажды встречала её на новогоднем празднике.
— Ах, я тоже с ней встречалась. Настоящая красавица была. И добрая. Таких ласковых людей ещё поискать. Младшая сестра, наверное, сильно перепугалась? Говорят, они были вместе?
— Если бы только перепугалась! Говорят, её тяжело ранило, почти три месяца лечилась. Даже на похоронах не смогла быть.
— А всё-таки… тот слух. Неужели правда? Ну, что младшая сестра старшую уби…
— Тсс. Говорят, сегодня на приёме есть кто-то и из графского дома Каласи. Осторожнее со словами.
Осторожничать было уже поздно. Клейси успела услышать всё, о чём шептались гости.
Она поставила чашку, из которой потихоньку отпивала кофе, на поднос проходившего мимо официанта и взглянула на часики, свисавшие с запястья, как браслет.
Три часа на приёме. Ради дружбы с Флоренс она и так продержалась долго.
Чтобы больше не слушать, как о ней судачат, Клейси решила уйти.
К тому же, задержись она ещё немного, племянница Меррен могла догадаться, что тётя отправилась на приём одна.
Тогда начнётся светопреставление.
Вспомнив, до чего упряма Меррен, Клейси стала прикидывать, как бы выбраться за дверь, не попавшись на глаза Флоренс.
К счастью, Флоренс стояла у лестницы и была увлечена разговором с мужем.
Клейси тихонько двинулась вдоль стены.
— Простите, леди.
Но шагах в двадцати от двери её вдруг окликнул подбежавший молодой человек.
Клейси и не подумала, что зовут её, и хотела пройти мимо, но он без всякого стеснения встал прямо перед ней.
Клейси удивлённо остановилась.
— Я?
— Да.
Молодой человек кивнул, прикусил губу, отпустил её и потёр светлые кудри.
Клейси заметила, что щёки у него слегка порозовели. Он явно смущался.
Что это с ним? Клейси недоумённо молчала, а молодой человек крепко сжал руки перед собой и спросил:
— Простите… вы, случайно, пришли одна?
— Я?
Клейси повторила тот же вопрос.
— Да.
Молодой человек будто осмелел, решительно кивнул и указал на портьеры, у которых недавно стояла Клейси.
— Я в-всё время на вас смотрел. А вы всё время были одна.
— Вы всё время на меня смотрели?
— Н-ничего дурного у меня на уме нет. Просто, просто, просто вы так красивы… Я хотел с вами заговорить, но вы так красивы… А тут вы, кажется, собрались уходить, и я набрался смелости…
Сбивчиво пробормотав всё это, молодой человек вдруг смущённо улыбнулся и снова потёр волосы.
— Простите. Сам не понимаю, что говорю.
Клейси растерянно смотрела на него и лишь потом сообразила. Да он, кажется, в меня влюбился?
Он смущался слишком явно, чтобы можно было сделать вид, будто она ничего не заметила.
Клейси чуть не завизжала. Боже мой. Ко мне подошёл влюблённый мужчина!
Но что бы ни творилось у неё внутри, внешне Клейси сохраняла спокойствие.
Не дождавшись ответа, молодой человек несколько сник и спросил:
— Вам неприятно, что я с вами заговорил? Я хотел, чтобы нас представили, но никто вас не знает… Я подумал, что вы здесь недавно, и набрался смелости подойти сам. Но если вам неприятно, я уйду.
Он и вправду уже наполовину отвернулся.
— Ну что вы, вовсе нет!
Только тут Клейси опомнилась и схватила его за руку.
Почувствовав, как крепко его держат, молодой человек изумлённо уставился ей в глаза.
Спохватившись, Клейси поскорее отпустила его и изобразила улыбку, которую усердно отрабатывала несколько лет.
Улыбка, похоже, вернула ему смелость, и он снова повернулся к Клейси.
— Я ничуть не обиделась. Просто со мной такое впервые. Я растерялась.
Клейси изо всех сил старалась не выдать восторга и говорила как можно ласковее. Но взгляд сам собой метнулся к Флоренс.
Последние несколько лет Флоренс из кожи вон лезла, чтобы подыскать Клейси хорошего жениха. Теперь её старания вот-вот должны были принести плоды, так что не посмотреть на подругу Клейси просто не могла.
Как нарочно, Флоренс тоже смотрела на неё.
Она улыбалась до ушей, а встретившись с Клейси глазами, торопливо замахала рукой: «Чего ты на меня смотришь? Разговаривай с ним, раз уж он сам тебе в руки свалился!»
Клейси мигом поняла знак и поспешно устремила на молодого человека спокойный пристальный взгляд.
Встретившись с ней глазами, он покраснел ещё сильнее и недоверчиво переспросил:
— С вами такое впервые? Не может быть. Вы ведь так красивы…
— Я красивая?
— Да. Я никогда не встречал таких, как вы, леди. Едва я вас увидел, меня будто молнией ударило.
— И всё же это правда впервые.
Клейси нарочно добавила в голос бархата, и молодой человек вспыхнул, как подожжённое сено, и пробормотал:
— Значит, это потому, что вы слишком красивы, леди. Никто просто не решается. Я и сам сейчас собрал всю смелость, какая у меня была за всю жизнь.
Клейси чуть не сказала ему: «Тогда давайте сейчас же назначим день свадьбы».
К счастью, такой оплошности она не допустила, но в воображении уже подхватывала этого милого белокурого юношу на руки и шествовала с ним к алтарю.
Спасибо, Флоренс. Спасибо, что взяла меня на приём. Ты самая лучшая подруга на свете.
Изо всех сил сдерживая слёзы, Клейси подняла глаза к потолку.
Наконец-то и я смогу выйти замуж. Смогу получить своё наследство. Проклятый имперский закон. Надо же было устроить так, чтобы наследовать могли только те, кто в браке!
— Простите, а… можно узнать ваше имя, леди?
Но этот вопрос тут же выдернул в реальность мечты Клейси, успевшие дойти до самого алтаря.
Клейси нервно сглотнула.
Имя. Конечно, надо назвать. Чтобы выйти замуж, придётся назвать и имя, и семью.
Клейси машинально взглянула на аристократов, которые недавно шептались о ней. Радость, взлетевшая до небес, тут же рухнула ниже некуда, а смелость мгновенно улетучилась.
Приуныв, Клейси пристально вгляделась в простодушное лицо молодого человека.
Знает ли он, что о ней говорят? Знает ли её имя? Что, если он, едва его услышав, извинится и сбежит?
— Леди?...
— Клейси, — собравшись с духом, коротко ответила она.
Если он сейчас сбежит, она просто признает, что опять не повезло, и уйдёт домой. Не впервой, ничего страшного.
В конце концов, кого бы она ни взяла в мужья, через это однажды всё равно пришлось бы пройти.
— И имя у вас красивое.
Но молодой человек ничего о Клейси не знал. Наоборот, услышав имя, он радостно улыбнулся и представился:
— Я граф Альберт. Прихожусь родственником дому Хайард.
Надежды Клейси, скатившиеся было на самое дно, снова взмыли ввысь. Переезд в столицу подальше от слухов начинал себя оправдывать.
К тому же ей понравилось и его положение. Граф — ровня ей, из такого же графского дома. Ни выше, ни ниже — разве не чудесно!
Но в тот самый миг, когда Клейси расцвела в улыбке…
— Тётя!
За спиной громко прозвенел знакомый голос. Голос племянницы Меррен.
Клейси чуть было машинально не обернулась. Голову она всё-таки не повернула, но сердце гулко заколотилось.
Откуда здесь голос Меррен? Я же точно оставила её дома!
Нет, сейчас не это главное. Клейси торопливо взяла молодого человека под руку и, указав глазами на заднюю дверь, спросила:
— Здесь слишком шумно. Может, договорим вон там?
Тот, как зачарованный, кивнул.
Клейси потянула его за собой. Пока она как следует не вскружит ему голову, показывать его Меррен нельзя.
Но едва она сделала два шага, как Меррен похлопала её по спине.
— Тётя! Ну что такое, я зову-зову, а ты делаешь вид, что не слышишь?
Это была Меррен. Клейси ведь нарочно даже головы не повернула. А эта чёртова племянница узнала её по одной только спине и подошла.
Клейси поняла, что всё пропало. Мужчина, который только что как зачарованный шёл за ней, уже пришёл в себя.
Он перевёл взгляд с Меррен на Клейси и обратно и пробормотал: «Тётя?»
Тем временем Меррен цепко подхватила Клейси под руку, чтобы та не сбежала, и спросила:
— Тётя, а кто этот красивый господин? Это из-за него ты меня не замечала?
Молодой человек снова пробормотал: «Тётя…» — и опять перевёл взгляд с Клейси на Меррен.
Так продолжалось недолго. Вскоре он, видимо, что-то для себя решил, неловко рассмеялся и пробормотал:
— А, так вы тётя этой юной леди. Вы очень молодо выглядите для тёти. Я чуть было не ошибся.
Он как бы невзначай высвободил руку из пальцев Клейси. Похоже, мимолётное очарование её красотой уже остыло.
Клейси едва не выругалась про себя. Опять провал. Ах ты, вредная Меррен. Ну что за вредная племянница!
Богатый опыт подсказывал Клейси, о чём сейчас думает этот мужчина.
Меррен выглядела лет на двадцать, и ей действительно было двадцать.
И раз уж Меррен назвала Клейси тётей, молодой человек наверняка решил, что Клейси гораздо старше, чем выглядит.
Они с Меррен ровесники, значит, Клейси, по его мнению, намного его старше.
Конечно, и при большой разнице в возрасте можно и встречаться, и пожениться. Но лишь в том случае, если рядом не вертится взрослая племянница вроде Меррен — да ещё на вид ровесница жениха.
— Тётя, кто этот господин? Ты меня не познакомишь? Я в столице недавно и никого тут не знаю. Хватит развлекаться с мужчинами в одиночку, познакомь и меня. Ладно?
Меррен наверняка понимала всё это не хуже, но делала вид, будто ни о чём не догадывается, держала Клейси под руку и мило канючила.
Но от Клейси, прожившей с ней почти десять лет, не мог укрыться озорной азарт соперничества в её огромных глазах.
В голубых глазах Меррен ясно читалась решимость: Я и сегодня буду мешать тебе искать жениха.